Еще немного КуроТсуки

Куроо, как и в предыдущие дни, остался после тренировок сыграть с Тсукки против Бокуто и Акааши. Во время одного из перерывов Тсукишима обтирал майкой лицо от пота, и взгляд Куроо задержался на его животе, отмечая, насколько белая у него кожа. - Что, Куроо, нравится то, что видишь? – прямо под ухом произнес Бокуто. - Ты о чем? – удивленно спросил он, на что Котаро лишь рассмеялся и похлопал его по плечу. «Странный он», - подумал Тетсуро. На самом деле, странным был не только он. В последние пару дней Куроо заметил, что все вокруг стали вести себя весьма подозрительно. Люди тут и там шушукались о чем-то по углам, но, увидев капитана Некомы, они моментально замолкали или вообще разбегались. Куроо также обратил внимание, что стоило ему подойти к Тсукишиме, как все начинали на них странно коситься или вообще вести себя неадекватно. Как-то после обеда Куроо болтал с Тсукишимой, стоя в тени за углом спортзала. Тсукки что-то попало в глаз, и он попросил Тетсуро посмотреть. Куроо аккуратно наклонил руками его голову назад и придвинулся к самому лицу, чтобы лучше рассмотреть, что там у него с глазом. В этот момент за угол, где они стояли, свернул Лев. Увидев их, он громко взвизгнул, закрыл себе руками глаза, потом начал бормотать: «Простите. Я не хотел вам помешать. Прошу, продолжайте, пожалуйста», и тут же исчез. Тсукки тоже стал вести себя странно. Очень и очень странно. Он теперь не избегал капитана Некомы, как делал до этого, стал довольно мило с ним разговаривать, не скидывал его руку с плеча, даже улыбнулся ему однажды. Хоть это и была приятная улыбка, но у Куроо от нее почему-то мурашки по коже пробежали. Возвращаясь после душа в комнату Некомы, Куроо думал о том, что хоть ему и нравится, что Тсукки позволяет теперь быть ближе к нему, но что-то тут все равно не так, и это напрягает. Возле комнаты он остановился, услышав странный разговор товарищей. - Я не понимаю, как мы узнаем результат? Просто спросим что ли? Чур, это буду не я! Мне ещё пожить хочется, - услышал он голос Инуоки. - Мы пошлём спросить Кенму - его то он не убьёт. Я надеюсь, - сказал Ямамото. - Не буду я ничего спрашивать, я вообще в этом не участвую, - раздался тихий голос Кенмы. - Тогда пошлём Бокуто. - Кстати о Бокуто. Лев же сказал, что видел, как они... – начал говорить Инуока, но его прервал Мориске. - Лев - тупица, и все не так понял. - Но Яку-сан, я видел! – возмутился Лев. - Я там тоже мимо проходил, ничего такого они не делали. Так что заткнись. - Я считаю, что это неправильно: делать ставки на такое, - как-то неуверенно сказал Юки. Тут Куроо не выдержал и вмешался: - И на что мы тут ставим? – спросил он, плотно закрывая за собой дверь. Вся команда, кроме Кенмы, которому ни до чего не было дело, с ужасом уставилась на него. - У вас три секунды, чтобы объяснить мне, что тут происходит, - он скрестил руки на груди и стал медленно считать. Все молча переглядывались, надеясь, что найдется смельчак, который вызовется добровольцем. - Все делают ставки, признаешься ли ты до конца лагеря Тсукишиме в любви или нет, - не отрываясь от телефона, объяснил Кенма. - Что?! – сказать, что Куроо удивился услышанному – не сказать ничего. – Вы сдурели? С чего вы взяли, что я вообще влюбился в него? - Ты постоянно вертишься вокруг него, - сказал Яку. - Не постоянно! – попытался оправдаться их капитан. - Пялишься на него, отвлекаясь от наших игр, - добавил Кенма. - Мне просто интересно посмотреть на его успехи. - Виснешь на нем, - продолжал Нобуюки. - Н.. не висну! - Только и слышно от тебя: «Тсукки!», «Тсукки!», «Тсукки!», - вставил Ямамото. - А я видел, как вы целовались! – сказал Лев. - Не целовались мы! Ему просто в глаз что-то попало, придурок! – рявкнул Куроо. - В общем, поводов подозревать, что ты на него запал у нас немало, как ты видишь, - начал объяснять Мориске. - Честно говоря, все уверены, что запал. Сначала мы просто прикалывались над этим: осознаешь ли ты сам это или нет. В шутку начали делать ставки. По мере того, как этот прикол распространялся, народ начал делать ставки всерьез. Кто-то поставил, что ты вообще ему признаешься. Дальше – больше, и появились варианты: ты признаешься и получишь отказ; ты признаешься и получишь в свою «наглую морду»; признаешься и он ответит на твои чувства. На последнее, правда, только пару девчонок поставили, но все же. От последних ставок пришлось отказаться, когда обо всем узнал Тсукишима. Хоть он и хотел поставить на «получит в наглую морду», но это было бы нечестно, так как ответ зависел от него. Так что у нас остались только три исхода: а) до тебя так и не доходит, что ты втюрился, б) до тебя доходит, но ты струсишь признаться, и в) ты соберешься с духом и признаешься ему. Есть еще ставка Бокуто, которую он требует выделить отдельно… - Так, стоп! – громко сказал Куроо, который с трудом переваривал полученную информацию. – Тсукки знает обо всем этом?! - Да, - подтвердил Инуока. - И он не убил никого, не загрыз, не уничтожил морально? Да ещё и собирался сделать ставку? - Ну он вообще-то поставил на то, что ты признаешься ему. Куроо выпучил глаза: - Так получается, он это все делал специально?! Просил помочь сделать растяжку, предлагал бутылку с водой… Он заигрывал со мной, чтобы выиграть? И в глаз ему тоже ничего не попадало... Все промолчали, понимая, что так оно, скорее всего, и есть. - Но почему он… зачем? – все не мог отойти от шока Куроо. - Я слышал, как он говорил своему другу, что у него сломались наушники, и ему скучно, - объяснил Кенма. - Я замена его наушникам?! – это стало последней каплей. Тетсуро чувствовал себя полным идиотом. – Я его убью! И всех вас тоже! - Тогда придется убить вообще всех, кто сюда приехал, потому что почти все сделали ставки, - засмеялся Такетора. - Не сомневайся во мне. С тебя как раз и начну, - и он взял ближайшую подушку, собираясь хорошенько выместить свое раздражение. Спортивный зал оживленно гудел. На одной половине зала Фукуродани играли против Убугавы, на другой Некома готовились играть против Карасуно. У Куроо жутко болела голова, и он чувствовал себя измотанным. Почти всю ночь он думал о произошедшем. Ему не давала покоя мысль, действительно ли он влюблен в Тсукишиму. Да, он очень много крутился вокруг него, и говорил о нем тоже много, но почему сразу влюбился? Блондин просто нравился ему, вот и все. Ну может и не просто… Со своими чувствами он решил разобраться позже. Его больше мучил вопрос, почему Кей принимал во всем этом участие. Это было так на него не похоже. Не делал же он это ради выигрыша, в самом деле. Тогда почему? И как бы его теперь проучить? Заснул он только когда уже светало, так и не найдя ответов ни на один из вопросов. Сейчас ничего из этого его не волновало, и единственное, что он хотел - это немного поспать. Он стоял у сетки, просунув в ячейки кисти рук и подбородок – хоть какая-то поддержка его усталого тела, и плевать, что сетка грязная и что он растягивает ее. На площадку вышел Тсукишима и встал прямо напротив него. - Выглядишь не очень, - улыбнулся он, как будто этот факт доставлял ему особое удовольствие. - Зато ты прекрасен, как и всегда, - Куроо хотел съязвить, но сил не было даже произнести слова с нужной интонацией, поэтому прозвучало почти как комплимент. Тсукишима удивленно посмотрел на него, затем опустил глаза в пол, и, кажется, немного покраснел. Куроо же внимательно изучал его. Если так посмотреть, Тсукишима действительно был очень даже симпатичным. А то, как он смутился от такой простой фразы, было просто очаровательно. - Тсукки, подойди сюда, - попросил он его тихо. Кей поднял на него взгляд и сделал один шаг. - Поближе. Тот подошел еще чуть ближе, и теперь стоял сантиметрах в тридцати от Куроо и смотрел на него с интересом. Тетсуро неожиданно протянул продетые в сетку руки, за голову притянул к себе Тсукишиму и поцеловал его сквозь пустой квадратик. Нити неприятно задевали нос и подбородок, поэтому Куроо довольно быстро отпустил не сопротивляющегося, видимо от шока, парня. Он не обратил внимания, как замолкли сначала те, кто стоял поблизости, а потом и весь зал. Когда он отстранился от Тсукишимы, до него донесли восклицания Бокуто: «Да! Я же сказал, что Куроо мужик и что он его поцелует! Я выиграл! Яху!» Но Куроо сейчас было не до этого. Он смотрел на Тсукки, который выглядел настолько растерянным, что его было даже жалко. Он посмотрел на Тетсуро ошарашенным взглядом, затем, поджав губы, вылетел из зала. Куроо постоял пару мгновений, прикидывая, что же делать, затем поспешил за блондином. - Мы буквально на минутку. Сейчас вернемся, - оповестил он своего тренера, который давился смехом от этой картины. Куроо нашел Тсукишиму в туалете, где тот умывался холодной водой, чтобы хоть как-то остудить горящее лицо. - Тсукки, я хотел… - медленно начал Куроо, но Кей его прервал. - Если ты хотел извиниться, можешь не утруждать себя. - Извиниться? – хмыкнул Куроо. – Нет, я не собирался извиняться. Если на то пошло, это ты должен извиниться передо мной. - За что?! - За то, что играл моими чувствами, чтобы развеять скуку. Тсукишима открыл было рот, чтобы что-то сказать, но потом передумал. Тетсуро подождал немного, не скажет ли он все-таки что-нибудь, но блондин продолжал молчать. - Знаешь, обычно, когда парню говорят, что в него влюбился другой парень, он говорит: «Фу, какая гадость!» и старается избегать его, а не идет с ним флиртовать. И тем более, не делает на это ставки. Куроо медленно подходил к Тсукишиме, пока не встал к нему впритык, зажимая его между собой и раковинами. - Я много думал, почему ты все это делал, и у меня появилась одна догадка, - он запустил руку в волосы Кея, который молча смотрел на него и учащенно дышал. - Тсукки, я тебе нравлюсь? Можешь не отвечать, я и так вижу, - и он поцеловал его, снова. На этот раз ничего ему не мешало, поэтому быстро отпускать парня он не собирался. Тем более что Кей начал потихоньку ему отвечать. Куроо уже собирался углубить поцелуй, как в туалет влетел Лев. Увидев этих двоих, он негромко вскрикнул и, как и в прошлый раз, закрыл себе глаза рукой. Но убегать он не торопился. - Куроо-сан, опять скажете, что не целовались? - Лев, что тебе надо? Исчезни! - Тренер сказал передать тебе: «Бери птенчика за крылышки, и тащитесь в зал. Развлекаться будете потом». Куроо вздохнул и повернулся к Тсукишиме: - Тсукки, запомни, на чем мы остановились. После тренировок продолжим, - и, взяв вырывающегося «птенчика за крылышко», в прямом смысле потащил в зал.