Можно ли мне любить?

Утро. Снова оно. Как же Машу раздражает каждодневная рутина. С той попойки прошло уже несколько дней. Эх, как же на душе воротит от того, что она не может скрыться от общества Андрея, так зовут того хлюпика, как любит называть его Маша. Зато, Маша уж точно усвоила, что без телефона живётся трудно. Машка живёт на съёмной квартире, так как её родители решили, что девочка уже взрослая. Мама сначала, конечно, разозлилась, но позже, когда гневный градус спал, лишь попросила усвоить, что это как-то совсем не комильфо. Елена Владимировна, ещё известна, как мама Маши, была очень доброй и позитивной женщиной. Если бывало так, что Машин папа начинал серчать на что-либо, то Елена Владимировна тут как тут. Да, за это Маша маму очень ценила. *** Подъехав к универу, она как обычно отправилась внутрь, совершенно не обращая внимания на все окружение, оно ведь было гиблое: — Маша! — неожиданно окликнул её знакомый голос. — Ой, Господи! — взвизгнула Маша, не на шутку перепугавшись, — зачем так пугать? — Прости, — сморщил нос Дэн, — ты у меня телефон забыла. — Ах, да, верно, — наигранно удивилась Мария, — спасибо, что вернул. На этом, Маша уже собиралась заканчивать разговор, но ловкая рука Дениса не дала ей возможность улизнуть: — Постой! Ты куда? — хитро улыбнулся Денис, — А поцеловать на прощание? Честно говоря, Марии вся эта беготня и пустые заигрывания были совсем не интересны, но как же упустить возможность попортить настроение Андрею, который проходил мимо, потому, недолго думая, Маша впилась своими губами в губы Дэна. Сначала парень слегка опешил, но позже ответил на поцелуй, как же не взять, если дают. Краем глаза Маша наблюдала за тем, как у мальчика Андрюши скривилась физиономия. «Смотри только в обморок не упади» пронеслось у неё в голове. А Денис целоваться понравилось, потому он явно стал надеяться на продолжение, и руки парня опустились ниже. Жаль, что только Маше это не понравилось, руки она скинула, и с гордым видом, шагом победителя, отправилась по лестнице вверх. *** Сигаретный дым улетал к потолку, жутко пахло табаком, что ничуть не мешало тем, кто курил. Парни выпускали никотиновые кольца в небо, они наслаждались перекуром. Сегодня Дэн записывал свою последнюю песню для альбома, потому задача ответственная. А Денис витал в облаках, все размышляя об утреннем поцелуе и самой девчонке: «Да что с неё взять, просто тупая девчуха, вот и всё. А зачем она меня поцеловала, но не позволила положить ей руку на талию? Какой в этом смысл? А, может, я ей нравлюсь, хотя в тот день она от меня нормально, совершенно спокойно уходила…» И так уже 2-й час. Дэн и сам понимал, что это работа, и отвлекаться уж точно не стоит, тем более на девчонку, но, мать твою, не получается! А Максим, парень, который владел студией, и являлся лучшим другом Дэна, уже докуривал сигарету, что значило, что скоро надо будет возвращаться к работе: — Дэн, слышишь, алло, братан! — тряс его за плечо Максим. — Да что тебе надо, блин?! — с неоправданной злостью рыкнул Денис. — Слушай, надо записывать, иначе я надеру тебе задницу! О чем ты там думаешь, о полуголой Джельке? — В принципе, — усмехнулся Дэн, — можешь попробовать, я не против. Даже настроение располагает на помахаться. К тому же, за последнюю реплику, тебе точно надо в глаз звездануть. — Я тебя вообще не понимаю, — удручённо обратился к своему другу Максим, — что тебя не устраивает? Джелька, в первую очередь, красивая…эм... — Вот именно, что «эм…», даже ты — известный Дон Жуан, не можешь в ней ничего кроме красоты найти. — Блин, а кого тебе надо? — возмутился Макс, — Марию Склодовскую-Кюри? — Максик, — улыбнулся Денис, — Да ты гений! Мне нужно Марию! — на этом Денис вскочил с места, и поцеловав своего друга в лоб, побежал прочь. — М-дааа, — промычал вслух Максим, — он точно сегодня обдолбался. А Дэн ехал в сторону «Машиного» универа, он понял, как решить свою проблему, тобишь Машу, нужно просто с ней ещё раз переспать, и пропадёт так называемая «тоска по родине». А за то, согласится ли Маша, он не переживал, если сама поцеловала, то в кровать и подавно ляжет.