Часть 2
8 декабря 2015 г., 06:51
Прошло две недели с тех пор, как они начали заниматься в библиотеке после пар. Джек тонкими намеками продолжал подначивать Иккинга, надеясь, что когда-нибудь до этого тугодума дойдет, что от него хотят. А Джек от него хотел с каждым днем все больше. Написание курсовой подходило к своему логическому завершению, что расстраивало Фроста. Это значило, что они перестанут сидеть в тихой безлюдной библиотеке, где Джек сможет спокойно наблюдать за другом. Иккинг же был полностью поглощен работой. Досконально изучив тему по электромагнитным волнам, а конкретно микроволнам, он приступил к учебнику по инженерии. Ничего толкового он там для себя, конечно, не вычитал, потому что в его голове заведомо крутился точный план того, что он хочет видеть по завершению.
Несколько раз Астрид замечала их в библиотеке, присоединялась за их стол, чтобы почитать художественную литературу, но часто отвлекалась, чтобы поговорить о чем-нибудь с парнями. Можно сказать, что девушка просто мешала им, затормаживая учебный процесс.
За эти две недели Хэддок наконец начал ориентироваться по универу и своему району. Пару раз парни ездили на другой конец города, чтобы посетить магазин "юного физика", где они закупались всем необходимым для переделывания микроволновки в криокамеру. Но Иккинг все равно не запомнил дорогу.
Беззубик, мелкий противный комок шерсти, носился торпедой по всему дому, пока хозяин отсутствовал. Приходя домой Иккинг находил разбитую тарелку, которую случайно оставил утром на столе, зацепки на тюле в комнате и ободранную боковушку дивана. Но за диван парень не так сильно переживал, все равно же собрался выкидывать.
Одинокими вечерами он садился в кресло и задумчиво смотрел в окно, наблюдая за темными проплывающими облаками. В такие моменты ему ничего не хотелось делать, даже если в квартире творился полный беспорядок или появлялись мысли по поводу курсовой. Он продолжал сидеть в кресле, забравшись с ногами и облокачиваясь на подлокотник, и смотреть. Порой Беззубик подходил к креслу, садился рядом и пару минут внимательно наблюдал за хозяином, а потом, будто вспомнив о чем-то важном, резко начинал умывать мордочку и уходил. Иккинг мог так засидеться до поздней ночи, после чего сонным приходил в университет и клевал носом на парах. Джек замечал это и постоянно будил соседа по парте. И не соврать бы, но Фрост волновался за друга. Шатен не раз слышал в свой адрес его ворчливое и в то же время обеспокоенное: «Тебе надо больше спать», «Ты стал совсем бледный», «Ты меня пугаешь». Иккинг всегда отмахивался, поправлял сползший рюкзак и уходил вперед, на следующую пару. А Джек оставался позади в недоумении. Но, конечно же, все менялось, когда они приходили в библиотеку. Хэддок оживал, начинал усердно учить и запоминать, даже с некой долькой веселья разговаривал с другом. И поэтому эти моменты Фрост ценил больше всего.
***
— Джек Фрост, торжественно объявляю, что сегодня мы закончим курсовую работу, а с завтрашнего дня приступим к нашей камере! — Иккинг как всегда вздернул указательный палец вверх, строя важный вид. — Да ну неужели, а то я уже смотреть не могу на то барахло, что мы накупили для камеры. Сколько времени оно валяется у меня в комнате и мозолит глаза, — фыркнул Джек и уткнулся в учебник по медицине. — Если хочешь, можем перетащить это «барахло» ко мне, — парень изобразил кавычки. — Делать нечего – таскать туда-сюда всю эту тяжесть. Кстати, ты подумал насчет того, чтобы провести эксперимент на Беззубике? — Фрост хитро улыбнулся, поглядывая на друга. — Да что ж ты так издеваешься над бедным животным?! Что он тебе сделал, что ты его так не любишь? — негодовал шатен, теребя в руках ручку. — Он меня постоянно кусает, когда я к тебе прихожу. — Это он тебя так лю-ю-юбит, — протянул Иккинг и рассмеялся. — Тогда, лучше бы ты меня кусал… — тихо произнес Джек, закрываясь книгой. Через минут десять тишину библиотеки потревожил звук открывающейся двери. Астрид быстро нашла взглядом дальний стол, убедившись, что он занят. Девушка подошла к одногруппникам и присела на придвинутый стул. Иккинг так и не отвлекся от конспектов, уже зная, кто подсел к ним. Джек кинул недовольный взгляд на блондинку и снова уткнулся в параграф. — Привет, мальчики. Вы еще не закончили курсовую? — тихо спросила Астрид. — Сегодня закончим, — ответил Хэддок, отрываясь от книги и потирая глаза. — Я схожу за соком. Вам чего-нибудь принести? — вежливо поинтересовался Фрост, поднимаясь со своего места. — Нет, спасибо, — отозвался Иккинг, а Астрид лишь отрицательно покачала головой. Скрывшись за дверью, Джек быстрым шагом направился во двор университета. Резкими раздраженными движениями он достал пачку и прикурил сигарету. Едкий дым сейчас как никогда помогал разгрести полный завал в мыслях. Между затягами парень ворчал себе под нос по поводу того, как его бесит блондинка. Иккинг на девушку вообще не реагирует, — это радует Джека. Но больше всего он бесится с самого себя. Ни Иккинг, ни Астрид ему никто. С Хэддоком его связывает только общее дело, из-за которого они часто общаются. И он уверен больше, чем на восемьдесят процентов, что после окончания сотрудничества, они перестанут общаться. Фрост сам себе выдумал какие-то чувства, накрутил кучу мыслей в голове, которые теперь не давали ему покоя. Может он совсем ошибается, и ничего, кроме дружбы, между ними нет. Грань вроде не тонкая, вполне все ясно, но почему же этот болван Иккинг так сводит его с ума?! Джек и сам не знает, поэтому и глушит все эмоции сигаретами. Сделав последнюю глубокую затяжку, он вернулся в библиотеку. Как только Фрост вышел из помещения, Астрид придвинула стул ближе к шатену. Иккинг заметил это действие и с подозрением посмотрел на подругу. — Иккинг… Я… — блондинка покрылась легким румянцем, а парень подумал, что все — сейчас ему будут признаваться в любви. — Я хотела сказать, — продолжила она, опуская голову и смотря на свои сцепленные руки, — что ты… — Что я, что? — поторопил ее Хэддок. — Что ты полный болван, раз не замечаешь, как смотрит на тебя Джек! — резко и недовольно произнесла Астрид, одаривая Иккинга легкой оплеухой. — Что? — такого поворота событий он совсем не ожидал, поэтому уставился на девушку с непонимающим взглядом, потирая затылок. — То! — Астрид… — спокойно произнес шатен, надеясь, что девушка успокоится. — Я знаю. — Что ты знаешь? — с меньшим пылом переспросила подруга, но продолжила хмуро на него смотреть. — Я знаю, как он на меня смотрит. Он думает, что я не замечаю. Но это не так… — Иккинг опустил голову. В этот момент в библиотеку вернулся Джек, прерывая разговор. Иккинг и Астрид резко обернулись в его сторону, боясь, что он мог что-то услышать. Но по его лицу поняли, что он ничего не слышал. — Ладно, пойду я. Удачи вам, — девушка попрощалась с парнями и ушла. Светловолосый уселся на свое место, проводил блондинку взглядом, а потом посмотрел на Иккинга. — О чем болтали? — как бы невзначай спросил Джек, берясь за учебник. — Как всегда – о фигне, — шатен подпер рукой голову и скучающим взглядом посмотрел в окно. — Здорово… Почему ты не сказал мне, что вы встречаетесь? — после недолгой паузы поинтересовался Фрост, не отрываясь от книги. Он специально поднял ее чуть выше, закрывая лицо, чтобы Хэддок не видел его эмоций, которые поселились на бледном лице. — Что? — Иккинг даже руку от лица оторвал и сел прямо. — Ты слышал. — Вообще-то мы не... встречаемся. И даже если бы это было правдой, то ты узнал об этом первый, — хлопая глазами, Иккинг смотрел на корку учебника по медицине, вместо того, чтобы видеть лицо друга. Джек, кажется, дышать перестал, настолько было тихо в помещении. Сейчас его спектр эмоций пестрил недоумением, облегчением и радостью, и снова недоумением. — Может, пойдем по домам? — предложил Хэддок и встал из-за стола, потягиваясь. — Иди, я еще немного посижу. — Как знаешь… Иккинг собрал свои вещи и вышел из библиотеки, тихонько прикрыв дверь. Джек остался наедине со своими эмоциями и мыслями. Он никогда бы не подумал, что одна фраза может превратить его в желе. «Они не встречаются», — крутилось в голове Фроста. И, толком не понимая смысла этой фразы, парень уставился в царапину на столе, будто на ней было все сосредоточение мирских знаний и ответов на все интересующие вопросы. Потом он задался логичным вопросом «Почему?», долго думал над ним, перебирая все возможные варианты, а после просто улыбнулся. Самой дурацкой улыбкой, которая была в его арсенале. «Они не встречаются», — последний раз успокоил себя Джек. И будто озарение снизошло до тупенькой головы светловолосого! Он быстро начал собирать свои вещи, оставил взятые учебники на стойке библиотекаря и выбежал в коридор корпуса. Во всем универе было тихо и пусто. Джек пулей понесся домой со счастливой улыбкой на лице.***
Иккинг снова сидел в кресле и смотрел в окно. За стеклом темнело небо, подозрительно чистое, без туч и облаков. Парень смотрел на единственную тусклую звездочку, что пробивалась сюда сквозь множество галактик, и видел в ней намного больше, чем обычную звезду. От слишком долгого созерцания, ему уже начало казаться, будто звезда пульсирует, медленно увеличиваясь в размерах и начиная сверкать ярче. Сбоку послышалось короткое приглушенное мявканье, и Иккинг повернул голову, уставляясь на Беззубика, который сидел рядом с креслом и облизывался – только что из кухни. Беззубик иногда не мог мяукнуть как положено, — его голос обрывался, заканчиваясь хрипом, как сейчас. Хэддок посмотрел в такие же зеленые, как и его, глаза кота и увидел в них блеск, что отражался от звезды. Парень вспомнил, как впервые заметил блеск в тусклых голубых глазах друга. Этот момент ярко отпечатался в подкорке сознания. При первой их встрече, Джек казался «умирающим», его ничего не трогало в этой жизни. А сейчас… Шатен вспомнил, как друг рассказывал о некоторых ситуациях со школьных времен. Он тогда улыбался, активно жестикулировал руками и менял интонации голоса, чтобы придать рассказу ту живость, которую пережил сам. Иккинг увлеченно наблюдал и смеялся, рассказывая в ответ о своей жизни. Хэддок улыбнулся, продолжая смотреть на Беззубика, а потом протянул руку и подцепил кота, прижимая его к своей груди. Теплый комок шерсти утробно заурчал и начал тереться мордочкой о подбородок хозяина, прикрывая от удовольствия глаза. Просидев с котом на коленях еще полчаса, гладя вдоль мягкой шерстки, Иккинг понял, что Беззубик задремал. Шатен хотел пойти заварить себе чай, но совесть со злостью шипела на него, не позволяя шевельнуться, - он не хотел будить кота. Но ему все равно пришлось встать с места, потому что зазвонил телефон, зовя Иккинга в спальню, где и лежал гаджет. — Прости, Беззубик, — парень сожалеюще посмотрел на кота, который спрыгнул на пол и начал потягиваться. Ответив на звонок, первое, что услышал шатен – это: — Ты когда-нибудь курил травку? — и голос еще такой подозрительно веселый, будто хозяин этого голоса уже успел прилично выкурить. — Эм… Ну, было дело. А что, в Лондоне есть дурь? — удивился Хэддок. — Эй, ископаемое, двадцать первый век на дворе! Сейчас везде можно найти закладки. Алё, - Джек на том конце засмеялся. — Ну так что, ты в деле? Иккинг уже представил ухмыляющееся лицо друга, который в очередной раз подбивал на слабо, и ответил: — А то! — Тогда подкатывай ко мне. Жду, — и отключился. Вечер перестал быть томным…***
Обкуренные друзья сидели на крыше дома Джека, облокотившись спинами о парапет, и безудержно хохотали. Холодный ветер гулял по крыше, но парни совершенно не чувствовали холода. Они просто смеялись без причины, потому что действие травы подвесило уголки их губ на веревочки, и они совершенно не могли избавиться от этого ощущения. Все тело казалось мягкой ватой. Иккинг попытался поднять руку, чтобы убрать челку с глаз, но не смог. Ему показалось, что рука весит тонну, но он лишь улыбнулся и уставился взглядом в перекошенную антенну. — Где ты достал ее? — заплетающимся языком спросил шатен спустя несколько минут. — Там, где достал, ее уже нет, — ответил светловолосый и снова засмеялся. Хэддока вполне удовлетворил этот ответ и он подхватил смех. Когда действие травки начало потихоньку спадать, Иккинг задумался над тем, что сказала ему Астрид еще днем. И он серьезно задумался! Даже Фрост заметил эту неукротимую мыслительную деятельность на лице друга. — О чем думаешь? — прервал поток мыслей светловолосый. — О том, как впервые попробовал курить траву, — соврал Иккинг и улыбнулся. — И каково? — Мы с маман до одури ржали над каким-то глупым ТВ-шоу , — шатен усмехнулся, вспоминая это. — Во дает! Убойная у тебя маман, раз накурила собственного сына, — даже в темноте ночи было заметно, как у Джека округлились глаза буквально на мгновение, а после послышалось хихиканье. — Да. Помню, после отходняка наступил жуткий сушняк, — Хэддок высунул язык и скривился, потому что такой сушняк даже после грандиозной попойки не бывает. — Всегда так, — Джек опустил голову и заметил, что руки у Иккинга немного трясутся. — Ты замерз? — Нет. — Замерз. Действие травки притупляет ощущения. Давай вернемся, — светловолосый взял друга за руку, ощущая насколько она холодная. — Пошли, ледышка. Фрост потянул на себя шатена, и тот нехотя поднялся на ноги. Неспешным шагом они вернулись в квартиру, где хозяин укутал гостя в одеяло, а сам скрылся за дверью ванной комнаты. Спустя минут пятнадцать, выйдя из душа, Джек застал Иккинга спящим на диване. — Иккинг, просыпайся. Так ты долго будешь согреваться, так что иди в душ, я сейчас принесу полотенце и сменные вещи. Шатен недовольно сморщил нос, но глаза открыл. Нехотя поднявшись с дивана и зевнув, он утопал в ванную. Фрост быстро переоделся и достал чистое полотенце с футболкой и шортами. Положив вещи на стиральную машину, Джек пошел готовить горячий чай. И все-таки он дурак. Зачем они поперлись на крышу? Не стоило этого делать, зная, какие будут последствия. И теперь он считал святой обязанностью не позволить Иккингу ни в коем случае заболеть. — Идиот, — прошептал сам себе Хэддок, стоя под горячими струями воды. Выйдя из душа, Иккинг сразу же пошел на кухню, зная, что его друг будет именно там. Джек сидел за столом, пил свой чай и залипал в телефоне. Шатен сел напротив и приложил ладони к своей кружке. Заметив это действие светловолосый спросил: — Еще не согрелся? — Нет, я в норме. Спасибо. — Что-то случилось? — Фрост отложил телефон в сторону и подозрительно посмотрел на парня, замечая изменения в настроении. Он, конечно, знал, что после травки у людей меняется эмоциональное состояние, но все равно решил спросить. — Эм… Нет, — Иккинг поднял глаза и посмотрел на Джека. — Просто… Мне это было нужно. — Что? — не понял Фрост. — Расслабиться, — шатен улыбнулся, выглядывая из-под челки. — В последние дни я начал замечать, что меня накрывает дедлайн. Ты, наверно, и сам заметил, что я хожу весь убитый. — Есть такое… — Спасибо тебе. — Да не за что, — Джек в непонятках хлопал глазами. — Ты странный. — Мне все это говорят, — Иккинг наконец перестал медитировать над кружкой и сделал первый глоток чая. — Странный – не в том смысле, что больной на голову или еще что-то в этом роде. Странный – значит, достаточно интересный. Хэддок ничего на это не ответил, продолжая пить чай. Они сидели некоторое время в полной тишине, пока шатен снова не подал голос: — Астрид… мне кое-что сказала. О тебе. Джек мгновенно напрягся, сжимая в руке кружку, его взгляд похолодел, переставая передавать эмоции, парень даже дышать перестал. — И что же она сказала? — медленно и осторожно поинтересовался светловолосый. — То, что я уже знал. Я тебе нравлюсь, — спокойно констатировал Иккинг, сразу же скрываясь за кружкой. Казалось, что предыдущая тишина длилась всего секунду по сравнению с той, что затянулась сейчас. Джек молчал. Иккинг не давил. Воздух, казалось, накалился до предела, посылая с потолка разряды молний. Но Хэддок чувствовал себя вполне спокойно и умиротворенно. А у Фроста в голове хаотично крутились мысли, ударяясь о черепную коробку. Еще он совсем немного злился на блондинистую девчушку, которая мелет невесть что. Но и отчасти он был ей благодарен. Иначе бы без нее этого душещипательно разговора не состоялось. И здесь сейчас по срочной необходимости требовался Беззубик, который своим «Мяу» разрядил бы обстановку. Но его нет. Фрост еще никогда так сильно не скучал по кусачему существу, молясь, чтобы комок шерсти внезапно материализовался на кухне и как следует цапнул его, чтобы, наконец, прийти в себя. Но разбудил его мягкий голос друга. — Я согласен. — Ты о чем? — светловолосый не узнал свой голос — грубый и хриплый. — Ты же предлагал встречаться, — Иккинг тепло улыбнулся, чем снова вверг в ступор Джека. «Куда орать? Кому молиться? В какие колокола бить? Кто-нибудь помнит номер скорой помощи?» — стучало в голове. Джек сейчас мысленно пускал петарды и салюты, сидя с приоткрытым ртом. По сути, он вообще не понимал, что здесь происходит. — Хьюстон, у нас проблемы. — Что? — Ну, наконец-то, ты очнулся. Как там в параллельном мире? — шатен издевательски улыбнулся. — В параллельном мире я уже давно лежу в нокауте с твоей легкой руки. — Ты добрый. — Спасибо. — Это был сарказм. А теперь пошли спать. Иккинг потянулся и зевнул, а Джек в полной прострации поднялся со своего места и прошел в спальню. Оказавшись около расстеленной постели, Фрост очнулся. Мысли начали бегать в хаотичном беспорядке и бить половниками по всем кастрюлям азбукой Морзе: «SOS!». — Вот только не говори сейчас, что ты боишься спать со мной на одной кровати, мы же уже делали это, — Хэддок состроил по-доброму издевательскую моську, улыбаясь уголками губ. Из всего предложения пострадавший мозг Джека выцепил только «Мы же уже делали это». Фантазия щедро подкинула несколько интересных картинок с пометкой «18+». — Если хочешь, я лягу на диване, — предложил светловолосый. — Мне иногда кажется, что ты немножко тупичка! Иккинг щелкнул по выключателю, отрубая свет, завалился на кровать и утянул за собой Джека. Парню казалось, что его друг не до конца понимает, на что согласился. Джек ни за что бы не подумал, что Хэддок может вести себя настолько инфантильно. Он слишком просто принял тот факт, что теперь, вроде как, встречается с парнем. Будто это было само собой разумеющееся. И Фрост откровенно не понимал этой перемены в Иккинге. Нотка страха присутствовала где-то в груди, дергая за тонкие струны души. Заметив подозрительную тишину со стороны светловолосого, Иккинг нашел его руку и взял в свою, переплетая пальцы. — Джек, не грузись, окей? Мне не в первой… — шатен смотрел прямо в голубые глаза. — Встречаться с парнем? — вопросительно закончил он. — Слышать признания от парня. И ты сейчас думаешь, почему я так просто согласился. — Откуда ты знаешь? — У тебя на лице написано, — Хэддок улыбнулся. — Не думай, что я согласился только ради того, чтобы проверить себя или тупо поразвлекаться с тобой. — Тогда почему? Ты вполне мог встречаться с Астрид или с любой другой девушкой, — напряженное недоумение так и не сходило с лица Фроста, он все еще не понимал. — Астрид – гиперактивный тайфун, который появляется из ниоткуда и исчезает в никуда. Она меня немного напрягает, — Иккинг выдал смешок. — А другие девушки меня не цепляют. — Забавно, — наконец улыбнулся Джек. — Отношения отвлекают от учебы. Девушки всегда требуют к себе много внимания, — парень вздохнул, сжимая руку Джека в своей. — С тобой иначе. Все мое время посвящено учебе и тебе. — Это плохо? — Наоборот. Это охренеть как хорошо! Мы с тобой увлечены одним проектом — разве это не здорово?! Я рад, что ты выбрал меня в напарники, — шатен придвинулся чуть ближе, от чего у Джека перехватило дыхание. — Я тоже рад… — стальной взгляд скользнул по чужим губам. — Почему именно я? — решил уточнить Иккинг, чтобы избавиться от последних сомнений. — Ты меня заметил, — довольно просто ответил Фрост и улыбнулся, свободной рукой проводя по щеке уже своего парня. Эта мысль приятно грела изнутри. Хэддок и правда заметил его. Из всей разношерстной толпы он заметил именно Джека Фроста – простого неприметного паренька в капюшоне, которого никто никогда не замечал. Даже та же Астрид сильно удивилась, когда узнала, что уже несколько лет учится с ним в одной группе. Джек все это время был будто незримой тенью. И Иккинг понял, насколько тяжело порой приходилось Джеку. Проведя большим пальцем по тыльной стороне ладони светловолосого, он придвинулся ближе и накрыл чужие губы своими. Поцелуй вышел легким и мягким, без какого-либо намека на пошлость. Джек прижался сильнее, зажмурив глаза. Он боялся упустить этот момент, когда ему позволили касаться этих губ. Нехотя отстранившись, Джек заглянул в темно-зеленые глаза и обнял шатена, прижимаясь к нему всем телом и утыкаясь носом в ключицы. — Ты холодный, — по телу Иккинга пробежались мурашки. — Плохое кровообращение, — почему-то с удовольствием оповестил Фрост. — Но ты же меня согреешь? — Согрею.***
Утро выдалось подозрительно поздним, но от того счастливым. Наверно потому, что сегодня выходной, парни наконец-то выспались, а над ухом никто не мяукал. — Беззубик! — Иккинг резко проснулся и сел на кровати. — Блошиный рай, — недовольно пробормотал Джек, зарываясь под подушку. — Придурок, — шатен от души шлепнул парня по заднице и подскочил с кровати, скрываясь с места преступления. — Ауч! — вскрикнул светловолосый, роняя подушку на пол. — Зараза, больно же! — на самом деле – не очень. В ответ ему раздался шум воды в ванной. Джек поднял подушку и снова уткнулся в нее, засыпая. Правая ягодица горела после смачного шлепка, но парень перетерпел легкую ноющую боль. Выскочив из ванной комнаты, Хэддок быстро оделся и, бросив: «Я еще вернусь», – выскочил за дверь квартиры. Джек спал. Запыхавшийся Иккинг вбежал в квартиру и сразу же услышал тоскливое «Мяу». — Прости, Беззубик, плохой из меня хозяин, — начал он извиняться перед животным, но в ответ ему только фыркнули. Гордо задрав голову, кот прошел на кухню и в ожидании сел перед миской. Парень скинул обувь и пальто, зашел на кухню и с состраданием глянул в пустую посудину. — Сейчас, мелкий, — он достал корм и насыпал с горкой. Довольный кошак принялся громко грызть корм, а успокоившийся хозяин пошел в свою комнату. Приготовив чистые вещи, шатен скрылся в душе, на полную включая воду. У Джека он успел только умыться. И сейчас Хэддок окончательно расслабился, ощущая на себе теплые струи воды, отголоски объятий Джека и его губы. Иккинг непроизвольно коснулся пальцами своих губ. Парень скрыл улыбку за ладонью, а потом и вовсе провел ею по лицу и волосам. — Ну и что ты будешь делать, болван? — спросил он сам себя, продолжая широко улыбаться. В голове проплыло навязчивое «любить, кормить и никогда не бросать» родом из Гарфилда и махнуло рыжим хвостом, будто бы помахав рациональности на прощанье. Естественно, ни о какой любви речи идти не может. Парень с трудом принимал самого себя и свои чувства. Ему понадобиться какое-то время, чтобы привыкнуть ко всему этому. Перво-наперво нужно было рассортировать все мысли по полочкам, а то полочки ночью слегка пошатнулись и рухнули к хренам. Душ — идеальное место, чтобы разобраться. Пока Иккинг методично намыливал одну руку, он думал, что не все так уж и плохо. Эти отношения – первый шаг на пути к новой жизни. Он же хотел начать с чистого листа, когда переезжал в Лондон? Вот он — чистый лист. Правда, уже не совсем чистый и не совсем лист. Целая тетрадь, в которой день за днем появляются строки его личной истории: страна, город, квартира, универ, Беззубик, Астрид, Джек. Со вчерашнего дня он начал писать новую главу. Приятную главу, заголовок которой был аккуратно выведен каллиграфическим почерком — «Джек Фрост». Иккинг понял, что минут десять намыливает одну и ту же руку. Сосредоточившись на прямом назначении душа, он быстро помылся и выполз оттуда довольный донельзя. Беззубик, наевшись от пуза, по-королевски растянулся на диване, уцепившись когтями передних лап в обивку над головой. Хозяин, проходя мимо, коротко почесал кота за ухом и ушел в спальню. Взяв в руки телефон, он написал сообщение на выученный наизусть номер: «Нахер курсовую. Приходи». Они же имеют право отдохнуть? Имеют! Хэддок переоделся в домашнюю одежду и стал думать, что приготовить. Порывшись по полкам и в холодильнике, он решил пожарить блинчики. Для парня готовка была чем-то обыденным, он никогда не жаловался на то, что не умеет готовить. Ему стоит один раз показать, как это делается, и дальше он уже сам приготовит такой шедевр, что окажется даже вкуснее. Как только Иккинг снял последний блинчик со сковородки, раздался стук в дверь. Он поспешил открыть ее, на пороге, естественно, стоял Джек. Принюхавшись, светловолосый сразу же выдал: — Вкусно пахнет. Блинчики? — Угадал. — Хозяюшка ты моя! — съехидничал Фрост, за что получил лопаткой по лбу. Уже сидя за столом и попивая ароматный чай, Джек в наглую скармливал блинчики Беззубику, пытаясь его задобрить. Может тогда он перестанет кусаться и царапаться?! А мелкий, итак нажравшийся до этого, уже чуть ли не лежал пузом кверху и дрыгал задней лапой от такого обилия вкусной пищи. — А прикольно он лапой дрыгает, — усмехнулся Джек. Все-таки дрыгает. Иккинг наклонился под стол и понаблюдал за разомлевшем питомцем, а потом под столом же перевел взгляд на Фроста, выражая недовольство: — Хватит скармливать ему блинчики, не для него готовил. — Хозяю… — светловолосый не успел закончить, увидев в руках Хэддока лопатку. Но приятно отметил, что эту вкуснятину готовили специально для него. Джек остался на все выходные у Иккинга. Парни наслаждались покоем перед новой учебной неделей и друг другом, валяясь в огромной кровати хозяина квартиры и смотря сериалы. Бой подушками в двадцатилетнем возрасте — легко! Догонялки с водяными пистолетиками по всей квартире — без проблем! Корчить рожицы коту, издеваясь над бедным животным — да как нефиг! Попытка помыть кота — не, ребят, я пошел. Но Беззубика они все равно помыли, правда потом Иккингу пришлось обрабатывать царапины на лице и руках Джека. Беззубик же смотрел на своего хозяина как на предателя, а Фросту чуть ли не язык показывал, довольный делами лап своих. Приятней всего было, конечно же, засыпать вместе, не надеясь ни на что. Оба понимали, что торопиться в развитии их отношений не стоит, им вполне хватало робких поцелуев и теплых объятий. Правда, по утру Джек ощущал склад конечностей на своем теле, но совершенно не возражал.
