Зверь под маской

      Вздорная девчонка! Уверен, что она сама не знает, на что обижается! И я, как мальчишка четырнадцатилетний, ведусь на её капризы. Да что со мной?! Не может же одна симпатия делать меня таким слабохарактерным?!       Проснувшись утром, я спешу в дом, чтобы проконтролировать эту истеричку, чтобы она не ускользнула раньше времени из дома. Я на задании, но это не мешает мне приглядывать за ней.       Захожу в кухню. Она пустая. Даже признаков того, что Беатрис могла завтракать, нет. Может, она уже улизнула из дома?       Я выглядываю в окно в холле и вижу её машину. Значит, она дома. Может, она в своей комнате?       Я спешу на второй этаж и подхожу к двери её обители. Но не успеваю я постучать в дверь, как Беатрис сама выходит в коридор. Чуть ли не налетев на меня, она бегло пробегает глазами по мне. Но меня настораживает другое... Её болезненный вид... Глаза опухли, красные, нос чуть припух... Она что, плакала? Неужели это из-за нашей ссоры?!       - Тебе плохо? - вместо приветствия спрашиваю я обеспокоенно.       - Нет, всё нормально, - бросает она глухо и натягивает рукава чёрной водолазки на ладони.       - Ты заболела? - спрашиваю я снова.       - Нет, просто замерзла, - в том же тоне отвечает она, как и в первый раз.       Она уже обходи меня сбоку, когда я успеваю поймать её руку. Да она же горит! Я притягиваю её ближе и кладу свою ладонь на лоб. Точно, жар! И, видимо, потому, она вяло сопротивляется.       - Всё нормально, - отмахивается она от меня, - пусти, я хочу воды.       - Ты понимаешь, что у тебя жар? - пытаюсь я наставить её на путь истинный. - Вернись в кровать, я принесу тебе лекарство.       - Мне не нужна нянька, - хрипит она, - мне нужно на работу.       - Совсем с ума сошла? - спрашиваю я.       Она молча выдирает руку и спускается вниз. Я следую за ней. Беатрис заходит в кухню и подходит к крану с водой. Достав чашку, она наполняет её водой и проглатывает содержимое. Поставив её на место, она отходит от раковины и направляется к двери. Я преграждаю ей путь, встав перед ней. Она упирается чуть ли не носом в меня. Подняв глаза на меня, она непонимающе хлопает ими.       - Тобиас, прошу, не мешай мне, - вяло просит она, - я не мешаю тебе вести твоё расследование, ты не мешай мне.       - Меня сейчас больше волнуешь ты, чем расследование, - говорю я и не лгу.       - С каких это пор? - пытается она съязвить.       - С недавних, - отрезаю я, - вернись в постель, иначе я силой тебя туда отнесу. Я позвоню Кристине и скажу, что ты заболела.       Она с минуту колеблется, но потом тяжело вздыхает и поджимает губы. Я качаю головой и смотрю ей вслед, как она поднимается по лестнице в свою комнату. Я, конечно, рад, что она приняла верное решение, но её состояние меня беспокоит.       Я звоню Эрику и говорю о том, что нас сегодня не будет. Звоню Кристине, чтобы не вызвать подозрений, сообщаю ей тоже самое. Потом роюсь в аптечке, но не нахожу ничего дельного. Поднимаюсь в комнату Беатрис и стучусь. Её сдавленное мычание заставляет меня без разрешения ввалиться в её комнату. Я застаю её на кровати. Она с головой укуталась в одеяло, лишь только потому, что оно еле вздымается то вверх, то вниз, можно сказать, что она ещё дышит.       Я аккуратно откидываю край одеяла и моему взору предстаёт бледное лицо Беатрис. Глаза прикрыты, веки подёргиваются, губы бледные, кожа фарфорового цвета.       Я нащупываю её руку и зову её тихо по имени. Она что-то мычит нечленораздельное. И это ещё больше повергает меня в панику. Я бросаюсь к телефону и набираю номер "Скорой помощи".       Рассказав всё в трубку оператору, я сажусь на край кровати и снова беру её холодную руку в свою. Я всматриваюсь в знакомые черты лица, но они еле уловимы. Вчера она готова была взорвать меня, а сейчас еле дышит... Я бы всё отдал, лишь бы только она сейчас встала и накричала на меня...       В ожидании "скорой" проходит минут пятнадцать, но мне показалось, что целая вечность. Я держу её руку и боюсь выпустить. Мне кажется, что если я её отпущу, то и сам умру прямо здесь и сейчас...