Зверь под маской

      Я попросил Макса, чтобы на пару дней Трис оставили в покое. Ей нужно прийти в себя, "переварить" всю информацию, свыкнуться со всем, наконец.       Я привел её в свою квартиру с намерением больше не отпускать её от себя. Но один вопрос оставался открытым до сих пор. Я должен был быть с ней до конца честным.       Прошло пару дней, как моя квартира приняла нового жильца. Трис мало разговаривала, больше ходила задумчивая, отвечала иногда невпопад, иногда вообще не слышала. Но я не трогал её. Я понимал, что ей нужно время. По себе знаю, что с любой утратой нужно свыкнуться. Но так же я знал, что боль от неё не исчезает, лишь притупляется со временем. Я ходил на работу, но чувство тревоги за этого человека не покидала меня ни на секунду. Я знаю, что она сильная, но всё же...       Суд над Дэвидом состоялся через неделю. В его сейфе нашлось достаточно улик, чтобы засадить этого Зверя на пожизненно. Также по его стопам пошел и Питер. А вот Алу дали чуть меньше - двадцать лет за соучастие. Но он, вроде, и этим остался доволен...       Когда судебные разбирательства прошли, Трис стала заметно веселей. Домой я возвращался, зная, что она ждёт меня. И в один момент я решил, что пора раскрыть все карты...       - Малыш, я дома! - огласил я на всю квартиру своё возвращение.       Трис вышла из спальни и бросилась ко мне. Она повисла на моей шее, и я почувствовал, что она ждала меня. А большего и не нужно!       - Я скучала, - шепчет она.       - Я тоже, - я поцеловал её, но тут же мой мозг напомнил мне, что нужно сделать, - родная, нам нужно поговорить.       Трис хмурит брови, и её внешний вид напоминает мне маленького ребенка, у которого спросили что-то, чего она не знает. Я беру её за руку и веду в гостиную. Сажусь на диван и притягиваю её к себе на колени. Сердце бьётся от волнения.       - Я хочу сказать тебе... - начинаю мяться я. - Точнее, рассказать тебе...       - Ну же! - не выдерживает она и поджимает губы.       - В общем... Помнишь тот день, когда на тебя было совершено нападение? Потом появился я... - я внимательно смотрю на её реакцию. Она вспоминает и удивлённо смотрит на меня. - Так вот... Как бы тебе сказать... В общем, не было никакого нападения! Это всё было подстроено, чтобы Дэвид приставил к тебе охрану. Твоими ночными "гостями" были я и Эрик... - я выдыхаю от сказанных мною же слов.       Трис встаёт с моих коленей и отходит от меня на пару шагов. Затем поворачивается ко мне и внимательно смотрит на меня. Моё сердце готово выпрыгнуть из груди в ожидании её "приговора".       - Итон, я всегда знала, что ты дурной! - вдруг выдает она.       Я удивлённо хлопаю глазами. Что это значит? Как это понимать? Она зла или она сильно зла?       - Тогда и вправду не было другого способа заставить Митчелла приставить к тебе охрану, - начинаю оправдываться я, - ты не представляешь, как я жалею об этом! Видит Бог, я бы всё отдал, чтобы не так начать наше знакомство...       - Ты наказан и сегодня моешь посуду! - обрывает она меня на словах. - Пошли ужинать, а то всё остынет!       Она берёт меня за руку и ведет на кухню. И даже самые пикантные запахи еды не приводят меня в чувство. Что это за реакция? Может, она не поняла меня?       Трис раскладывает пасту на тарелки, ставит на стол миску с салатом и садится рядом на стул. Она спокойно принимается за еду, а я так и сижу, таращясь на неё. Наконец, ей это надоедает, и она кладёт свою вилку на стол рядом с тарелкой и скрещивает руки на груди.       - Мне никто не обещал, что жизнь с тобой будет легкой, - чуть улыбаясь, говорит она, - но тем не менее, я сознательно пошла на сближение с тобой. Да, ты иногда бываешь кретином! Да, ты часто бываешь ослом! И, да, ты постоянно делаешь всё не так! - говорит она. - Но тем не менее, я люблю тебя. И всё, что ты сделал когда-то давно, давай забудем? Я хочу начать новую жизнь. С тобой, рядом, чтобы ты всегда оберегал меня, защищал, любил и радовал. И раз ты так поступил, значит, другого способа действительно не было! Может, если бы ты раньше сознался мне во всем, я бы возненавидела тебя... Но сейчас ты - единственный, с кем мне спокойно, уютно, тепло, и я люблю тебя. Хоть ты и полный придурок, Итон! - она подмигнула мне.       - Значит, ты не сердишься? И даже скандалить не будешь? - спрашиваю я, не веря своим ушам.       Она вздыхает и закатывает глаза. Затем встаёт со стула и подходит к шкафу с посудой. Достав одну тарелку, она внезапно бросает её под ноги, и та разбивается вдребезги. От звона в ушах я просто забываю то, что хотел сказать дальше. Трис всё также спокойно вернулась на место, посмотрела на меня довольным взглядом, в котором читалось "Доволен?" и принялась поглощать еду.       - Что опять не так? - смотрит она на меня. - Я уже не знаю, как тебе убедить?! Сказала, что всё нормально, и я не сержусь - не так... Тарелку уже разбила, потому что ты никак не поверишь, что всё нормально - тоже не так... Может, по-другому я смогу тебе доказать, что всё нормально?.. - это уже она вслух размышляла, не глядя на меня.       Она потянулась через стол и взяла меня за грудки. Коснувшись моих губ своими, она заставила последние остатки моего трезвого разума потонуть в её поцелуе.       - Жду тебя в спальне через десять минут, - шепнула она мне и направилась к выходу. - Ну, после того, как помоешь посуду и уберёшь черепки.       Я со стоном падаю на стол, подложив под голову руку. Боже! Эта женщина меня сведёт с ума! И то, что я когда-то совершил на неё нападение, ничтожно мало по сравнению с тем, что Трис будет делать со мной до конца моих дней! Но, чёрт возьми, она права в одном: никто не обещал, что со мной будет легко! Остальное я смогу оспорить в спальне.       Но тем не менее, Трис права ещё и в другом: чтобы мы не совершали раньше, пусть оно там и остаётся. Я совершил много ошибок в жизни, но и хорошее было! И наградой за все мои поступки и деяния стала Беатрис Прайор. Почему я так говорю? Потому что эта женщина до конца жизни будет уничтожать меня и возрождать; она будет убивать меня и воскрешать; она способна любить меня и ненавидеть; Трис может приласкать меня и также может оттолкнуть. И я никогда не устану восхищаться этой юной девушкой, которую я встретил в доме Дэвида Митчелла, и которая теперь прочно обосновалась не только в моей квартире, но и в моём сердце.       И я пойду за ней, куда она скажет.       Но сейчас она зовёт меня в спальню, а просить дважды меня не нужно.