the mystery of the blue rose

Рабочий день подошел к концу, и многие уже разошлись по домам. Пак Чимин, загруженный документацией, немного задержался и поэтому не заметил, как стрелка на часах беспощадно приближалась к десяти вечера. Чимин стянул круглые очки и устало потер глаза, которые уже слезились от долгой работы за компьютером. – Йоу, бро, – отсалютовал вошедший Ким Тэхен, напарник Чимина. – Ты почему все еще здесь? Опять уснул? – И тебе привет, – кивнул Пак, выключая рабочий комп. – Да нет, работал. Между прочим, за тебя. – Прости, я сегодня на дежурстве, – посмотрев на взлохмаченного Чимина, Тэ виновато улыбнулся и протянул ему кофе, который принес с собой. – Ты вообще высыпаешься? – Не-а, этот Шуга, – Чимин тихо хмыкнул, видимо, отвлекаясь на свои мысли, и сделал небольшой глоток, позабыв поблагодарить друга за кофе. – Он… Извращенец! – О, вы с ним сегодня опять встречаетесь? – поинтересовался Ким, доставая из сумки исписанные кривым почерком документы. – Да, через три часа я должен быть в отеле, – Пак начал собираться, накидывая на плечи пальто. – Чимин, – Тэхен поймал его за рукав и заглянул в глаза. – Может, не стоит? Не нужно тебе к нему ходить… Найди себе нового парня, прошу. – Не могу, Тэ, – вздохнул парень, отводя взгляд. – Мне Хосок, администратор того клуба, где тебя подцепил этот Шуга, рассказал кое-что о нем, – Ким поправил ворот пальто Чимина, ухаживая за ним, как мамочка. Чимин с детства был неряхой, и Тэхену это, как никому другому, известно. Все же они с яслей вместе. – Что же? – Говорит, что он обычно никогда не спал с одним парнем дважды, – пожал плечами Тэхен, отбирая у Чимина кофе и допивая его. – Но он ведь еще и не спал со мной, – фыркнул Пак, поражаясь наглости друга. – Как это? – искренне удивился друг и даже обомлел. – В смысле? Ты же с ним уже раза три виделся. – Вот так, – Чимин смутился и отвел взгляд, тихо бурча. – Он не прикасается ко мне, заставляет меня самому… Ну… – То есть, ты сам себя на его глазах? – Тэ даже присвистнул, совсем не ожидая такого от друга. – Вот это неждан… И ты, это, ну, правда…? – Ой, все, – Чимин дернулся и схватил сумку, направляясь к выходу. – Лучше за собой следи. – Чим, подожди, – Ким метнулся вслед за другом. – Пожалуйста, не ходи туда… – Я сам разберусь, куда мне ходить и с кем спать, – Пак громко хлопнул дверью прямо перед носом друга. – Если тебя утром вывезут из отеля по частям – сам виноват будешь! – крикнул ему в ответ Тэ, обиженно надувшись. – Придурок. – Буркнул себе под нос парень, сжимая в руке стаканчик из-под кофе, а позже отправляя его в урну.

***

На улице стояла теплая погода, но Чимин упорно закутывался в шарф. Он ужасно опаздывал к Шуге, потому что провел в душе слишком много времени, погруженный в свои мысли. Пак прекрасно знал, что Тэхен прав. Этот мистический Шуга, который только мучил Чимина, был слишком подозрительным типом. Если верить Хосоку, а Хосоку не верить нельзя, то Шуга мог выкинуть Чимина в первую же ночь. Но молодой человек (а Чимин не сомневался, что молодой) мало того, что заставил Чимина раздеться перед ним, так еще и не показывался, прячась в темноте комнаты. Во вторую ночь, проведенную в том же отеле и в том же номере, Шуга позволил себе больше – он заставил Чимина подчиниться и удовлетворить себя своими же пальцами. Это было унизительно и смущающе, но Пак соврет, если скажет, что ему ни капли не понравилось. Растягивать себя при загадочном наблюдателе безумно будоражит, а Чимину нравится, когда за ним наблюдают. На третью ночь Шуга сидел уже в удобном кресле, но все также поглощенный тьмой. Прожектора освещали лишь ту часть номера, где была кровать, поэтому рассмотреть сидящего перед Чимином человека было невозможно. Пак пытался, но никак. И лишь только это должно было напугать парня, но Чим был слишком любопытным (или ебанутым), и любил искать приключения на задницу. Знакомство с этим Шугой произошло внезапно. Точнее, Чимин был настолько разбит очередным расставанием, что напился до беспамятства и согласился на случайный перепих с каким-то бугаем, а в итоге оказался в номере отеля, как позже прояснилось, с тощим парнем. Чимин сильно расстроился, когда обещанный секс обломался, в их первую ночь он почувствовал себя какой-то вещью, выставленной на аукцион. Шуга решал, хорош Чимин или нет. Видимо, Пак его заинтересовал, раз на утро он нашел на прикроватной тумбочке новенький смартфон, с помощью которого Шуга поддерживал с ним связь. Тэхен еще шутканул о том, что Пак насосал, а Чимин толком ни черта и не помнил, может, так оно и было. Сейчас же Пак сжимает в руке этот самый смартфон, уже поцарапанный в некоторых местах, ведь Чим жопорук от природы, и спешит к Шуге. Лифт поднимался тягуче медленно, заставляя Чимина нервничать. Шуга точно не простит такой непунктуальности, но Чим лишь рад позлить парня. Он совсем его не знал, мало ли, что может взбрести в голову этому ненормальному, но отчего-то хотелось вызвать у парня, прячущегося в темноте, хоть какие-то эмоции. Вообще, Чимин, как неистинный девственник в свои двадцать пять, должен был с воплями бежать от Шуги в первую же ночь. Но Чимину надоело строить из себя недотрогу и искать нормальных отношений, в которых обычно дальше поцелуя еще не заходило, ибо Чимин же не такой, вы че. А Чимин просто не знал, что ему делать. Он боялся разочароваться в своем напарнике, когда дело дойдет до постели. Пак давно понял, что простой секс ему точно не по вкусу, ибо возбуждали только видео или рассказы с пометкой 21+. Дрожащей рукой открывая заветную дверь и неуверенно шагая внутрь, Чим даже не представлял, на что в этот момент он подписывается. Если бы парень знал, насколько Шуга не любит ждать, то несся бы сюда (или, скорее, отсюда) на всех парах. Потому что шепелявый голос, пропитанный раздраженностью и злостью, заставил Пака прирасти к полу. В комнате, как всегда, свет лился лишь от прожектора, направленного на кровать с черными шелковыми простынями. Лица Шуги не было видно, но зато его глаза отдавали блеском, выдавая их в темноте. – Опаздываешь, – рыкнул Шуга. – Раздевайся. – П-простите, – сглатывает Чим, нервно снимая с себя верхнюю одежду и кидая ее на пол у двери. Пока он избавлялся от остальной одежды и мельком посматривал в сторону Шуги, замечая, что тот сегодня непривычно напряжен. Черный дорогой костюм сидел на фигуре парня идеально, а синяя роза в кармане привлекала внимание. Пак словно видел где-то похожее, но никак не мог понять, где именно. Решение вертелось в голове, но паззл никак не складывался воедино. – Вам нравятся живые цветы? – осмеливается спросить Чимин, раздевшись до боксеров и неловко помявшись на месте. – Синяя роза… Это же «достижение невозможного»? – Достижение любой ценой, – сделал акцент на последних словах парень. Чимин хмурится, отмечая у себя в уме, что обязательно пороется в архивах. Он точно где-то слышал об этом. – Эта роза… Она Вас очень хорошо характеризует, – Чимин сглатывает, наблюдая, как губы парня искривляются в ухмылке. – «Таинство»? – уточняет Шуга, медленно поднося руку к лицу и потирая указательным пальцем подбородок. – Ты сегодня слишком болтлив. – Простите, – в очередной раз извиняется Пак и опускает взгляд вниз, не желая злить парня еще больше. – На кровати вещи, – Чимин переводит взгляд на мебель и замечает что-то на тумбочке. – Переоденься. – Здесь? – сглатывает Чим, чувствуя неопределенное смущение. – Хм, нет, можешь переодеться в ванной. Только быстрее. Чимин повинуется и семенит в ванную комнату. Он сначала долго смотрит на ванну, а потом все же решает принять душ. Лишним не будет. Позже он разрывает пакет, любезно предоставленный Шугой, и хуеет на месте. На пол вываливается черное платье с пышным подъюбником. Чимин сначала запутался в складках одежды, пока пытался понять, что у него в руках. Когда парень натянул на себя платье и посмотрелся в зеркало, то поморщился от того, что выглядит очень глупо. Униформа горничной в сексуальной интерпретации совсем не сексуально подчеркивала накачанную грудь. Но делать Паку было нечего, поэтому он достал оставшиеся вещи. Когда черные ажурные чулки были натянуты на подкачанные ноги, а боксеры валялись на полу, то Пак даже приглянулся себе. Белый фартучек завершает образ, а манжеты красиво смотрятся на руках. Подвязка для волос, которую Пак кое-как натянул на голову, стала последним штрихом. Как хорошо, что Чим догадался сегодня подвести глаза, которые блестели в полумраке. Парень мысленно благословил Шугу за то, что тот не имеет фетиша на каблуки и, неожиданно смутившись своего образа, неловко выплывает из ванной, замечая довольную ухмылку на губах молодого человека. – А тебе идет, – медленно проводит кончиком языка по своим губам Шуга и манит смущенного парня к себе. Тот молча повинуется, ступая по мягкому белому ковру. – На колени. От командного тона у Чимина мурашки по коже, поэтому он тут же оседает на пол, упираясь в него коленями. Тонкие и длинные пальцы Шуги скользят по его щеке, отодвигая лицо парня в сторону. – Хорош, – удовлетворенно выдыхает Шуга и ловко натягивает на шею Чимина кожаный ошейник, больше напоминающий ремень. Пак кусает губы и шумно вдыхает, когда красивые пальцы парня вновь невесомо касаются его бронзовой кожи. Чим готов был кончить прямо здесь и сейчас, если бы эти пальцы и дальше касались и гладили. Уж слишком они прекрасны были. Шуга, словно прочитав мысли своего «заложника», опускает руку ниже, скользя кончиками пальцев по крепкому плечу. Дрожь в теле парня усилилась, выдавая его заинтересованность с потрохами. Губы Шуги вновь искривляются в ухмылке. – Отсоси мне, малыш, – шепчет он хриплым голосом, наблюдая за минутным замешательством Чимина. Тот неловко придвигается ближе и расстегивает ширинку дорогих брюк дрожащими пальцами. – Быстрее! Чим вздрагивает и приспускает брюки парня, краснея под его тяжелым взглядом. Парень неуверенно прикасается к плоти Шуги сквозь ткань боксеров, но тот не выдерживает и оттягивает резинку трусов, высвобождая свой член. Тонкие бледные пальцы сжимают брюнетистые волосы и тянут голову Чимина ближе, а головка члена упирается прямиком в пухлые губы, из которых тут же выпускается тяжелый воздух. Это унизительно. Это неправильно. Это возбуждающе. Чимину до мурашек нравится подчиняться Шуге, поэтому он послушно обхватывает губами головку, плотно сжимая ее. Ловкий язычок проходится по ней и принимается поглаживать с нажимом. Шуга тут же сжимает волосы Пака сильнее, начиная шумно и тяжело дышать. Чимин помогает себе рукой, поглаживая ствол ладонью. – Ууух, – Шуга напрягается и надавливает на затылок Чимина, заставляя его продолжить. Пак скользит губами вниз по стволу, а после облизывает напрягающийся орган снизу вверх, ища языком самые чувствительные зоны. Шуга выгибается и ерзает бедрами, шире раздвигая ноги. Чимин пытается не краснеть, чувствуя на себе пронзительный взгляд, но все тщетно. Шуга слишком сосредоточен на прикосновениях, а наблюдать – это одно удовольствие. Чимин вновь вбирает головку в рот и ласкает ее языком, чувствуя мелкую дрожь в теле парня. Кончик языка проходится по уздечке, после чего скользит под внутреннюю плоть и отодвигает ее в сторону. Чимин слышит тихий стон парня и понимает, что он на верном пути. Стараясь сделать как можно приятнее, Чим расслабился и нечаянно задел головку зубами, отчего Шуга дернулся и громко зашипел. Парень резко дернул Чимина за волосы, а тот выпустил член изо рта и тихо вскрикнул. – Сука, – звонкая пощечина обжигает нежную щеку Чимина и ладошку Шуги. Пак поднимает на парня загнанный взгляд, а тот опускает его голову обратно. – Осторожнее, блять. Чимин виновато поглаживает ладонью ствол и прикасается языком к уздечке, начиная настойчиво и с нажимом ласкать ее. Шуга забывается и откидывает голову, вскидывая бедра навстречу губам Чимина. Пак вбирает в рот, обводя языком каждую жилку, и принимается медленно и нежно водить губами по всей длине, которую может себе позволить. Под сбившееся дыхание Шуги, брюнет расслабляет губы и начинает вращающие движения головой. Твердый член в горячем рту совершает круговые движения, попеременно касаясь различных внутренних поверхностей. Шуга удовлетворенно выдыхает и поглаживает кожу головы парня пальцами. – Глубже, – командует он и неожиданно оттягивает Чимина за волосы, заставляя того слегка наклонить голову, и насаживает рот парня почти полностью. Пак стонет от неприятных ощущений и дергается, но Шуга держит крепко, заставляя брюнета вобрать как можно глубже. Чимин зажмуривается, чувствуя слезы на щеках, и усердно расслабляет горло, что ему не очень удается. Шуга вновь оттягивает голову Чимина, позволяя тому хотя бы вдохнуть и снова проникает членом в горячую полость рта, ощущая капли от слез на бедрах. Чим усердно ласкает плоть влажным языком, плавно двигая дрожащими губами по стволу. Шуга, чувствуя приближающуюся разрядку, до боли сжимает волосы брюнета и хрипло дышит. Пак, правильно растолковав действия партнера, принимается поглаживать кончиком языка головку члена, уделяя внимание уздечке. Случайно надавив на нее сильнее, чем предполагалось, Пак давится горячей жидкостью и млеет от тихого стона сверху. Шуга обильно изливается в его рот, а Чим продолжает двигать губами, нехотя проглатывая сперму. Брюнет отстраняется, когда чужие пальцы покидают его волосы и отводит взгляд, вытирая припухшие губы и щеки, на которых виднеются дорожки от слез. – Хороший мальчик, – ухмыляется Шуга и проводит большим пальцем по нижней губе Чимина. Пак хмурится и резко дергает Шугу за руку на себя, откидываясь на спину и увлекая парня следом. Шуга от неожиданности нависает сверху, оперевшись руками в пол по обе стороны от головы Чимина, испуганно смотря на брюнета. Чимин на секунду замирает, запоминая образ блондина с красивыми карими глазами, и протяжно стонет, слабо прогнувшись в пояснице. Шуга тут же меняется в лице, пряча страх куда подальше, заменяя его похотью. – Я смотрю, ты кончил без рук, – длинные пальцы ныряют под пышную юбку платья и проходятся по внутренней стороне бедра, отчего Чимин дрожит сильнее, закусывая губу и краснея. – Шлюшка… – Просто ты идеален, – выдыхает Чимин с придыханием и тут же замолкает, получая очередной удар по щеке. Челка упала на глаза, прикрывая их, и Чимин молится всем Богам, чтобы не разреветься прямо сейчас. Шуга замечает изменения в Чимине и целует его в щеку, шумно выдыхая. – Ты позволил себе слишком много. Пора тебя наказать. Блондин подрывается и подхватывает Чимина, толкая того на кровать. Пак не успевает ничего понять, когда уже оказывается лежащим на кровати вниз лицом и с заведенными назад руками. Шуга умело связал запястья брюнета веревкой крепким узлом. Чимин неловко ерзает, утыкаясь носом в простыни. – Поднимись на колени, – требует голос сзади, и Чимин приподнимает задницу, чувствуя, что платье слишком короткое, и Шуге открылся прекрасный вид. Шуга ухмыляется и проводит пальцами по икре Чимина, тут же хватая лодыжку. Пак чувствует прикосновение металла и характерный щелчок, но двигаться не смеет, даже когда и вторая нога оказывается в оковах. Шуга натягивает цепь, заставляя Пака раздвинуть ноги шире, и удовлетворенно ухмыляется. – Прекрасно, – выдыхает он, проводя по бедру Чимина чем-то прохладным, отдаленно напоминающим кожу. Пак дергается и вскрикивает, когда первый удар плетью проходится прямо по ягодицам. – Я разве разрешал тебе смотреть на меня? – шипит Шуга шепелявым голосом, нанося очередной сильный удар. Пак кричит в подушку и сжимает ее зубами. – Я разрешал тебе кончать? – рычит Шуга и тут же следом раздается шлепок кожи плети об нежную кожу Чимина, которая краснеет от нанесенных ударов. Шуга не жалеет ни себя, ни Чимина, нанося удар за ударом, и наблюдая, как брюнет дергается и содрогается в рыданиях, заглушая крики подушкой. – Плохой мальчик, – тяжело дышит Юнги и проводит кончиками пальцев по горящей коже, которая в некоторых местах уже кровоточит из-за частых ударов. Чимин ревет навзрыд, но терпит до последнего. Когда ремешки плети проходятся по мошонке, Пак взвывает и выгибается, дергаясь всем телом, стирая лодыжки в кровь. – Стооп, – хнычет он, расслабляясь, когда Шуга останавливается. Блондин упирается коленями в кровать сзади и наклоняется к напряженной и взмокшей спине брюнета, покрывая ее беспорядочными поцелуями. – Не думай, что отделаешься так быстро, – шепчет он на ухо брюнету, целуя в плечо. Пак трется щеками об мокрые простыни, пытаясь стереть слезы, и напряженно прислушивается к шороху сзади. Шуга стоит близко, брюнет почти чувствует его, но не вплотную. Смазанные чем-то пальцы скользят меж половинок и с нажимом проходятся по пульсирующему колечку мышц. Чимин с шумом выпускает из себя воздух, прогибаясь в пояснице и подставляясь полностью. – Сосредоточься на ощущениях, – шепчет блондин куда-то в затылок, скользя кончиком носа по напряженным мышцам спины. Пак пугается, и, как оказывается, не зря. Странный удлиненный и нетолстый предмет медленно проникает в него без подготовки, и от этого хочется выть. Несмотря на то, что вещь, отдаленно напоминающая ручку, размером с два пальца, Чимин все еще не готов. Поэтому Пак сжимается и зажмуривается, но больше от страха, чем от реальной боли. – Расслабься, блять, – шипит Шуга и кусает кожу под лопаткой. – Больнее же будет. – Умф, – выдает Чим, отрицательно покачав головой. Слишком страшно, слишком унизительно, слишком много для одного вечера. Но Шуга не останавливается, продолжая вводить ручку плети, совершая ею круговые движения. Наслаждение тягучей волной накрывало с головой, отчего тело Чимина забило крупной дрожью. Рельефная ручка плавно двигалась внутри, Чимин ощущал, как блондин вводит ее глубже. – Приготовься, я доведу тебя до сабспейса*, – предупреждает Шуга и проводит пальцами по вздутым полоскам на ягодицах брюнета, с нажимом их поглаживая. Чимин выгибается, как от удара током, и тихо воет. Ручка внутри упирается прямо в простату, доставляя неимоверное удовольствие, а тонкие пальцы приносят боль. И эта боль граничит с наслаждением, заставляя Чимина метаться по постели. Шуга с аккуратностью стимулирует комок нервов неровной ручкой, щипая и царапая поврежденную кожу бедер. Брюнет выгибается и громко стонет, сжимаясь от неприятных ощущений снаружи и приятных внутри. Неожиданно рука блондина перемещается на шею и затягивает кожаный ошейник, лишая Пака воздуха. Тот хрипит и стонет, выпуская последний воздух из легких. Перед глазами все плывет, парень не чувствует свое тело. Слишком хорошо, слишком охуенно. Прикрыв глаза, брюнет теряет связь с реальностью, и не сразу понимает, что Шуга уже откинул плеть на пол, принимаясь отстегивать ноги брюнета. Чимин в прострации, вокруг темнота, и лишь тихий шепот Шуги возвращает его в реальность. – Малыш, очнись, – слабо шлепая брюнета по щекам, просит Шуга. Чимин приоткрывает глаза, пытаясь сфокусировать взгляд. – Все хорошо? Пак не в силах даже говорить, поэтому слабо кивает и вновь закрывает глаза, ведь перед ними все еще все мутное и расплывчатое. Шуга откидывает развязанную веревку на пол и аккуратно укладывает парня на кровать, ложась рядом и прижимая его к себе. Через пару минут Чимин уже мирно сопит с глупой улыбкой на губах, а Шуга поглаживает его по волосам, смотря в потолок. Что ему теперь делать? Этот ребенок, несмотря на свои двадцать пять, он все еще таковым является, перешел грань дозволенного. Шуга не хотел бы подвергать Чимина опасности и показываться, но парнишка решил все за него. Теперь придется быть предельно осторожным, если шкура Чимина дорога Шуге.