Прожект 'как бы его обозвать'

Бабушка начала хихикать, прикрывшись кружкой с чаем. Все остальные молча смотрели друг на друга, пытаясь переварить клубок информации. Йо с нежностью смотрел на Анзи, отчего тот ежился, а тарелочка с куском торта становилась все ближе и ближе к басисту. В момент, когда торт достиг цели, а Йо уже был готов благодарно прослезиться, бабуля нарушила тишину: - Крошечка моя, туалет по коридору направо. Главное, не перепутай с левой дверью, там пол сняли - ремонт. И еще, когда дверь будешь открывать... Аяме рванул с места, не дослушав, потом вернулся, поклонился, что-то бухча, и вновь исчез. Бабуля поцокала языком и, чему-то улыбаясь, занялась чаем. Хина-тян, глядя на Соно (который сидел в позе благородного самурая и лицом изображал его же, вроде бы) потихоньку начала светиться как энергосберегающая лампочка: - А ты... А ты... А ты подаришь мне свои косички?.. Или нет! Пусть он (она тыкнула пальцем Ю в нос) меня научит рисовать такие картинки на лице! Ю, смиренно отодвинувшись, пытался поправить нос, поэтому в разговоре участия не принял. Но активно посылал Соно знаки: "Только попробуй", "Я же тебе...", "Меня не впутывать!", "Ты у меня трезвенником на всю жизнь останешься" и т.д. Вокалист, заглядевшись на странную мимику Ю, медлил с ответом, не в силах собраться с мыслями: - Ну... Хина-тяяян... Косички мои того... мои... И рисунки тоже... В смысле, рисунки Ю сам не рисует, у него криворукость на левую сторону от рождения плюс с зеркалом он вообще не дружит - пугается... Так что... - Твои?! Значит, это ты ему картинки рисуешь?! - разгорелась Хина. Ю прикрыл глаза, примиряясь с неизбежной потерей вокалиста, а Соно от волнения начал заикаться: - Хина... Хи... на... Я не... - НАРИСУЙ И МНЕ КАРТИНКУ! - радостно взорвалась девушка, вскочив с места и чуть не снеся Йо, наслаждавшегося дареным тортиком. У Соно задрожала нижняя губа, но он тоже вскочил и, выпятив грудь вперед словно храбрый мышонок, воскликнул, срываясь на фальцет: - Хорошо! В обмен на бутылку... нет, на две бутылки шампанского! Хина заорала: "Идет!" и они оба скрылись в коридоре. Анзи в это время наблюдал за происходящим на кухне и размеренно прихлебывал чай, пытаясь не замечать того, что перед ним, излучая энергию и нетерпение, маячила Акане, ожидающая ответа на свой вопрос. Впрочем, недолго оставалось гитаристу наслаждаться чаем, поскольку из коридора послышался приглушенный вопль, а бабушка, крикнув: "Деточка, я же говорила - правая дверь, правая, а не левая!", выбежала из кухни. Анзи, от неожиданности проливший остатки чая себе на штаны, кинулся вслед за ней, прихватив с собой Ю и на ходу велев Йо остаться на кухне и следить, чтобы уж хоть здесь ничего не произошло. В коридоре уже столпились все - Соно, сжимающий в руках бутылки с шампанским и выглядящий чрезвычайно веселым, несмотря на потерю клавишника, Хина с неизвестной загогулиной на щеке, которая, кажется, была нарисована шариковой ручкой и бабушка, склонившаяся над дырой в маленькой комнатке слева. - Меня кто-то трогает! - истерично пискнул голосок в дыре и Анзи выдохнул - клавишник жив и даже, кажется, ничего не сломал. - Это подвал. Поговаривают, что там живут призраки, - жизнерадостно поизнесла Хина, - А еще, я там однажды кучу крыс видела. Правда здорово? По воплю Аяме было понятно, что он не согласен с тем, что призраки плюс крысы это здорово. - У вас веревка есть? - спросил Ю. Бабушка отрицательно покачала головой и украдкой показала на Хину, которая вновь принялась терзать волосы Соно. - Нет, внучек, нельзя нам веревки в доме держать. - А давайте одежду снимем, свяжем и получится веревка, - сказал Йо, появившийся в коридоре и гладящий себя по набитому животу. - Я тебе сказал на кухне сидеть! - рявкнул Анзи, но покорно снял пиджак. Импровизированная веревка была связана за пару минут и Йо, на правах самого сильного, опустил ее в темную дыру. - Эй, Аяме, ты еще там? Хватайся! Ответом была тишина... Пока Йо стоял в раскоряку над дырой и усердно махал спасательным приспособлением, Соно пребывал в волшебном настроении: - Ах, забейте, этот малыш всегда находит выход... Давайте лучше... чайку тяпнем, а там и Аяме подтянется. Там у вас тоннели, да? - спросил он у бабушки. Бабушка захихикала. Анзи, негодуя, развернулся к вокалисту и заворчал: - Вот кого-то сейчас спасать Аяме отправим. Не ты его, так он тебя выведет. Соно, хрюкнув, прижал к себе заветные бутылки и сварливо заметил: - Это тебя надо к нему, а то ты, кажется, переволновался уже, - и кивнул на штаны, залитые чаем. Анзи посинел и отвернулся, не желая оправдываться. Ю, наблюдавший за Йо, потихоньку заразился его настроением и начал вопить, обращаясь к дыре: - Аяме! Аямечкаааа! Или ты сам придешь, или Йо весь твой тортик съест! А если не съест, то все равно не отдаст! - Как это не съем? - заволновался Йо, Ю заговорщицки начал ему мигать. Акане, стоявшая рядом, закатилась от смеха, представив, видимо, как клавишник с горящими глазами карабкается по "веревке" словно бешеная белка и вопит: "Охолони, басурман!". Хина тоже начала хохотать, когда заметила, как у Соно (наконец-то) расплелась одна косичка и из нее полезли накладные прядки. Кроме этого она так часто трогала рисунок у себя на щеке, что он превратился из творения беспокойного рассудка Соно в выставочную работу пациента дурки. Сам вокалист лишь довольно, точно кот, который нажрался сметаны, посматривал в их сторону. Анзи был в тихом ужасе и полагал, что ему одному не наплевать на исчезновение клавишника. Он даже подумывал о том, чтобы спуститься вниз, но его отчаяние еще не достигло своего пика. Бабуля стояла рядом и улыбалась непонятно чему. Анзи долго косился на нее, прежде чем решил спросить: - Вы, похоже, знаете, как оттуда выбраться? Бабушка тихо засмеялась: - Да что там выбираться - как крыс найдет, сразу вылезет. А если не найдет, то через соседский подвал и выйдет. Правда... - тут ее смех поутих, - сосед сегодня дома... У него контузия, его однажды на шахте придавило, он же может и не понять. Йо наконец-то отвлекся от своего занятия и подхватил разговор, потому что Анзи выпал в осадок: - У вас сосед шахтер? Знаете, они такие крутые - здоровенные! У меня дед с шахтером дружил. Бывало, тот тыкнет по-дружески кулаком в бок, так дед потом пол дня косой на одну сторону ходит. Бабуля закивала, тем самым подтверждая слова Йо и страхи Анзи. - А давайте пойдем к соседу, - вдруг заявил Соно и Анзи с подозрением уставился на него. Но нет - обе бутылки были до сих пор закупорены, а вокалист сиял, словно начищенная монетка, - Ну правда. И с соседом познакомимся и мелкого найдем. - Соно..., - голос Анзи напоминал голос воспитательницы в детском саду, - Что из слов "контуженный шахтер" тебе именно непонятно? - Мы Хину вперед пустим, - в припадке вдохновения подал идею Ю. До сих пор хохочущая девушка тут же осеклась и, строго посмотрев на барабанщика, вполне серьезно ответила: - Я к нему уже один раз ходила, за солью. Больше ни за что не пойду. Если надо - сам туда иди, патлатый. Пока Ю соображал - обижаться ему на "патлатого" или нет, а Йо пытался выяснить у Хины подробности ее похода к соседу, Анзи решился на отчаянный шаг. - Идем в подвал. Все вместе. Несколько пар глаз непонимающе уставились на него и только бабушка, сказав: "Ну тогда я сейчас соберу чего-нибудь из еды. Вдруг кто проголодается, да и соседа неплохо бы задобрить.", ушла на кухню. - Анзи, ау! - Акане помахала рукой перед лицом гитариста, - Хина мне говорила, что крысы в подвале больше обычных. Ты все еще хочешь туда идти? - Ты все еще хочешь похвастаться перед своими подружками? Тогда не спорь. И вообще, я здесь мужик, мне и решать! - окончательно распалился парень. На мгновение повисла тишина, а потом Соно, едва не выронив бутылки, согнулся в приступе хохота. Вместе с ним согнулись Хина и Йо, которые, собственно, не совсем поняли, над чем смеется вокалист, но решили посмеяться за компанию. Ю посмотрел на всех как на идиотов и, покачав головой, молча ушел на кухню помогать бабушке. Операция по подготовке провизии была проведена в рекордные сроки - пятнадцать минут. Анзи придирчиво осмотрел свою команду - Соно по-прежнему сжимал свое шампанское, одновременно пытаясь откупорить одну из бутылок зубами; Йо снова и снова пускался в пространственные описания друга своего дедушки; Бабушка внимательно слушала Йо, изредка кивая головой; Ю, вызвавшийся нести провизию, теперь принюхивался к заманчивым запахам, исходившим из пакета и одновременно старался, чтобы эти запахи не долетели до басиста; Хина и Акане перешептывались и хихикали, причем первая бросала взгляды в сторону Соно, а вторая в сторону Анзи. - Ну...как говорится, поехали! Аяме, мы идем к тебе, - сказал Анзи, выдохнул и подошел к темной дыре в полу. Подошел - и остановился. Сигать без разбега (а с разбегом тем более) в темноту было как-то неохота. К сожалению, Йо, стоявший за Анзи, об этом не задумывался, и поэтому после его слов: "Ну Анзи, ну давай уже", которые сопровождали несильный тычок в спину, гитарист с тихим вздохом улетел в яму. Когда Анзи покинул сцену, Йо ненадолго удивился, как это он исчез так внезапно. Но почти сразу задался той же проблемой, что и его скрывшийся друг. Из темноты не доносилось ни одного звука, было страшно и, тем более, оттуда не пахло ничем съестным. Йо встал на краю дыры и задумался. Остальные сгрудились вокруг и тоже не решались прыгать. Соно жевал наполовину вытащенную пробку и одновременно пытался говорить: - Надо ефо пожвать. Не убилша же он там. Йо, чувствуя смутные угрызения совести (ведь по его вине Анзи упал в дыру), принялся звать друга на разные лады. Ю, внимательно слушая его вопли и постепенно багровея, после крика: "Ананасик!!" поспешил вмешаться, пока Анзи не отозвался: - Йо, давай ты нас вниз спустишь. Аккуратно. Мы их там поищем, а ты к соседу пойдешь. Мы тебе еды дадим. И познакомишься заодно. Йо воодушевился и, уставившись на узелок в руках Ю жадными глазами, начал быстро скручивать пиджак Анзи. Первым решили отправить Соно, потому что Ю вперед не пустили по причине узелка с едой, а из мужчин больше никого не было - на неуверенное: "Дамы вперед" дамы только фыркнули, причем, у некоторых получилось даже угрожающе. Поэтому вокалист, рассовав драгоценные бутылки по карманам и придерживая их руками, с прощальным: "Йо, кокнешь мои бутылки - сядешь на диету" двинулся в темноту.