Сахарный дьявол.

Юна приехала к бабушке с вещами. Миссис Пак была очень обеспокоена и удивлена видеть внучку в таком состоянии в час ночи. Юна лишь сказала, что рассталась с Юнги и хочет спать. На вопросы бабушки отвечать не стала, и мисс Пак решила подождать до утра, дав внучке отдохнуть. Юна легла на кровать в своей бывшей комнате и уснула. Миссис Пак присела в гостиной на диван, переживая о том, что могло случиться между её внучкой и парнем, ведь они всегда приходили к ней счастливыми. Через час в дверь раздался громкий стук и послышался голос Юнги. Миссис Пак узнала его и открыла дверь. - Скажите, что Юна здесь! – Шуга влетел в дом, словно коршун, оглядываясь по сторонам. - Д-да, Юна в своей спальне. Спит, - мисс Пак испуганно смотрела на юношу, который направился в спальню внучки, но она тут же схватила его за руку, останавливая, - Не ходи, пожалуйста. Она спит, поговорите завтра. Что у вас случилось? - Эм… - Юнги понял, что Юна ей ничего не рассказала. Да и он сам не горел желанием что-либо говорить, - Не важно. Я поговорю с ней потом. До свидания, - он поклонился и поспешно вышел из дома. Утром перед занятиями Юна помогала бабушке принять лекарства и приготовить завтрак. Обе молчали. Юна старательно делала вид, что всё в порядке, но мисс Пак очень хорошо знала свою внучку и понимала, что всё плохо. - Юна, милая, почему ты ушла от Юнги? – осторожно спросила бабушка, когда они завтракали. Девушка перестала есть и начала убирать свою тарелку. - Он нам не нужен, бабуль. Мы и сами справимся, - тихо проговорила Юна. - Юнги очень хороший парень, - покачала головой бабушка, - Вы же так сильно любили друг друга. Он вчера приходил к нам, - девушка резко повернулась к бабушке, выпучив глаза, - И был явно обеспокоен твоим уходом. Хотел поговорить с тобой. Зачем ты так с ним поступаешь, он же любит тебя? - Я с ним так поступаю?! – возмутилась Юна, - Это он… Мне пора идти на учёбу, - не договорив, она схватила сумку и убежала. В колледже она старалась избегать Юнги, но так как первые две пары у них разные, то было достаточно просто не встречаться с ним. На третьей паре, увидев его, Юна испугано убежала. Шуга проводил её взглядом, поджав губы. Он мог бы пойти за ней, но понял, что сейчас этого делать не стоит. Парень не спал всю ночь, осмысливая то, что произошло между ними вчера. За долгое время отношений ему действительно стало стыдно за своё обращение с ней. Ведь как говорится: не ценишь, пока не потеряешь. И мысль о том, что потерял её навсегда, наводила ужас на него. После занятий Юна отправилась на индивидуальное занятие по вокалу. Около кабинета её ждал Юнги. Увидев его, она развернулась и хотела убежать, но он схватил её за локоть и притянул к себе. - Юна, давай поговорим, - спокойным голосом сказал парень. - Нам не о чем говорить, - девушка старалась освободиться, - Всё кончено, - эти слова врезались ему в голову, как кинжал. Он отпустил её, и она забежала в кабинет. Сам он застыл на месте, в голове эхом отдавались слова «всё кончено», «ВСЁ КОНЧЕНО». Из-за угла вышел Джин и остановился перед Шугой. Юнги поднял на него глаза, сжал кулаки и ушёл. Джин хмыкнул, пожав плечами, а затем зашёл в кабинет мисс Соры, где уже была Юна. Мисс Соры сегодня не будет, но она попросила их прийти и отрепетировать пару раз. За окном капал дождь, тихонько стуча в окна и стекая по стеклу тонкими змейками. Юна доставала ноты, старательно уворачиваясь от парня, но он заметил, что по её щекам текли слёзы, подобно тем змейкам за окном. Джина одолело противоречивое желание: ему хотелось обнять её и успокоить, но в то же время он считал, что лучше не стоит сейчас к ней лезть. - Юна, ты… - осторожно, почти шёпотом, говорил парень, - Ты в порядке? «- Ничего умнее не мог сказать?! – подумал он про себя, поморщившись». - В полном, - неуверенно ответила девушка, застёгивая сумку. Наступила неловкая минута молчания, было только слышно, как капли дождя всё громче стучали по окну. Юна изредка всхлипывала, стараясь успокоиться, хотя это давалось тяжело. Неожиданно для себя Джин за несколько шагов преодолел между ними расстояние и обнял со спины, прошептав «не плачь». Девушка замерла, выпучив глаза, но через несколько секунд вырвалась из его объятий, встретившись с ним лицом к лицу. - Извини, - Джин опустил глаза и отошёл. За окном прогремел гром, заставив обоих посмотреть на улицу. Юна поджала губы, вытерла слёзы и боком села за фортепиано, облокотившись на спинку стула. СокДжин наблюдал за её действиями. Она стучала дрожащими пальцами по клавишам. Это были несвязные между собой звуки. Снова прогремел гром. Юна перестала нажимать на клавиши, полностью развернулась к фортепиано, выпрямив спину. Девушка снова начала нажимать на клавиши, но теперь это были не хаотичные звуки. Ноты слились в единую композицию. Из глаз снова побежали слёзы, которые она больше не пыталась скрыть. Джин удивился, так как не знал, что она умеет играть на фортепиано. Ему казалось, что её слёзы, мелодия и дождь слились в одну картину. И в этой картине он увидел ту боль, которая съедала девушку изнутри. Музыка совсем не успокаивала её, а наоборот, причиняла ещё большую боль. Видимо, она для неё значит что-то большее, чем просто красивая мелодия. - Вольфганг Амадей Моцарт, - проговорила она, прикрыв глаза, - Композиция называется «Дождь», - по щекам стекали горячие слёзы, капая вниз, - Оппа научил меня играть её, - голос задрожал, - Он часто играл мне её вечерами. СокДжин убедился в своих догадках. Эта мелодия действительно много значит для неё. Но зачем играть её, если это делает больнее? Такой удел человека: когда больно – добить себя музыкой. Юна не исключение. Ему нравилось слушать эту композицию. Но он был не единственным слушателем. В коридоре на полу, облокотившись спиной на дверь, сидел Юнги, из его глаз скатились несколько слезинок. Он и сам не понимал, зачем вернулся сюда. Блондин слышал всхлипы бывшей возлюбленной. В этот миг в голове, словно кинолента, пролетели все моменты, где он поднимал на неё руку, её слёзы, порезы на тонкой коже из-за ударов. «- Неужели я дьявол?» - мысленно спросил у себя. И тут же в голове последовал ответ «ДА!». Шуга подскочил, будто увидел призрака. В этот момент Юна закончила играть. Ему хотелось ворваться в кабинет, встать на колени и умолять её простить. Как только он дотронулся до ручки, Юна снова начала играть. Это был уже не «Дождь». По первым нотам он понял, что это за произведение. Джин также догадался, ведь это известное произведение Моцарта. - «Реквием по мечте», - не открывая глаз, произнесла Юна. - Я догадался, - сглотнув, ответил Джин, - Но зачем ты играешь реквием? Никто же не умер. - Реквием… по мечте… умирают не только мечты с человеком. Умирать могут отношения, а с ними и все мечты на будущее. Я не думаю, что реквием можно отнести только к усопшим. В этом произведении реквием именно по мечте. Мечты погибли. Нет больше никаких бабочек, дальше лишь… пустота, - Джину не нашлось, что сказать. Он лишь молча продолжил слушать. За окном бушевала природа. Чувство, что Юна управляла погодой, как дирижёр оркестром. Юнги больше не смог это слушать. Он заткнул уши и побежал прочь. На ступеньках колледжа чуть не столкнулся с ЫнБи. Она его позвала, но парень её не слышал. Погода бушевала всё сильнее. Во дворе колледжа было много луж и грязи. Капли дождя били парня по всему телу, оставляя на нем свой мокрый след. В ушах всё ещё звучал реквием. Реквием по мечте Юны об их совместном счастье. Остановившись посреди двора, Шуга, что есть силы, закричал и упал на колени прямо в грязь. Как оказалось, за ним бежала ЫнБи. - Оппа! – девушка, не раздумывая, тоже упала на колени и обняла его со спины, - Я люблю тебя, - прошептала она. Блондин не слушал её, закрыв ладонями лицо. Так они просидели несколько минут. Затем она помогла ему вставать и повела к своей машине. Парень не сопротивлялся, не соображая, что вообще происходит, и кто рядом с ним. Закончив играть, Юна вытерла слёзы, опустив голову. Джин не знал, как с ней заговорить и стоит ли сегодня репетировать, к тому же на улице ливень стеной. Он достал из своей сумки бутылку воды и протянул ей. Девушка сделала несколько глотков. - Давай репетировать, - не смотря на него, сказала она. - Ты уверена? – насторожено спросил парень, - Думаешь, что сможешь петь? – девушка кивнула. Поставила ноты «Цветка апельсина» на фортепиано и начала играть мелодию песни. Первым начинал петь Джин, - Тайной любовь сокрыта. Ангел сердец разбитых… - парень прекрасно справлялся со своей партией. Теперь была очередь Юны вступить. - Боже, в твоей мы власти. Можно ль бежать от страсти. Дай нам, во имя всех влюблённых, немного счаст-т-тья, - тут её голос начал дрожать, глаза снова заблестели от подступивших слёз. - … Счастье – когда есть двое с единым сердце-е-ем, - во время их общей партии голос Юны окончательно задрожал так, что она больше была не в состоянии петь, хоть и пыталась. Джин убрал её руки от фортепиано и посмотрел на неё. - Хватит! – непривычным жестким голосом гаркнул парень, но тут же смягчился, увидев её слегка испуганный взгляд, - Извини. Лучше пошли домой. Порепетируем потом, - он закрыл крышку фортепиано. Дойдя до ворот, ребята разошлись в разные стороны. На уговоры Джина проводить, она отказалась. В кафе у бабушки было несколько человек. Юна, переодевшись в сухую одежду, помогла закончить дела с клиентами, покушала и отправилась к себе в спальню. Мисс Пак пыталась поговорить с внучкой, но та наотрез отказывалась рассказывать о том, почему она ушла от Юнги. Мисс Пак боялась, что может умереть, оставив внучку одну, а денег нет, чтобы она смогла хорошо жить, ведь Шуга её обеспечивал, а теперь денег осталось очень мало на жизнь, не говоря уже о лекарствах. Кафе приносит небольшой доход. Этого не хватит, чтобы прокормить бабушку с внучкой. Поэтому мисс Пак надеялась, что Юна будет обеспечена тем, кого любит. Привезя Шугу к нему домой, ЫнБи, помогла ему зайти в дом и отвела в ванную комнату. Там она усадила его на пуфик, а сама встала перед ним на колени. Оба были грязные и мокрые. Юнги смотрел сквозь неё, на её слова не реагировал. - Оппа, не молчи, - ЫнБи махала ладонью перед его глазами. Ноль внимания, - Будь со мной. Я стану самой лучшей для тебя. Твои родители обрадуются нашим отношениям, - девушка стала целовать его в губы. Он машинально отвечал на поцелуй. Но как только она попыталась расстегнуть ширинку на его джинсах, блондин пришёл в себя и оттолкнул её так, что она завалилась на спину. - Убери свои руки, - сквозь зубы процедил он. - Прости, оппа, - ЫнБи снова встала на колени. - Не называй меня так! – закричал парень и схватил её за шею, слегка сдавив. Неужели в нём сидит дьявол, который контролирует его тело, и периодически берёт вверх над его сознанием? Перед глазами, вместо ЫнБи, появилась его милая Юна, которая умоляла отпустить.