Оливия

Большую часть времени Гаррус проводил в грузовом отсеке. Приветливый, вежливый, совершенно не буйный. Но я, тем не менее, никогда не отметала вероятности, что он, возможно, шпион и сливает наши данные кому-то в Совете или представителям Иерархии. Старалась присматривать за ним украдкой, чтобы не вызывать подозрений. А он толи не замечал ничего, толи не подавал вида. Спокойно разворачивал консоль МАКО и калибровал, калибровал... Но стоило мне расслабиться, как из надежного источника поступил тревожный сигнал. Системы безопасности засекли несанкционированный траффик. Он зашел в мою каюту, следом - двое конвоиров. Не понадобилось ни наручников, ни грубой силы. Гаррус бесприкословно и совершенно спокойно выполнил все указания. - Вакариан... Я не знала, как у них принято обращаться. Мистер? Сэр? ...Товарищ? Он молча кивнул. - В курсе, почему тебя привели? Он снова кивнул. На лице - ни тени раскаянья или чувства вины. - Скажешь что-то в своё оправдание? - Коммандер. Я давно собирался с вами поговорить. Но не мог... - он покосился на конвоиров, - найти подходящий момент. Вы как-то спрашивали меня, случалось ли во время моей службы в СБЦ что-то из ряда вон. Так вот. Случалось. И я, пожалуй, готов об этом рассказать. Должна признать, он умеет заинтриговать собеседника.

***

- Его жертвами были бедняки. Беспризорники, которым некуда податься. - ...он использовал их, как пробирки для выращивания органов?... - Да. Клонировал, выращивал, а потом вспарывал и собирал урожай. Тем, чьи органы уродились на славу, он выплачивал процент от продаж. А тем, чьи органы оставляли желать лучшего...оставлял их на память. - Надеюсь, он получил по заслугам? - Вот мы и добрались до худшей части этого расследования. Мы так его и не поймали. Гаррус замолчал, ожидая моей реакции. Он стоял надо мной, пока я пролистывала фотографии пострадавших. И это на Цитадели, под самым носом у СБЦ. Я почувствовала, как сжимается желудок. - Вы в порядке? Он присел рядом, чтобы видеть моё лицо. Я отрешенно кивнула: "В полном". Эта мразь...Салеон...наживался на тех, кому некуда податься. На тех, кого некому защитить. Горло пересохло, стало тяжело дышать. Я сглотнула комок. Покосилась на прикроватный столик. Стакан пуст. Кувшин - тоже пуст. - Какого хрена?...Как вы умудрились его упустить? - Он сбежал. Взорвал лабораторию, прихватил пару своих, так называемых, работников и в ближайщем доке вскочил на корабль. К тому времени, когда я разобрался что к чему, он уже был на низком старте. Грозился убить заложников, если мы попытаемся его остановить. - И ты...? - Я отдал приказ открыть по нему огонь. Но руководство СБЦ приказ аннулировало. Хотели избежать лишних жертв - среди заложников и в жилых кварталах Цитадели, на случай, если корабль взорвется слишком близко к станции. Я пытался объяснить, что заложники уже и так не жильцы. Это доноры органов, от которых он избавится при первой возможности, но меня никто не стал слушать. Гаррус снова замолчал. Тяжело выдохнул. Мой выжидающий взгляд заставил его продолжить. Не могло же это быть концом истории? - За ним отправили военный наряд, но история повторилась, и он снова сбежал. Я пошёл прямиком к Паллину, чтобы рассказать, что я обо всем этом думаю. Он ответил, что если мне не нравится, я могу валить на все четыре стороны. Что я и собирался сделать. Ведь все, что от них требовалось - заблокировать его чёртов корабль. Не дать ему подняться в воздух. Мы могли потерять тех заложников, да. А могли и спасти! Как минимум от мучений. Но главное, что ублюдок получил бы по заслугам. - Своим идиотским решением, они увеличили число его жертв в разы. - Именно. Тот факт, что он все ещё на свободе, не дает мне покоя. - Так ты знаешь, где он сейчас? - Да. Мне потребовалось некоторое время, и ресурсы "Нормандии". Он меняет имена и корабли. Последний раз он регистрировался под именем Харт. Я сообщал военным, но мои доказательства сочли недостаточными. Мне удалось отследить сигнатуру его нового корабля, но никто не хочет за это браться...Я понимаю, что превысил свои полномочия и злоупотребил вашим доверием. Любое наказание за нарушения...я не буду оказывать сопротивление, коммандер. Единственное, что...Не дайте ему снова уйти. Я повидала дерьма на улицах. Повидала дерьма на службе. Сначала оно доставляло мне дискомфорт, бередило душу. Потом я смирилась с фактом его существования. Не привыкла, не стала считать нормой, нет. Ко мне, скорее, пришло осознание, что где есть жизнь, там обязательно будет дерьмо. От этого никуда не деться. Потом передо мной стал выбор, какую позицию занять. Есть люди которые дерьмо производят, есть те, кто в нем копошатся. А есть те - кто его разгребает. Их задача - не дать миру захлебнуться. Я повидала дерьма и насытилась им по самое горло. Поэтому мой выбор был очевиден. Кто, если не я, в конце концов? Как выяснилось, во многом, Гаррус мою позицию разделял. Он тоже был, своего рода, говночерпием. Возможностей только имел меньше. Да и авторитарное воспитание давало о себе знать. Понимание и поддержка собратьев были для него чем-то эфемерным. Поэтому, он ни на что не расчитывал, когда показывал мне материалы по делу Салеона. Он смотрел на меня не мигая, смиренно ждал приговора. Я улыбнулась. - Ну как я могу тебе отказать, Гаррус?