Недоеденный обед

Тишина, тишина. В комнате была полнейшая тишина. В ней ничего не отражалось; свечи с шипением потухли и фыркнули, подбрасывая вверх золотистые искорки. Темнота. Ни звуков, ни шорохов. Совершенно ничего. Где-то далеко, будто из толщи воды, снаружи скрипнуло дерево; свечи снова тихо зашипели. Такое спокойствие, пожалуй, может быть только в Запретном лесу. Если пройти в глубь, в самую глубь, не замечая ничего и не окликаясь ни на чей голос, который зовет тебя обратно, можно почувствовать это самое спокойствие. Легкое дуновение ветра проводит по волосам и задирает полы рубашки; ты одергиваешь ее и прикрываешь глаза, продолжая пробираться на ощупь все дальше, дальше. Ветки под ногами скрипят и ломаются оглушительным фейерверком; хочется закрыть уши ладонями, но ты ничего не делаешь, продолжая все идти. Дальше, дальше. Но все это заканчивается. И лес и ветер; что-то потревожит кроны деревьев, а поломанные куски веток, лежащие под ногами изломанными куклами, слишком маленькие, слишком большие - не склеить. Что-то шелестит и шепчет; заманивает все дальше, глубже. Хочется протянуть руку, но тело будто деревянное. Будто сделано и пластика и никак не хочет гнуться. Тишина, тишина, тишина. За окном оглушительно скрипнуло дерево. И вот, вот он снова стоит неподвижно и поломано. Нет никакого леса. И веток тоже нет. Под ногами колючий багровый ковер, похожий на лаву, на сок, совершенно кислый и терпкий. К нему нельзя не прикоснуться, не выпить. Делать, делать. Что делать? Делает шаг, но останавливается. Морщится, будто съел кислый лимон. Будто раздавил букашку. Слишком темно, слишком холодно. Обхватывает себя руками и делает еще один большой шаг, с размаху опускаясь на колени. Неестественно дергает головой и больше не двигается, уставившись в камин пустым взглядом. Что делать? Что? Последние искорки подхватывал воздух и они с шипением опускались на колючий ковер. Гарри Поттер тихо выдохнул и прикрыл глаза. Обхватил покрепче живот и снова поморщился. Сколько можно, спрашивает он себя мысленно, но остается неподвижен. Нельзя. Так нельзя. Нельзя, нельзя. Гарри втягивает воздух сквозь зубы. Закусывает губу и крепко зажмуривается, что перед глазами начинают плясать золотистые пятна. Как салют, который я видел в десять. Тетя Петунья как-то брала меня с ними, думает Гарри. Пятый раз. Уже пятый раз он опускается на колени; на осколки ковра, который раздирают ему штаны и царапают кожу. Пятый раз он спрашивает себя об одном и том же. Поттер почему-то вел себя очень тихо. Зачем? Чтобы что? Чтобы кто-нибудь случайно его не нашел здесь? Чтобы не разбудить друзей? Друзей. Ха-ха. Совершенно не смешно, нет. Никто не собирался ничего замечать и расспрашивать. Никто не хотел к нему прикоснуться или взъерошить волосы, как это делала Гермиона. Каждый раз Гарри закусывал губу, проходя мимо них. Он отчаянно отводил взгляд и цеплялся за ремень сумки, чуть не разрывая его в руках. Дамблдор. Видел, он все видел. Конечно, он знал все. Но не приглашал его больше на чашку чая. Дамблдор всегда здоровался с ним вскользь, а когда Гарри кричал ему, что хочет поговорить с ним, ссылался на важные дела и убегал. Смешно, правда? Нет, конечно. Он еще сильнее сжался и неловко подогнувшаяся нога заныла. Но Гарри было все равно. Не было сейчас не стонущего дерева за окном, не ноющей ноги. Холодно, так холодно. Не снаружи, внутри. Нужно что-то сказать; кому-то, самому себе. Нужно сказать. Так будет проще, легче. Говорят сами с собой только двинутые, правда? Нет, нет, нет. Какие глупости. Поттер выдохнул и пробормотал что-то невнятное, будто пытался осилить себя. Будто пытался выдавить из себя хоть пару слов. Предложениями говорить было тяжело и больно. Больно, как больно. Не снаружи, нет, конечно не снаружи. Глубже, глубже. Внутри. Зачем он жалеет себя, думает Гарри. Зачем прятать глаза при встрече со старыми знакомыми; зачем прикусывать себе язык и бояться сказать что-то ненужное, глупое. Разве всем не все равно? Огонь в камине снова начал разгораться и золотистые искорки начали подпрыгивать вверх, потягивая за собой шлейф дыма; они облизывали пепел на дне. Гарри на миг показалось, что вот чуть, вот сейчас, именно сейчас, огонь в камине громко фыркнет и из него появится улыбающиеся лицо Сириуса. Или он будет обеспокоен его здоровьем; будет расспрашивать его о снах и Волдеморте; спрашивать про Турнир. Гарри забывшись улыбается, но быстро стирает с лица это глупое детское выражение. Нет больше ни снов, ни Волдеморта. Нет больше Турнира, на который все так мечтали попасть. Нет больше Сириуса. Нет ничего Ни-че-го. Поттер скрипнул зубами и, опираясь о каминную полку, дерганно встал. Он развернулся на пятках и медленно выдохнул, подходя к потухшей свече и проводя по застывшему воску пальцем. Не все так плохо, верно? Он последний раз обернулся и скрылся за кривыми тенями на стенах. Заснув, он увидел довольно странный сон, который его не огорчил и не обрадовал - который смог повлиять на Гарри, заставить его что-то почувствовать. То ли холод, то ли жару - непонятно, совсем непонятно, что в тот момент он ощутил на себе. Но тяжелый, мягкий плед, ему бы не помешал. По его телу прошли мурашки, глаз невольно дернулся и показалась картинка. Камин посреди совершенно пустой комнаты; нет ни книжных полок, ни картины или даже окна - есть только камин, с малым количеством бревнышек внутри. Они тихо скрипят и прыгают искры, пружинятся вверх - ему было приятно смотреть на это... Но одиноко, очень одиноко. Гарри, забыв все что было, подошел к нему. Камин тут же исчез. Снова появился, но в другом месте, к которому можно было сделать два больших шага. Гарри двинулся вперед. Попытка снова не увенчалась удачей. На столько неудачной она вышла, что дальше у Гарри появился интерес приблизиться к камину, но и в то же время - падение. Да, падение, которое хочется забыть и не вспоминать, будто это не он, а гимнастка стремящаяся к первому месту получила третье. Так и с Гарри... Но он шел, догонял его, но тот снова пропадал, перемещаясь в другой угол комнаты. В конце концов камин и вовсе исчез, и юноша легко склонил голову вбок. В комнате подуло ветром, появилось исчезнувшее окно, открыто на распашку. Гарри замерз, но он не подымал голову, все также держался, все как было. Ничего не изменилось. Он закрыт, он неуловим в своих мыслях. Комната перестала быть шумной, все затихло, стало спокойно, ничего не мешало теперь Гарри думать. Все было похоже на какой-то обман - будто над ним кто-то нелепо шутит, издевается. Слишком тяжело и слишком непонятно - он не понимал что происходит. Почему нет сил, почему нет речи - нет никакой речи из его уст. Он всегда молчал - всегда, даже тогда, когда требовались слова. Его голос теперь стали редко слышать, его перестали узнавать. Гарри держал все в мыслях, никто не мешал ему сосредоточиться, немного поразмышлять. Он слишком много думал, порой казалось - критически, но ничего не исчезало из головы. Ни один момент не был забыт. Сон немного наполнился красками. В совсем опустевшей комнате появился директор. Гарри давно с ним не общался Даже во сне не осуществиться его мечта - просто поговорить. Немного скрипнуло за окном дерево, которое заинтересовало Гарри, но он не оборачивался, думал, что профессор скажет что-то очень важное. Да, так и случилось, но парень не понял этого. Дрожащий палец учителя указал на живот и снова начал откланяться к его губе. Мальчик-Который-Выжил, решил, что это забава, все-таки взглянул за окно, а посмотрев обратно, Альбуса не было на месте. Холодный пот прошел по его лбу и мелкая дрожь пробежалась по телу парня. Он проснулся. Не понимая, что произошло обнаружил кровь на своей кровати, которая потекла из его носа в ту ночь, в тот момент, когда он оставался совершенно одиноким в той комнате. Он медленно сел и одел очки, лежавшие рядом. Он начал медленно одевать на себя рубашку, которая аккуратно лежала на полочке. Она была бела как нить, словно только выпавший снег. Ни одной лишней пуговицы, ни одного кармашка. Длинный рукав, который Гарри слегка закатывал. Идеально поглажена и выстирана пахнущим мятой порошком. Запах его манил, вкус мяты ему сразу вспоминался во рту. Он так любил зеленый чай, но никто его интересов не разделял. Кофе, кофе, кофе.. Как же надоело это кофе. Вспоминал как ему налили пуэр, ему он показался какой-то загадкой. Добавил немного корицы и выпил с черным шоколадом. О, этот вкус, да, он его забавлял. Он им наслаждался. Тогда Поттер был действительно счастливым и свободным. Тогда он был другим, не таким как сейчас Рубашка одета. Брюки были также просты как и верхняя часть одежды. Снова ничего лишнего. Темные, прямые и с коричневым ремнем брюки. Ни единой складки. Не единого страза. Все обыденно и так по-офисному, что порой, будучи мне как автору, хочется смотреть и смотреть на Гарри. Он был обворожителен. Чудесен. - Низ тоже одет, - прошептал немного парень. Он часто говорил сам с собой, причем вслух. Кажется вам странным? Да нет, не думаю. Это показывает всего лишь, на то, есть ли у человека настоящие друзья и вообще как таковые? - В принципе, я одет, - снова проговорил это Мальчик-Который-Выжил и опустил голову, - вот только, я забыл кажется, галстук.. да, галстук. Он аккуратно повесил его на шею и завязал довольно прочный узелок, который его научил завязывать Рон. Тут его мысли прервались; он вспомнил с каким смехом он учился это делать; как Уизли натягивал галстук на себя и тренировал волшебника. Вспомнил как это было весело, но ведь все-таки он научился завязывать крепкие и правильные узлы. Тело пробрала дрожь. Он слегла улыбнулся, но вскоре уголки губ опустились вниз. Улыбка пропала также быстро, как пропали его друзья. Ему показалось, что это было на столько давно, словно прошли тысячелетия, будто это был сон. Но ведь, что не говори, он был прекрасным, восхитительным. Сквозь ненависть, он снова шепнул что-то невнятное: - Повторить хочу, но зачем? Зачем мне новые одинаковые моменты, которые вскоре забудут, как и самого меня.. Незачем, - разобрать бы не удалось наверное никому. Слишком тихо. - Галстук завязан. Внимательно осмотрев комнату еще раз; шипящий камин, багровый ковер, который лежал во всю длину комнаты, посмотрел на недавно открытое окно и подошел к двери. Приоткрыл ее и наконец-таки вышел. Спускаясь по лестнице Гарри начал считать ступеньки, как маленький ребенок, но это мило, что не говори. -Раз, два, три.. - Впереди опершись на перила стоял младший Малфой. Он поправил свои волосы и посмотрел презрительным взглядом. Он его уничтожил. Мысленно, Гарри сгнил. Провалился в бездну и начал медленно погибать. Он его прошел. Ни единого слова Драко даже не издал, зато Поттер продолжать беседовать сам с собой: - Этот взгляд, почему он на меня так смотрел? Что я ему сделал? Фигурка волшебника пошла дальше; он хотел найти Хагрида чтобы поговорить с ним, но того все не было. Столько народа он уже увидел, а Рубеуса все нет и нет. Меньше всего он хотел встретить Рона и Гермиону, поэтому пытался как можно быстрее найти своего товарища. Как обычно все пошло не так. Вдали он увидел, что идут его "друзья"; они с увлечением разговаривали и мило смеялись; он не хотел с ними пересекаться, но ему надо было в ту сторону. Парень прижался к толпе и прикрыл рукой лицо. Все ближе и ближе они приближались к нему, а он все также смотрел то ли в пол, то ли на потолок, непонятно, всегда все было по-разному. Его взгляды метались. - Они уже совсем близко. Грейнджер зашла первая, за ней последовал Рон. Сначала они не заметили парня, но потом услышав тихие фразы отрывками, увидели его. Рон подкрадываясь подошел к Поттеру и дернул его за плечо, думая, что сейчас испугает парня. Уизли ошибся, он нисколько не испугался и даже не дернулся. Гарри приподнял голову и отошел от него. Ни сказав ни слова Поттер ушел искать дальше Рубеуса. Гермиона пожала плечами и сказала: - И что это было? - с неким возмущением завопила девушка, но взяв Рона за руку ушла дальше. Они собирались идти в библиотеку. В то время, Мальчик-Который-Выжил был возле дома своего старого друга Хагрида. Надеясь, что он хотя бы там, открыл дверь. Осмотрев большую и просторную комнату егеря, он вышел из дома расстроенным не застав там его. Сел на траву. Он услышал запах, невероятный запах, который сбил его с толку; это была молодая трава. Как же она его заворожила. Наконец-то Поттер перестал думать о проблемах, он просто лег и закрыл глаза наслаждаясь ароматом. Пролежал так час, два, а затем и вовсе уснул. А самое обидное было - это то, что его никто не искал. Никто. Не говоря уже там о его друзьях. Как он по ним скучал, каждый раз вспоминал их. По утру Гарри решил сходить к Дамболдору. Пройдя короткий путь он подошел к Хогвартсу. Парень даже не улыбнулся тому, что сейчас будет в стенах родной школы. Мысли снова заняты не тем. Он хотел поговорить с волшебником всех времен о том, куда пропал Рубеус. Вот он уже и внутри огромного здания. Пройдя этажи, Поттер вошел в кабинет директора, сказав конечно же пароль. Как это в кабинете директора не будет пароля? Альбус будто знал, что сейчас войдет он, поэтому не сильно обрадовался приходу. Парень вовсе забыл, что у него мятая одежда и растрепанные волосы. Пауза. Наконец Гарри заговорил: - Простите, сэр, что, мешаю вам... Но дело крайне срочное, - он вспомнил, что даже не причесывался и решил хоть как-то сделать это и поэтому он разгладил свои темные волосы руками. Дамболдор улыбнулся. - Да, я слушаю тебя, Гарри, - парень замялся. Не зная как начать разговор, он продолжал взъерошивать свои патлы и продолжил: - Профессор, дело в том, что я уже давно не видел Хагрида, - он видел,что Альбус в некотором недоумении, но не в том, что Хагрид пропал, а скорее даже в удивлении. - А тебе разве друзья ничего не говорили? - Седоволосый волшебник был в состоянии шока, но волшебник решил переспросить. -Что? Я не понимаю о чем вы. Простите, но где Хагрид? - Он поправил слегка галстук обращая внимание на то, что одежда очень сильно помялась, ведь он спал на траве, на мягкой, но траве все-таки. - Дело в том Гарри, что.. - Была пауза. Потер слегка занервничал, даже не слегка. Руки задрожали и вспотели ладошки.