За пределами коробки

      Тяжёлое пандорианское солнце лениво склеивало веки, и команда Искателей хранилища решила, что стоит отдохнуть. Точнее, это Майя, оказавшись под крышей мастерской Элли, скромно констатировала, что никуда не пойдёт, пока не восполнит запасы пуль и нервов, потерянные в последнем рейде, Сальвадор неожиданно вспомнил, что хочет есть, а Акстон куда-то без предупреждения пропал, как будто вообще испарился — Майя каждый раз удивлялась, каким образом человеку, который говорит настолько громко, удаётся такое проворачивать раз за разом. Впрочем, исчезал солдат всегда на редкость своевременно, и нельзя было не отметить это как положительную сторону вопроса.              В конце концов сирена, Зеро и Сальвадор устроились на крыше мастерской и распаковали нехитрую снедь, прихваченную с Убежища: какие-то бутерброды со сладким хлебом, похожие на те, что включены в «сухой паёк» в межпланетных перелётах, мелкие варёные корнеплоды, по вкусу что-то среднее между картошкой и морковью, мясные консервы и местное пиво. Пиво в городе достать почему-то было даже легче, чем обычную пригодную для питья воду. Пресное, почти безалкогольное, оно, тем не менее, запахом отдавалось спиртовым, но пилось легко. По крайней мере, Сальвадором пилось. Майя по-прежнему морщилась, хоть и привыкла. С кислым слабым вином с Афины это не шло ни в какое сравнение.              Гейдж и Криг забрали часть бутербродов, а также оба тяжёлых грузовика. Время от времени, когда они проезжали мимо, до спокойно расположившихся Искателей доносились крики:              — Давай наперегонки до!..              — Перцем в сопли!              Зеро сидел на краю крыши спиной к остальным, подогнув одну ногу, и вкрадчивым шёпотом записывал ЭХО-кассету. В общих трапезах он участия никогда не принимал, и сирена могла поклясться, что никогда не видела, как он что-либо едал. Иногда в Майе что-то ломалось, когда она смотрела на узкие плечи и тонкую спину. Но, в конце концов, это было не самой большой причиной её беспокойства.              — Ты как мамка-птица, которая смотрит за своими вылуптенцами, — ни с того ни с сего заявил шизострел, сделав щедрый глоток и кивнул в сторону шумевших машин. Майя вздрогнула.              — Может быть.              С раннего детства в Ордене Надвигающейся Бури из неё делали орудие контроля. Покинув Афину и подписавшись стать Искателем Хранилища на Пандоре, она думала, что найдёт что-то новое, встретит новую судьбу, но нашла поезд, едущий по маршруту Наивные надежды — Морозная дыра, и встретила Искателей остальных. Не сказать, что они были глупыми. Они были интересными, приятными в общении, сведущими в боевых искусствах и даже механике преступниками, опасными не то что для окружающих — для самих себя. Настоящими преступниками, ни в какое сравнение с недобросовестными налогоплательщиками с родной планеты не идущими. Если бы судьба сложилась иначе, все эти люди без каких-либо проблем перестреляли друг друга, но получилось так, что все они оказались в одной команде, сплочённые настолько, чтобы кооперироваться в бою.              И все они так или иначе уважали Майю в достаточной степени, чтобы обращаться к ней с ранами, или даже с личными проблемами за пределами привычной мясорубки. Майя хранила и защищала их секреты, ей такое обращение льстило, но до поры она не понимала в полной степени значения такого поведения относительно себя.              Никто из Искателей не получал образования по высшим галактическим стандартам. Никого из них не обучали владеть сверхъестественными силами и читать от корки до корки «Искусство войны». Большинству вещей их учила жизнь, чью школу нельзя недооценить, но жизнь в неведении того, что окружает, подобна блужданию в сумерках, и сирене понадобилось неприлично много времени, чтобы понять, что она является именно тем светом, что их рассеивает, и что при защите людей ты имеешь над ними власть. Зеро не в счёт. Зеро — как город-государство, сам за собой проследить может.              — Белеет Элпис       В отраженье в бутылке;       Пора уезжать, — тонкая рука с четырьмя пальцами легла на плечо сирены. У ассасина способы показать расположение свои.              В конце концов, думала Майя, первые двадцать семь лет жизни не были настолько мрачными и слепыми, как ей казалось в момент, когда сломались её оковы.