Морская Соль

Облака на небе казались нарисованными рукой умелого художника, белоснежные плотные и четкие очертания на нежно-голубом фоне. Красивое зрелище. Вот так бы и простоять еще с полчаса хотя бы, глядя на это. Но надо идти домой, готовить ужин, а потом вытаскивать Макса есть. Желательно при этом игнорировать его кислые взгляды, разумеется. Ну и не сорваться с матом и подзатыльниками. Это уж совсем как-то некрасиво. Меня зовут Марина, мне двадцать семь лет, я не совсем замужем за прекрасным мужчиной. И единственная официальная причина, по которой у нас все еще не было свадьбы - его сын Макс, который меня ненавидит. А ненависть четырнадцатилетнего подростка является штукой весьма опасной. Впрочем, я далека от педагогики, так что все эти штуки вроде приручения пасынка идут лесом. Хочет выделываться, пускай, я не собираюсь бегать за ним и слезно упрашивать подружиться. С меня хватает и любовника его отца. Да-да, вы не ослышались. Я живу с мужчиной, которого привлекают другие мужчины, а не мои прелести. И у него есть постоянный партнер, который мне в свое время нервов вымотал столько, что теперь все выходки Макса я воспринимаю с умиленной улыбкой. Объяснение с Андреем у нас в свое время было фееричным. Я всерьез рассчитывала на кольцо. Потом перестала рассчитывать и принялась гадать, когда он уже совершит каминг-аут. И даже репетировала выражение лица перед зеркалом, спокойное и понимающее. - Извини, я правда пытался, - покаянно произнес Андрей, стоя на одном колене и протягивая мне букет роз. - Ненавижу розы. И тебя тоже. - Марина, прости. Но я действительно старался быть хорошим... другом. Да уж, другом он был отличным, жаль, что любовником никудышным. Я могу книгу написать "Сорок мужских отмазок от секса". Сейчас я понимаю, в чем причина, а тогда было не смешно ни капли. - Нет уж. Раз ты сказал родителям, что я - твоя девушка, будем ломать комедию до последнего. Не знаю, с чего я так вообще вцепилась в Андрея. Но в тот миг я представила, как его родители отнимают у него сына, отворачиваются от самого Андрея. И как-то извечная бабья жалость придавила. Опять же, отношения у нас были отличные, если не считать Макса. - Но счет у нас будет один-один. Я тоже заведу себе любовника. Не чуйства ради, а траха для. Андрея слегка перекосило от радости, но задавить возобладавшие инстинкты самцовости у него получилось легко. Видимо, сообразил, что теперь ему развязали руки и сняли ошейник. На том мы и порешили. Оставалось только объяснить все это его любовнику. Тут я сразу выставила вперед Андрея, спряталась за его широкую спину и принялась делать вид, что меня в природе не существует. - Марина, вы есть совершенство, - заявил мне Поль. - Она переводчик с французского, - объяснил ему Андрей. – Можешь не пытаться коверкать русский язык. Лед в отношениях сразу треснул, меня напоили кофе, обсудили со мной красоты Парижа, погоду Лондона, творчество Верлена и рецепт приготовления бисквитных коржей. Поль оказался милейшим мужчиной, по-французски галантным и по-английски сдержанным при этом. В отношении Андрея сдержанным, в моем галантным. Даже немного жаль, что гей. Ладно, все это возвышенная лирика. А физика и примитив таковы, что Андрей сегодня ночует у Поля, а я сижу с Максом. - Приперлась, - прокомментировал он, когда я зашла в квартиру. - А где мой предок? - Сегодня не придет. Поплачь, детка, вдруг да полегчает, - огрызнулась я, ставя сумки на пол. Макс что-то невнятно пробурчал и смылся к себе в комнату. Надеюсь, что делать уроки. Да, я знаю, что хочу много, но все-таки, осень, учеба началась и все такое. Андрей, если честно, задрался уже с его учебой, я понимаю, почему. - А жрать дашь? - Разумеется, детка, как только принесешь дневник. Макс опять забурчал нечто маловразумительное. Не слышу, ну и отлично, меньше нервотрепки. - А у нас в классе новичок! Бесит, когда он орет из комнаты, ну да ладно, он ж сам начал диалог. - И вы сцепились? В первую неделю учебы? - Он первый начал. Ой, люблю этот детский сад, не могу прям. - А ты стукнул его совочком и растоптал его пирамидки. Правда? - Дура. - Сам кретин малолетний, - да уж, педагогом мне не быть. – А он первый начал, а я ничего, я няша и пусенька, а вы ведь его стукнете, тетя Марина? Неизвестно, до чего бы мы дотрепались, но тут зазвонил телефон, я сняла трубку. - Соль слушает. У родителей было отменное чувство юмора, назвать дочь по фамилии Соль Мариной. Хотя мне нравится, а кому не нравится – дверь вон там. - Простите, я могу переговорить с Андреем Воронцовым? – голос мне сразу не понравился, но он был женским, потому я особо волноваться не стала, точно не любовница. – Это завуч школы его сына. - Я – мачеха Макса, так что можете поговорить со мной. Андрей все равно на работе. - Вы могли бы прийти в школу? - Когда? – я показала высунувшемуся Максу кулак. - Скажем, сегодня в шесть вечера? Я согласилась, повесила трубку и затосковала, прикидывая, что мне сегодня придется услышать по поводу этого не такого уж и малолетнего, но придурка. Макс с независимым видом прошел мимо меня, взял сумки и поволок их на кухню. При этом он на меня то и дело оглядывался, очевидно ожидая, что я брошусь отнимать пакеты. Я не бросилась, ушла в свою комнату, открыла шкаф и задумалась, прикидывая, что лучше надеть на такую встречу. Не то чтобы девицу с кучей серег и прической, явно сделанной пьяным стригалем с тупыми овечьими ножницами, могло испортить еще что-то… - А я тебе чай сделал. - Детка, если ты пристрелил директора, взорвал школу и запытал до смерти старенькую учительницу истории, признавайся сразу, - я все-таки решила оставить всего две сережки, чуть-чуть подкраситься и облачиться в светло-серый брючный костюм, а заодно залить лаком волосы, создав какое-то подобие приличной прически. - Я просто подрался с новичком. - Как вы умудрились подраться, что меня вызывают в школу? Чай поставь на стол на кухне. И дверь закрой, еще нос не дорос на переодевающихся взрослых женщин таращиться. - Предку настучишь про школу? – пробубнил Макс из-за закрытой двери. - Детка, стучат дятлы, а я человек. И думаю, достаточно взрослый, чтобы при нужде всыпать тебе ремня самостоятельно. Макс неуверенно хихикнул. Это он зря, у меня отличнейший ремень есть, от отца достался. Так всыплю, мало не покажется. Особенно, если выяснится, что школе был нанесен какой-то материальный ущерб. - А теперь рассказывай, - я вышла на кухню. - Ну, он сам начал… Удручающее зрелище, когда здоровенный четырнадцатилетний лоб выше меня ростом топчется на одном месте и пытается выглядеть виновато. Мои нервы такого не выносят. Впору взять гитару и запеть: «А у меня душа, она почти из воска». - А дальше? Вот он просто подошел и врезал? - Ну, он мои книги на пол смахнул… Так, ясно, что ничего не ясно. Ладно, будем узнавать на месте, надеюсь, завуч покажет записи с камер или что-то похожее. Как же курить хочется, но я дала Андрею обещание не дымить в квартире и на глазах у ребенка. Мать Макса умерла от рака легких, так что Андрея я клятвенно заверила, что ни-ни. Эх, на алкоголь перейти, что ли? - Лишишь компа и запрешь дома? - На кой мне оно надо? С меня хватит и твоих угрызений совести. И родительского контроля на твоем компе. Макс запыхтел как озлобленный еж. Я допила чай, поднялась: - Так детка. Я в школу. А ты залей свои боевые раны йодом и садись за уроки. - Так не задано ничего. - Я же в школу, детка, думаешь, постесняюсь спросить? Макс поплелся к себе, цепляя ногу за ногу. Я посмотрела ему вслед, фыркнула и отправилась воевать с косметичкой. Надо будет позвонить Полю, предупредить, чтобы не давал Андрею связываться с сыном, а то разнервничается, примчится, опять с Максом наорут друг на друга. Мда, я ему еще не жена официально, а уже с сыном видеться не даю. - Я ушла, детка. Вообще, это обращение Макса дико бесит, потому я его употребляю впопад и невпопад. Ребячество, конечно, но почему ему можно, а мне нет? В школе было тихо, уроки уже закончились, светилось только несколько окон. Я вздохнула и пошла в сторону кабинета завуча, чувствуя себя нашкодившей девчонкой. Ну и что, что я взрослая и вообще какбымать? Ругать-то все равно будут меня. Спрашивается, где справедливость? Не я же с новичком подралась. - Добрый вечер, - завуч улыбалась мне приветливо как акула дайверу. – Простите, не знаю вашего имени-отчества. - Соль Марина Алексеевна. - Присаживайтесь. Марина Алексеевна, у нас случилась небольшая неприятность, - журчала и разливалась завуч. Я осоловело кивала, вжатая в мягкое кресло и полностью деморализованная. Потом, правда, все-таки прислушалась к тому, что мне вещали. - Что? Это у меня ребенок несоциализированный? Это у меня ребенок замкнутый? Это у меня он неуправляемый? Хорошо, что я на досуге люблю почитать некоторые блоги, где как раз вовсю родители ссорятся с другими родителями, понахваталась там всяких выражений. Не то чтобы мне было прямо принципиально устроить скандал в кабинете завуча, но невовремя снова взяла обида за Макса. Он, конечно, козел и то самое на лопате временами, но свое ж, как известно, не пахнет, пока не ковырнешь. Под моим напором она стушевалась, что-то заблеяла о том, что я неверно поняла ее слова. - Если я не могу отпустить пасынка сюда без того, чтобы он не мог защититься… Вы в курсе, что этот новенький раскидал его книги по классу? Я не позволю из моего пасынка какого-то терпилу делать. А это еще откуда полезло? А, начхать. Главное, что завуч вроде как все претензии сняла. - Простите. А можно чуть потише ругаться с Ириной Арнольдовной? – дверь в кабинет директора открылась. Оттуда выглянул мужчина моей мечты. Так, кольца на пальце нет, домашним уютом костюм не отдает. Господи, только б не гей, а остальное переживем. Ааа, он мне улыбается. - Надеюсь, вы не очень сильно злитесь на нашу школу? А? Что? Он со мной разговаривает, да? - Ну что вы, просто обидно за Макса. Он очень талантливый мальчик… Завуч уже куда-то успела улетучиться, директор открыл дверь кабинета пошире: - Проходите. Да с радостью! В кабинете чем-то очень приятно пахло. Я вдохнула этот запах, немного расслабилась. - Так что у вас случилось? - Уже ничего, мы с вашим завучем переговорили обо всем. Директор – Игорь Константинович – улыбнулся мне снова: - Значит, вы не имеете к нашей школе претензий? - Нет, ничуть. Говорить было особо не о чем, Игорь немного растерянно смотрел на меня, я тоже помалкивала, размышляя, почему же мне так не везет. Вроде нашла нормального мужчину, а он такой мямля. Ну давай, не заставляй меня делать первый шаг. - Я не нашел в личном деле Максима ваш номер телефона. Какой кошмар, ну кто так пытается завязать романтические отношения? Там домашний телефон на первой странице крупным шрифтом. Ладно, засчитаем за попытку. - Записывайте, Игорь Константинович. - Можно просто Игорь. И все шло отлично ровно до того момента, когда я поймала взгляд Игоря боковым зрением. Меня передернуло от этой липкой маслянистости. Он меня явно уже раздел, трахнул и прикидывал, как бы выкинуть половчее. Или я после отношений с Андреем и общения с Полем уже все утрирую? - Мне пора, Игорь Константинович. Неприятное чувство, да. А ведь все так прекрасно шло. Из школы я вышла в препаскуднейшем настроении. - Марина, прекраснейшая, - около меня затормозила иномарка. - Поль, свет сердца моего. Что вы тут делаете? Привет, Андрей. - Да вот, забрал Андрэ с делового ужина, смотрим, ты идешь, такая печальная. Садись. Я забралась в салон, стащила с Андрея шарф и зарылась в него лицом, вдыхая запах его одеколона, сразу полегчало как-то. - Марин, что-то опять Макс натворил? - А? Нет, это так, текучка родительская. - А почему ты так страстно сморкаешься в шарф Андре? – весело поинтересовался Поль. - У директора парфюм неприятный. Пытаюсь справиться с головной болью. Высадите меня тут, на углу, мне надо еще в магазин зайти, я забыла хлеба купить. - Марина, ты не могла бы завтра пойти со мной на один ужин? – Поль молитвенно сложил руки. – Там будет мой партнер с женой. Боюсь, что Жаклин будет слишком скучно в нашем обществе. С меня вечерний наряд. - Не надо мне с тебя вечерний наряд, у нас фигуры разные, – я рассмеялась и вышла из машины. Дома Макс был тих и смирен, словно чуял, что нарываться на меня сейчас не стоит. Я прошлась по квартире, немного подумала и успокоилась. Подумаешь, не повезло с каким-то директором. Найдется еще нормальный мужчина, который меня будет любить. - Как все прошло? – Макс решил высунуть наружу хотя б нос. - Отлично! Все, взять коробку конфет и в постель, долго и со вкусом бельгийского шоколада оплакивать свою неудавшуюся жизнь. Я несчастна. У меня муж красавец, квартира в центре города, шкаф забит модными шмотками, летаю на выходные в Париж к сестре Поля… Черт, не удалось пострадать. Как я заснула, мне понять не удалось. Но во сне я видела какого-то сногсшибательного вида парня, который делал мне предложение руки и сердца. Правда, на моменте моего ответа зазвонил телефон. На проводе был Поль, вознамерившийся приодеть меня к сегодняшнему ужину. Я не возражала. В мире Поля я одно из блюд на ужине, которым потчуют гостей, только не физически, а духовно. Так что сервировку и упаковку я смело предоставила подающему. - Прекрасна, – оценил Поль мой наряд. Я полюбовалась на томную и загадочную даму в зеркале, дама полюбовалась на меня и мы разошлись довольные друг другом, дыша духами и туманами. - Знаешь. Жаклин приболела, так что на ужине ты будешь единственной дамой. Но скучать тебе не придется. Я попросил Клода взять с собой брата, надеюсь, что вы с Жаном подружитесь. - А он тоже гей? - Нет, он как раз по твоей части. И, кстати, не женат. Я только вздохнула. Ладно, посмотрим на этого Жана. В ресторане было… Как в дорогом ресторане и было, ничего нового и мной неизведанного. Вино-хрусталь-фарфор. И наши собеседники. Жан оказался не слишком-то красивым внешне, похожим на лягушку со своим широким ртом и вечной улыбкой. - Марина, мой друг. - Рад другу нашего дорогого Поля, - Жан приложился к моей руке, едва обозначив касание. Ужин потек своим чередом: разговоры, улыбки, Поль со своими деловыми беседами, Жан со своими анекдотами. Я пила, смеялась, снова пила. И чувствовала себя так беззаботно и легко, как никогда раньше. И очнулась уже, когда мы с Жаном кружились в медленном танце на балконе ресторана, верней, пытались изобразить вальс. - Ты необыкновенная женщина, Марина. И что на меня нашло? Я сразу брякнула: - Я замужем. Жан улыбнулся: - Ты не замужем, ты живешь с любовником Поля. - У меня пасынок есть. - Это не проблема, - он улыбнулся еще шире, я побоялась, что у него сойдутся кончики губ на затылке и голова отвалится. – Я часто мотаюсь по командировкам. И буду прилетать сюда ненадолго… и был бы очень рад, если бы ты… - Да, - сразу же согласилась я. В конце концов, при таком раскладе у меня еще будет оставаться время на воспитание Макса, что меня полностью устраивает.