Military story

Дженсен Эклз наскоро разделся и ничком завалился на узкую койку, сразу же закрывая глаза. Отбой. Наконец-то! Хотя долго поспать им наверняка не дадут, потому что "адова неделя" только началась. Прошёл всего один день. И похрену, что длился он двадцать восемь часов подряд - пока не прозвучала команда "отбой", день не окончен. Дженсен давно не был салагой, он прошёл через многое за годы своей военной карьеры и к своим двадцати пяти годам добился тоже многого. Упорный, даже упёртый порой, характер вёл его вверх по карьерной лестнице, не позволяя сдаваться, когда было трудно. Но мечтой его было попасть в элитные войска, а для этого он должен был пройти этот убойный четырёхмесячный спецкурс подготовки. Этот курс был одним из самых сложных из всех возможных. Но, честно говоря, Дженсен не мог сейчас представить, что может быть что-то ещё сложнее. Также он был наслышан о мастер-сержанте Падалеки, как о лютом звере, любящем отсеивать слабаков в первую же неделю - "адову неделю". Но слухи и вполовину не отражали истинных размеров пиздеца! Падалеки был не просто лютым, казалось, ему доставляло удовольствие скрутить в бараний рог сливки разных армейских подразделений. Выгнать кого-то просто так он не мог, поэтому гонял своих подопечных в хвост и в гриву, пока крепкие тренированные парни не начинали ломаться и трезвонить в этот чёртов колокол, который стоял на главном плацу и манил измученных людей, обещая им покой, долгий сон в мягкой постели и отсутствие бешеных нагрузок и постоянной боли в каждой клеточке тела. Дженсен слышал, что некоторые парни, которые считались лучшими там, откуда они пришли, звонили в этот колокол со слезами на глазах, торопясь сбежать из этой мясорубки. В итоге до конца курса доходили всего процентов двадцать претендентов, и большая часть отсеивалась именно в течение "адовой недели". Но Дженсен никогда еще не сдавался и не собирался начинать теперь, в угоду этому огромному двухметровому извергу. Он покрепче сжал веки и внутренне отмахнулся от всех мыслей. Нужно успеть восстановиться. Хоть бы часа четыре дали поспать... *** Джаред подошёл к казарме и посмотрел на часы. После отбоя прошёл примерно час. Самое время когда бойцы наконец-то расслабились и спокойно спят, наивно надеясь на утреннее пробуждение. Он усмехнулся и достал старенькую переносную сирену, воспитавшую не одно поколение отличных солдат. В казарме была полная тишина. Никто даже не шевелился. Эти сморчки, наверное, даже не раздеваясь, рухнули на койки и ещё в падении заснули. - Отделение, пооодъёёём! - во всю глотку проорал он и включил сирену. Джаред не смог скрыть улыбку, смотря, как заспанные люди подрываются с кроватей резко вверх, озираясь, и не могут понять, что происходит. Это зрелище никогда ему не надоест! "Да какого хрена?! Только уснул же! Неужели уже пора?!" - пронеслось в голове у Дженсена, но годами отточенные рефлексы уже сработали, и к концу этой мысли он уже стоял у своей койки, вытянувшись струной. - Вы, как сонные мухи! Да сперматозоид вашего папаши, заделавший вас, шевелился быстрее! Двигаемся! Двигаемся! - Джаред вышагивал вдоль коек, без особого труда перекрикивая воющие звуки сирены. Он довольно отметил про себя, что ребята неплохо справились - почти все стояли по стойке смирно при полном параде. Кроме одного. Этот точно вылетит одним из первых! У Джареда на таких чуйка была. - Фамилия! - он навис над парнем, заставляя того отшатнуться и даже, кажется, немного присесть. - Рядовой Грай, сэр! - Рррядовой! Ты кому-то отсасывал, чтобы попасть сюда? - Н-никак нет, сэр! - парень совсем побледнел, вытаращив на Джареда испуганные глаза. - Тогда точно подставлял жопу, чтобы сдать нормативы, - Падалеки грозно сощурил глаза и указал на его босые ноги. - Если ты не смог справиться с такой простой задачей, рядовой, то на этом курсе тебе делать нечего. Резко развернувшись, Джаред выключил сирену и объявил: - Из-за рядового Грая вы все бежите кросс в три мили. На завтрак можете не рассчитывать. У вас есть пять минут, чтобы добраться до плаца. Время пошло. Казарму он покидал при полной тишине. Как только Падалеки скрылся за дверью, по казарме пронеслись страдальческие стоны и вздохи. - Инструктор из ада, - зло процедил Дженсен и устало потёр глаза, падая обратно на койку. Пробежать три мили само по себе не проблема, но после того, через что пришлось пройти в первый день, это казалось чем-то невообразимо тяжёлым. Сделав пару глубоких вздохов и с немалым усилием поборов желание снова заснуть, он резко поднялся, привёл форму в порядок и отправился на плац вместе с остальными. Дико хотелось жрать! Завтрак, так же как и обед, Джаред пропустил вместе со своим отделением. В принципе, он мог не есть и несколько дней, а при необходимости даже больше, но он не в боливийских джунглях, и такие жертвы ни к чему. Голод скорее от скуки. Первые несколько недель курса - это просто банальная ломка. Способ заставить тела этих ребят работать в нужном режиме. Сейчас они все думают, что у них между ног чугунные шары, хотя даже примерно не представляют, что ждёт их по окончании. До конца дойдут далеко не все. В лучшем случае одна третья часть, но чаще и десяти человек не наберётся. А потом... Некоторые из них сгинут в болотах, песках и горах в первые три года. Кто-то продержится ещё несколько лет и разорвёт контракт, уйдя в частную охрану. А кто-то будет учить щенков кусаться, выбивая из них дерьмо и делая настоящих солдат. И только единицы будут продолжать ползать в грязи и нести демократию, пока в каком-нибудь госпитале им не объявят, что они списаны за ненадобностью. Его отца списали в сорок с небольшим. Парализованным и с мизерной пенсией. Джаред был умнее и после третьего ранения, лишившего его десяти сантиметров кишки, перевёлся в инструкторы. Старшему брату повезло меньше - Джеффа вернули из Афганистана со всеми почестями и в железном ящике. За пять лет в тренировочном лагере Джаред научился уже на второй неделе распознавать, кто и где окажется. Но даже сейчас на вторые сутки он мог с уверенностью сказать, кто точно дойдёт до конца и будет служить дядюшке Сэму, пока его не закопают под выстрелы винтовок. - Эклз! Что ты как мешок с говном бежишь?! Выше колени! И рожу попроще! Дженсен крепче сжал зубы, чтобы не послать куда подальше этого говнюка. Колени выше ему приспичило! Да ноги как чугунные! Все силы сосредоточены на том, чтобы их хоть как-то переставлять! И уж точно ему сейчас не до выражения лица! Дыхание бы не сбить да удержаться от того, чтобы показать фак грёбанному садюге! Твою мать, никогда ещё три мили не были такими длинными! Водички бы... Да и пожрать бы хоть чего-нибудь. Оставалось только надеяться, что Падалеки не станет морить их голодом всю неделю. Характер у парня явно присутствовал. Джаред довольно оскалился, смотря на недовольную рожу курсанта. Он таких любил - с ними тренировки всегда проходят веселее. Ну, для него весело, а вот для солдата ад в двойном размере. Если Падалеки что-то делал, то делал на совесть. Если этим салагам приспичило сдохнуть за родину, то Джаред сделает всё, чтобы они имели самые высокие шансы протянуть как можно дольше. Он гонял их до самого вечера. - Отделение, строиться! Итак, девочки, после лёгкой разминки у нас по расписанию ужин. А после ужина мы начнём тренироваться всерьёз! Дженсен не сдержался и прикрыл глаза, медленно выдохнув сквозь зубы, чтобы сдержать раздражение. Ну две секунды же прошло, а вот глаза открыл, а этот говнюк уже стоит перед ним со злобной мордой! Сейчас у него пар из ноздрей повалит! - Курсант, вы спите во время учебных занятий?! Может, вы хотите в мягкую кровать с шёлковыми простынями?! - наглый сучок даже не дёрнулся на его тираду. - Сэр! Никак нет, сэр! - отрапортовал Дженсен, старательно пырясь в пространство над плечом инструктора. - Тогда отделение идёт на ужин, а ты, Эклз, - Джаред наклонился к нему ещё ближе, - как самый бодрый, бежишь ещё шесть кругов. Приказ понятен? - Сэр! Есть, сэр! Вот сука ублюдочная! Решил его угробить нахер, похоже! - Разрешите начинать?! - Выполнять! - Джаред довольно улыбнулся. Падалеки вернулся перед отбоем. Эклз упорно бежал, хотя было видно, что уже еле передвигает ноги. - Курсант, ты ещё не хочешь спать? - Джаред демонстративно откусил большой кусок от яблока. Дженсен даже ответить не смог. В боку уже немилосердно кололо, и желудок сжался в комок и застрял где-то в горле. Ещё немного и он реально рухнет прямо на этой дорожке, просто пропашет мордой утоптанную землю и сдохнет. - Стоять! Если ты хочешь отдохнуть, курсант Эклз, то я могу подсказать тебе решение, - мягко сказал Джаред, изображая всю доброжелательность, на которую был способен. Дженсен чувствовал, как его шатает, но не мог удержать своё тело в неподвижности. Перед глазами яркими красно-белыми всполохами мелькали круги, сердце колотилось так, что было больно дышать, и кровь шумела в ушах, заглушая звуки военной базы. Но мягкий, почти ласковый голос инструктора всё же сумел протиснуться, проникнуть в голову, убаюкивая утомлённое сознание. Дженсен даже слов не разобрал, но поддаться этому голосу хотелось безумно, довериться ему, раствориться в этих хрипловатых звуках. - Я не стану звонить в колокол, - на чистом упрямстве прошептал он сухими губами и почувствовал, как мир каруселью закружился перед ним. Казалось, курсант вот-вот просто свалится прямо в пыль плаца. Упорный сучок! - Эклз! Ко мне! Живо! Дженсен попытался сглотнуть, но стенки горла лишь сухо стукнулись друг о друга, а язык и вовсе, кажется, к зубам присох. Он сделал несколько шагов к инструктору, но среагировал скорее на знакомый тон приказа, чем действительно разобрал слова. Парень выглядел, откровенно говоря, хреново. - Эй... Ты жив? - Джаред сам подошёл к нему. Ухватил за подбородок, поднимая голову, и попробовал заглянуть в глаза, которые оказались закрытыми. Курсант явно был в каком-то полубессознательном состоянии. Падалеки достал фонарик и раздвинул веки. Реакция на свет была очень слабая. На его манипуляции Эклз никак не отреагировал. По всему выходило, что солдат должен был уже лежать без сознания, а этот ещё стоит, и от него таки просто разит упрямством. Скажут снова бежать, и он побежит. Джаред в нём не ошибся. - Эклз, марш в казарму! Ещё сдохнешь у моих ног, потом заполняй кучу бумажек. Чего встал?! Живо! Или тебя на руках отнести? Дженсен не мог сообразить, в какую сторону нужно идти, пока Падалеки не подтолкнул его в нужном направлении. В казарме стояло нестройное сопение, и даже храп доносился из дальнего угла. Хорошо бы поесть, да и помыться не помешало бы, но всё, на что хватило сил, это упасть на свою койку, не раздеваясь. - Эй, - раздался тихий голос в темноте, и чья-то рука потрясла его за плечо. Только не это! Только не снова всё сначала! Он не может! Ему нужно отдохнуть хоть немного! - Эй, - повторил голос. - Ты Эклз, да? Жёстко с тобой Падалеки. Вот, держи, я стащил на ужине немного еды для тебя. Невесть что, конечно, но что уж смог, амиго. Дженсен кое-как разлепил веки и уставился на кусок хлеба с размазанной по нему непонятной субстанцией. Он схватил угощение и быстро съел всё до крошки. Вкуса даже не почувствовал, зато желудок притих немного. Веки сразу же склеились обратно, раньше, чем он успел поблагодарить своего неожиданного спасителя, и Дженсен провалился в чёрный пустой сон без сновидений. *** - Итак, девочки! Вчерашний день показал, насколько вы никчёмны! И вы не то что завтрак не заслужили, а даже просто срать на территории этой части недостойны! Поэтому вместо столовой вы все отправляетесь на турники. Посмотрим, заслужите ли вы обед, - Джаред, довольно скалясь, ходил вдоль строя, замечая кислые лица солдат. Напротив Эклза он резко остановился и расплылся в счастливой улыбке. - Эклз! Моя любимая девочка! Ты как? В обморок не собираешься? Может, тебя отнести к колоколу? Всё тело ныло и жрать хотелось зверски, но насмешливый тон инструктора задевал за живое и будил желание непременно утереть ему нос. Конечно, в открытую дерзить не стоило, потому что тогда Падалеки его точно со свету сживёт, поэтому Дженсен, сохраняя невозмутимое выражение лица и не глядя ему в глаза, ответил: - Никак нет, сэр! Готов к новому дню, сэр! - Отлично! Вот ты и будешь первым. На перекладину! Быстро! Курсанту наверняка хотелось жрать даже больше, чем спать, но он даже виду не подал - лихо развернулся и побежал к турнику. Облегчённые выдохи остальных резанули слух. - А вы что встали?! Быстро за ним! Падалеки гонял их без продыху часа три, при этом заставляя курсанта, на которого он указывал, называть причину, по которой он счастлив находиться здесь. К Дженсену он обращался практически через одного. Вот прицепился же, репейник! Очевидно удовлетворив немного свою утреннюю потребность издеваться над людьми, инструктор погнал их в столовую, выделив на процесс принятия пищи, туалет и прочее всего сорок минут. Еще и посоветовал Дженсену лично не тратить это время на дрочку. Сука! Да у Дженсена после такого ещё полгода вообще не встанет! В столовой царила суматоха. Все стремились поскорее набить животы и урвать немного свободного времени. Дженсен, набрав полный поднос еды, принялся жадно поглощать её ещё до того, как устроился за дальним столиком. Казалось, что он сейчас мог бы слона сожрать. Прямо целиком! Вместе со шкурой и бивнями! - Полегче, амиго! А то тебя на плацу вывернет! - раздалось за его спиной. - То, что попало в мой желудок, обратно уже не выйдет, - с набитым ртом отозвался Дженсен и посмотрел на парня со знакомым голосом. - Это был ты? Ночью. Парень кивнул с улыбкой и сел за стол рядом с ним. - Спасибо. Я Дженсен. - Перес. Сантьяго Перес, - парень пожал протянутую руку и принялся за свою порцию. Хорошо обзавестись другом в этом аду. Хоть какая-то поддержка. Жаль только, Дженсен не был уверен, как долго продлится их общение, и не сольётся ли Перес следующим. Уж больно скоро ломались парни, с виду куда крепче его нового знакомца. Пока длился их сорокаминутный перерыв, колокол на плацу прозвонил трижды. *** Всё время до ужина курсанты лазили по перекладинам словно обезьяны. Нескольких всё-таки вырвало. Джаред на это только усмехнулся и приказал всё убрать, попутно назначив пару десятков лишних отжиманий. Это научит идиотов жрать в меру, даже когда очень хочется есть. Перед ужином он снова построил отделение. - Если вы, мои прелестницы, надеялись на вкусный ужин и тёплую кровать, то забудьте! Видите вон ту груду брёвен? Вы должны отнести её к северному посту. Джаред указал на два с лишним десятка больших, крепких, гладко обработанных брёвен. - На каждое бревно только два человека. Разрешается только одна передышка. Для нарушителей я найду несколько особо интересных наказаний. Эклз, ты идёшь в паре с Граем! Падалеки специально поставил с ним более слабого напарника. Грай был почти на голову ниже Эклза и явно менее подготовленным физически. Как этот доходяга попал на его курс, пока загадка, но Джаред обязательно узнает! Вот если человек говнюк, то он просто не может удержаться от того, чтобы гадить окружающим! А их инструктор говнюк редкостный! Причём он прицельно настроен гадить именно Дженсену! Нет, другим ребятам тоже достаётся, но Эклз вызывает в мастер-сержанте просто какую-то магнитную тягу! И чего он взъелся? Мудак! Специально ведь поставил его в пару с этим чёртовым Граем. И как только он здесь вообще оказался? Салага ведь. Наверняка его кто-то пропихнул. Но даже если сюда и можно пролезть, благодаря связям, то задержаться здесь, только благодаря этому, никому не удастся. Уж Падалеки точно не позволит. Ну а пока этот доходяга ещё не слился, мучиться приходится Дженсену! Во-первых, ощутимая разница в росте создавала трудности с тем, чтобы нормально держать это чёртово бревно. Во-вторых, Грай пыхтел ему в спину, жалобно и довольно громко вскрикивал чуть не на каждом шагу, особенно, когда они пошли по лесополосе. К тому же им пришлось использовать свою передышку, когда они еще и трети пути не прошли, потому что чёртов нытик подвернул ногу. А теперь он снова заканючил, что не может больше тащить "эту никому ненужную бандурину", и ему снова нужен перерыв. Это ему-то нужен перерыв?! Дженсену и так пришлось подхватить бревно ближе к середине, и большая часть веса опиралась на его плечо, а этот слабак всё равно ноет! - Передышку нельзя, - отрывисто сказал Эклз, не сбавляя темп. - Уже была. - Но я просто не могу больше! Слишком тяжело! И кому сдались эти брёвна на северном посту? - Приказы не обсуждаются. - А завтра Падалеки прикажет обратно их тащить! И что, потащишь?! - Да. - Это глупо! - И что ты только в армии забыл с такими рассуждениями? - Дженсен начинал злиться, что приходится тратить силы ещё и на бесполезные разговоры. - Всё! С меня хватит! Больше не могу! - в голосе парня прорвались истеричные нотки и он, даже не предупредив, бросил бревно. Блядь! Дженсен еле успел среагировать и вовремя сбросил бревно с плеча, а то точно спину бы повредил или ещё что - и прости-прощай, элитный курс подготовки из ада! - Ты что творишь, Грай?! - зло закричал на него Дженсен и даже пихнул его в грудь. - Ты чуть не угробил меня! - Не собираюсь надрываться из-за такой глупости! - Осталось какая-то сотня ярдов! - Я не буду! Не могу больше! - А ну быстро взял бревно и пошёл выполнять приказ своего инструктора, - прорычал Дженсен, закипая всё больше. - Нет! Эклз схватил его за грудки, встряхнул, как следует, и взял командный тон, нависая над ним: - Сержант Грай! Взял бревно, живо! Выполнять приказ! То ли парень вспомнил, что приказы старших по званию надо выполнять, то ли просто испугался большого и крайне злого штабс-сержанта морской пехоты Эклза, но он сглотнул и быстро закивал. - Не слышу ответа, сержант! - Сэр! Есть, сэр! Так-то лучше. Хотелось ещё зарядить ему хорошего пинка под зад, но Дженсен сдержался. Он вообще привык не поддаваться эмоциям на службе. Но этот придурок его просто выбесил! У Дженсена всегда было ощущение, что в сухопутные войска идут одни слабаки! И сержант Грай только усиливает это ощущение! Остаток пути до северного поста они прошли без происшествий и в полном молчании. Часы показывали около трёх часов ночи, когда принесли последнее бревно. Солдаты старались стоять в строю прямо, но было видно, что они чертовски устали. - Итак, леди. Вы затратили на столь простое дело почти восемь часов. Восемь! Беременные улитки двигаются быстрее! Утром будем улучшать ваши показатели. Ребята дружно застонали, на что Джаред только усмехнулся. - Но это ещё не всё, девочки мои. Некоторые из вас думали, что они умнее своего инструктора, и нарушили приказ. Эклз, Грай, МакКроу, Довель, Кирсо, Штейн - выйти из строя! Пока все будут спать, вы, мои крошки, пробежите пару кругов. Думаю, сил у вас полно. Вы же, пока все остальные работали, хорошо отдыхали. Да, Эклз? Джаред навис над курсантом, радостно скалясь. - Так точно, сэр, - еле ворочая языком, отозвался Дженсен. Он скоро тут точно ласты склеит! И когда только эта грёбаная "адова неделя" закончится?! Уже начинает казаться, что никогда. - Ну вперёд, мои птички! - продолжая улыбаться, Джаред хлопнул Эклза по плечу. Не жалея. Тот тихо охнул, но на ногах удержался. Наказанные развернулись и побежали выполнять приказ. Кроме одного. - Курсант Грай, ты меня плохо слышал? - Сэр, я больше не могу! - заканючил солдат, смотря на него несчастными глазами. - А меня не ебёт, можешь ты или нет. Ты должен выполнять приказ! - это недоразумение его просто достало! Джаред видел, как Грай устроил Эклзу истерику, и тому пришлось чуть ли не силой заставлять гадёныша снова взяться за бревно. Из Эклза вышел бы отличный командир... - Рядовой, выполнять приказ! - Я не могууу... - Я тебя, сучка, заставлю всю неделю брёвна таскать, если ты сейчас же не подчинишься! - Джаред схватил курсанта за ворот и, чуть приподняв над землёй, хорошенько тряхнул. Тот жалобно заскулил, пытаясь вырваться. - Я понял! Понял! - Живо на плац! Не слышу! - Есть, с-сэр, - ответил Грай дрожащим голосом и побежал в сторону плаца. Джаред зло скрипнул зубами, смотря ему вслед. Да когда же эта сволочь сломается?! *** Дженсен бежал и думал только о том, как бы не уснуть прямо на ходу. Падалеки действительно настоящий зверюга! Если он не притормозит немного, то Дженсена точно домой в пластиковом мешке отправят! Всё тело болело, каждый шаг отдавался в голове шумным взрывом, перед глазами пелена, горло уже, кажется, облезло от обезвоживания, и с каждой минутой убивать хотелось всё больше! Желательно Падалеки. Ну или этого мудака Грая, который еле плёлся в хвосте их весёлого отряда. Если бы не он, Дженсен уже давно набил бы живот и завалился спать! Хотя не исключено, что мастер-говнюк Падалеки всё равно нашёл бы из-за чего придраться к курсанту Эклзу. Когда они достигли, наконец, плаца, Грай, чуть не плача, направился к колоколу и позвонил в него, утирая нос рукавом. Слюнтяй чёртов! Туда ему и дорога!