Сопротивление

Томас руками выгреб небольшое углубление для костра в песке на берегу реки. Сделать костёр было не проблемой, повсюду лежали сухие деревяшки, да и сухой травы было предостаточно. — Пойди, помой овощи. — протянув мне бутылку с водой и пакет с овощами, попросил меня Томас. — Зачем? Всё равно же жарить будем. — ответил я. — Молчи и делай, что я сказал. — ответил Томас. «Молчи и делай, что я сказал, бла бла бла», — пронеслось у меня в голове, но я всё же пошёл выполнить его просьбу. Солнце уже садилось, небо было абсолютно ясным, кое-где уже начинали появляться первые звёзды. В камышах, неподалёку от нас, квакали лягушки. Сумерки сгущались над нами, и теперь лишь костёр освещал нашу небольшую стоянку. — Томми, откуда ты знаешь такие места? — спросил я. — Я всё знаю в округе. Мы с друзьями много где побывали, на двух колёсах же. А вот здесь именно мы купались летом. Только там на дне коряги, аккуратно надо плавать, зато безлюдно. — продолжая обжаривать сосиску на костре, ответил мне Томас. — Да… Безлюдно и спокойно, мне тут нравится. — произнёс я. — Это точно. — слегка вздохнув, сказал он. — А почему сейчас не ездите с друзьями? — поинтересовался я. Томас молчал минут пять, смотря на реку и подперев рукой подбородок. В его тёмных зрачках я отчётливо видел всполохи костра. — Была у нас студенческая компания. Каждый год тусили вместе, но вот теперь мы все закончили учиться, и каждый стал заниматься своим делом: кто семью завёл, кто ушёл с головой в карьеру. — задумчиво проговорил Томас. — Ох, наверное, жизнь взрослого человека - это та ещё каторга? Только и успевай работать, да и оплачивать счета за квартиру. — спросил у него я. — Смотря с какой стороны посмотреть. Просто жизнь, как по мне, это огромная ответственность. Надо уметь держать удар, нельзя всегда делать то, что хочешь именно ты, необходимо находить компромиссы. Но, вообще, всё зависит от обстоятельств. Ты можешь просто плыть по течению, как река, но это, вряд ли, тебя к чему-то приведёт. В ином случае, надо действовать и брать то, что тебе нужно. — ответил мне он. — Я тебе, почему-то, верю. — вздохнув, сказал я. — Ну, отчасти, я говорю и по собственному опыту. Но тебе, наверняка, скучно слушать такое? — вскинув брови, спросил у меня Томас. — Нет… Мне вообще никогда не бывает скучно с тобой. Я рад, что мы с тобой познакомились. Ты очень хороший человек. — слегка улыбнувшись, сказал я. — Это взаимно. — улыбнулся мне в ответ он. Мы встретились с ним взглядом, но, как это бывало уже не один раз, никто не хотел первым отводить свой взгляд. Я исподлобья смотрел на него, оперевшись двумя руками об мягкий, ещё слегка тёплый песок. И, как обычно, Томас первый отвёл свой взгляд. Наступила ночь, все признаки заката исчезли, и только лишь звёзды и небольшой полумесяц освещали всё вокруг. Дрова, которые мы собрали, уже заканчивались. — Я бы хотел здесь всю ночь провести, с тобой. — мечтательно произнёс я. — Замёрзнем же, глупый. Вот была бы палатка, тогда можно было бы. — усмехнулся Томас. — Я не замёрз, это ты уже трясёшься. — заметил я. — Пора бы уже костёр тушить, да и назад ехать. — сказал он. — Ну давай ещё посидим, хотя бы пять минуточек. — упрашивал я его как ребёнок. — Давай… — неожиданно легко согласился Томас. Однако пять минут превратились в десять, а десять — в двадцать. Я подвинулся к Томасу и прислонился своим плечом к его плечу. — Я так устал, Дил. Вот знаешь, чего бы я хотел? Дом на берегу речки, и чтобы людей рядом не было. Огород было бы неплохо сделать, но тогда надо искать место другое, тут-то у речки песок. Люблю я природу, странно, да? С моей-то профессией. — тихо произнёс Томас. Я молчал и смотрел на звёзды. Быть может, они взорвались уже много лет назад, но они до сих пор дарили нам свой свет, свою красоту. — Ди-и-ил, ты спишь? — протянул Томас. — Нет конечно, мне просто хорошо так сидеть. — пробурчал я в ответ. — Давай вставать, дрова-то кончились, замёрзнем теперь уж точно. — вставая, сказал он. Стряхнув с себя песок, я направился к мотоциклу и Томасу, который уже натягивал свои перчатки. — Возьми мою куртку, я-то в свитере, мне нормально, а ты, вижу, немного примёрз. — заботливо произнёс Томас и начал снимать с себя куртку. — Томми, не надо. Я буду за твоей спиной, так что мне будет нормально. — схватив его за руку, сказал я. Он перестал раздеваться и замер, пару секунд мы просто смотрели друг на друга. Я, сделав шаг к нему на встречу, слегка приобнял его и засунул руки под свитер, на поясницу. — Ты чего? — произнёс Томас. — Ты такой тёплый. — почти неслышно прошептал я. Прошло пару минут, я чувствовал восторг, Томас даже не пытался вырываться, от просто стоял, даже положил одну руку мне на плечо. — Томми, как с тобой хорошо. Просто быть рядом… Я становлюсь тем, кем всегда хотел быть, и всё это, благодаря тебе. Я сейчас просто счастлив, я так рад, что мы с тобой встретились. — еле слышно произнёс я ему на ухо. — Эм, правда? Спасибо… Как же ты интересно выражаешь свои чувства и мысли. Хорошо, что ты это мне сказал. — сказал мне Томас. Он перехватил мои руки за спиной и крепко сжал их. *** — Блять! Какого хрена эта собака тут делала! Буквально пару секунд назад, мы на всей скорости чуть не сбили собаку и, лишь благодаря молниеносной реакции Томаса, не выехали за обочину. Теперь же Томас дрожащими руками доставал сигарету и пытался закурить, попутно проговаривая все маты, которые он знал. — Ты видел её? Сука, прям под колёса бежала, где же её инстинкт самосохранения, блять. — тяжело дыша чуть ли не кричал он. — Со мной такое в первый раз! Бывали птицы разные, но чтобы собака, да ещё и за городом… Обычно они, слыша рёв, либо гавкают, и их издалека слышно, либо не приближаются близко к мотоциклу. — продолжал судорожно говорить Томас. — Покури, успокойся, всё же хорошо. — попытался я его успокоить. — Да я спокоен! — грубо ответил он. — Ага, видно как спокоен, вон даже руки дрожат. — указывая на его руки, скептически произнёс я. — Ничего не дрожит. Пипец, чуть не ёбнулись на асфальт, какой же я идиот. — продолжал причитать Томас. Я подошёл и взял его руку в перчатке. Она буквально тряслась. — Томми, я же чувствую, что дрожь есть… Не переживай ты, удержались же, всё хорошо. — спокойной произнёс я. — А если бы я тебя расшиб сейчас? — глядя мне в глаза, прошептал Томас. — А ты за меня волнуешься, что ли? — ухмыльнулся я. — Ну не за себя же! — громко ответил Томас. Я лишь промолчал и переплёл наши пальцы, и уставился куда-то в темноту. — А знаешь, мне было бы не страшно разбиться с тобой, Томми. — задумавшись, произнёс я. — Да тьфу, какой же ты ребёнок ещё! Хуйню всякую несёшь. — прищурившись, сказал он. — Для учителя, ты слишком много материшься. — усмехнулся я. — А я без повода это не делаю! Давай покурим и поедем… Вот же, блять, угораздило же… — грубо ответил он. Он попытался выдернуть свою руку из моей, но с первого раза у него это не получилось. *** Томас поставил чайник на плиту и пошёл переодеваться в комнату. Спать не хотелось, адреналин ещё оставался в крови. Я, сев на стул, уставился в пол. Мне до сих пор казалось, что мы ещё находимся у реки, меня даже немного покачивало. Почувствовав на себе взгляд, я приподнял голову. Томас, смотря на меня, направлялся к чайнику, который, с минуты на минуту, должен был засвистеть. Я никогда не видел его таким встревоженным, как же он перепугался на дороге. Если бы не его опыт и ловкость, лежали бы мы сейчас где-нибудь на обочине, и кто знает, что бы с нами было. — Дил, как ты себя чувствуешь? — тихо произнёс Томас. — Да всё нормально! Хватит дёргаться. — как можно более спокойнее ответил я. — Мне же отвечать за тебя… Я такой идиот… Всё, больше не повезу тебя никуда. — сев напротив меня, прошептал он. Мне было его жалко, он так смотрел на меня, будто это я спас нас двоих, а не он. В его глазах читался страх и чувство вины. Выглядел он очень подавлено. — Томми, ты очень хорошо водишь… Ты же не виноват в этой ситуации, с каждым могло такое произойти. К тому же ты прекрасно справился с этим, ты такой молодец. — тихо произнёс я. Я протянул ему свои руки, делая жест, чтобы он дал мне свои. И он протянул их. Как только я коснулся его, до сих пор холодных, ладоней, по моему телу пробежали мурашки. Я, жалея его, провёл рукой по его щеке. Мы смотрели друг другу в глаза, не желая отводить взгляд друг от друга. И на этот раз он действительно не отводил взгляд. Томас протянул ко мне руку и запустил её мне в волосы. Мы даже пододвинулись друг к другу и теперь касались коленями. Я замер, испытывая непонятные чувства, каждая клеточка моего тела замерла. Было так приятно, я сжал его руку, и мы сплелись пальцами свободной рукой. — Что мы делаем? — прошептал он одними губами. Прекрасными, тонкими, красивыми губами. Я лишь пожал плечами и обхватил его за шею, он сделал тоже самое. Его холодные руки у меня на шее буквально вывели меня из ступора, мысли закрутились одна быстрее другой, но мне было всё равно, так же как и на то, что случится завтра. Сейчас существовали лишь я и он, и свистящий чайник, который, казалось, уже выкипел. Я приблизился к нему, казалось, всего на пару миллиметров, он сделал тоже самое, но как изменился вид. Красивое лицо, карие, добрые, умные глаза, небольшие острые скулы, милые растрёпанные волосы, жаркие, горячие, буквально пульсирующие губы. И я сделал это. Молниеносно я приблизился к его лицу, наши губы отделял всего какой-то сантиметр. Я немного задержался, ожидая того, что он меня оттолкнёт, но он этого не сделал. Томас лишь продолжал смотреть в мои глаза, как загипнотизированный. И это только мне на руку. Закрыв глаза, я прикоснулся к его губам, горячим и сладким, как подплавленный на костре зефир. Мы слились в поцелуе, сначала я неумелыми и неопытными движениями пытался сделать всё, что мог, но Томас перехватил инициативу и начал сам целовать меня. С языком. Я не ожидал этого и лишь таял в этот момент. Запустив в его волосы обе руки, я держал его голову, я не хотел прекращения этого поцелуя, этого лучшего и единственного настоящего поцелуя.