Иная судьба. Второй шанс.

Незнание не освобождает от ответственности… Как и от последствий, которые повлекут действия незнающего.

      Очнувшись, я испытал чудовищную боль – глаза горели, будто на них вылили стакан спирта, в то время как со всего остального тела будто сняли всю кожу. Через какое-то время боль стала утихать, и я услышал непонятные звуки, буквально ввинчивающиеся в мою голову подобно сверлу, пронзающему бетонную стену. Эти звуки вызывали желание вернуться в пустоту, потеряв возможность слышать и чувствовать. Но, вопреки моему желанию, эти звуки становились всё громче и громче. Вдруг что-то упало на меня, вызвав очередной приступ сильной боли, от которого моё сознание помутнело, но не вернулось в спасительное ничто. Во рту у меня было также сухо, как в ручье в пустыне днём, поэтому я никак не мог выразить своего негодования по поводу сложившейся ситуации. Этот неизвестный объект теперь находился у меня на… На… На животе? Да, на животе И именно этот объект был источником ужасающего шума. У меня появилась мысль, что объект можно скинуть с себя, и если это не заставить его затихнуть, то хотя бы немного отдалит от меня. Собрав все доступные мне силы, я героическим усилием поднял руки вверх и схватил расположившееся у меня на животе нечто. Я уже хотел было скинуть его, как понял, что он, оказывается, очень мягкий и приятный на ощупь. Не в силах сопротивляться соблазну, я притянул объект к себе и обнял. После этого действия у меня не осталось сил ни на что более, но испытываемые мной ощущения от объятий этого нечто того стоили. Звуки, испускаемые объектом, резко стали стихать, начали возникать паузы между очередными порциями шума. Мне казалось, что я очутился в раю, потому что так хорошо я себя не чувствовал с тех пор, как познакомился с Куэс… Эта мысль заставила меня забыть о приятных ощущениях и задуматься. Ведь я совершенно не помнил, кто такая Куэс. Имя казалось мне очень знакомым, но будто это кто-то очень близкий мне… Но мысль всё время ускользала. Я хотел было продолжить попытки вспомнить, но вдруг до меня дошло, что объект на мне не просто издаёт звуки, а говорит... Слова? Верно, слова. Я не мог разобрать почти ни одного слова, но они мне казались очень знакомыми. Я попытался выдавить из себя что-нибудь в ответ, но из моего рта вылетело лишь мычание. Стоило мне подумать, что мне очень тяжело говорить, как неизвестное существо внезапно замолчало, вырвалось из моих рук и покинуло моё тело. Только теперь я понял, насколько сильно оно давило на меня, вызывая жгучую боль во всех частях тела, насколько сильно его бормотание отдавалось в моей голове, мешая думать. Если раньше мне казалось, что я попал в рай, то теперь я понял, что тогда я лишь лежал у его порога. Но ничто не вечно, особенно приятные вещи. – Ранмару, фас! – женский крик внезапно разорвал повисшую тишину.       Крик отозвался в моей голове колокольным звоном, но это было лишь начало. Мне на лицо упало что-то не очень тяжёлое, но пушистое, после чего мне внезапно стало трудно дышать, нос оказался полностью забит, а из глаз сплошным потоком полились слёзы. Я начал чихать без остановки и, пытаясь избавиться от устроившегося на моём лице неизвестно чего, повернулся на бок. Но это действие привело к непредвиденному результату – я куда-то, скорее всего на пол, упал, в результате чего всё тело будто окунули в кипяток. Из моего горла вырвалось шипение, в то время как я сам пытался привести тело в вертикальное положение. Каким-то чудом я смог открыть глаза и осмотреть помещение, в котором я находился. Как ни удивительно, но вокруг не было ничего необычного: помещение оказалось жилой комнатой с кроватью, столом, шкафом, окном, дверью и стоящей прямо передо мной девушкой. Логика мне подсказала, что именно эта девушка и была тем грузом и источником шума, который почти с самого моего пробуждения доставлял мне не самые приятные ощущения. Внезапно я понял, что знаю эту девушку – Кузаки Ринко, моя одноклассница и первая подруга. И сейчас она была чем-то зла. Её лицо сильно покраснело, розовые губы были искривлены, карие глаза метали молнии, а непричёсанные (что довольно странно для девушки) волосы лишь дополняли вид очень злой девушки, у которой соперница только что прямо под носом скупила последние желаемые девушкой сладости в магазине. Несмотря на свой рост чуть больше полутора метров, она могла бы испугать почти кого угодно… Но я был занят тем, что старался держать слезящиеся глаза открытыми и не чихать, поэтому грозный вид девушки не оказал на меня должного воздействия. – Проснулся? Иди завтракать! – сказало мне это "чудо", развернулось и быстро ушло.       Первая мысль, пришедшая ко мне после внезапного ухода девушки, заключалась в том, что перед завтраком нужно умыться, привести себя и комнату в порядок… Но тут мой взгляд упал на окно, за которым на чудесном голубом небе светило солнышко… Все мысли внезапно вылетели из головы. "Голубое небо?" – сама мысль о том, что небо может быть голубым, казалась мне невероятной. Я не мог понять, почему оно голубое, а также почему солнце – жёлтое. Но в ещё большее недоумение меня ввели текущие из моих глаз слёзы. Не знаю почему, но, смотря в окно, я улыбался и плакал, будто увидел настоящее чудо. И это было странно. Или же нет? - "Ведь всем известно, что небо такое же голубое, как солнце – жёлтое. А солнце не жёлтое, а… Жёлтое? Но ведь это не так, даже дети знают, что небо голубое… Нет, не голубое же!" – я пытался разобраться в своих мыслях, но только всё больше и больше путался. В конце концов, мня пробило на истеричный смех, а ещё не пробудившийся мозг выдал очередной бред: – Здравствуйте, уважаемый! Скажите, пожалуйста, а какого цвета небо? – спросил слепой проходящего рядом человека. - Добрый вечер. Голубое, конечно же, это всем известно. – ответил прохожий не задумываясь. - Простите, товарищ, но вы ошибаетесь! – внезапно воскликнула проходящая мимо женщина, - "Небо – голубое!" - Нет, простите, но заблуждаетесь вы, ведь небо – голубое! И это неоспоримый факт! – недоумённо возразил мужчина. - Нет, ошибаетесь вы. Я точно знаю, что небо – голубое, а не голубое! Спросите любого, и он вам также ответит! – никак не унималась женщина. - Простите, что перебиваю вас – вмешался в разговор слепой, услышавший бой часов на площади, - Но вы оба не понимаете, о чём говорите! Вы оба ошибаетесь! – слепой сделал небольшую паузу, чтобы перевести дыхание, и сразу же продолжил, не давая себя перебить, – Небо – чёрное! Ведь сейчас – ночь!       И ведь у меня в голове действительно происходила похожая ситуация. Я пытался убедить себя, что небо не голубое, а голубое, в то время как солнце – не жёлтое, а жёлтое! Тогда мне было очень страшно, я пытался понять, в чём же причина моих странных мыслей. И задал себе вопрос – А кто это вообще – я? Если раньше я просто боялся, то после пришествия последней мысли я был в ужасе. Ведь я не мог ответить на заданный мною же вопрос. Я не помнил о себе ничего – ни имени, ни возраста. Я не мог вспомнить ни места, где нахожусь, ни родных, ни друзей… После этой мысли я понял, что ошибаюсь. Ведь одного друга я смог вспомнить. Точнее подругу, которая находилась на кухне и готовила мне обед. Это меня успокоило, как и то, что я помнил названия окружающих меня предметов. И это всё значило, что всё было не так плохо, как могло бы быть. К тому же, кратковременная потеря памяти – это один из эффектов, который Венатор оказывает на ходящих под его светом долгое время. Из чего следует, что всё у меня было в тот момент хорошо, что все воспоминания могли вернуться. Подбодрив себя, я направился в ванную комнату – исполнять первоначальный список дел, составленный сразу же после упоминания о завтраке. Правда, путешествие в ванную испортил один небольшой вопрос, но он был не способен остановить меня, уже начавшего исполнять план и отвлекавшего самого себя же от посторонних мыслей. А вопрос на самом деле был простой – что же такое Венатор? И что такое ванная? Завершив утренние процедуры, я спустился вниз, где меня уже ждал завтрак. Приготовившая его девушка занималась своими делами на кухне, показательно меня игнорируя. Правда, на пути к заветной еде появилось одно страшное препятствие: кот. Оно могло быть не таким уж и страшным, и вообще не препятствием, если бы ко мне не вернулось воспоминание о том, что у меня аллергия на кошачью шерсть, которая и была причиной моего не очень хорошего самочувствия. Но не могли меня никакие трудности остановить, ведь мне казалось, что я сейчас могу съесть стадо слонов, в сыром виде – настолько я был голоден. Поэтому брошенный на кота грозно-голодный взгляд подействовал на кота, и тот сбежал в коридор, к выходной двери. А сам я направился к долгожданной еде. Завтрак прошёл без происшествий, если не считать моего недоумения тем, что приходится есть еду при помощи палочек, а не нормальных столовых приборов. Но тело разобралось со столовыми приборами само, без участия разума, чему я был очень рад. После завершения приёма пищи, я собирался пойти и вымыть за собой посуду, но Ринко меня перехватила и отправила переодеваться. На предложение помочь, она только более настойчиво меня послала, замахнувшись половником для лучшего донесения своих слов и пробормотав, что из-за меня мы снова опоздаем. Я счёл за лучшее выполнить указания девушки и покинул кухню. Во время переодевания, я решал, стоит ли рассказывать Кузаки об амнезии. Сердце говорило мне, что это нужно сделать, что она поможет. Оно приводило аргументы, которые должны были заставить меня поделиться свой проблемой… Но ум отрицал все доводы, не приводя своих, и твердил, что ни о чём рассказывать нельзя. Забавно, верно? Ведь обычно всё бывает наоборот. Я решил довериться интуиции и опыту, которые говорили, что сердцу доверять нужно редко, и это не тот случай, и пришёл к выводу. что со своей проблемой я должен справиться сам. Выйдя на улицу, я увидел, что девушка меня с нетерпением ждёт за калиткой забора с очень недовольным выражением лица. Мне пришла в голому мысль, что, наверное, стоило поторопиться. По дороге в школу (конечную цель нашего путешествия я всё же смог вспомнить) я радовался жизни. Ведь, несмотря на то, что я не мог вспомнить, зачем мне вообще идти в школу, я был счастлив – ведь ходить под тёплыми лучами солнца – это так приятно! Я даже временно оставил попытки вспомнить хотя бы что-нибудь ещё, лишь бы насладиться ощущениями… Но, всегда есть что-нибудь, что испортит всё. В моём случае это было странное чувство, будто меня тянуло к теням. Несмотря на то, что мне было хорошо под солнцем, что я хотел находиться под ним весь день, мне, в то же время, очень сильно хотелось спрятаться в тени, не привлекая чьего-то внимания. И сделать это нужно было как можно быстрее, пока… Но что именно "пока" я никак не мог вспомнить. И тревожился бы я дальше, если бы мои мысли не были нарушены организмом, не забывшим утреннее издевательство над ним и напомнившим обо всём громким чихом. Мои мысли моментально переключились на кота и на то, как я хотел бы познакомить с армейским сапогом его пятую точку! – Апчхи! Да сколько можно! Зачем вообще кошками кидаться?! Тем более в тех, у кого на них аллергия! – Мечты расправы над ходячим комком шерсти настолько увлекли меня, что я не заметил, как начал возмущаться вслух. - Это слишком маленькая кара за моё разбитое сердце! – фыркнула Ринко, отвернувшись от меня. - А что я такого сделал-то? – недоумевал я. Ведь я действительно не мог ничего вспомнить, за что на меня могли обидеться ещё до моего пробуждения. - Ты сказал мне нечто неприличное! Тебе уже шестнадцать, и ты должен понимать, о чём девушкам нельзя говорить ни в коем случае! – Кузаки с негодованием в голосе попыталась меня просветить о моей ошибке, только вот лично мне после её объяснения ничего понятнее не стало.       Я размышлял, что же такое мог сказать, но в голову ничего не приходило. Даже если вспомнить про стандартный набор девичьих тем – возраст, вес и внешний вид – то это всё равно не поможет, ведь ни одной из этих тем я не касался. Через несколько минут дум я решил не пытаться понять девушку, ибо разум мой дороже мне. Ведь даже если я ничего неприличного не сказал, девушка уже обиделась. Поэтому я пришёл к выводу, что извиняться придётся в любом случае, что и собрался проделать, но вместо этого из моих уст вырвался вопрос: – Шестнадцать? – удивлённо спросил я, пытаясь вспомнить свой возраст. Мне казалось, что мне Три… Пят… Триста пятьдесят один? Нет, я точно был младше. Но также я знал, что мне не шестнадцать, что и поспешил уточнить, - Какие ещё шестнадцать? - Точно! Тебе же шестнадцать! – воскликнула девушка в ответ на мой вопрос, после чего немного выбежала вперёд и, развернулась. - С днём рождения, Юто! – с милой улыбкой на лице поздравила меня девушка.       Мне оставалось только замереть, ведь я наконец-то узнал своё имя. "Значит, так меня зовут?" – задал себе вопрос я, после чего сам же на него ответил, - "Нет/Да. Меня зовут Юто." Стоило мне сосредоточиться ни имени, как мои мысли начали путаться: "Нет, меня зовут Юто, но не Юто. Но я ведь не Юто, верно? Меня зовут не Юто. Но ведь это не так! Я.." – мысли скакали будто кузнечики на сковородке, а голова начала болеть. Я мысленно дал себе пощёчину, стараясь отбросить в сторону о своём имени. Мыслить сразу стало легче, что помогло мне решить дилемму с именем: сейчас меня зовут Юто, и это главное. "Юто… Амакава Юто…" - пронёсся у меня в голове шёпот, а я вспомнил, что Амакава – моё родовое имя. Прояснившийся разум выдал правдоподобную теорию насчёт незнакомого возраста – раньше мне было пятнадцать, и только сегодня я стал на год старше, из-за чего новый возраст оказался непривычным на слух. Также мне повезло, что утром я заглянул в календарь и посмотрел сегодняшнюю дату, ведь теперь я знаю, что у меня день рождения – двадцать девятое мая. День, когда….Etxtbd – Мои родители. – непроизвольно, срывающимся голосом, я произнёс два слова. Меня погребла под собой волна воспоминаний.

*******

      Тогда был поздний вечер. Во всём городе шёл дождь, но на могилы не попадало ни капли воды. На кладбище находилось единственное живое существо, если не считать тех, что живут под землёй. Это был ребёнок, лет девяти, одетый, несмотря на ужасную погоду, в футболку и шорты. Слезы не текли из глаз его, ибо кончились ещё несколько часов назад, в больнице. Пустой взгляд его смотрел сквозь две могилы. На одной из могил было написано имя "Амакава Аки", на другой – "Амакава Акияма". Дата смерти обоих людей совпадала – двадцать девятое мая две тысячи пятого года. Любящие родители почти одновременно покинули мир живых, оставив своё чадо в одиночестве. Но нельзя их в этом винить – они стали жертвой серийного убийцы, чьи охотничьи угодья в те годы проходили через Такамию. Но мальчику не было дела до причин происходящего. Его волновали лишь два тела, два самых дорогих ему человека, которые теперь лежали глубоко под землёй, так близко, и так далеко. Папа, который больше не назовёт его маленьким котёнком, мама, которая больше не сожмёт в объятьях, не утешит. Мальчик всё больше осознавал, что уже ничего не будет как прежде. В душе ребёнка бушевали боль что парализовала тело, безысходность, что лишила желания двигаться, сильные грусть и печаль, не оставившие места иным мыслям, и безразличие ко всему, даже к собственной жизни, что всё больше поглощало разум бедного дитя. Если бы не сторож, делающий ночной обход, мальчик не дожил бы до утра, оставшись вместе с родителями. Последние живые покинули кладбище, до которого наконец добрался дождь. Будто сама природа оплакивала умерших. И лишь одну могилу огибали капли дождя, что в одиночестве осталась в нетронутом кругу, от остального мира закрытым стеной воды. Надпись на могиле была новая. "Амакава Акеми. 29.05.2005 - 29.05.2005".

*******

      Все чувства, что я испытывал тогда, обрушились на меня лавиной. Я смог устоять и даже не покачнуться лишь благодаря силе воли и пониманию, что если я упаду, то уже не встану. На глаза навернулись слёзы, но я смог сдержаться и не заплакать. Гнев я не чувствовал, ведь для него просто не осталось места. Было лишь осознание, что убийца до сих пор не пойман… Глаза – зеркало души. Посмотрев в них, можно понять, что человек сейчас чувствует. И Ринко, заглянув ко мне в глаза, поняла, о чём мне напомнила, что я сейчас ощущаю. – Ой, прости, прости! Я не хотела… Почему именно тогда… Прости меня, прости… - начала извиняться девушка, говоря всё тише и тише, опустив глаза к земле. Она сжалась, всем своим видом показывая раскаяние.       Я смотрел на Кузаки и осознавал, что ровно семь лет назад я потерял родителей. При мысли о них, я снова начал погружаться в старые воспоминания, но снова мысленно врезал себе кулаком, встряхиваясь. "Ты мужчина, или дерьмо ослиное?" – гневно спросил я сам у себя, - "Немедленно взял себя в руки и продолжил движение!" – с каждым мысленным словом воспоминания всё отступали и отступали. – "Ты тут стоишь, распустив нюни, а перед тобой девушка сейчас разрыдается! Из-за тебя!" – голос в голове звучал всё уверенней. – "Хватит вести себя как тряпка! Взял и успокоил девочку, быстро!" Самовнушение дало свой эффект. Мои руки перестали дрожать, дыхание выровнялось, а слёзы больше не пытались покинуть тело. Я сделал шаг вперёд, обнял Ринко и начал шептать ей на ушко: – Ничего страшного, ты не специально. Я не обижаюсь. За столько лет я уже привык, что их нет рядом. И что рядом есть ты. Ведь именно ты всегда заботилась обо мне, и без тебя я бы пропал, - эти слова вырвались ещё до того, как я успел их осмыслить, ведь я о девушке почти ничего не помнил, - Спасибо тебе за всё.       Эффект от моих слов был буквально налицо. Девушка сразу же выпрямилась, её щёки украсил румянец, а губы тронула небольшая улыбка. – Д-да мне н-не сложно! – смутилась Кузаки, из-за чего посмешила сменить тему, - Если бы не я, ты бы питался одной лапшой и спал дни напролёт! – я уже хотел было возмутиться такой нелестной оценкой моих качеств, но девушка не дала мне шанса, - И ты бы вырос не в высоту, а в ширину! Был бы карликом, метр двадцать ростом и ноль шесть в диаметре! И по лестницам бы ты не ходил, а катался! – со смешинками в глазах закончила свою тираду девушка. - И всё равно, спасибо тебе! – отстранившись от Ринко, я, подчинившись рефлексам тела, низко поклонился ей.       Девушка от моих слов покраснела. В этот момент она показалась мне такой милой, что я замер – во мне боролись три желания: обнять девушку, смутить её ещё сильнее или же и дальше любоваться ею. Но выбор свой сделать я так и не успел – внезапно, будто молотом по голове огрели, на меня навалилось чувство сильной опасности. Я не мог понять, что произошло, но интуиция истошно орала, что дальше по дороге мне нельзя идти ни в коем случае, что нужно где-нибудь срочно спрятаться, пережидая нежданную напасть. К счастью, мне удалось удержать лицо, поэтому Кузаки ничего не заметила. Создавалось впечатление, что она совершенно не чувствовала нависшей над нами опасности. Мы стояли на перекрёстке, и справа от нас был магазин, поэтому решение пришло мне в голову мгновенно. – Ринко, а пошли в магазин зайдём! – быстро произнёс я, стараясь не дать голосу задрожать и уже поворачивая в нужную мне сторону. - Зачем? Если мы ещё задержимся, мы точно опоздаем! – возмущённо воскликнула девушка, посмотрев на меня как на идиота. - Когда зайдём – узнаешь. Не беспокойся, потом мы просто пойдём быстрее и не опоздаем! – успокоил я девушку, уже идя к цели, еле сдерживаясь, чтобы не перейти на шаг, - Догоняй! – крикнул я, удаляясь от девушки.       Кузаки немного постояла на месте, после чего громко и очень возмущённо выкрикнув моё имя побежала за мной. И это меня не удивило – не пошла бы она в школу одна после того, как ждала меня утром у калитки. Мне оставалось лишь радоваться удачному стечению обстоятельств, которое привело нас к магазину именно в момент опасности. Ведь в нём не только можно переждать неизвестную напасть, но и выполнить ещё две задачи, список которых я составил по дороге в школу. Одной из задач является получение информации о ценах на продукты, а другой – получение необходимого мозгу количества шоколада, для улучшения мозговой деятельности. В магазине я узнал цены и понял, что лежащих в моих карманах денег хватит на пару недель нормального питания, а также купил несколько плиток шоколада, одну из которых сразу же вручил смутившейся девушке. Всё время, которое я находился в помещении, я продолжал прислушиваться к своим чувствам и понял, что нечто, на которое и отреагировало моё чувство опасности, не стоит на месте, а движется. Оно двигалось по той самой дороге, по которой шли мы с Ринко, но направлялось в противоположную нашему движению сторону. Чем является это нечто я не знал, но желания с ним встречаться у меня не было никакого. Дальнейший путь прошёл без происшествий, мы успели прийти за пять минут до начала занятий. К сожалению, узнавания посещённых нами мест у меня не появилось. Даже школа и ученики в ней не вызвали никакого отклика. В классе я быстро вычислил свой место - на самой задней парте у окна – все остальные стулья были кем-то или чем-то заняты. Но не успел я сесть за парту и расслабиться, как почувствовал за стеной, в коридоре, нечто опасное. Ощущения, возникшие у меня из-за этого нечто, отличались от прошлых – интуиция не вопила, а лишь шептала, что рядом опасность. Когда это нечто вошло в класс, я увидел одного из своих одноклассников. Что странно, его имя мгновенно всплыло в моей памяти – Масаки Тайзо. На вид он был самым обычным парнем, и я не мог понять, почему моё чувство опасности говорило остерегаться его. Мне оставалось надеяться, что у меня развилась паранойя, и что я ошибаюсь. В течение дня я чувствовал, как кто-то недобро сверлит меня взглядом. Долго искать источник взглядов не пришлось – им был Тайзо. Он редко отрывал от меня свой взор, глядя на меня через плечо, что очень и очень настораживало. Иногда, незаметно посматривая на него, я видел, как его лицо искажалось в гримасе злобы и отвращения, но стоило к нему присмотреться, как оно сразу же становилось приветливым, и лишь глаза выдавали истинные чувства своего владельца. Надежда на то, что у меня всего лишь паранойя, таяла на глазах. На уроках, кроме разглядывания злобного одноклассника и любования видом из окна делать было нечего – весь преподаваемый материал я уже знал. Единственным предметом, знания которого у меня отсутствовали, была история. Видимо из-за моего выражения лица, отражающего охватившую меня скуку, учителя решили закидать меня вопросами. Но, как я уже говорил, весь материал был мне знаком, поэтому ответы вырывались из моих уст ещё до того, как я успевал их обдумать. Это сильно удивило всех окружающих людей, смотревших на меня как на девятое чудо света. У них было такое выражение лица, будто заговорил немой. И это порождало вопросы. "Неужели я раньше не отвечал на вопросы? Изменился ли с потерей памяти мой характер? Перестал ли я был собой?" – эти вопросы мучали меня до самого конца занятий, заставили даже пропустить обед, но ответ на них найти я так и не смог, ведь я не знал, каким я был ещё вчера. В конце концов я пришёл к выводу, что ничего страшного не произошло. Ведь каждую секунду человек меняется. Сейчас я уже не такой, каким был минуту назад, и тем более уже не такой, каким был вчера. Мы изменяемся при получении новых знаний, новой информации, меняется наш характер. И также мы меняемся, когда забываем что-нибудь. Меня это изменение коснулось сильнее, ведь я забыл почти всё, но я всё равно оставался собой. Возможно, когда ко мне вернётся память, мои прошедшие действия и мысли будут казаться мне глупыми, непонятными, но я всё равно останусь собой. Ведь уже взрослый человек не всегда сможет понять логику себя-ребёнка, ребёнок не всегда сможет понять логику себя-взрослого, но они оба остаются одним и тем же человеком, просто находящемся в разных состояниях, в разных временных периодах.

*******

После окончания занятий меня выловила Ринко, после чего мы вмести пошли домой – как я смог вспомнить, она жила в трёх домах от меня, и идти нам было по пути. Но не успели мы отойти от школы, как я внезапно почувствовал опасность сразу с трёх сторон. И если один из источников опасности оставался неизменным, то два других приближались к нам с девушкой. Каким-то образом я определил, что источником, находящимся сзади, является Тайзо, в то время как приближающийся спереди принадлежал тому же нечто, что ощутил я утром. У меня не было совершенно никакого желания игнорировать интуицию и приближаться к тому, что может представлять опасность, поэтому я принял решение начать движение в единственную свободную сторону. – Слушай, Ринко, у меня как-то нет желания домой идти. А сейчас ведь такой хороший солнечный день… Может, прогуляемся немного? – спросил я у подруги, надеясь на положительный ответ и стараясь под видом прогулки сокрыть истинную причину изменения нашего направления движения. - Т-т-ты ч-чего это вдруг? – удивлённо спросила Кузаки, резко остановившись и почему-то покраснев. - Говорю же, погода хорошая, хочется пройтись, подышать свежим воздухом! – начал я убеждать девушку, лицо которой на долу секунды выразило разочарование, - просто преступлением будет запереться дома! Так что, пойдём? – спросил я, уже начиная волноваться, так как опасность всё приближалась и приближалась. - Д-да, д-д-давай! – ответила девушка, покраснев ещё сильнее, несмотря на то, что мне казалось это невозможным.       Ренко, идя рядом со мной, сильно смущалась, из-за чего не решалась заговорить. Я не понимал, от чего она вообще испытывает такие чувства, но у меня не было времени, чтобы в этом разбираться – нужно было как можно быстрее покинуть опасную зону, в которой в скором времени, если я правильно просчитал траекторию движения, должны встретиться сразу два опасных существа. Я очень сильно надеялся, что мне показалось, что мои ощущения – лишь игра воображения, но что-то не давало мне поверить в это. Не знаю, был ли это здравый смысли, или же ещё что-то, но игнорировать свои чувства у меня не получилось, поэтому я решил довериться им.

*******

      Несколько часов я петлял по улицам города, старательно уходя от источников опасности, но всё это было бессмысленно, ведь до дома добраться у меня так и не получилось – то одно, то другое существо находилось между мной и моей целью. Логику движений источников я понять так и не смог – их путь был ещё более извилистым и странным, чем мой. Единственное, что стало ясно – оба существа ещё ни разу не встречались. Если бы не тот момент, что ни одно из них не удалялось от меня достаточно далеко, я бы решил, что интуиция дала сбой, что все мои ощущения – лишь ложная тревога, после чего пошёл бы домой. Вместе с счастливой по неизвестной причине Ринко мы добрались до парка. Чтобы отвлечься от размышлений о возможных преследователях я начал пытаться разобраться в причинах радости девушки. Ведь, вроде бы, не произошло ничего, что могло вызвать у неё такую реакцию. Во время нашей прогулки мы с Кузаки общались не много, в основном она рассказывала мне различные сплетни, а я поддакивал. Например, одна девушка из параллельного класса по имени Чо встречалась сразу с пятью парнями. Я даже пожалел её. Ведь если парни скорострелы, то у неё нет ни одного нормального парня, а если нет, то ей нужно очень много выносливости и, возможно, обезболивающих. Будучи погружённым в свои мысли, я не сразу заметил, что парк пустует. Это было очень подозрительно, ведь как минимум различные парочки не могли упустить возможности провести здесь такой хороший вечер. Но мне стало не до размышлений, когда один из источников опасности, которым являлся Тайзо, резко двинулся в нашу сторону, будто не было на его пути таких препятствий, как различные дома, не говоря уже о чём-нибудь поменьше. Я сначала очень удивился, а после понял, что теперь все попытки уйти бессмысленны, ведь если Тайзо может двигаться так быстро, то он сможет догнать нас даже если мы выйдем за пределы города. Остаётся надеяться на то, что Масаки нужны не мы, и что траектория его движения по чистой случайности проходит через наше с Ринко местоположение. Но надежда оказалась напрасной – через полминуты из-за деревьев вышел наш одноклассник. – Амакава…. – произнёс он каким-то потусторонним голосом, смотря на меня с ненавистью и предвкушением, а также всё приближаясь. - Масаки…. Кун? – дрожащим голосом спросила инстинктивно прижавшаяся ко мне Кузаки, увидев лицо своего друга. - …Сдохни! – проорал Тайзо, кидая в меня какой-то странный шар фиолетового цвета.       Я, даже не успев осознать ситуацию, прыгнул вбок, увлекая за собой замершую девушку. Мои действия были верны, что и подтвердили летящие во все стороны щепки: вместо того, чтобы попасть в нас, шар ударился о стоящее за нами дерево, проделав в нём дыру размером с футбольный мяч. Я не мог понять, что происходит. Единственное, что не вызывало вопросов, так это то, что Масаки нужен именно я. Из чего быстро мною был сделан вывод, что он девушки нужно уходить как можно дальше – она будет только мешать, ведь она не умеет… "Не умеет что?" – внезапно сбился я с мысли, - "И чему она будет мешать? Разве не проще просто убежать?" – подумал я, медленно отступая назад. Но решив, что выживание важнее, я выбросил из головы лишние мысли и побежал как можно дальше от невменяемого одноклассника. Но далеко мне убежать было не суждено: внезапно из спины Масаки вырвались три пары лап, заставив меня вслух усомниться в традиционной ориентации его родителей, после чего он бросился на меня! Увернуться от стремительного удара лапами мне удалось лишь чудом. Скорее всего, резвость мне придала мысль о том, что будет, если я не смогу уклониться, как то дерево, которое только что вместо меня приняло удар этого паукообразного существа. К моему счастью, лапы Тайзо не только пробили дерево насквозь, но и застряли в нём, а сам он двигался неестественно, рывками, будто марионетка, направляемая неумелым кукольником, что дало мне шанс на нападение, который я упускать не собирался! Быстро вытащив из брюк нож (времени удивляться тому, что у меня есть нож не было), я быстро нанёс им удар прямо в сердце противнику! К сожалению, мне немного не повезло – слабые пальцы соскользнули с рукоятки, из-за чего я порезал себе ладонь, но это было неважно – ведь удар достиг цели! Но не успел я порадоваться удачно устроенному свиданию ножа с сердцем, как моя интуиция взвыла дурным голосом, заставляя моё тело без участия разума отскочить назад, чуть не врезавшись в дерево. Я не мог понять, почему эта тварь не только всё ещё жива, но и успешно размахивает своими лапами! Мне очень повезло, что я почти смог уклониться – ещё чуть-чуть, и простым порезом я бы не отделался. Но даже так, моё положение было очень плачевным – я лишился единственного оружия, которое осталось в теле противника, и у меня не было никаких идей, как от него избавиться – ведь пронзивший сердце насквозь нож даже не замедлил это существо! А убежать, как я уже убедился, не получится – этот ублюдок слишком быстрый. "Задница Аматерасу!" – выругался я, отвлёкшись от своих мыслей - пока я предавался размышлениям о своей незавидной судьбе, Масаки смог вырвать тройку лап из дерева, а его руки превратились во что-то смутно напоминающее педипальпы…       Всё, что мне оставалось, так это снова попытаться бежать, прыгая в разные стороны и уклоняясь от ударов острыми лапами. Но долго так продолжаться не могло, и в один момент я почувствовал жгучую боль в ноге. "Дьявол! Эта отрыжка Ктулху мне ногу пробила!" – мысленно взвыл я, стараясь хоть немного повернуться на бок, - "Какого мао он стал двигаться так хорошо?!" – негодовал я, пытаясь отвлечь себя от мыслей о своём незавидном положении и набраться сил, чтобы продолжить выживать. Умом я понимал, что скоро умру, ведь даже если я смогу каким-то образом вытащить лапу из своей ноги, то у меня не будет возможности даже убежать – с такой раной без какого-нибудь костыля не походишь – но сердце моё отказывалось принимать возможную кончину, заставляя меня продолжать бороться. "Я что, умру прожив лишь один день?" – со злостью спросил себя я, - "Ничего о себе не узнав, не распробовав вкус жизни? Не бывать этому!" – прогремел в голове мой голос, - "Пока я жив, Я буду бороться! Я буду выживать! Я не умру!" – проорал я мысленно, бросая в противника попавшийся под руку камень. Тайзо инстинктивно отклонился, освобождая мою ногу, что дало мне хоть какую-то свободу действий. С силой оттолкнувшись правой ногой от асфальта, я, превозмогая боль, откатился вбок. И вовремя – то место, где только что была моя грудь, прошили лапы чудовища. Мне уже было плевать на ранее овладевший мной страх ведь он несущественен! Мне было плевать на мучающую моё тело боль, ведь она – лишь уведомление мозга телом о травмах, лишь иллюзия! А я решил, что не дам себя убить, и никакие иллюзии не будут мне помехой! Пока я пытался встать хотя бы на одну ногу, Масаки смог вытащить свои лапы из асфальта и, повернувшись в мою сторону, уже замахивался ими, готовясь наконец-то убить меня. Но удара так и не произошло – голова монстра с громким хрустом откинулась вбок, а сам он сделал несколько шагов назад, стараясь удержать равновесие. Конечно, после того удара, который нанесла вышедшая из ступора Кузаки, обычный человек не должен был выжить, но люди и с ножом в сердце не выживают. Сама девушка в это время застыла рядом со мной, с ужасом в глазах глядя на моё израненное тело. Мне хотелось крикнуть, что она не должна стоять на месте, что противник ещё жив, но все мои силы уходили на то, чтобы стоять на четвереньках и не упасть. Противник не заставил себя ждать и, рывком добравшись до Ринко, ударом лап откинул её на несколько метров. Ей ещё повезло, что удар пришёлся тыльной частью конечности паукообразного нечто, благодаря чему она смогла отделаться лишь ушибами и разодранной кожей. Пока я, опираясь на стоящую рядом скамейку, пытался подняться на ноги, Тайзо продолжил превращаться, пока полностью не потерял человеческие очертания, став огромным пауком. Затем у него в лапах снова появилась фиолетовая сфера, а сам он повернулся в лежащей на земле девушке. Чудовище сочло Кузаки большей угрозой, чем я, и решило первой от неё избавиться. "Нет, не позволю!" – проскочила в моей голове внезапно мысль одновременно с осознанием того, что нож до сих пор торчит в груди этой твари. Я не знаю, откуда у меня только взялись силы, но я смог прыгнуть к паукообразному существу, после чего ухватился за его лапу, стараясь удержать равновесие и не упасть. Только я смог дотянуться до ножа, как почувствовал, несмотря на охватившую тело боль, радость и наслаждение. Ведь полёт – это такое приятное ощущение. К моему сожалению, в воздухе я пробыл лишь мгновение, которое для моего сознания затянулось бесконечно долго, но, в конце концов, гравитация спустила меня на землю. Боль с новой силой принялась терзать моё тело, глаза отказывались исполнять своё предназначение, а лёгкие перестали получать драгоценный воздух. "Почему… Почему так получилось?" – думал я, медленно погружаясь в пустоту, - "Я ведь только решил, что не умру…" – мои мысли слабели, не осталось больше никаких эмоций. Я слышал, как кто-то зовёт меня по имени, но у меня не было сил даже вдохнуть, не говоря уже о том, чтобы что-то ответить. Да и не только сил, но и желания. Я уже чувствовал, как Смерть касается меня своими руками. Последняя мысль, проскользнувшая в моём угасающем разуме, была о том, что у Смерти неожиданно тёплые руки.