По-королевски

Финдекано понял, что медлить дольше нельзя — время неумолимо утекало, а именно сегодня опоздать или даже задержаться хотя бы на несколько мгновений было непозволительно. Он склонился над кроватью, на которой уже были разложены новые одеяния, и пробежал длинными пальцами по темно-синему шелку, по золоченой вышивке, которая должна безукоризненно сочетаться с лентами в волосах... Одевался Фингон медленно. Настолько медленно, насколько мог себе позволить. За порогом комнаты он уже слышал тревожную поступь своего друга и наперсника Нельданаро — тот не смел пока нарушить покоя своего лорда, но уже нервно выхаживал взад и вперед, круто разворачиваясь на каблуках. Облачившись в парадные одежды, Финдекано взглянул на себя в зеркало и даже протянул руку к отражению — настолько непривычным был вид. Весь год, что прошел со смерти отца, Фингон носил траур и отвык видеть на себе красивые вещи. Траурные одежды были подчеркнуто простыми. Первое время это только служило болезненным и горестным напоминанием, но со временем боль стала уходить, а цвета стали привычными. Сейчас же, в день собственной коронации, Финдекано уже не чувствовал той горечи, что еще несколько месяцев назад мучила его и иссушала сердце и душу. Жизнь продолжалась, из зеркала на него смотрел симпатичный эльда, и лишь складка у губ да слишком серьезный взгляд напоминали о прожитых годах и перенесенных утратах. Нельданаро не выдержал и осторожно постучал: - Лорд Финдекано! Лорд Финдекано, вам пора... Фингон выглянул в окно. Со стороны башни, в которой находились его покои, был виден парадный въезд в замок, где сейчас наблюдалось редкостное столпотворение. Приспущенные флаги Второго Дома впервые за последний год были подняты и гордо реяли в прозрачно-сером, но уже по-весеннему чистом небе Хитлума. На душе стало немного полегче. Фингон уже отпустил отца, но положенный траур полнил сердце печалью и тяжкими воспоминаниями. Сейчас этого не было. - Лорд Финдекано, - дверь немного приоткрылась, и в образовавшейся щели появилось озабоченное и встревоженное лицо доверенного друга. - Пора идти. Могу я вам чем-то помочь? - Нет, я уже готов, - Фингон встряхнулся и вскинул голову. Нельданаро, наконец, зашел, придирчиво оглядел будущего короля, поправил на нем одежды и заправил в косу несколько выбившихся волосков: - Скоро двери торжественного зала распахнутся, а вы все еще здесь... Пойдемте, я провожу. - Постой, - придержал его за плечо Фингон. - Скажи, видел ли ты среди прибывающих лорда Нельяфинвэ? - Нет, - с тяжелым вздохом покачал головой тот. - Из Первого Дома прибыли почти все, но ни одного медноволосого среди них... - То есть, прибыла половина, - скептически отозвался Финдекано. - Больше, - сразу заспорил друг. Фингон неожиданно улыбнулся — привычка Нельданаро спорить по любому поводу была ему отлично известна. - Четыре седьмых, - поставил будущий король точку в споре. Тут за окном раздался звук рога и свист, и Финдекано торопливо метнулся к окну, разом сминая идеальные складки одежд и отплевываясь от заново выбившейся прядки. По обширному двору на большой скорости метнулись две рыжих молнии, и лишь когда седоки осадили коней, стало видно, что молнии абсолютно идентичны — даже каурые роскошные кони их выглядели близнецами, до того были похожи. - Все на двоих, - вполголоса пробормотал Фингон. Нельданаро тотчас оказался рядом, снова терпеливо поправляя одеяние и волосы своего лорда: - Теперь точно пора. Лорды Тэлуфинвэ и Питьяфинвэ всегда прибывают в последний момент. Даже их сопровождающие уже прибыли... - Почему он не приехал? - горестно спросил Финдекано в пустоту, но позволил увести себя от окна. - Полно, лорд Финдекано, - утешающе забормотал Нельданаро. - Времена неспокойные, видно, что-то задержало в пути. Но вы можете не волноваться, - неожиданно глаза его лукаво блеснули. - Лорд Маэдрос присягнет вам на верность в любом случае. - Твои слова — валар бы в уши, - фыркнул Фингон, но упоминание о присяге невольно настроило его на деловой лад. - Какие донесения с утра? - Ничего важного, - уверил его Нельданаро. - Иначе бы я отвлек вас, хоть это и было бы мне не по сердцу. Вы уж год, как приняли на себя бремя ответственности... Отдохните хоть несколько дней. Мы возьмем все на себя, а если будет что-то, не терпящее отлагательств, даю слово, доложу в тот же час. - Боюсь, это невозможно, - Финдекано улыбнулся, но улыбка вышла кривой. - Здесь сейчас собрались даже те, кто годами не выезжает со своих земель. У них обязательно найдется, что обсудить. - Подождут, - сердито нахмурился Нельданаро. - Моргот последнее время поутих немного, перебьются несколько дней. - Он и в прошлый раз поутих, - недоверчиво качнул головой Фингон. - А потом развернулся так... Нельданаро хотел уже снова заспорить, но за разговором они и не заметили, как дошли за задней двери Тронного зала. Друг и наперсник спохватился: - Как только будете готовы, дайте знать — и я подам сигнал открывать двери. Фингон подошел к трону. Друзья сделали все, чтобы ему ничто не напоминало о том, как на этом месте восседал отец — трон был новеньким, изящным и великолепным одновременно. Тонкая серебряная резьба и причудливые узоры, свивавшиеся в герб Второго Дома над изголовьем ничуть не напоминали прежний, который занимал Финголфин; а синяя ткань, обтянувшая сиденье, отличалась и способом плетения, и оттенком. Но как бы ни старались друзья, все равно это был тот самый зал, в котором сам Финдекано некогда опускался на одно колено перед королем нолдор — королем Нолофинвэ. Поспешно отогнав тяжкие воспоминания, Фингон решительно разместился на оказавшемся весьма удобным сидении, несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, успокаиваясь и собираясь с мыслями, и медленно поднял руку. Нельданаро не было видно, но створки тяжелых дверей начали распахиваться, и в зал хлынула яркая толпа, что ожидала коронации. Первые несколько секунд Фингон ничего не различал. В горле неожиданно пересохло от волнения, а взгляд отказывался фокусироваться и только выхватывал какие-то незначительные фрагменты — чей-то плащ, чей-то меч... На коронацию в самом зале были приглашены только самые высокородные эльдар и самые именитые военачальники, но, казалось, что и их зал не вместит. Однако Нельданаро со сподвижниками зря времени не терял. Гости вполне мирно распределились по залу, направляемые профессиональными царедворцами. В толпе мелькнули удивительные золотистые волосы Финдарато, и Фингон почувствовал, как на душе становится спокойнее... Будущий король поднялся, и легкий шум, царивший в тронном зале, мгновенно стих. Финдекано перевел дыхание и начал речь, заранее заготовленную и вызубренную, но не понимал в том, что произносит, ни слова. Лица и наряды гостей сливались для него в одну массу, и он лишь усилием воли и в силу привычки сохранял соответствующую моменту позу и выражение лица. Но вот неплотно прикрытая створка двери едва заметно дрогнула. Вошедший не мог бы стать незаметным, даже если бы очень захотел — он был на голову выше всех в этом зале, а медно-рыжие волосы вспыхивали яркими искорками в свете солнца, льющегося из-за витражных стекол. В груди Финдекано потеплело, и он разом заметил и добрую улыбку Финдарато, и серьезно качающего головой Турукано, и едва заметную усмешку на губах Тьелкормо, и оценивающий взгляд Макалаурэ... - … клянусь, что я буду защищать свой народ, свои земли и честь нолдор до последней капли крови, - закончил Фингон, но смотреть уже мог только в светло-серые глаза, которые, казалось, сверкали ярче небесных светил. Финдекано положил руку на эфес меча, слегка обнажая клинок, и по залу в момент пролетел легкий шум — эльдар принимали правление нового владыки и присягали ему на верность, по традиции опускаясь на одно колено и держась за рукояти мечей, которые никто, впрочем, не смел обнажать в присутствии короля. Прибывший последним и на колено опустился последним, но его левая рука легла на рукоять уверенно и привычно. Нельданаро торжественно шагнул к королю в компании юного эльда, который нес подушечку с водруженным на нее новым венцом. Финдекано склонил голову и почувствовал, как лоб обхватывает прохладный металл. Нельданаро с юношей отступили и тоже склонились, принося клятву верности. Фингон выдержал несколько секунд паузы и уже гораздо мягче обратился к собравшимся: - Надеюсь, сегодня мы забудем распри, что терзали наши народы. Я приглашаю всех на торжественный пир и надеюсь, что уважаемое собрание простит мне недолгое отсутствие — мне необходимо немного отдохнуть и решить самые срочные дела, после чего я непременно присоединюсь к вам, чтобы скрепить наш союз и братство. Эльдар медленно покидали тронный зал, негромко переговариваясь и кидая взоры на короля, который всех их провожал слегка усталой улыбкой. Фингон видел, что некоторые порывались обратиться к нему, но непреклонный вид Нельданаро и неделикатность такого подхода удерживала от таких шагов. Советник покинул зал последним, закрывая за собой двери, когда внутри остались только двое — сам король и прибывший последним лорд Химринга. Маэдрос дождался того момента, когда боковая дверь хлопнула, и решительным шагом подошел к трону, шутливо кланяясь. - Майтимо, - недовольно обратился к нему Фингон, однако не мог сдержать нежных нот в голосе, - где тебя носило? - Кажется, мне удалось поставить рекорд, - вместо ответа покачал головой старший сын Первого Дома. - Ты еще и часа не пробыл королем, а я уже успел навлечь на свою голову королевский гнев. Не гневайтесь, Владыка, я все искуплю... - Майтимо, - голос Финдекано потеплел, но теперь прозвучал укоризненно, - мы не виделись больше полугода, а прошлая наша встреча была... - Да, я помню, - Маэдрос перебил, не позволяя закончить. - Не надо вспоминать об этом. Я скучал... - Я тоже, - Фингон устало улыбнулся. - Я уж думал, ты не приедешь... - Сядь, - Маэдрос легким движением руки подтолкнул его к трону. - Устал? - Очень, - не покривил душой король нолдор, тяжело опускаясь на сиденье. - Я с раннего утра на ногах. Маэдрос дождался, пока возлюбленный устроится, и преклонил колени перед троном: - Я задержался в горах, потому что хотел привезти тебе это... Фингон встрепенулся и поднял голову, а Майтимо тем временем извлек откуда-то из недр одеяния крошечную шкатулку: - Возьми... Это митрил и самый чистый из всех сапфиров, что я когда-либо встречал. Финдекано машинально принял подношение из пальцев возлюбленного и откинул крышку. Под последними лучами солнца, что проникали сквозь окна, на бархатной подушечке зажегся таинственным светом яркий огонек внутри огромного, темно-синего камня. - Майтимо, - Фингон покачал головой, - я не могу это принять. Ты же знаешь, я не люблю подарки, тем более драгоценные. Мне достаточно того, что ты со мной. Ты уже дарил мне кольцо, еще в Амане. Я ношу его и здесь, - Фингон положил руку себе на грудь, нащупывая цепочку. - Неужели оно хуже этого? Майтимо бросил быстрый взгляд на тонкий серебряный ободок: - Не хуже. Но тогда я дарил обещание простому нолдо, да и времени у меня было совсем немного. Теперь же я хочу сделать подарок королю... не только нолдор, но и королю своего сердца. К тому же, - он заторопился, видя, что Фингон уже готов возражать, - это кольцо ты сможешь носить, не пряча. Примерь, подойдет? Финдекано машинально оценил размер и надел перстень на безымянный палец. Кольцо село, как влитое, да и последний довод заставил его сомневаться: - Но я не ждал ничего подобного, и мне, как и тогда в Амане, нечем ответить тебе... - Твое кольцо тоже всегда со мной, - покачал головой Маэдрос. - Тебе вовсе незачем отвечать мне тем же. Если тебе хочется, я могу испросить у тебя позволения заглянуть в твои сокровищницы и быть уверенным, что ты не откажешь мне, что бы я ни выбрал. Но... Финьо, неужели я не могу просто сделать подарок тому, кого люблю? Без долгих уговоров? - Ладно, - Фингон сдался. - Оно постоянно будет у меня перед глазами и всегда будет напоминать о тебе. - Наконец-то, - Майтимо облегченно вздохнул и поправил перстень на руке Финдекано, поднимаясь на ноги. - Кстати, ты сегодня потрясающе выглядел. Такой... внушительный, серьезный... Речь, правда, была длинновата, я чуть не задремал... - И это ты только к середине явился, - усмехнулся Фингон. - К середине?! - Маэдрос свел брови и, отвернув голову, посмотрел куда-то в пространство. - Я мог бы полюбезничать с гномами и подольше... Хотя нет. Лучше уж любоваться на тебя, чем иметь дело с этими самовлюбленными коротышками... - Уверяю тебя, у них тоже есть занятия поинтереснее, чем болтать с самовлюбленным дылдой, Маэдрос Высокий, - рассмеялся Фингон. Майтимо уже собирался было ответить так же ехидно, но вдруг замер и... улыбнулся: - Я так давно не слышал твоего смеха, - слова прозвучали очень нежно. - Уже за одним этим стоит преодолевать долгий путь из Химринга. - Но ты ведь останешься? - Финдекано вмиг стал серьезным и поднял тревожный взгляд. - Или тебе сразу надо ехать назад? - Останусь, - махнул рукой Маэдрос. - Я чертовски устал. Хочется отдохнуть и ни о чем не думать. Думаю, пару месяцев отдыха за эти кошмарные полтора года я заслужил. - А Химринг? - сам себе противореча, поинтересовался Фингон. - А Моргот... - А Моргот с ним... с Морготом, - зевнул сын Феанаро. - Братьев отправлю, они приглядят. - Ничего не меняется, - облегченно хмыкнул Фингон. - Ты по-прежнему гоняешь братьев, словно... - Должна же от них быть хоть какая-то польза? - возразил Маэдрос. - Ведь ничего не меняется — они творят черт знает что, я отдуваюсь... Майтимо снова зевнул, и Финдекано взглянул на него с сомнением: - Ты, наверное, измучен переходом... К тому же, буквально с коня — на церемонию. До вечера-то продержишься? - Пить смогу, - устало отозвался Маэдрос. - Вот уж в чем я не сомневался, - Финдекано пробормотал это едва слышно и поднялся. - Сядь, отдохни. - Предлагаешь мне занять трон нолдор? - оживился Майтимо. - Временно, - хмыкнул Фингон. - Совсем временно, и под моим присмотром. - И какой бы из меня получился король? - глубокомысленно поинтересовался Маэдрос, плюхаясь на сиденье. - Сомневаюсь, что ты бы правил лучше, чем я, - скептически отозвался Фингон. - Зато таких унылых речей бы не толкал, - отбил выпад сын Феанора. - Речь мне написал Турукано, - признался Фингон. - Я только немного подправил, чтобы не звучало уж так... - Хорошо, что ты правил, - философски проговорил Майтимо, ерзая, чтобы устроиться поудобнее. - А то бы тут не только я засыпал... Мне речи Макалаурэ пишет, и я их обычно сокращаю наполовину... А удобно, кстати. Я бы с этого трона вообще не слезал. - Выгоню, - беззлобно фыркнул Финдекано. - Зачем же так сразу? - Маэдрос чуть прищурился. - Лучше займи свое законное место. - На моем законном месте восседаешь ты, - начал было король нолдор. Майтимо уточнил: - А я поработаю подушкой. - У меня есть подушки и помягче, - фыркнул Фингон, но шагнул к другу. Майтимо подтянул его ближе и ловко устроил у себя на коленях. Финдекано невольно отметил привычно скрытый рукавом изуродованный обрубок и постарался не задеть. Маэдрос, однако, взгляд заметил: - Я тебе сколько раз говорил, чтобы ты не обращал на это внимания? У меня давно ничего не болит... - Привычка, - Фингон собирался перевести тему и попытался было уютно устроиться, как вдруг возмущенно, но очень тихо заметил. - Майтимо, я же чувствую... Мы же не станем... здесь? - А почему бы нет? - Маэдрос демонстративно перевел взгляд за окно. - Там все уже наверняка добрались до вина... кого в такой ситуации король интересует? Солнце сместилось к западу, и витражные стекла померкли. Огромный тронный зал теперь освещался только оплывшими свечами, да тусклым светом уходящего солнца. Фингон дернулся: - Я обещал, что прибуду на празднование. Да это и невежливо — не появиться среди тех, кто присягнул мне... Майтимо даже одной рукой легко его удержал, склоняясь к уху: - А я и не смогу долго... Больше года ждал. - Нельо, - голос Финдекано сел, - у нас сейчас нет времени, да и нечем... - Почему нечем? - Маэдрос еще теснее прижал к себе возлюбленного, обдавая ухо влажным дыханием. - Ты думаешь, я, собираясь сюда, не озаботился? Фингон несколько секунд осознавал эту мысль, а потом последний раз попробовал вырваться: - Ты хочешь сказать, что отправлялся на коронацию с кольцом в одном кармане и маслом в другом?! - Вовсе нет, - возмущенно возразил Маэдрос и продолжил. - Из-за некоторых... особенностей я держал их в одном. - Майтимо! Ты... - Фингон не выдержал и вновь рассмеялся. - И все-таки я соскучился по твоему смеху, - Маэдрос перестал его удерживать и попытался расстегнуть свое парадное одеяние, но застежки были тугими, и он с трудом справлялся с ними. - Только по смеху? - Финдекано облегчил мучения возлюбленного, расстегиваясь самостоятельно. - Тебе помочь? Неудобно же... - Финьо, - голос Маэдроса прозвучал укоризненно, - о том, чтобы все легко расстегивалось, я тоже позаботился заранее, так что вполне справлюсь сам. Неужели ты думаешь, что дома меня кто-то раздевает? - Надеюсь, что нет, - фыркнул Фингон. - Иначе я... - Знаю, вторую оторвешь, - Майтимо усмехнулся. - Ну-ка... Финдекано приподнялся, сбрасывая одежды, и неожиданно почувствовал, что краснеет. Это лучше всего говорило о том, как он скучал по крепким объятиям возлюбленного — в более счастливые времена, когда Майтимо бывал здесь чаще, ему и в голову не приходило смущаться. Маэдрос легким, но твердым движением понудил его наклониться, и Фингон оперся на резной подлокотник трона, автоматически выбрав правый. Несмотря на самую естественную реакцию тела, он чувствовал легкую скованность, и склонил голову, чувствуя, как косы соскальзывают с плеч. Обычно Майтимо не был груб, но сейчас, вероятно, нетерпение сжигало его, поскольку ласки были несколько резковатыми, хоть любовник и явно старался держать себя в руках. Звякнуло стекло, и Фингон привычно попытался расслабиться, однако выходило плохо. Непривычность ситуации и долгое воздержание невольно заставляли его с тревогой ждать продолжения. По нежной коже осторожно скользнули влажные пальцы. Несмотря на собственное нетерпение, Майтимо медлил. Легкие ритмичные нажатия напомнили не только о возможной боли, но и о наслаждении, и Финдекано чуть подался назад. Стекло звякнуло еще раз, и Фингон закрыл глаза, концентрируясь только на том, как бережно ласкает его любовник. На первое движение внутри тела Финдекано отозвался коротким стоном, отдавшимся в тишине зала ото всех стен. Произведенный эффект заставил его замолчать, но очень скоро он снова не выдержал — Майтимо прекрасно знал его тело; знал, куда нужно надавить, на чем задержаться... Иногда Фингон чувствовал легкую боль, но это не мешало ему наслаждаться. Финдекано нетерпеливо повел бедрами, но неожиданно получил довольно резкий оклик: - Не дергайся. В тишине, нарушаемой лишь тяжелым дыханием партнеров, эти короткие слова прогремели подобно грому. Финдекано невольно послушался, хотя натуре его претило беспрекословное подчинение. Он выждал еще пару минут, но мучительно-сладкая пытка становилась лишь острее, а Майтимо не спешил... Вообще не спешил. Финдекано на мгновение замялся, не зная, как попросить о том, чего хотелось, но ощущение полной свободы захватило и его, поэтому Финдекано поборолся с собой пару мгновений, после чего распахнул глаза и выдохнул: - Нельо, вставь. - Что? - плеча коснулась изуродованная правая рука, немного разворачивая, так, чтобы взгляды скрестились. - Вставь мне, - лихорадочно потребовал Финдекано, глядя прямо в светлые глаза возлюбленного. Собственная грубость вызвала легкий стыд, но вместе с тем и такое захватывающее чувство свободы... Майтимо усмехнулся жестко, даже развязно, и произнес: - Можешь и сам. Фингон почувствовал, как пальцы покинули тело и, пьянея от собственных действий, приподнялся. Тунику Маэдрос давно расстегнул, да и шнуровка на штанах была ослаблена, поэтому Финдекано парой резких движений завершил начатое и стянул с любовника ткань. - Где? - отрывисто спросил Фингон. Маэдрос протянул ему пузырек, словно с любопытством ожидая, что будет дальше. Финдекано плеснул густой жидкостью себе на ладонь, после чего медленно распределил ее по твердой плоти, не отрывая взгляда от собственной руки. Маэдрос не торопил, но было видно, что он едва сдерживается. Король нолдор оценил собственный трон и понял, что оседлать любовника будет нелегко, да и неудобно... - Повернись, - немного снисходительно предложил Майтимо, развалясь еще больше и чуть сползая вниз. Финдекано отер руку собственной нижней рубашкой, чтобы ладонь не скользила, и отвернулся к любовнику спиной, после чего медленно опустился ему почти на колени, опираясь о подлокотник. Найти удобное положение удалось не сразу, но Маэдрос помог, и Финдекано, ощутив прикосновение, судорожно вздохнул и начал медленно опускаться. Тело постепенно принимало плоть, но Финдекано не чувствовал боли, ибо сам мог управлять своим движением. Майтимо не помогал, но и не мешал, только тяжелое дыхание выдавало его напряжение, да сжавшийся кулак. Фингон дошел до конца и начал медленное движение обратно. Ощущение стало даже острее, и он запрокинул голову, полностью отдаваясь. - Ну же, - хрипло потребовал Маэдрос, однако Фингон не спешил, медленно приподнимаясь и так же медленно опускаясь. Первым не выдержал сын Феанаро. Он перехватил возлюбленного за пояс локтем правой руки, а левой обхватил изнывающую плоть. Финдекано вскрикнул, но поддался, однако Майтимо только коротко его приласкал и грубо потребовал: - Двигайся. Если мне понравится, я... Он не закончил, только чувственно сжал ладонь. Финдекано попробовал было управлять его движением, но Майтимо решительно отстранил его за запястье. Фингон сдался. Он еще раз отер все еще скользкую ладонь о предплечье, прикрытое тонкой тканью нижней рубашки, перехватил подлокотник поудобнее и постепенно начал увеличивать темп. Майтимо одобрительно застонал и отозвался новыми ласками, которые еще нужно было заслужить. Финдекано сжал мышцы, вызвав еще один стон, и почувствовал, что любовник разворачивает его голову за подбородок. Фингон бросил взгляд назад. Из-за движения установить зрительный контакт было сложно, поэтому Финдекано вопросительно выдохнул: - Ну? - Если ты продолжишь так, то я не сдержусь... - Мне уже давно пора, - Финдекано говорил загнанно и отрывисто, а почувствовав движение на собственной плоти, едва не захлебнулся словами. - Да, Нельо... Я хочу, чтобы ты... в меня... - Никогда не выполнял приказа короля с такой охотой. Фингон почувствовал, как ладонь Майтимо, уже не отрываясь, начала его ласкать, и усилил движение. Маэдрос громко выдохнул, замирая, но ласкать продолжил, и Фингон выгнулся, ощущая, как пульсирует внутри плоть, как собственное тело напрягается перед ослепительным наслаждением... Финдекано поднялся, с трудом расслабляя одеревеневшие от напряжения мышцы и слабо выдохнул: - Мы даже двери не заперли... - Да тут этих дверей... - сосредоточенно отозвался Маэдрос, приводя себя в порядок. - Майтимо, тебе не кажется, что нагибать короля в тронном зале — это несколько... противоречит традициям? - Фингон оценивающе оглядел перепачканную нижнюю рубашку и скинул ткань, решив обойтись и вовсе без нее. - Я просто немного усовершенствовал твой трон, - ухмыльнулся Маэдрос. - Так что ж мне, на каждую аудиенцию тебя приглашать? - Не надо, - Майтимо вздрогнул. - Когда я говорил о том, что готов признать наши отношения публично, я не планировал... столь публично. - Это повредит моей репутации, - рассмеялся Фингон. - Даже не буду уточнять, что именно, - Майтимо хмыкнул. - Пойдем. Гости, наверное, уже заждались. - Это да, - Финдекано кивнул. - Хотя ты не обманул, довольно быстро справился... - Остальное — вечером, - несколько уязвленно отозвался сын Феанаро. - Вечером тебя в твои покои нести придется, - со знанием дела заметил Фингон. - Это мы еще посмотрим... Ничего, если мы появимся вместе? - Ничего, - решил король нолдор. - Мог же я тобой решать государственные вопросы? - Ну да... Мог и решать. Мы, собственно, этим и занимались... В трапезном зале веселье уже шло полным ходом. Фингон решительно шагнул вперед, склоняя голову перед приветствующими его гостями, и отметил, что рядом с пустующим местом во главе стола стоит еще один незанятый стул. Неслышно появившийся рядом Нельданаро прошептал: - Я занял место и для лорда Маэдроса, но могу сесть туда сам, если у вас иные планы. - Нет-нет, спасибо... - Фингон поднял благодарный взгляд. - Ты замечательный друг. - Я и основные двери снаружи запер, - гордо отозвался советник. - Чтобы не заглянул кто случайный. - Спасибо, - это произнес уже Маэдрос, уловивший последнюю фразу. - Идем, Финьо? Финдекано оглядел зал. Звонко смеющийся словам Макалаурэ Финдарато почувствовал взгляд и помахал рукой. Амбаруссар по своей дурной привычке охмуряли с двух сторон какую-то деву, вроде бы чью-то жену. Турукано спорил с начальником стражи, Ородрет что-то выговаривал своему отпрыску, и даже вдохновенно пьяный Карантир, от которого уже разило чьими-то сладкими духами, выдал подобие понимающей улыбки. - Не мы одни задержались, тебе не кажется? - прошептал на ухо возлюбленному Майтимо. - Не кажется, - Фингон улыбнулся. - Уверен.