Я же не такой

Команда Люси и Хэппи совсем недавно добралась до места назначения. Живописная деревушка, в которой жил заказчик, была сказочным местом. Каждый дом в ней – маленькое произведение искусства: светлые стены, причудливые крыши и заросли ивы, опутавшей весь город, создавали ощущение волшебства. Однако в дальних районах поселения царили хаос и беспорядок – клубы дыма, поднимавшиеся оттуда, расползались по всей деревне, издалека доносились плач, вой, стоны и дикий смех. Управляющий с грустью в глазах поведал хвостатым феям, что с недавнего времени в соседнем лесу появились неприятные личности. Они разграбили все окраины и держали людей в ужасе, последней каплей стало похищение женщин и детей ради выкупа. Все слезно умоляли волшебников прийти на помощь мирным жителям. Привычным движением Люси сжала руку в кулак: - Да как они смеют посягать на вашу свободу?! Мы уж им покажем, что ждет тех, кто унижает слабых! - Так точно! - подтвердил летающий котенок. На общем совещании было принято решение отправляться туда перед закатом, к этому времени дневной разбой негодяев обычно подходил к концу. Хоть они и не были магами, для подстраховки заклинательница решила выждать момента, когда они устанут, и напасть из засады. После плотного ужина и хорошего отдыха они с Хэппи полетели на разведку. Иксид был рад убраться из деревни, подальше от рук довольных детишек, которые с криками «Пушистая киса!» мучили его весь день. Наматывая круги над городом, Люси внезапно увидала банду головорезов. Несколько человек сидели на обломках дома, о чем-то оживленно разговаривали и периодически смеялись. Подлетев ближе, напарники увидели сидящую между бандитами маленькую хрупкую девочку. Ее платье было порвано и почти сгорело при пожаре. На руках она держала новорожденного ребенка, завернутого в одеялко. Съежившись под хищными взглядами, она тихо плакала и только крепче прижимала к себе маленькое тельце. Нелюди, возвышавшиеся над ней, отпускали колкие комментарии и сами смеялись над своими же шуточками. От такого зрелища у Хартфелии защемило в груди: – Хэппи, немедленно отнеси меня к ней. Я защищу эту малышку! Когда посреди их группы с неба приземлилась Люси, бандиты удивленно отпрянули. - Да как вам не стыдно! - прокричала хрупкая девушка – Издеваться над ребенком – высший позор для сильных! Недоумевающие взгляды сменились на хищные, когда разбойники оглядели заклинательницу с ног до головы. Они медленно стали смыкать свои ряды, берясь за оружие и облизываясь: – А ничего такая цыпа к нам пожаловала. Если мы доставим ее главному, он нас хорошо наградит. Только сначала сами позабавимся. Хартфелия заскрипела зубами: - Ну, будь по-вашему, подонки! Златого быка откройтесь врата, Телец! Вспышка и перед ней красовался огромный бык с топором, красные глаза звездного духа налились кровью: - Я буду защищать твою фигурку до конца, Люси! С ухмылкой девушка наблюдала, как ее товарищ разносил головорезов, отправляя их направо и налево. Но внезапно один из них рванул к ней и оторвал от ее пояса золотые ключи, другой накинулся сзади и оглушил ее тяжелым камнем. Перед глазами у волшебницы поплыло, колени подкосились, и последнее, что она слышала прежде чем провалиться в небытие, - это истошных крик Хэппи и плач ребенка. Колени златовласки ударились о землю, и ее обмякшее тело упало на траву. *** Боль… Всепоглощающая и безграничная боль. Казалось, что каждая клеточка тела рвется в агонии, как будто миллионы иголок воткнулось в тело. Все мышцы горели и разрывались на части. Свет… Противный и желтый, он бьет в глаза, заставляя жмурится, и желать забвения, вечного покоя. «Можно умереть? Пожалуйста, дайте мне умереть… Я не хочу…» Что-то наподобие человека висело на цепях у стены, если приглядеться, можно было увидеть, что когда-то это существо было девушкой. Грязные растрепанные волосы, потерявшие свой оттенок, походили на промокшую солому. На каждом сантиметре молочно-белой кожи красовалось по синяку. Порванная одежда, осунувшееся лицо и красно-фиолетовые разводы. Мало кто узнал бы в этом описании Люси Хартфелию – красивую, милую, уверенную в себе волшебницу. Она уже второй день не приходила в чувство после последних побоев. Люси потеряла счет времени и не ориентировалась в пространстве. Ее не заботило, где она, и что с ней происходит, но каждое мгновение она молила о пощаде. Девушка давно уже потеряла надежду. Единственное чего она хотела это конца – окончания этих пыток. Она всем сердцем желала не очнуться после очередного удара, но за ней слишком хорошо следили. Каждый раз, доводя заклинательницу до грани, издеватели не давали ей полностью сойти на нет. Еды и воды давали столько, чтобы она не умерла от обезвоживания и голода, а отдых от «наказаний» длился так долго, чтобы волшебница не скончалась от ран. День за днем разум Люси находился в пелене, даже ее чувство боли притупилось. Если первое время она кричала, пытаясь звать на помощь, и сыпала оскорблениями в сторону обидчиков, то сейчас она всегда молчала, только изредка особо сильный удар мог заставить ее застонать. В комнату опять пришли. Человек в черном плаще и в маске демона. Если она даже выберется отсюда, этот нечеловеческий образ будет всегда преследовать ее в кошмарах. Он открывает шкаф у противоположной стены, на секунду замирает и тихо усмехается. От этого звука кровь стынет в жилах, вся сущность девушки противиться тому, что сейчас произойдет, но ведь у нее нет сил, что бы пошевелить даже пальцем. Она игрушка, вещь в руках садиста, которого и человеком не назовешь. Хартфелия наблюдает за ним сквозь ресницы: «Какое оружие он будет использовать сегодня? Хотя, какая разница… От кровопотери он все рано не даст мне умереть». Вдох, выдох и снова вдох. Даже дышать ей тяжело, возможно, у Люси сломана пара ребер или тяжелые травмы легких, но это никого не волнует. Вот объект ее наблюдений что-то достал из ящика, он держит это за спиной и медленно подходит к некогда сильной волшебнице. «Сегодня я подготовил для тебя что-то особенное…» - такой противный, склизкий голос, Люси никогда не верила, что голос может быть похож на кислоту или яд. Ну что же, она ошибалась. Вот ее хозяин заносит руку для удара… Грохот, слепящая вспышка - и потолок над ним проваливается, погребая под собой мучителя. Среди воплей и криков слегка знакомый голос рычит: – Да я вас тут всех на кусочки порву… «Нет… Этого не может быть…» - проносится в голове у измученной девушки, но ударная волна достигла ее, и с легким вздохом девушка обмякла в своих оковах.