Можно умереть, пытаясь

Трель — Сейчас! — я слышу команду своего ведущего — и не могу не возненавидеть себя за малодушную благодарность Тандеркрекеру: как подлинный командир, он избавляет меня от ответственности за принятие последнего решения. И я звучу. Я чувствую, как его фюзеляж сминается под моим, будто сделанный из фольги. Но не прекращаю петь, даже сознавая боль моего друга. Чем быстрее, чем громче, тем меньше страданий. Окошко чата мелькает в последний раз. «Если сможешь, пожалуйста, передай Старскриму... Пусть простит меня. Я подвел его тоже». И мой голос устремляется дальше, сквозь распадающийся корпус истребителя, на поверхность планеты, разнося позицию снайперов на куски. Время перестаёт существовать. «Я передам», — моё сообщение уходит в мёртвый чат, который больше никогда не оживёт, напоминая о коротком внимании ко мне. Я вновь пишу эти слова, надеясь, что осталось хотя бы что-то… «Я передам!» Но чуда не происходит. Я верещу, ору в гневе, в боли, в ярости и чистой ненависти. Я ненавижу всех, я проклинаю павший Кибретрон, я проклинаю глупца Тандеркрекера, я проклинаю себя. Мой крик больше не сдерживается корпусом друга, и я разрушаю всё на своём пути. Я не чувствую боли — и не чувствую собственного разума. Безумие и агония раскаляют мою Искру и выжигают страх. Они пытаются убить меня, но не могут. Мой голос и некая высшая сила, заключённая в незамутнённом, безупречном сумасшествии, защищают меня. Эти бессмысленные твари стали причиной смерти моего ведущего и потому должны отправиться в Плавильни. Они будут страдать так, как страдал он! Я заставлю их потерять всё! Я вырву их надежду и заставлю кричать мне в унисон! Впрочем, они умрут чуть позже. «Автоботы не причиняют вреда своим. Они щадят себя», — безумие не уходит, но я могу мыслить ясно и строить планы. Лидер автоботского мусора лично направляет Метроплекса? Даже это я могу обернуть в свою пользу! Беззвучно хохочу, содрогаясь от блаженной мощи и силы, которую породили мой Создатель и Тандеркрекер. О, что этот Праймовский шлак знает о самопожертвовании? Он не отдаст приказ своему ручному зверю, пока я буду находиться подле его солдат! Автоботы не знают ничего о том, что значит Жертвовать. Они не умеют расставаться с тем, что не принадлежит им! Я не принадлежала себе. Мой корпус был пародией на одного из лучших гладиаторов Кибертрона! Мои навыки программировались Шоквейвом из навыков Тандеркрекера! Даже мой разум — лишь производная чего-то, что не было мной! Я не жертвую собой, как это сделал мой ведущий! Мной пожертвовали те, кто меня создал! Сила, которую Автоботы не ведают и никогда не познают. И потому я лечу над их головами. Я лечу к своей цели так быстро, как никогда ещё не летала. Я уклоняюсь от выстрелов так, будто бы делала это всё своё функционирование, но даже если бы в меня попали, это не смогло бы меня остановить. Я могу видеть окуляры этого отброса — и я вижу в них отчаяние. Воплощение зла, ты заслуживаешь эту боль! Ты не в силах остановить того, кто отбросил страх смерти, ты, последний из Праймов! Мой прощальный куплет звучит лишь тогда, когда я оказываюсь под опорными манипуляторами стального титана. Я пою — и вновь существую. Слышу свой голос, осознаю, насколько он ужасен, но восторженно кричу ещё громче. Я не ощущаю боли от отваливающихся частей тела, я не ощущаю больше ни горя, ни сожаления. Лишь бесконечное счастье, когда ноги Юникроновского порождения трещат и деформируются, смещаясь в сторону. Я не подвела никого. Я оказалась полезна. Мой мир тускнеет, стреляет и уходит вниз. Последний аккорд достаёт до самой моей Искры — и я затухаю, ощущая гордость за исполненное предназначение. Тишина… кажется прекрасной… ...я... есть?..