No light

Алкоголь в доме Такашимы лился чуть ли не рекой, а на первом этаже собрался почти весь их курс, но на то она и вечеринка. Юу откровенно устал от этого шума и потому сидел несколько в стороне от танцующей толпы. Обводя взглядом людей, он лениво потягивал пиво из высокого красного стакана – такого же, как почти у всех здесь. Буквально пару часов назад он самолично помогал Койю оттащить мебель, располагавшуюся в огромной гостиной, к стенам и приготовить хотя бы какую-никакую закуску – хозяину дома вовсе не улыбалось, чтобы его гости пили на голодный желудок, а потом блевали в его ванной. Из мощных колонок, вполне отражая вкусы Койю, гремели «Красные перцы», и это, честно говоря, спасало Юу от тоски. Не то чтобы ему не нравилось в гостях у друга, просто совсем недавно настроение основательно подпортил один их общий знакомый. Таканори Мацумото появился одним из последних, и взгляд Широямы моментально прикипел к нему, не отпуская ни на секунду. Молодой человек вежливо поздоровался с Койю, перебросился с ним парой фраз и прошел сразу к столику с выпивкой. Такашима к тому моменту уже изрядно накачался – до такой степени, что готов был всех любить в прямом смысле этого слова. Отметив это с долей неодобрения, Юу снова вернулся к наблюдению за Таканори. Блондин – а в данный момент он снова был блондином – пил текилу, рассеянно обводя взглядом толпу собравшихся, и, казалось, вообще отсутствовал в душном полутемном помещении. А потом, налив себе уже коньяка, бутылку которого специально для него принес Такашима, ушел в сторону балкона, не забыв прихватить с собой спиртное. Тогда-то Юу и почувствовал, как настроение скатилось ниже плинтуса. - Хэй, Широ, что, тоскуешь по своей безответной любви? – Рядом на то же кресло вщемился Койю. Он держал в руке стакан с очередной порцией пива и пьяно хихикал, шоколадные глаза тускло поблескивали, когда на них попадал свет от крутившейся под потолком лампы. - А ты чего ушел оттуда? – Юу проигнорировал вопрос друга, кивая головой в сторону танцующих людей. - А медляк же, - Такашима поморщился и отхлебнул из стакана. - А я вечно одинокий, ты знаешь. - И вечно пьяный, - добавил Юу и, поддавшись внезапному порыву, приобнял Койю за талию. Он только после слов Койю заметил, что музыка действительно сменилась на медленную, а именно такие композиции всегда вызывали кратковременную рефлексию. - Да, - брюнет как-то грустно улыбнулся, прижавшись к другу ближе, сейчас этого почему-то остро не хватало. Хотя почему «почему-то»? – Вон смотри, - Койю неопределенно ткнул пальцем куда-то в сторону танцующих парочек, - он снова нашел себе парня. Кажется, Ютакой зовут. А я, дорогой мой, не у дел остался. – Несколько больших глотков и шумный выдох почти рядом с ухом Юу. Широяма понимающе кивнул. Вот и ему уже который месяц только и остается, что быть не у дел. С той только разницей, что он, в отличие от Койю, не признавался в своей симпатии. А вот Такашиму вполне себе вежливо отшили. Койю вообще был довольно ветреным и влюбляться мог по несколько раз в месяц, но вот именно этот человек, Акира, стал тем, кто действительно смог задеть его по самое не балуйся. Юу еще никогда не видел друга настолько подавленным, как после отказа Судзуки, но сделать ничего не мог, кроме как побыть его жилеткой. - Знаешь, Юу, - Койю прислонился виском к щеке Широямы и прикрыл глаза, - это последняя вечеринка такого масштаба. Я и пью-то потому, что прощаюсь со старой жизнью. Брюнет усмехнулся: сколько раз уже ему приходилось слышать подобное? Бессчетное количество, а в итоге все возвращалось на круги своя – Койю становился таким же, каким был до этого – ветреным кутилой. Вечно молодым, вечно пьяным. - И что же такого есть в этот раз, что я должен тебе поверить, родной мой? – Юу машинально прижался губами к виску друга и едва не вздрогнул – губы опалило явно нездоровым жаром. - Мое разбитое сердце, Юу. – Совершенно безжизненный голос Койю напряг Юу еще больше, чем возможное повышение температуры, но Такашима быстро скинул с себя сентиментальное оцепенение. – Ладно, хватит этих пиздостраданий, пошли лучше покурим? Койю залпом допил свое пиво, не замечая настороженного взгляда друга, и замер. Юу уже хотел было встать, как Такашима вдруг замотал головой и прижал его плечи к спинке кресла. - Хотя нет, ты сейчас пойдешь на балкон. Таканори еще там, Юу. – Пару секунд он кусал свою пухлую нижнюю губу, глядя на друга совершенно нечитаемым взглядом, а потом улыбнулся, умело пряча грусть. - Не повторяй моих ошибок, ладно? Юу осторожно кивнул, не понимая как вести себя с таким непредсказуемым Такашимой, но тот похлопал его по плечу и, поднявшись, «уплыл» куда-то в толпу веселящихся людей. Что все это значило? Юу никак не мог понять, что это только что было, - замутненный алкоголем мозг отказывался работать быстро. Он только надеялся, что завтра сможет все вспомнить и проанализировать на трезвую голову. Особенно ту фразу о последней вечеринке. Про разбитое сердце Юу честно старался не думать, хотя липкий холодок все же пробежал вдоль по позвоночнику, стоило только вспомнить тон, с которым это было сказано. «Потом», - одернул себя Широяма и все-таки поднялся с кресла, нетвердой походкой направляясь по лестнице на второй этаж. Он совершенно не представлял, что будет делать, когда увидит Таканори, что скажет ему и скажет ли вообще, но все равно шел, оправдывая невероятную тягу к балконной двери обычным желанием покурить. Мацумото действительно был на балконе, сидел на низкой табуретке, прислонившись спиной к стене, и смотрел куда-то вдаль. От его вида у Юу даже немного сбилось дыхание: выбеленные волосы, казавшиеся мягкими и, почему-то, хрупкими, немного шевелились под дуновениями ветра; свободная красная рубашка в клетку и драные на коленях светлые джинсы делали его словно младше и беззащитнее, а тонкие пальцы с аккуратными длинноватыми ногтями, так изящно державшие сигарету, казались не принадлежащими этому парню. Брюнет вдруг понял, что непозволительно долго пялится на Таканори, и поспешил обратить на себя хоть какое-то внимание, чуть покашляв. Таканори вздрогнул и поднял на него свои холодно-голубые глаза. - Извини, я не знал, что тут кто-то есть. – Юу постарался дружелюбно улыбнуться, даже несмотря на то что от взгляда блондина прошибало как от тока. - Ничего, ты не мешаешь. Голос Таканори оказался тихим, но таким приятным, что Юу вдруг понял, что все-таки хочет курить. Очень удачным оказалось то, что зажигалки в карманах не нашлось – наверняка оставил Такашиме, как это часто бывало, - и можно было снова обратиться к странному парню. - Зажигалку не одолжишь? Широяма надеялся снова услышать его голос, хотя бы словечко, но блондин просто молча протянул дорогую на вид зажигалку, позволяя прикурить. Ноги держали слабо, и Юу пришлось сесть прямо на пол балкона и прикрыть глаза, чтобы попавшие в поле зрения дома перестали качаться. Изнутри буквально царапало желание поговорить с Таканори, обратить на себя его внимание, сделать так, чтобы заметил. Он учился с ними в университете, но просто был общим знакомым – несколько раз встречались на вечеринках у Такашимы или в клубах. Более того, Юу знал только, что Таканори младше его на два года, но, судя по зажигалке и одежде, проблем с финансами молодой человек не испытывал. Хотя можно ведь иметь дорогую зажигалку и курить дорогие сигареты, но при этом едва сводить концы с концами. Юу хмыкнул сам себе и сделал очередную затяжку. Таканори рядом в это время выдохнул дым и потянулся к полупустой бутылке, стоявшей на полу. «Это такой способ развлекаться? Пить в одиночестве на балконе?» - удивился брюнет, но благоразумно промолчал и отвел взгляд. Неприлично все-таки пялиться, как человек делает банальный глоток. Но как делает, черт возьми! Кадык этот под тонкой кожей, губы – пухлые на вид и наверняка мягкие, - обхватившие горлышко… В районе ширинки ощутимо потяжелело. «Не повторяй моих ошибок», - всплыли вдруг в голове слова Такашимы, и Юу решил, что была не была. В конце концов, Мацумото сможет послать его куда подальше, а сам Широяма удачно спишет все на пьяный бред. - А ты почему не внизу? Я видел, как ты пришел сегодня. Некоторое время после сказанных слов между ними висела тишина – напряженная для Юу и безразличная для Таканори. Брюнет уже успел подумать, что сказал не то или не с той интонацией, что совершенно зря вообще начал и что стоило просто пойти с Такашимой курить на улицу. - Просто там шумно. А я сейчас не в том настроении, чтобы быть в компании. Понять его оказалось для Юу простым делом, потому он даже позволил себе тихий смешок. - Да. Я вот тоже решил не портить людям вечер своей постной физиономией. – Дальше слова никак не хотели подбираться, как ни старался опьяненный мозг вымучить хоть что-нибудь, Юу поспешил сгладить эту небольшую неловкость очередной затяжкой. – Если я мешаю, то ты скажи. - Я же сказал, что не мешаешь, - отозвался Таканори, все так же глядя куда-то вперед. И правда, что это он вдруг? Но Юу отмахнулся от ненужной растерянности. Будучи в таком состоянии, следить за языком нужно, но возможности никакой нет. А молчать – самому себе рыть яму, потому что пытаться расположить к себе Мацумото как-то нужно. - Койю вот тоже всегда так говорит, даже когда я явно вижу, что ему было бы лучше остаться одному. - Койю ведь заводила, разве нет? – Таканори неловко повернулся на табуретке и чуть было не упал, но с помощью подхватившего его Юу приземлился на пол рядом без потерь. – Что это я так… Юу намеренно пропустил последнюю реплику мимо ушей. По тому, как тряхнул головой Таканори, было понятно, что он уже изрядно напился. Конечно, почти бутылку коньяка без всякой закуски – это достойно даже Койю. Ладонь Мацумото так и осталась лежать на бедре Юу, и парень понял, что надо срочно цепляться за какую-то тему. Пусть это будет лучший друг. - Э-э… Койю сейчас не в самом лучшем состоянии для веселья. Его снова отшили, только на этот раз парень, в которого он серьезно влюбился. - Парень натурал? - Хм, нет, он сейчас вроде с кем-то другим. Койю даже имя говорил, но я не запомнил. – Он действительно не запомнил и даже брови нахмурил, пытаясь воскресить в памяти хоть что-то. Сигарета давно дотлела без его участия, и Юу с сожалением пришлось затушить окурок в пепельнице. - Если парень не натурал, то его можно добиться. Да даже если и натурал – тоже. Просто нужно терпение и время. А еще хотя бы легкая заинтересованность со второй стороны, - со знанием дела выдал Мацумото и вдруг повернулся к Юу лицом, едва не соприкоснувшись носами. Юу от неожиданности даже дыхание затаил – так близко был к нему сейчас Таканори. Они смотрели друг другу в глаза, и ни один не мог отвести взгляд первым. Юу не казалось, будто он тонет в этих ледяных глазах без капли света, просто голову отчего-то вдруг повело значительно сильнее. Узкая ладонь на его бедре совершенно внезапно дрогнула и сдвинулась на несколько сантиметров выше, но от этого движения дрожь прокатилась по телу. - Хочешь… выпить? Мацумото облизал пересохшие губы всего в паре сантиметров от лица Юу, и при этом его веки так кокетливо дрогнули, что брюнет застыл, всеми силами концентрируясь на установке держать себя в руках. А Таканори резко отвернулся за бутылкой, мазнув белыми прядками по щеке Юу. - Что это было? – немного переведя дыхание, рискнул спросить Широяма, и его голос оказался довольно сиплым, чтобы понять недвусмысленную реакцию. - Просто, - Таканори улыбнулся так странно – одними губами, глаза остались словно безжизненными, - ты симпатичный, Юу. Как расценивать этот комплемент, Широяма не понял. Просто взял из протянутой руки Таканори бутылку, соприкоснувшись при этом с тонкими пальцами, и поднес к своим губам. Мацумото смотрел, не отрываясь, так что в горле моментально стало еще суше и вместе с алкоголем захотелось новую порцию никотина. Юу даже глаза пришлось прикрыть, чтобы не поперхнуться невзначай. Только вот он все равно едва сдержался от этого, когда, делая глоток, ощутил горячую мягкость на шее. Они оба замерли: Юу с бутылкой у губ, Таканори – прижавшись своими губами к выступающему под кожей кадыку брюнета. Широяма мысленно начал отсчет – если ничего не произойдет, он сможет просто подняться и уйти дрочить в одну из ванных комнат, потому что вся эта чертова близость Таканори его не на шутку возбудила. Но мягкие губы дрогнули, оставив на коже неуловимый шепот «Я не знаю, что творю», и стали спускаться ниже, медленно и ненастойчиво. И вроде самое время оттолкнуть, потому что понимаешь, что это все неправильно, не так должно быть, но – не хочется. Мозг соображал все медленнее, словно он тоже, как и тело, плавился от легких прикосновений, и Юу вполне определенно мог сказать, что начинает думать именно членом. Рука Таканори накрыла его пальцы, замершие на горлышке пузатой бутылки, и потянула вниз, а рот заняли губы блондина. Юу едва слышно выдохнул и подался ближе, несмело отвечая на спонтанный поцелуй с горечью коньяка, вплетая пальцы в действительно мягкие волосы парня. Таканори, не разрывая набирающего напор поцелуя, перебрался на колени к Юу и прижался всем телом, так что Широяма задрожал. Не столько от возбуждения, сколько от внезапного осознания, насколько этот парень миниатюрный и хрупкий. Его хотелось брать, но брать нежно и долго, несмотря на совсем даже не нежные поцелуи, в которые тот то и дело захватывал его губы. И Юу втягивался в эту игру языков и губ, уже смелее касаясь его, позволяя себе спустить ладони на спину, скрытую тонкой тканью рубашки, проскользить ими ниже и сжать округлую задницу, безотчетно прижимая к себе. Ответом стал горячий выдох прямо в губы и дерганное движение бедрами вперед – они оба, казалось, просто потеряли голову от такой близости. - Пойдем… внутрь, - прошептал Мацумото, не прекращая облизывать такие привлекательные губы темноволосого парня. – Черт, я не знаю, что творю… «Что творю», «внутрь» - эти слова звучали для опьяненного Юу откровенным приглашением, и в таком состоянии он не был готов все остановить. Не сейчас, нет, пусть теперь Мацумото решает, что делать, чтобы потом виноватого не искал. Таканори оставил в покое губы и, словно обезумев, стал набрасываться поцелуями-укусами на шею. Он с чувством засасывал тонкую кожу и сжимал во рту зубами, оттягивая так, что перед глазами Юу мерцали белесые пятна. Брюнет только и мог, что рвано дышать, хватая губами холодный воздух, и запрокидывать голову, давая ненасытному до ласк Таканори больше возможностей. Ладони Широямы, казалось, жили своей жизнью – сжимали, мяли и прижимали к себе ягодицы блондина, а тот двигался навстречу. В мозгу Юу билась маленькая, крохотная даже, мелочная мыслишка, что надо бы прекратить, что действительно не так все должно быть, не здесь и не пьяными, что это уже слишком банально и похоже на странную историю, какие можно прочитать или увидеть сплошь и рядом… Но именно эта мысль упорно представлялась микроскопическим сперматозоидом, и понятно, что вызывало такое сравнение. Юу даже улыбнулся, прикрыв наконец глаза и облизывая пересохшие губы. Выражение его лица в тот момент было настолько сексуальным, что как раз оторвавшийся от своего занятия Таканори мог бы кончить только от одного этого зрелища. Безумно. - Хочу тебя, Юу… Юу ведь? – Мацумото взял лицо брюнета в свои ладони и посмотрел тому в глаза. В другой ситуации Юу бы тут же взвился от такого вопроса, но сейчас он чуть ли не счастлив был потому, что блондин хотя бы знает его имя. Кивок и в награду еще один глубокий поцелуй от Таканори. – Вот и славно, Юу… Пойдем отсюда, нужно найти комнату. - Я знаю, где, - просто ответил на это Юу. Пусть завтра ему самому придется убирать в той самой комнате, пусть даже это будет только секс на один раз. Главное, что сегодня они с Таканори будут вместе. Этот человек со странными глазами будет с ним этой ночью.