В холодных окнах

— А если не секрет, почему ты такой радостный пришёл после разговора с Дженсеном? — я улыбнулась. — Ну, мы поговорили. Он мне всё объяснил. И я успокоился, — сказал Марк, держа в руках чашку с чаем. Ну, вот сразу видно, что он что-то недоговаривает. Ишь, нашёлся конспиратор! О чём они всё-таки разговаривали? А, ладно, спрошу у Дженсена. Всё равно скоро с ним увидимся. — А что именно он тебе объяснил? — я всё не унималась, мне жутко хотелось докопаться до истины. — Да, не важно, — отмахнулся мужчина. — Ну, скажи, скажи, скажи, пожа-а-а-луйста, — протянула я, подбегая к нему. Было видно, что Марк чего-то не договаривает. Но это что-то явно ему не по душе. А может он разрешит мне гулять с Дженсеном? — Потом сама всё узнаешь, — Марк мне подмигнул. — Как голова? — Уже лучше, — я подошла к мужчине и крепко его обняла. — Я тебя люблю. Прости меня, пожалуйста. — И я тебя, — Марк прижал меня к себе. Позавтракав, я пошла к себе в комнату. Как же мне улизнуть по-тихому из дома? Ещё этот синяк идиотский! Спасибо входной двери! Она меня ну о-о-очень сильно «любит». Надеюсь, что Дженсен не убежит, увидев меня такую «красивую». Хотя, у меня длинная чёлка и синяк можно будет закрыть ей. До встречи с Дженсеном оставалось ещё много времени. Сама не знаю, почему я вскочила ни свет ни заря. Наверное, потому что мне хотелось его увидеть. Только зря всё это. Хоть он и развёлся, но вместе мы быть всё равно не сможем. А всему виной возраст. Он просто не захочет связываться со мной. От меня слишком много проблем. А люблю ли я его? Вот себе я врать точно не стану. Люблю. Пусть это покажется многим поспешным выводом, но это так. Марк очень заблуждается, говоря, что нам с Дженсеном не о чем поговорить. Даже если и случится такое, то это не страшно. Нам с ним будет хорошо и молчать, и не только. Я боюсь, что если мы начнём встречаться, то начнутся ссоры. А у меня характер — оторви и выкинь. И Дженсен просто не выдержит моих истерик и уйдёт. Я этого боюсь. Дааа, в этом вся я. Я боюсь потерять отношения, которых даже нет, и вряд ли будут. Всё зависит от него. Почему с ним так сложно? С Артёмом было легче и проще. Поэтому и ничего хорошего не вышло. Он просто вешал мне лапшу на уши и думал, что я буду его всегда ждать и прощать. Внезапно меня накрыло воспоминанием. «Я случайно задержалась в школе допоздна. Уйти мне не давали учителя, которые запрягали меня куда-то сходить и что-то отдать. Пока я бегала по поручениям, успело стемнеть. — Наконец-то я закончила, — я вздохнула с облегчением. — Спасибо за помощь! — сказал Матвей Александрович, поправляя очки. — Я бы без тебя не справился. — Не за что. Обращайтесь! — взяв портфель, я подошла к двери. — До завтра, — сказала я и вышла в коридор. Проходя по третьему этажу, я услышала женские стоны из кабинета, который находился рядом с лестницей. Мне прямо загорелось узнать, что там происходит. Чёртова любопытность! Постояв возле кабинета, я всё же решила открыть дверь. Сделав это, я офигела. Уж кого-кого, а Артёма я там не ожидала увидеть. Видимо я им помешала и оторвала от интереснейшего занятия. Ничего страшного, пусть прервутся. Увидев меня, Артём отпрял от Лены и направился ко мне. А эта дура в свою очередь быстро собирала свою одежду по всему классу. Да уж, повеселились они на славу. Вид у них был ужасный, взять хотя бы Артёма. Он был весь в губной помаде этой идиотки. Мне стало противно от этого зрелища. — Закрываться надо! — сказала я, хлопая дверью. Я быстро спустилась на первый этаж и побежала к раздевалке. Меня переполняли разные чувства, но я не знала, что делать? Плакать, смеяться? Вернуться и вмазать этой дуре или же просто уйти? А что вообще надо делать, когда тебе изменяет человек, с которым ты был вместе? Любви у меня к Артёму не было, но мне нравилось находиться с ним рядом. Накинув куртку и схватив портфель, я выбежала на улицу. Внезапно меня кто-то схватил за руку и притянул к себе. — Что ты творишь? — парень был в ярости. — Зачем убегаешь? — А ты, ты что творишь?! — я посмотрела на Артёма. — я по-твоему должна дождаться пока ты закончишь с ней, и мы вместе пойдём домой?! — Ты всё не так поняла. Подумаешь, поцеловал. Трагедия, — предатель притянул меня к себе ещё ближе. — Ах, подумаешь. Ну ладно, — я замахнулась и влепила ему пощечину. — Можешь идти, дальше продолжать, — я вырвалась из его объятий и побежала. — Ну и беги! Всё равно простишь! — услышала я».

***

До нашей встречи с Дженсеном оставалось всего ничего. Быстро одевшись, я пробежалась по дому в поисках Марка, но не обнаружила его. Это хорошо, значит, я смогу уйти незаметно. Взяв босоножки, я направилась к двери. Когда с последней застежкой было покончено, за моей спиной раздался шорох. Я обернулась и увидела Марка. Ёбушки воробушки! Как же меня угораздило! — Ну и куда ты собралась такая красивая? — сказал мужчина. Под «красивая» он подразумевал платье, в котором я собралась к Дженсену. Меня очень редко видят в такой одежде, поэтому Марк был удивлён, и похоже, понял, куда я собралась. — Да так. Погулять захотелось… — похоже я поседела. — Ты уверена? — было видно, что Марка веселит эта ситуация. — Д-да, — я начала заикаться. Посмотрев на меня, мужчина залился звонким смехом. Не, ну он интересный! С чего смеётся то? Я тут умираю от страха, а ему смешно! Ох и папочка у меня. — Иди уже! — сказал Марк, давясь смехом. — Спасибо тебе, — я театрально поклонилась и, поправив платье, открыла входную дверь. — Чтобы в восемь дома была, — мужчина продолжал стоять за моей спиной и смеяться. — Дженсену привет. У меня отвисла челюсть. Так вот о чём они разговаривали! Коварные какие! Выйдя на улицу, меня обдало жарким воздухом, жутко захотелось пить. Посмотрев по сторонам, я увидела Дженсена и пошла к нему. Ну как пошла, я побежала вприпрыжку. Увидев меня, Дженсен улыбнулся и помахал мне. — Как голова? — заботливо произнёс мужчина. — Синяк есть? — Уже лучше, — я улыбнулась. — Есть, но за чёлкой его не видно, — я приподняла чёлку, показывая синяк. — Так, сейчас мы идём в парк, хорошо? — Эклз взял меня за руку. От этого жеста я чуть с ума не сошла. — Мне в восемь надо быть дома, — я опустила голову. — Прости. — Ничего страшного. У нас ещё есть время, правда не так много, как хотелось, но всё же, — шатен выдавил из себя подобие улыбки. Мы пошли в парк. На этот раз здесь было многолюдно. Дети веселились и играли на площадках, кто-то ел вату, кто-то мороженое. Да, в такую жару только и надо мороженое кушать. Жарко-то как, надеюсь, что дождь не пойдёт, а то накроется наше свидание. Свидание или встреча? Мне больше по душе первое! — Ты чего-нибудь хочешь? — спросил Дженсен. Конечно, хочу, только не скажу! Знать тебе об этом ещё рано! — Сладкую ва-а-а-ту, — я улыбнулась, используя всю свою мимимишность. — Зелёную. — Хорошо, — задумчиво произнёс мужчина и потащил меня к палатке со сладкой ватой. Меня к этой палатке тащили с такой огромной скоростью. Казалось, что это не просто палатка со всякими вкусностями, а наше спасение. Ноев ковчег, блин! Споткнувшись об собственную ногу, я уже хотела опять лететь целовать асфальт, что-то я с этим зачастила, но мистер Эклз успел среагировать и подхватил меня. Закинув меня себе на плечо, Дженсен уверенно шагал к палатке. Пока мы шли, я заметила, как на нас смотрели люди, кто-то улыбался, кто-то отворачивался, но больше всего меня взбесили его фанатки, которые постоянно выкрикивали: «Дженсен, ты классный», «Дженсен, давай погуляем», хотелось слезть и дать им по лицу. Я ещё сильнее прижалась к мужчине: упасть желания не было. Через пару минут меня наконец-то опустили на землю. Поправив до неприличия задранное платье, я подошла к палатке. Глаза разбегались, хотелось всего и сразу, но нахальничать я не стала. — Так какую вату ты хочешь? — спросил Дженсен. Я так сильно была увлечена разглядыванием витрины, что не услышала, о чём идёт речь. — А, что? — я нахмурилась. — Повтори ещё, — я опять принялась рассматривать витрину. От витрины меня отвлёк звонкий шлепок по одной из моих ягодиц. Посмотрев на Дженсена, я офигела, он стоял и смеялся. Извращенец чёртов! — Ты что творишь?! — прошипела я. — Только так тебя можно было вывести из транса, — зеленоглазый всё смеялся. — Так какую вату ты хочешь? — Зелёную, — прошептала я, краснея. Дженсен улыбнулся и, достав кошелек, позвал женщину, которая о чём-то болтала по телефону. — Одну сладкую вату, и мороженое пожалуйста, и пусть оно будет большим, — сказал шатен, протягивая женщине купюру. — Пусть кое-кто тренируется, — многозначно произнёс он, кидая на меня пошлый взгляд. А он не оборзел ли случаем? Какие к чёрту тренировки с мороженым? Да он просто индюк напыщенный! Я не ослышалась? Или мне всё же стоит сходить к врачу? Сердце забилось с огромной силой, и я жутко покраснела. Я стояла и смотрела на мужчину. Он просто издевается надо мной! — Ты чего? — взяв вату и мороженое у женщины, спросил он и протянул вкусности мне. — Да так, — я взяла вату и принялась уплетать её за обе щеки. Какая же она вкусная, я готова есть её вечно. А вот мороженое он пусть себе оставит, извращенец. Слишком увлёкшись сладкой ватой, я и не заметила, как мужчина куда-то пошёл. Догнав своего «милого», я оказалась в его объятиях. Меня притянули к себе так близко, что было нечем дышать. Это было очень романтично. Он смотрел мне в глаза и улыбался. Нашу идиллию прервал дождь, который пошёл не в очень подходящий момент. Вата постепенно таяла под каплями дождя, а я не могла её спасти. Круто, наверное, когда тебя кто-то любит. Это относится не к семье, и не к друзьям. Когда ты об этом знаешь, то хочется просыпаться по утрам, ходить куда-то, улыбаться, попросту жить. А меня любит ли кто-то? На этот вопрос очень сложно ответить. Я не могу сказать уверенно, что Дженсен ко мне что-то испытывает. Но он зовёт меня гулять, заступается за меня перед Марком, как его можно понять? Что это всё значит? Не надо клясться мне в любви и совершать подвиги. Всего лишь надо, чтобы он был рядом. А взамен, я бы готовила, убирала, хотя не очень люблю это делать. Помогала бы в трудную минуту, насколько это было бы возможно. Будто выйдя из транса, мистер Эклз взял меня за руку и потащил из парка. Добежав до стоянки, мы направились к тёмно-синей машине, в которой я не раз побывала. Быстро запрыгнув в салон, я поёжилась. Моё белое платье было мокрое насквозь. Теперь можно подробно рассмотреть моё нижнее бельё. Ну почему именно его я надела? Надо было погоду посмотреть сначала, но у меня всегда не всё как у людей! — Раз погулять нам не удалось, тогда поехали ко мне, поужинаем хотя бы… — сказал мужчина, заводя машину. — Ээ нет. Звучит как-то странно, — я пыталась прикрыть себя руками.— Здесь есть подвох? — недоверчиво прошептала я. — Ничего подобного. Мы просто поедим и высохнем. А то если Марк узнает, что ты заболела, мне не жить, — Дженсен засмеялся. Что-то подозрительно. Мы с ним наедине. Ужин. И если что-то случится, то никто не сможет мне помочь. Глупые это мысли, я же знаю, что он меня не обидит. По крайней мере, надеюсь, очень.

***

— Так, где же полотенце! — Дженсен носился по дому. Я наблюдала за мужчиной и улыбалась. Он был такой забавный. Бегал по дому искал это полотенце. Но мне кажется, что зря я к нему поехала. Надо было попросить его отвезти меня домой и всё. Что-то случится, у меня плохое предчувствие. А сейчас я даже не знаю как себя вести. Мне страшно. Нет желания быть использованной и выброшенной. А может это просто берд? Мне так кажется, потому что я этого хочу? А Дженсен ничего плохого и не думал? Просто позвал к себе, чтобы поболтать. Может ему нравится со мной разговаривать? Мне неприятно от мыслей, что нам вместе быть не суждено. Он взрослый мужчина, а я всего лишь ребёнок, который только закончил учиться. И пусть я остаюсь в Лос-Анджелесе жить, но мне кажется, что это ничего не изменит. Даже если мы и будем вместе, то не долго… Дженсен взрослый, мужчины в его возрасте хотят детей, а я ему не смогу этого дать, потому что сама ещё ребёнок. Помучившись со мной, он просто возьмёт и уйдёт к нормальной женщине. Или же он просто будет со мной мучиться и будет несчастлив. — Наконец, нашёл, — сказал мужчина, протягивая мне полотенце и футболку. — Женской одежды у меня в доме нет, так что вот. — Спасибо, — взяв вещи, сказала я. — А куда? — Ванная комната прямо и направо, — сказал шатен. — Ещё раз спасибо, — я пошла в ванную. Переодевшись, я вернулась обратно. Футболка была чёрного цвета, не сильно длинная, но попу прикрывала, а этого было достаточно. Но самое главное, что это была его футболка. Она так головокружительно пахла хозяином. — Ну, пошли кушать, — Эклз пошёл на кухню, я последовала за ним. Увидев на столе вазу с конфетами, я сразу поняла, что буду есть. — Теперь у тебя нет конфет! — я притянула вазу к себе. — Ну ты и сладкоежка! — сказал зеленоглазый, присаживаясь рядом. Я сточила все конфеты из вазы и осталась очень довольна. А хозяин дома так ничего и не съел, он лишь сидел и смотрел на меня. Интересно, о чём он сейчас думает? «Поев», ну как поев. Опустошив все запасы сладкого, мы плавно перекочевали из кухни в зал. Я была погружена в свои мысли и не слушала Дженсена, а он сидел и спокойно разговаривал о том, что я должна вести себя помягче с Марком. — Ань, может, ты мне расскажешь, что происходит? — мужчина внимательно посмотрел на меня. — А зачем тебе это всё надо, а? — я нахмурилась. Дженсен улыбнулся и слегка меня приобнял. Я ему доверяю. И это очень странно. Вот как можно доверять, человеку, которого ты знаешь очень мало? — Так расскажешь? — спросил мужчина, гладя меня по еле сырым волосам. А вот стоит ли ему рассказывать? Вдруг ещё пожалею об этом! — Случилось кое-что в семье, — начала я еле слышно. — Что же? — протянул Дженсен. — Как оказалось, моим настоящим отцом является Марк, а тот, кого я считала отцом, мой дядя. Прямо Санта-Барбара, — после этих слов мне стало стыдно смотреть ему в глаза. А если он сейчас возьмёт и выгонит меня? Или просто перестанет общаться со мной, — Моя мама изначально встречалась с Марком, но после того, как он попал в аварию, она вышла замуж за его брата. А позже родилась я, все они знали, что я не дочь Коса. Знали и скрывали это от меня! — я всхлипнула. Больно осознавать, что дорогие тебе люди предатели. — Тебе сейчас очень тяжело, — Эклз вздохнул. — Ты не виновата в ошибках своих родителей. И не стоит их винить. Просто попытайся принять это и простить их. Они думали, что так будет лучше… — мужчина улыбнулся. — Есть ведь ещё что-то, а вернее кто-то. Расскажи мне об Артёме, что между вами произошло? Начать рассказ я не решалась. Вспоминать о нём и о боли, которую он мне причинил, совсем не хотелось. Но больше всего, я не хотела, чтобы Дженсен знал, что произошло. — С Артёмом мы познакомились, когда мне было шестнадцать. Случайная встреча и всё прочее. Как обычно бывает. Мы пару раз погуляли, а потом он предложил мне встречаться, — я нервно теребила край футболки. — Мне было с ним приятно общаться, да и как мне тогда казалось, он был хорошим. Влюблена я в него не была уж точно, я считала его больше хорошим другом, нежели парнем, — я вздохнула. — Потом он решился перевестись ко мне в школу, якобы, чтобы я была у него на виду. С этого и начались наши ссоры. Я со своими бывшими одноклассниками была не дружна, а Артём, напротив, за очень короткий промежуток времени подружился с ними. Он начал больше времени уделять им, а не мне. Казалось, что я ему стала теперь не нужна. Но я терпела и не обижалась на него, — Дженсен меня внимательно слушал и не выпускал из объятий. — Как-то раз, я случайно задержалась в школе, ну и когда собиралась уходить, услышала стоны из кабинета, открыла дверь, а он там с этой Ленкой! — я фыркнула. — Это стало последней каплей, на этом наши «отношения» закончились. Хотя Артём этого не понял и по сей день. — Анюта, пойми, — Дженсен приблизился ко мне, вытирая мои слёзы, которые предательски лились из глаз. — Одноклассники твои, идиоты! А Артём, тем более, как он мог предать такое солнышко. Я бы точно так никогда не поступил… И не он, не твои одноклассники, не стоят ни одной твоей слезинки, — зеленоглазый посмотрел мне в глаза. О, боги, какие же они красивые. Такие зелёные, прямо как сочная трава на лугу. Так и хочется заблудиться в них и остаться навсегда. Я совсем забыла, что сижу сейчас почти голая перед взрослым мужчиной. Тяжёлая тёплая рука легла на мою ногу выше коленки. Я вздрогнула от этого прикосновения. Сейчас мне не хотелось ничего говорить, но ради приличия я хотела немного посопротивляться. — Может не надо? — прошептала я, тяжело дыша. Мурашки табуном носились по моему телу. Мои слова были пропущены мимо ушей. Конечно, сейчас было не до слов. Жгучее дыхание опалило мои губы, и с них сорвался тихий стон. Как же долго я этого хотела, хотела прикоснуться к нему, к его губам, попробовать их на вкус. Я уверена, что его губы чертовски вкусные. В нашу идиллию вмешался мой страх, но он быстро растворился, когда горячие губы любимого накрыли мои. Я не знала, что делать. Отвечать, сопротивляться? Это, это же неправильно. Я обещала Марку, вернее он предупреждал, чтоб я не совершала ошибок. Послав к чёрту разум, я ответила Дженсену взаимностью. Теперь я играю по его правилам. Рука, которая покоилась на моей ноге, резко поползла вверх, я вздрогнула, когда она коснулась самого сокровенного места. Отодвинув ткань трусиков, Эклз провёл указательным пальцем по ней. Я невольно застонала, погружаясь в пучину приятных ощущений. Сейчас были только мы и никого больше…