9 целых и 9 десятых килограмм мандаринов

Чимин долгое время мечется возле двери в квартиру, пока что неизвестного ему Чонгука, и сильно волнуется, не зная, что сказать. Про то, что парень давно перестал его ждать, Чимин может и догадаться, но всё-таки его же любимая задница привела его сюда, а теперь не даёт никаких советов. - Пришёл, изволь постучаться, ты чего как баба? – Чимин слишком привык разговаривать с самим собой за долгие годы одиночества. Друзей у Чимки не слишком много. Всего-то парочка бывших однокурсников, да и то, с которыми уже давно не общался. А тут и вообще нельзя упускать большой шанс, когда с тобой по-своему «флиртует» такой парнишка, от которого слюнки можно выпустить наружу. А можно ли ему марать пол в магазине слюнями, тем более, когда перед тобой тот самый парниша, раздирающий тебя голодным взглядом. «Мандаринка» давно записал себя в ряды би, находя все прелести, как в девушках, так и в парнях, и это вроде как шло на пользу всем. А родственникам о его ориентации знать не стоит. - Мусор, ты мусор! Кусок мусора! – шепчет Чим, сжимая кулаки, наговаривая на себя всякую чепуху. – Но он же такой милашка! Рыжик тает, вспоминая усю-сю-шную «мордочку» брюнета, и не обдумывая стучит своей крошечной ручкой в дверь. Чонгук обсирается от стуков в дверь и задумывается, «А не поздно ли, блядь?». Что правда, то правда, Чим действительно заявился поздновато, когда весь Пусан уходит в сон. Ну, почти весь… Чон всматривается в глазок и выискивает рыжую макушку, которая с ангельским личиком смотрит прямо в сердце. И как такому отказать? Брюнет открывает дверь и отходит, пропуская смущённого гостя на порог. - Привет, - Чимину больше ничего и не остаётся, кроме как выдавить из себя жалкое приветствие. А, собственно, нахуй это Чону, который готов просто так взять и вытрахать прямо здесь, в коридоре, во-первых, из-за злости невыносимого ожидания, во-вторых, потому что сильно любит. И любит не просто, а по-своему пошло, но лишь в фантазиях и излишними пересечениями взглядов, от которых Пак расплывается, моментально краснея. - Поздновато для ужина, - Чон тихо смеётся в ладошку, глядя на потерянного Чимина. – Может, в другой раз? Нет, ну Чимин профукивать такую удачу определённо не собирается, поэтому уходить и не думает. - Да насрать мне на этот ужин! Давай познакомимся! – Чимин материт себя за свою несдержанность и надеется на то, что его правильно поняли. Для обоих всё идёт очень даже в лучшую сторону, а будет ещё лучше, когда Чимин узнает имя своего любимчика. Чон приводит Чимина в гостиную комнату и усаживает на диван. - Может чай? – любезно предлагает брюнет. - Спасибо, не откажусь! Чимину кажется, что здесь ему могут устроить какую-нибудь шалость. Допустим, добавить в чай афродизиак, а после мгновенной реакции не избежать. Но всё-таки люди не должны опускаться до уровня заполучения людей подручными средствами или силой. Не слишком то и культурно со стороны парня, который влюблён в Чима не меньше, чем сам обожаемый предмет в него. Через несколько минут брюнет приносит небольшой подносик с миловидными чашечками и пирожными. - Угощайся! – Чон ставит поднос на центр столика и берёт чашку с горячим чаем, пробуя на вкус свои старания. – Не бойся, не отравлен. И Чимину приходится верить. А как по-другому? От чая исходит приятный аромат кокоса и манго, лучший вкус, по мнению Чона. Чим отпивает немного из чашки и наслаждается приятным запахом. - Вкусный! Но, прости, я ещё не знаю, как зовут обладателя этого чая, - Чимин мило улыбается, склонив голову на бок. «Милашка», проносится где-то в подсознании Чонгука. Вот так всегда. Чимин с его чудесной улыбкой просто убивают брюнета своей миловидностью, а рыжику это только на пользу. - Чон Чонгук, восемнадцать годиков, живу один, ищу парочку для совместного проживания, - Чон излагает всю наиболее значимую информацию и приветственно протягивает ручку. Чимин рефлекторно пожимает сильную руку и немного оцепеневает. - Восемнадцать? – Чимин смотрит то на брюнета, то на себя, и так раз пять, а позже уходит в уныние. – Пак Чимин…, двадцать лет. Чимину стыдно признавать, что он ниже какого-то восемнадцатилетнего красавчика, но и у него самого уйма одних плюсов. Руки у старшего подкаченные, а вместо плоского животика под майкой наблюдаются шесть твёрдых кубиков, от которых и сам падаешь в «обморок». Нужно ли говорить про накаченные бёдра, которые младший представляет уже в тысячный раз. - М? Хён? – сам Чонгук думал иначе, что его миниатюрная обаяшка куда младше него самого, но всё, оказывается, наоборот. Как же стыдно. Стыдно! Стыдно! Стыдно! - Маленький хён! – Чон хихикает в ладошку, не сдерживая порыва. – Прямо как девочка! Пак наигранно обижается и отворачивается от младшего, перекрещивая руки и дуя щёчки. Не хён, а маленький ребёнок. А Гуку жалко терять такого очаровательного ребёнка, поэтому он не ленится извиниться перед старшим и даже ищет в этом выгоду. - Ну, прости-и-и! Чиминни-хё-ё-н! – макнэ прилипает к спине старшего, нежно заключая в объятиях и укладывая голову на маленькое плечико. – Чмокнемся? Пак моментально забывает о своей мимимишной обидке и офигевает от предложенной идеи. - Что? – Чим резко разворачивается и смотрит пристально в глаза. «Смелый ребёнок» - Можно я тебя чмокну? – а теперь пришла очередь смущаться другой персоне. Гук смущённо улыбается, ожидая положительного ответа. Всё может пойти прекрасно, если они начнут всё по-тихому, идя ровными тропинками к тёплой любви. Прекрасный момент для их идиллии, от которой, кажется, идёт розовая аура и пахнет приятно. А может это запах чая, заевший глубоко и придающий страсти и уверенности. - Может, лучше поцелуй? – Чимин и не думает сопротивляться, наоборот же, идёт навстречу младшему. - Поцелуй? – Чон смотрит вопросительно с глазами по пять копеек. - Ну, с языком. В мозгу что-то щёлкнуло, а может, треснуло, Чонгук ещё не знает. Всё, чем забита его голова - «Чимин не против. Чимин тоже хочет.Тоже любит». Но любить так внезапно и пошло он не позволит. Макнэ нежно целует в щёчку, и эти мимолётные секунды кажутся Чимину самыми лучшими в жизни. Не все умеют так нежно любить.