Линии жизни

Савада Цунаеши уверенным росчерком золотой перьевой ручки поставил размашистую подпись под юридическими дебрями договора, составленного явно не в его пользу, и из-под полуопущенных ресниц обвел взглядом членов Альянса. - Щенок, обдурили на раз… Вот придурок!.. И это ничтожество стоит над нами?.. Вонгола мельчает, вот я бы… Идиот, ничего так и не понял… Нет, Цуна не слышал их мыслей, но прекрасно читал по лицам и движениям. Как бы ни строили из себя уважаемые доны саму невозмутимость, отголоски низменных эмоций нет-нет да и проскальзывали в облике этой почтенной верхушки общества. Савада поймал себя на мысли, что с удовольствием бы поиграл с ними в покер, прощупал каждого в стремлении обнаружить их предел, самое дно — границу, где стираются черты, присущие человеку и остаются только голые инстинкты. Всё же люди — те же звери о двух ногах. Навязчивые идеи легко затмевают разум, и, убежденные в наличии силы, средств и особых привилегий, их уже не удерживают бумажные цепи законов. Человечность опадает, как прошлогодняя листва, обнажая суть — искривленную, черную. В джунглях только один закон… Но зверь — не человек, им легко управлять… — Ты проиграл! Наконец-то кто-то победно выкрикнул эту несомненно приятную для большинства присутствующих истину вслух. И Цунаеши нет смысла убеждать их в обратном. Вряд ли кто-нибудь сможет оценить всю стройность его многоходовых комбинаций. Все же шахматы он ценил не в пример больше карт… — Нет. Я просто ещё не победил.