Друзья

Когда Чонгук очнулся, первое что он почувствовал, что его голова трещит как с дикого похмелья. Второе, что во рту как будто кошки естественную нужду справили. Ну, а когда он открыл глаза, то понял, что он нихера не понял. Потому что где он вообще? Парень попытался сесть, но вышло не очень, поэтому он откинулся обратно на подушку и решил, что комнату осмотреть и так сойдет. Поначалу было даже интересно лежать вот так и строить теории заговоров против его крайне невинной личности, а потом как-то заебало, и он принялся тупо разглядывать потолок, мечтая лишь об одном: да пусть его хоть пришельцы украдут или бандитос какой с пистолетом зайдет, лишь бы уже не одному тут лежать бревном. Полчаса мучений и вуаля: дверь открывается, а в комнату прошмыгивает какой-то парень, хитро улыбаясь. Он садится рядом с кроватью, в которой лежит пострадавший и начинает беседу. — Как себя чувствуешь? Сильно голова болит? О тебе позаботился наш лучший врач: сказал, что у тебя сотрясение и вообще из носа кровь текла, ты видимо везучий, поэтому лучше сегодня тебе никуда не идти. Тут переночуешь, завтра тебя домой отвезут. Ты кстати есть хочешь? Ты ведь Чонгук? Мне про тебя донсэн рассказал. Ты не молчи, не стесняйся. И только после этого незнакомец слегка притормозил. Чонгук, на которого за раз вывалилось столько информации, решил переваривать все постепенно. Во-первых, голова. Да, она у него перевязана. Вот только какого хера, он вспомнить так и не мог. Во-вторых, его осмотрел врач. Будем надеяться, что не подпольный: что органов не крали, наркоту в живот не вшивали, клеток для клонирования не собирали, или чем там еще эти подпольные врачи занимаются. В-третьих, какого черта ему тут оставаться. Он бы с радостью и сейчас домой пошел, его лично ничего не держит. И да. Он хочет жрать. Он Чонгук. И донсэн… Парень начал вникать в происходящее. — Так вы брат Воншика? — Спросил он хрипящим голосом. — Обращайся ко мне на ты. Называй просто хён. Меня зовут Сонгю. Ты уж извини, что так вышло, Намджуни, конечно, чуть тебя на тот свет не отправил, но его вины в этом нет, поверь мне. — Он трагически вздохнул. — И Воншик, он хороший. Слушайся его на уроках. Мои донсэны все хорошие. Надеюсь, ты подружишься с каждым… — Опять ты присел кому-то на уши, хён. В комнату вошел еще один незнакомец с подносом в руках, и Чонгук был ему благодарен до одури, потому что у него уже уши в трубочку начали сворачиваться. — Я принес немного еды. Надеюсь, тебе понравится. — Он поставил поднос Чонгуку на колени, а затем вся его ванильная сущность куда-то испарилась, и он добавил злобным голосом. — Учти, для вас поблажек делать не буду. Приготовил ему, только потому что Намджун ебанько, и мне за него стыдно, а себе сами, будьте так добры. Чонгук уже успел напрячься, но незнакомец снова расцвел и, усадив больного, начал помогать ему есть с ложки, приговаривая елейным голоском: — Давай, ложечку за маму, ложечку за папу, только посмей не доесть все, я тебе этот суп на голову вылью. — Сокджин-и, ну почему ты такой злой. — Он злой, потому что жирный. — Злобно вставил человек у двери. И наконец-то это был тот, кого Чонгук знал. — Югем. — С трудом вставил он слово между залетающими в его рот ложками. В его глазах сразу отразились страдания всей вселенной и явная мольба о помощи. На что его ровесник лишь пожал плечами и так же глазами ответил: «Я бы помог тебе, но мне тупо похуй». Чонгука это явно разочаровало, а еще его дико разочаровывало, что «немного еды» это раза в три больше, чем он дико голодный съедает. «Видимо, раз я не умер от травмы головы, там наверху решили, что захлебнуться супом тоже неплохой вариант». В следующий раз дверь открылась, когда Чонгук, чувствующий себя на грани жизни и смерти уже все доел, и теперь получал сахарные улыбки со стороны Сокджина, нескончаемые вопросы со стороны Сонгю и вроде как моральную поддержку со стороны Югема, но как-то не чувствовалось. Причем не просто открылась, а не хило так ебнула по стене, практически задев самого младшего. И тогда в комнату ворвалось непонятное чудо с дикой улыбкой, которое к Чонгуку вплотную подошло, наклонилось к лицу впритык и сделало «ХЫ». И Чонгука, кажется, последние жизненные силы покинули, потому что «ХЫ» было пиздец каким ссыкотным. — Привет. — Сказало «ХЫ» и заржало еще сильнее. — Тэхен. Так не прилично. — Встрял Сонгю и усадил парня рядом с собой. — Сначала представься. — Привет, Чонгук, я Тэхен. Хыхы. Я твой хён. Приятно познакомиться. — Да, мне тоже. Крайне приятно. — Спокойно пробормотал Чонгук, натянув на лицо милую улыбку, а у самого в голове: «Сколько блять еще народу сюда зайдет. Я им тут как зверушка цирковая что ли?!» — Привет всем еще раз, я вообще не хотел заходить, но Воншик меня заста.. — Да вы заебали уже! — Не удержался, наконец, парень, вскочив со своего места, сразу же схватившись за голову, которая от резких движений тут же закружилась. — Что так? — Из-за плеча очередного незнакомца выглянул его репетитор, удивленно хлопая глазами. — Самсинг ронг? — Да все тут ронг! Я футболку свою любимую кровью зашмарал, у меня живот раздулся из-за этого идиота с его сух-пайком, другой со своими вопросами весь такой заботливый до ебени-фени. Придурок ХЫкающий и вас еще двое. И этот олух, которому я так-то хён, но ему видите ли пофиг. Хули вы все сюда приперлись? Все замерли на своих местах и ошарашенно замолчали. Чонгук тяжело переводил дыхание, обдумывая, что за хуйню он только что сморозил. Он уже собирался вроде как извиниться и лечь обратно, даже был не против очередного супного наказания, как вдруг из-за двери раздался тихий, до боли знакомый, взрослый голос: — Намджун, ты ведь понимаешь, что нашим адвокатам сейчас некогда разбираться с этим пацаном? Поэтому ты сейчас засовываешь свою гордость себе поглубже в задницу и идешь извиняться. — Хён, ну я же не виноват. Не я же его по голове огрел. — Буквально нет, а теоретически все же ты. Поэтому, давай. Шуруй. Пара секунд медленных шагов и в комнату вошел тот, чьего имени Чонгук еще не знал, но точно видел сегодня в прихожей. Он неуверенно помялся на пороге, а затем кинул: — Может, уберетесь все? Менсу бы с радостью да, но вот Воншик всем своим видом показал, что нет, поэтому пришлось стоять на месте, от скуки разглядывая собственные пальцы, или не от скуки, а потому что Воншик и его буравящий взгляд. — А что, так мы не можем, так мы соу шай? Стесняшки мод он? А вот Чонгук к этому парню сразу симпатией и пониманием проникся, потому что да, свалите. — Хватит тележиться, давай, иди уже и извинись. — Снова прозвучал знакомый голос, только на этот раз ближе. А дальше все как в замедленной съемке: сначала Чонгук видит лишь силуэт, а затем вглядывается в лицо и… давится слюной. — Учитель Ким? — Вопит он. Тот резко тормозит, на Чонгука смотрит, и на лице у него отражаются все его эмоции: сначала непонимание, затем осмысление, ну, а в конце еще лицо а-ля познал я тайны бытия. — Чон Чонгук. — Выдает он на выдохе и сразу тушуется, моментально делая в голове пометку, убить Воншика за то, что в дом привел ученика, мог и пойти с ним куда-нибудь, но нет. И теперь они все, кажется, немного встряли. — Прикольно. Получается теперь ученик хёна, знает, что он глава мафии. — Тэхен, ты бы лучше язык за зубами то попридержал. А у Чонгука только что шестеренки все на место встали и заработали как сумасшедшие. Все ранние домыслы остались на уровне предположений, зато в голову пришла новая теория. «Пиздец. Так вот, почему они такие богатые, они просто из мафии. Как до меня сразу не доперло. Теперь они меня расчленят и в огороде закопают. Ведь адвокатам сейчас некогда разбираться с этим пацаном». Что и требовалось доказать. И Чонгуку, кажется, немного не по себе, и мысли появляются через окно смыться. — Думаю, для начала, и правда будет лучше если они поговорят вдвоем. — Заговаривает Донван, вцепившись в плечо Воншика, пытаясь вытолкать его из комнаты. — Давай, Намджун. Проясни ситуацию и извинись. А я с тобой поговорю потом. Чонгуку крайне не нравится это потом, но он думает, что это в любом случае лучше, чем сейчас. Поэтому слегка кивает и терпеливо ждет, пока все из комнаты выйдут. Поочередно пожелав Чонгуку скорейшего выздоровления, толпа быстренько съебалась. Когда они остались в комнате вдвоем, сначала было крайне неловко. Затем стало неловко дико, потому что с Чонгуком заговаривать никто не пытался. Пришлось брать инициативу в свои руки. — Так как тебя зовут? В этот момент парень как будто отмирает и, наконец-то, подает голос. — Я… Лицо парня стало крайне серьезным, поэтому Чонгук тоже неосознанно настроился на эту волну. — Слива лиловая, спелая садовая! — Выдал вдруг блондин и заржал как Спанч Боб из мультика. Чонгук с этой фразы как-то дико завис, не понимая, что курил этот парень, а может это просто заразное. — Ну, а вообще, я Намджун. Я на три года тебя старше. «У них у всех на меня досье что ли есть, я вообще никому ничего про себя не говорил, все и так всё прекрасно знают». — Злобно думает Чонгук, но только кивает. — Извини, что ты из-за меня пострадал. — Продолжает тот и взглядом упирается в пол. Чонгук мнется лишь мгновение, но после отвечает ему с улыбкой: — Не беспокойся, хён, это ведь был лишь несчастный случай. Ты ни при чем. Намджун от этих слов не выглядит веселее, как ожидает Чонгук, только еще сильнее горбится и пальцами начинает нервно застежку на кофте теребить. — В том то и дело, что при чем. Младший стоит в недоумении и настороженно спрашивает, не понимая, почему вдруг голос начал дрожать, от волнения даже забывая про формальности: — О чем это ты? — Понимаешь… Намджун поднимает какой-то слишком забитый взгляд и нервно сглатывает. — Я проклят.