Совсем, как девочка

       — Дорогой, вставай, надо подготовиться к приходу наших новых соседей! — разбудил меня крик мамы, которая слегка приоткрыла дверь.        — Угу, сейчас, — ответил я, закутываясь в одеяло.       Как видите, наши отношения с соседями продвигаются. Моя мама уже познакомилась с Натальей, той женщиной, похожей на куклу, а папа вчера помогал Дмитрию чинить машину, так что я один из нашей семьи еще не успел познакомиться с «подходящим» мне человеком, но, видимо, сегодня это исправится.       Теперь будить меня пришел папа. Он сел на край кровати и тихонько толкнул меня в бок. «Вставай, соня!» — это звучало довольно бодро и жизнерадостно, но я только что-то промычал в ответ и перевернулся на другой бок. «Эй, ну ты что, не рад? Вон у тебя теперь новый друг появится. Давай вставай!» — и он начал меня щекотать. Немного стыдно признаваться, но я боюсь щекотки. Поэтому я сразу вскочил и попытался отбиться подушкой, но именно в этот момент в комнату зашла мама: «Как вижу, все проснулись, так что теперь пришло время мне помочь. Ты,» — она кивнула мне. — «Умываться и за мной», — и я остался в комнате один.       В этот день я также понял, что играть в приставку до трёх часов ночи не самая лучшая идея, если на следующий день тебе нужно вставать для того, чтобы кого-то там встретить. Поэтому, вместо того, чтобы идти умываться и заниматься прочими водными процедурами, которые должны сделать из меня человека, я решил немного поваляться в кровати…

***

      Наверное, единственное, что я ненавижу больше уборки, так это те моменты, когда меня пытаются нарядить «прилично». Вот и сейчас происходит эта ужасная ситуация, когда мама старается надеть на меня что-то из одежды её молодости, а папа стоит сзади и сочувственно смотрит, ведь над ним-то она уже поработала. В любом случае, не имеет смысла сопротивляться могущественному женскому чувству стиля, поэтому я соглашаюсь на нечто, явно лежавшее в сундуке дедушки с несколько десятков лет. Зато теперь я «выгляжу, как человек», а не как «те бомжи, нашедшие рваные джинсы и непонятную футболку на помойке». Далее мне пришлось выслушать огромную тираду о том, что я, как «хороший и послушный ребенок» должен улыбаться, быть вежливым и вообще стать тем пай-мальчиком, о котором мечтают многие родители.       На улице залаяла наша собака Мартина, далее раздался звонок в дверь. В этот момент я был рад, что наши новые соседи наконец-то прибыли, поскольку выслушивать речи об идеальных сыновьях я был больше не в силах.       Когда дверь открылась, я громко и четко проговорил: «Добро пожаловать в наш дом!» и улыбнулся так широко, как только смог. Мама посмотрела на меня так, словно собирается убить. Ну, а что? Это было очень вежливо, я же улыбался. Все по инструкции. Успокаивал тот факт, что мой товарищ по несчастью, скорее всего, получил такие же указания, потому что он совсем как я, почти что прокричал: «Спасибо за приглашение!». После этого на его лице появилась ужасная гримаса, больше напоминающая оскал, чем улыбку. Наши родители переглянулись и отправили нас в комнату.       В этом событии радовал тот плюс, что можно больше не кривляться перед взрослыми и снять этот ужасный свитер, от которого невероятно хотелось чесаться. Печальную сторону я понял через несколько часов, когда мне отказали в обеде из-за того, что я «поставил родителей в очень неудобное положение». Вообще-то наказывать голодом довольно не гуманно, но это, видимо, никого не волнует.       Я всегда был эмоционален и мне довольно сложно давался контроль над этими чувствами и эмоциями, поэтому первым делом я, стянув и кинув куда-то в угол своего колючего мучителя, плюхнулся на кровать, прокричав: «Свобода!». Мой гость стоял возле двери, облокотившись на нее.        — Проходи, будь как дома, — сказал я ему и сгреб валявшие на кровати вещи.       Видимо эти слова подействовали на него не как банальная вежливость, а как призыв к действию. Мой сосед плюхнулся на кровать с таким уверенным видом, как будто жил тут все время.        — Меня зовут Слава, — сообщил он.        — Антон, — я протянул ему руку.       Не знаю, чем именно, но этот парень мне понравился. Он был такой самоуверенный, смелый, даже немного нахальный. Я всегда хотел быть таким.       От размышлений меня отвлёк грохот. Мой новый знакомый, видимо, был одним из тех людей, которые не могут спокойно сидеть на месте. На полу оказалась куча учебников, а над ними стоял мой новоиспеченный приятель, пытаясь их собрать в одну стопку.       — Прости, — пробормотал он.       Я сел на колени и стал помогать ему. Все это напомнило мне те сцены из фильмов, где один из влюбленных помогает другому собрать рассыпавшиеся учебники. Я посмотрел на Славу, и он, почувствовав мой взгляд, обернулся. Тогда я и заметил, насколько у него красивые глаза, серые с примесью голубого, так сильно напоминавшие зимнее небо, затянутое тучами. Этот, в каком-то смысле, романтический момент прервал стук в дверь, означавший, что наши новые друзья уходят…