Новые подвиги, новая слава

Восходит солнце не спеша, А я всю ночь ловил мыша… Песенка Потани

— Арвен… — Арагорн ласково коснулся ее щеки губами и положил руку на грудь. Его жена, его любовь, его долгожданная Вечерняя Звезда. Каждая ночь была откровением, нежностью и трепетом. И эта тоже могла обещать чудо, как вдруг… — Арагорн, там опять мышь! — завизжала Арвен. Эта серая хвостатая тварь портила Государю Гондора уже третью ночь подряд, непонятно каким чудом пробравшись в королевскую опочивальню и начиная шуршать или точить зубы о мебель именно тогда, когда Арагорн пытался добиться благосклонности супруги. Что мышь делала так далеко от кладовых и чем она тут питалась — было непонятно, но появлялась она регулярно. — Мышь и мышь. Завтра возьму у Леголаса его кота, он с ней мигом разберется. А сейчас иди ко мне. — и дунадан попытался еще раз обнять жену. — Я не могу так, Арагорн! А вдруг она на нас смотрит! — И зачем мыши следить за человеческой парой? — удивленно вытаращился на жену король. — У нее что, личной жизни нет? — А если нет? А если она за нами следит? И что это вообще такое: мыши во дворце! Пойди к Леголасу, он прибыл полчаса назад, пусть он ее поймает. С тяжелым вздохом Его Величество натянул штаны, взял с кресла верхнюю рубаху и направился к покоям, где обычно в свои приезды останавливался его товарищ по Братству Кольца. Леголас открыл дверь только минуты через три: очевидно вылез из купальни, потому что волосы были мокрые, а сам лихолесский принц едва успел повязать полотенце вокруг бедер. — И часто ты принимаешь ночных визитеров в таком виде? — поинтересовался Арагорн. — Ты забываешь, что я эльф, и узнаю тебя по шагам. Да и твой стук в дверь тоже отличить можно. Что случилось? До утра подождать может? Я почти неделю не спал: пока довез эти саженцы для Итилиэна — мало того, что магическая поддержка нужна, так еще и трижды орки нападали. — Понимаешь… — Арагорн замялся. — У нас в спальне мышь. И она не дает нам спать. — Сделай то, что сейчас хочется мне — пошли ее пешком в Мордор и спи дальше. — Леголас зевнул, прикрывая рот рукой. — Ты не понял, — бывший Следопыт покраснел. — Она не дает мне спать с Арвен. Шуршит. — А вас это с ритма сбивает? — эльф зевнул еще раз. — Нет, Арвен боится, что она на нас смотрит. Леголас подошел к своей кровати, взял мирно спящий ком шерсти и протянул Арагорну. — Это кот. Они ловят мышей. А я сейчас лягу прямо тут, на полу, если ты не дашь мне возможности добраться до кровати. Король Гондора вышел, держа в руках пушистого белого кота, чья усатая морда почему-то напомнила Арагорну Трандуила. Когда Арагорн зашел в спальню, мышь нагло расположилась на ковре посреди комнаты, а Арвен, выставив вперед Андрил, держала глухую оборону в углу кровати. Король осторожно спустил кота на пол. Белый красавец вальяжно подошел к грызуну, недоверчиво тронул его передней лапой, сел на задние, удивленно поднял брови и шлепнулся кверху пузом. Словом, полностью повторил реакцию Лихолесского короля на фразу Леголаса: «Отец, знакомься, это Гимли, мы вместе сражались, делили хлеб и спали под одним плащом». Не зря он сразу напомнил Арагорну Лесного Владыку. Мышь вежливо удалилась. Гимли тогда тоже промолчал. Кот пришел в себя, тщательно пометил кровать, оба кресла и сапог Арагорна, и удалился тоже. Мышь вернулась. Арвен завизжала так, что сбежались все дежурные Стражи Белой Башни. — Так можно же мышеловки поставить! — предложил один из гвардейцев. Идею поддержали, установив в покоях короля штук двадцать этих ловушек — все, что нашлось посреди ночи. А утром о них благополучно забыл сам Государь, за что и поплатился: сработало сразу три. Поэтому о легкой походке и охоте с утра пришлось забыть. Леголас уехал отвозить саженцы в Итилиэн, пообещав вернуться к вечеру. — Как он мог! — Арагорн жаловался Гимли. — У меня семейная жизнь рушится, а ему лишь бы свои сады окучивать и с Фарамиром вино лакать! — Сады же вроде не окучивают? Слушай, а раз ты все равно на охоту не поехал, давай мы вдвоем попробуем поймать твою мышь! — загорелся идеей Гимли. — Да что мы — одну мышь не прибьем! Вот Леголас олифанта в одиночку завалил, а тут тьфу! Мышь серая. — Давай. Налей для храбрости и пойдем. Они засели в засаду на кровати, пытаясь изобразить убедительный скрип брачного ложа. Мышь не вылезла, зато заглянула очень злая Арвен, пожелала им удачи и хлопнула дверью. Через некоторое время мышь решила проверить, кто пытается расшатать до состояния колыбели кровать гондорских королей. Гимли выхватил секиру, Арагорн — Андрил и они добрых два часа гоняли зверя по комнате, попутно пытаясь лишить его возможных укрытий в виде шкафов, кресел, столов и кровати. Вернулась Арвен вместе с Иоретой и Старшим Целителем, которые начали убеждать Государя, что все в порядке, в Гондоре все спокойно, а что белочки после вина приходят, так это бывает. — Да вы что! — возмутился Гимли. — Мы ж не столько выпили, чтобы мышь от белки не отличить! До вечера оба друга просидели в комнатах Гимли, дожидаясь, пока в покоях Государя уберут щепки и поставят новую мебель. Арвен уже ушла в заново обставленные комнаты, а друзья все думали. — Может действительно Леголаса попросить? — задумчиво произнес Арагорн. — Он, наверное, уже приехал. Пусть пристрелит эту гадину, эльфы же со ста шагов белке в глаз бьют. — Так, тебе вина хватит! — Гимли отобрал у Короля кувшин. — Там не белка, а мышь. Белая. Нет, серая. Пойдем к Леголасу. Аранен как раз раздевался, чтобы лечь спать и поэтому открыл дверь, стоя босиком и в нижней рубашке на две ладони выше колена. — Хорошо… — сквозь зубы проговорил наследник Лихолесья, взял лук и направился к комнатам Короля. — Леголас, а ты одеться не хочешь? — от такого вида принца Эрин Галлен Арагорн протрезвел. — Я хочу побыстрее развязаться с вашей мышью и заснуть! — отчеканил Леголас, распахнул дверь в спальню Арагорна и поздоровался. — Здравствуй, Арвен! Арвен взвизгнула и натянула на себя одеяло, не понимая, почему Трандуилион явился к ней среди ночи в одной сорочке и с луком. Леголас выстрелил в угол комнаты, подошел туда, нагнулся за стрелой, негромко присвистнул и поднял стрелу с насаженным на нее серым комочком. — А мышь-то была ручная. У нее колечко на лапке. Убежала наверное от кого-то и пыталась к вам прибиться. А ты, Арвен, вместо того, чтобы визг устраивать, лучше бы призналась Арагорну. — В чем? — Король Гондора ошалело смотрел то на жену, то на друзей. — Да в том, что вас можно поздравить со скорым рождением наследника или наследницы. — Леголас, я еще сама не уверена, — зарделась Арвен. — Ты не уверена, а я из-за твоих сомнений и стеснений убил несчастного зверька. Думаешь, мне легко? Я никогда свой лук на невинных не поднимал. А тут твои беременные капризы! — Леголас тяжело выдохнул и опустил глаза. — Поговорите с Арагорном наедине, а я пойду. Наверное, мышку стоит похоронить… — Я с тобой, — Гимли шмыгнул за дверь. До комнат Леголаса они шли молча, но когда вошли и сели у стола, Гимли не выдержал: — Слушай, остроухий, не надо так из-за мыши убиваться. Хочешь, я тебе у Даина ездового барана попрошу? Твой батя на лосе, а ты на баране будешь! — Да вот она, мышь. На свист подманил, — Леголас достал из рукава пушистый пищащий комочек. — А на стрелу я кусок шерсти заранее насаживал. — А как ты догадался, что Арвен беременна? — Гимли не сводил глаз с ладони эльфа, на которой удобно укладывалась спать серая диверсантка. — Во-первых, в Белой Башне мышей никогда не было. Во-вторых, эльфийка может отказать мужу только по одной причине. И в третьих, — Леголас снял колечко с мышиной лапы и передал его гному, — здесь написано «Арвен». Она никогда не боялась грызунов. — Тогда зачем ты весь этот спектакль устроил? — Из-за Арагорна. Теперь Арвен будет стыдно посылать его ночью за свежими ягодами в Итилиэн. А ему будет стыдно меня будить, — Леголас сладко зевнул. — Я час в одной сорочке расхаживал, вас дожидаясь.