Вишня хёном не бывает

На улице возле школы столпилось уже приличное количество учеников с восторженными от предвкушения зрелища лицами и учителей, нервно кусающих губы и просящих всех разойтись по классам. Я смотрел на толпу, не решаясь поднять взгляд вверх. Это же не может быть он, верно? Не настолько же он придурок, чтобы пойти на такое? — Вишня, — прошептал сдавленно Чимин, коснувшись моего плеча. — Это же тот парень, твой новый друг. — Он мне не друг, — на автомате отозвался я, несмело поднимая взгляд. На крыше, держась за металлические перила у себя за спиной, стоял на самом краю Чонгук. — Он же не прыгнет, да? — я схватил Чимина за локоть. — Правда же? — Не похоже, что это шутка… Еще раз взглянув вверх, я быстрым шагом направился обратно в школу, едва ли не побежал. Почему мелкий на крыше, а никто ничего не делает? Почему никого нет рядом с ним? Почему никто не пытается ему помешать? Что за фигня?! Это что, норма, когда ученики совершают самоубийство в школе?! От злости уже темнело в глазах. Я ворвался на крышу, и меня тут же перехватил за локоть завуч Со. — Пустите! Тут человек прыгать собрался! Почему вы стоите тут и ничего не делаете?! — Ким Тэхён! — завуч схватил меня за второй локоть. — Мы уже вызвали спасателей, остаётся только ждать. — Ждать? Чего ждать? А вдруг он в эту самую минуту прыгнет и ждать будет уже незачем! Пустите! — я дёрнулся. — Я пойду к нему! — Я так понял, что вы не очень ладите. Ты можешь его спровоцировать. — Я… Я могу просто подбежать и схватить его! — Ты напугаешь его, — произнёс спокойно и вкрадчиво. — Тебе может не хватить доли секунды. — Но я хотя бы попытаюсь, чем стоять и ждать. — Здесь нужен близкий человек. — А вы видите здесь кого-то кроме меня? — я взглянул по сторонам, где стояли лишь классный руководитель Чонгука и почему-то учитель физкультуры. — Тэхён… Постарайся быть помягче, — и завуч отпустил мой локоть. Я повернул налево и направился туда, где стоял на самом краю этот придурок-суицидник. Руки мелко дрожали и колени подкашивались. Было страшно. Вдруг я и правда сделаю только хуже? Он ведь меня наверняка ненавидит. Вдруг, только услышав мой голос, сразу отпустит перила? Получается, я буду виноват? Не хочу быть виноватым ни в чьей смерти. — Жарко? — спросил я слегка охрипшим голосом, а Чонгук вздрогнул. — Хоть бы пальто надел. Что тут делаешь? Полетать надумал? Забыл, так я могу напомнить, крыльев у тебя нет, совсем. — Тэхён… — Ой, нет, — я поморщил нос, — зови меня Ви. — Вишня? — по голосу было слышно, что он улыбается. — Нет, просто Ви. — Почему? — Тэхён — это как-то банально, не считаешь? Надо ж мне как-то выражать свою индивидуальность, — я хмыкнул и сделал небольшой шаг ближе. — Что-то случилось? Рассказывай, я выслушаю. — Ничего не случилось. — Не думаю, что когда всё в порядке, люди спешат спрыгнуть с крыши. — Просто так будет лучше. — Кому? — Всем. — А тебе? — А мне уже будет всё равно. — У тебя ПМС? — я фыркнул. — Интересно, — пропустил он мои слова мимо ушей, — расстроит ли кого-то моя смерть? — он поднял голову, глядя в небо, а я сделал еще один аккуратный шаг вперёд. — Родители, наверно, опять начнут ругаться, выясняя, кто же в этом больше виноват, — он хмыкнул. — Конечно, будут те, кто расстроится! — уверенно заверил я. — Ты, например? — он фыркнул. — А как же Чимин? Он между прочим там внизу стоит, — я сделал еще небольшой шаг. — А знаешь, какой он впечатлительный? Ты ж травмируешь психику моему ребёнку! — Твоему ребёнку? Всё-таки он был прав, ты очень дорожишь им. — Я? Глупости! Я за себя переживаю. Он же не станет страдать в одиночку, придёт мне плакаться. — сделал еще шаг. — Я чего-то не знаю? Нет, я конечно понимаю, что почти ничего не знаю о тебе, но всё же… Может, над тобой издеваются? Так ты скажи кто, я разрулю ситуацию! — Думаешь, ты можешь всё? — А то! — Не нужно, никто не издевается, - отрицательно махнул головой. — Так в чём тогда реальная причина? Кто-то умер? Неразделённая любовь? В чём дело? Только любопытство, будут ли другие страдать? Так ты же этого уже не узнаешь. — Я создаю всем проблемы. — Так просто не создавай их, — я пожал плечами. — Я не могу, они всё равно создаются. Это лучший выход. — Детский лепет какой-то. — Для меня нет. — У меня два года назад умерла мама, думаю, мне похуже, чем тебе было. Но у меня таких мыслей даже не возникло. А у тебя всё в порядке, вот с жиру и бесишься, — я стал говорить тише, подойдя уже совсем близко. — Знаешь, я уже даже немного жалею, что вчера… — он замолчал. — Что вчера мы даже нормально не поцеловались. Это был мой первый поцелуй, но он получился совсем детским. — Оу, так ты совсем зелёный! Ничего, можно всё исправить, — и я, сделав еще шаг, просунул руки между перилами, обхватывая Чонгука за талию и прижимая к этим самым перилам сильнее. — Твоё сердце так быстро стучит, — я хмыкнул. — Влюбился в меня? — Дурак, — он усмехнулся. — Мне просто страшно. — Если страшно, зачем тут стоять? — Отпусти меня, я уже не могу остановиться. — Почему? — Совсем мозгов нет? Я стою перед всей школой на крыше, собираясь прыгнуть! — Я заметил. — Как после этого, я могу пойти на попятную? Какое будет ко мне отношение? Да меня затаскают по психологам… хотя нет, какие к чёрту психологи! Меня в психушке запрут! — Ну, психолог бы тебе, конечно, не помешал. Я тоже в своё время имел дело с ними. Не то, чтобы был от них какой-то толк, но всё же… — Не хочу, — он отпустил одну руку и схватился за мою ладонь. - Я уже всё решил. — Хочешь, я даже разрешу тебе обнять Джина? — Зачем мне? — он усмехнулся. — Ты не понимаешь, от чего отказываешься! Джини — это самоё тёплое и прекрасное существо в мире! Знаешь, как приятно его обнимать? Вмиг забудешь обо всём! Я, между прочим, делюсь с тобой самым дорогим. — Не думаешь, что он будет против, что ты им так распоряжаешься? — Неа, это же Джини. — Спасибо, — он улыбнулся и убрал вторую руку от перил, схватившись за мои ладони и разжимая их. — Но мне пора. Я лишь выдохнул ему в шею и послушно отпустил.