Вишня хёном не бывает

— Не то, чтобы меня сильно заботили эти детишки, — начал объясняться я, как только закрылась дверь. — Просто… — Тебя заботит один детишка, по имени Чонгук, — перебил он меня. — Караулишь его. — Вовсе нет! — насупил брови. — Хоть я и не похож на правильного человека… — И правда, не похож. — Я всё же считаю, — кинул на того недовольный взгляд, — что так быть не должно. Всё-таки вы старше, а тут школьники… Растление общественной морали… И тут, на такой серьёзной ноте, меня прервал дикий ржач. Да-да, именно дикий ржач, по-другому не назовёшь. Господин Чон, или Хосок, или как там его вообще, смеялся едва ли не плача, а потом и вовсе плюхнулся прямо задницей на пол, держась за живот. Я лишь равнодушно за ним наблюдал. Ну, не псих ли? А меня еще раньше смех завуча напрягал. Так оказывается он еще адекватный мужик по сравнению с этим. — Может хватит? — попытался я остановить того, но безрезультатно. — Я так и не понял, что такое смешное сморозил. Может разъясните, понадрываем животы вместе? — я повёл бровью, глядя на Хосока сверху-вниз. — Ты забавный, — он поднялся, оперевшись на моё плечо и пытаясь отдышаться. — Не ожидал от тебя такого. Всё так серьёзно воспринял, — он снова разразился смехом. — Я по-прежнему не понимаю. — Это шутка была, шутка. — Что шутка? Где конкретно шутка? Не заметил я таковой. — Вчерашняя сцена с тобой, — он опять залился смехом. — Вы псих, ей-богу, — я закатил глаза. — У вас есть кнопочка «адекватность»? Советую нажать. — Кажется, она неисправна. — Оно и видно, — я фыркнул, откинув его руку со своего плеча. — Так что там с шуткой? Это было всего лишь мини-представленьице? То есть у вас тут вовсе не подпольный бордель на больничной койке? — Неа, — мотнул головой и сел на край койки. — Я очень воспитанный и благонравный человек. Как я могу? — Ну да, действительно, чего это я? Вас Чонгук надоумил? — Скажем так, я сам предложил, дабы ты смог почувствовать себя в его шкуре. Вообще планировалось сделать это позже, но тут ты пожаловал и я… — он замолчал и приложил ладошки к щекам, которые якобы должны были покраснеть от смущения, но видимо это не тот человек, которого можно смутить. — А вообще, на самом деле, это была не просто шутка, а эксперимент, — покачал головой с умным видом. — Ах вот еще как! Это и не шутка вовсе! — я хлопнул в ладоши, изобразив радость на лице. — Это эксперимент! Тогда чего я парюсь? Всё прекрасно! — выдавив улыбку, снова вернул недовольную мину. — На ни в чем не повинных людях эксперименты ставите? — Знаешь, ты очень неожиданно себя повёл, — указал на меня пальцем (можно подумать, я не понял, что он ко мне обращается). - То, что я о тебе знал, говорило о том, что в такой интересной ситуации ты вовсе не должен был повести себя подобно Чонгуку, а наоборот, должен был обрадоваться такому случаю и воспользоваться ситуацией. А ты вместо этого… — То есть вы готовы были ради эксперимента идти до конца? — я скривил губы. — А вы, господин Чон, не промах. — Ну, не знаю даже. Всё же была, хоть и небольшая, но вероятность, что ты будешь сопротивляться. И бинго! Так и случилось. Из чего был сделан любопытный вывод, — Хосок хитро сощурился. — И что за вывод? — Нет, — отрицательно мотнул головой. — Не думаю, что должен говорить об этом. — Эй! Что за вывод? Что? Что? — Нет, не стану говорить. — Класс. Зачем тогда вообще было начинать? Лучше б молчали себе, — я ударил ладонью по рядом стоящему шкафу с лекарствами. — А ты бы и дальше распугивал школьников от меня? — Вы ненормальный. — Хватит уже, — он поморщился. — Можно на «ты», так привычнее. — Ладно. Ты ненормальный. — Ну, в мире нет нормальных людей, у всех свои тараканы. — Ага, только вот у кого-то парочка тараканов, а у некоторых целое пастбище, — я направился к двери. — Не откроете? — Зачем? — раздалось рядом и мою талию обвили тонкие руки. — Можем продолжить эксперимент, — произнёс томно мне на ухо. — Дверь откройте, — я даже не шелохнулся. Хосок снова рассмеялся. — Ей-богу, ты бы хоть сделал вид, что нормальный, — я закатил глаза. — Не думал, что ты такой скучный, — щёлкнул замок. — А я должен плясать вокруг того, кто меня раздражает? — фыркнул я и вышел за дверь.

***

— Ну-ка пошли со мной, — я поймал мелкого в коридоре за локоть и потащил в туалет. — Эй, ну чего опять? Пусти, — забрыкался. — Не ной, — запихал в кабинку, закрыв на защёлку дверь за собой. — Ты же не настолько псих, чтобы в туалете, да? — и взгляд полный надежды. – Ви, ты может не знаешь, но делать это в туалете — совсем не круто, прошлый век. — Да не дрейфь ты, — я поморщился. — Только одного от меня вечно и ждёшь. Так хочется? — сделав полшага, оказался совсем вплотную к нему. — Совсем нет, — сглотнул. — Наоборот. Ты уже достал постоянно… — Тс, — приставил палец к его губам. — Закрыли тему, уже это слышал, скучно. Не трогаю я тебя, неженка, — отошёл обратно, упёршись спиной в дверь кабинки. — Просто поговорить хотел. — О чём? — О том, нафига ты эту хрень творишь? — Выражайся яснее. — Я насчёт Хосока, — недовольно свёл брови я, а Чонгук вдруг улыбнулся. — А что не так? — Зачем его на меня натравил? — Я тут не при чём, он сам. — Ну да, как же, — я закатил глаза. — Нефиг было ему вообще обо мне трындеть! Дураком меня снова выставил! — Так уж вышло, — передёрнул плечами. — Вечно ты создаёшь проблемы, прав был, когда с крыши прыгать собирался. — Жалеешь, — мелкий вдруг понуро опустил голову, — что не дал мне тогда спрыгнуть? — Причём тут это? — Если бы не спас, не было бы у тебя проблем, всё было бы прекрасно. — Да ну тебя! Я говорю о том, что нефиг просто проблемы всем создавать, а ты всё переворачиваешь. — Но согласись, если бы тогда… — Что тогда? Вообще, если быть точным, спас тебя кошмарик, а не я, так что не надо мне тут на мозги капать, все претензии к нему. Лично я не против, что ты еще дышишь. — Ты только так говоришь, — отозвался тихо. — А думаешь иначе. — Ты мысли, что ли, читаешь? Нет? Так не утверждай тут, — фыркнул раздражённо. — Что за фингал? — поднял на меня взгляд. — Тоже, небось, я виноват? — Да не ты, успокойся. — И всё-таки… — он снова опустил голову. — Не нужно было тогда идти тебе на крышу. — Э! Приём! — помахал рукой у него перед носом. – Мы, кажется, с другого начинали. Чего драму устраиваешь? Тебя туалет на такие «весёлые» мысли наводит? Или это тебе так этот Хосок мозги вправил? Уволили бы его, бесит он меня. — Я могу уже идти? — Куда? Прямиком на крышу? — Нет, в класс. — Ладно, иди, — я вздохнул и, открыв дверь кабинки, вышел первым. — Только не вздумай опять чего вытворить, — перехватил за локоть. — Это у тебя чуток задержавшийся переходный возраст, перебесишься когда-нибудь.

***

Было ужасно непривычно сразу после школы возвращаться домой. Так и хотелось едва ли не бежать в кондитерскую. Но нет, нельзя. Так что, Ви, ты просто идёшь домой, домой и никуда больше. Войдя и захлопнув за собой дверь, я так и замер на пороге с вытянутыми из ушей наушниками в руках. Прямо посреди коридора стоял красный, заплаканный отец, а перед ним на коленях… Джини, по щекам которого тоже бежали слёзы.