Еще одна попытка

Еще два я пролежала в клинике. Пока меня не выписали, со мной почти всегда была Элис. Она такая забавная. Мне с ней очень легко общаться, такое ощущение, что я ее знаю всю жизнь, а она меня. У нас не было никаких секретов или расхождений во мнениях. Я с ней снова начала улыбаться и чувствовать себя живой. И даже тот факт, что она сестра Эдварда, ни капли не смущает. Она не такая. Она хорошая. При выписке, меня забирали родители и Элис. Эдвард тоже пришел, но его не подпустили ко мне. Я его видела мельком из-за угла. Самое страшное через что мне предстояло пройти, это замужество. Фиктивный брак, фиктивная любовь, фиктивное счастье. По моей жизни можно написать книгу ужасов. Уверена, она разошлась бы огромным тиражом. Дома ничего не изменилось за недели моего отсутствия, та же старая мебель, раритетные ковры, и моя хмурая комната с мятными стенами. Войдя в нее на меня, снова напало уныние. Не от того, что происходило, а от того, что мне скоро придется расстаться с моим маленьким миром. - Белла, это твоя комната? Как ты в ней живешь это же мечта суицидника! – В комнату ввалилась Элис с моим чемоданом. - В каком смысле? - В прямом, - фыркнула девчонка, - ты посмотри как ту все мрачно, мне даже не по себе. Тебе вот не кажется, что сейчас из-под кровати выпрыгнет монстр? Или из шкафа вылетит привидение? Я осмотрела свои апартаменты и ничего такого не заподозрила, старые обои на стенах, темный шкаф для одежды, фиолетовое постельное белье, от которого пахнет стиральным порошком. Все по-старому. - Я не понимаю тебя, я здесь прожила всю свою сознательную жизнь. – Мне стало жалко, что так безнаказанно оскорбляют мою микро вселенную. - Белла, не забывай, свое положение, ну я имею в виду, у тебя малыш, - она посмотрела на мой живот. Он еще совсем плоский. Только первый месяц. – Тебе нужно больше света, я уже подготовила тебе комнату, в нашем доме. После…кхм… короче скоро я тебя туда перевезу. И я не хочу слышать протестов! – Элис выставила маленькую ладошку вперед в знак того, чтобы я молчала. Я рассмеялась, ситуация из не веселых, но мне почему-то очень смешно, Элис действительно сумасшедшая. Она смотрела на меня с непониманием, отчего меня так разразил смех. Я и сама не понимала, но остановиться не было сил. Все Белла Свон, ты постепенно сходишь с ума. В комнату вошла мама, держа в руках теплое одеяло. Зачем? Дома же тепло. Или мне только кажется, ведь я не удосужилась, снять куртку в прихожей. - Детка, ты смеешься? – Задала мама скорее риторический вопрос, она обняла меня. Я прижалась к ней, а Элис вопросительно подняла одну бровь и коротко улыбнулась. - Мама, я так вас люблю, - из глаз текли слезы от смеха и слезы от нахлынувших чувств, к родителям. - Не беспокойтесь, Рене, с беременными такое бывает. – Спокойно констатировала Элис и посадила меня на кровать. Мой истерический смех постепенно утихал, и вскоре я успокоилась, только напряжение в мышцах напоминало о моем «припадке». - Ну, ты Белла, поражать умеешь. – Элис села рядом со мной стягивая теплую одежду и обувь. - Я сама не поняла, что со мной произошло, так нахлынуло. Ну не все же мне плакать. Что-то всхлипнуло, я не сразу поняла, откуда раздается звук. Покрутив головой, я увидела маму около шкафа с вещами и что-то рассматривала. - Мам? Что случилось? – Я напугалась за маму, она должна радоваться, что я смеюсь, но все почему-то наоборот. - Я нашла твою фотографию, где ты совсем малышка. – Она повернулась и показала старую потрепанную фотокарточку, где я в голубом платье, на голове два хвостика. По возрасту я не старше пяти лет. Я смеюсь оттого, что держу в руках большого плюшевого медведя, который тогда превышал мои размеры. Сейчас он стоит у изголовья моей кровати. - Белла, это ты? Какая прелесть. Так вот мое желание, пусть малыш будет похож на тебя. – Она осеклась, наверное, забыла, что ребенок, которого я вынашиваю мне чужой. – Ой, прости Белла, забыла. Мама тихо вздохнула и положила фото, откуда достала. Я им всем благодарна, что не начинают меня переубеждать. Это для меня очень важно. Какая из меня мать? Я не знаю, как ухаживать за ребенком, не знаю, как любить его, внутри нет тех головокружительных эмоций и розовых мыслей по поводу беременности, родов, первого крика малыша. Сплошная черная дыра. - Так Белла, что говорил доктор? Спать днем. Тебе это важно. – Элис помогла мне улечься, только зачем? Я вполне самостоятельна. Накрыла меня одеялом, завесила окна плотными шторами, создавая в комнате вечер, и взяв под руку маму, вышла в коридор, тихонько прикрыв за собой дверь. Я снова осталась наедине со своими мыслями. Сон не шел, вставать из нагретой постели желания не возникало. Я повернулась на один бок, потом на другой, легла на живот, вернулась обратно на спину, Под этим пуховым одеялом я чувствую себя начинкой для пирога. Вспомнив про пирог, мне срочно захотелось покушать. Именно такого пирога, который застрял в моей голове. С мясом и грибами. Все-таки выбравшись из постели, я натянула самую теплую кофту, какую только могла найти и спустилась вниз. - Белла, ты почему не спишь? – Боже как с маленькой. - Есть хочу. – По детски, с вызовом ответила я папе. - Что ж ты раньше молчала? Сейчас я что-нибудь приготовлю. – Мама уже повязывала на талии свой любимый фартук и направлялась на кухню. - Мама! – Она обратила на меня внимание, - помнишь ты, когда-то давно готовила вкусный пирог. Можешь еще раз его приготовить? - Да, Рене будь так добра. Белла, поддерживаю твой вкус. – Отец мне подмигнул, а улыбнулась ему в ответ. Папа удивился, но виду не подал. - Давай я тебе помогу? Уж очень хочется кушать. – Начала вытаскивать из холодильника грибы, а мама начала искать на полках книгу с рецептом. Через час все было готово, пирог манил своим ароматом, это потрясающий запах запеченного мяса, поперченного и обмазанным сметаной, и тонкий шлейф грибов так и манили их поглотить, но пока этот кулинарный шедевр остывал, я наслаждалась его ароматом. - Давайте его горячим? А? – Предложила я и облизнула губы. Родители рассмеялись и сели за стол рядом со мной, отрезая мне самый большой кусок. Я ела как голодный волк, трудно протянуть почти месяц на кашах и бульоне, я похудела на пару килограмм. Сейчас я полностью настроена, вернуть их. Я ела, быстро обжигая язык, небо, но темп не сбавила. Папа, наблюдая за этим, налил мне стакан холодного молока. Я ему так благодарна за все. Вскоре я осилила и второй кусок, поменьше в размере, но не менее вкусный. Когда мой желудок был наполнен до предела, я встала из-за стола и по очереди поцеловала родителей. Прошла еще неделя, Элис приезжала ко мне каждый день. Иногда она приезжала к нам вместе с Эсми, но она задерживалась ненадолго, так как думала, что родители ей не рады. Она всегда уезжала по делам. Но Элис бы не остановил мой «суровый» папа, и уж тем более мама. С Элис мы общались на все темы, гуляли по городу, заезжали в магазины и кафе. Самая ее отличительная черта, она ни на минуту не замолкает. Это просто заведенный робот. В один из таких дней, мы с Элис заехали в наш любимый ресторанчик, она заказала себе кофе, я мороженое, вроде бы ничего не предвещало беды, если бы не ее устрашающее молчание. Она большими пальцами теребила краешек чашки и не поднимала глаз. - Элис, что случилось? – Я начала волноваться за подругу. Она никогда не замолкала больше чем на десять минут. - Тут ситуация так сложилась, хотя термин и умные слова не помогут. Белла, я знаю, что ты это не хочешь. Но свадьба состоится завтра. Ложечка, которую я держала выпала из моих рук, кровь отлила от лица, тело стало холоднее мороженого. - Как завтра? Почему вы мне ничего не сказали? - Белла, а ты не следишь за датами? – Элис была сама подавлена. - Нет. – До меня начало доходить, что все это время я просто закрывалась в своей скорлупе, пряталась от мира. Не решала проблемы, нет. - Скажи, ты готова сделать этот шаг? - У меня нет выбора. – Я тихо вздохнула и украдкой стерла слезинку. Не стоит сейчас показывать свои чувства, наревусь вечером с одиночеством.