Utinam veniat

__ — Ты чертов урод, Поттер, тебе ясно?! Кто просил тебя вмешиваться? — Драко, я хотел как лучше… — А получилось как всегда! Отец отказался от любого лечения теперь, ясно тебе? Ты этого добивался, да? — Успокойся, ты же знаешь, что нет. Почему он так отреагировал? — А как ему ещё реагировать? Мы не для того отвалили половину состояния, стараясь сохранить анонимность, чтобы ты растрепал его диагноз по всей магической Британии! — Зато я нашёл ему врача, готового дать хоть какие-то гарантии! Я думал, Малфои умные… — А ещё гордые. По крайней мере отец. И он не потерпит помощи от… Тебя. Дверь за его спиной оглушительно хлопнула, Драко, оставшись в одиночестве, закрыл лицо руками. Сил сдерживаться больше не было и он отпустил себя, но слезы все равно не пришли. Он столько лет не плакал, что уже, кажется, и забыл как это делается. Ну какой Мерлин дёрнул его за язык рассказать об отце — и кому, Поттеру! Расслабился, называется, забыл кто перед ним. Никогда нельзя расслабляться. Ни на секунду. С чего он вообще взял, что чертовому гриффиндорцу можно доверять? Как был в школе придурком, так и не изменился. Придурок. Слегка успокоившись, Драко выпрямился и, вздохнув, собрал себя в кучу. Теперь ему нужно было придумать, как уговорить отца вернуться в Дубровник, откуда Люциус примчался в Англию, чтобы лично выразить своё неудовольствие сыном, длиной его языка, умением выбирать друзей и умственными способностями в целом. -- На следующее утро Драко проснулся рано. Когда он спустился выпить среднего качества кофе в кофейне, его руки над сколотой с одной стороны кружкой слегка подрагивали. Мысленно он тысячу раз продумал свой план по пунктам, доходя до кульминационного момента. Что будет потом, когда его идея воплотится в жизнь — знал один Мерлин, так что сам Драко предпочитал об этом не думать. Позавтракав, он вернулся в номер и принялся мерить шагами комнату. Без двадцати десять мужчина разделся и достал из сейфа зелье. Без десяти десять он выдохнул и на одном дыхании осушил флакон. Без пяти десять из зеркала на него глядел, нахмурившись, Блез Забини в новой парадной темно фиолетовой мантии. Снадобье, которое он сварил, было новой, переработанной версией оборотного. Он трудился над ним последние три года, и довёл до ума ровно за неделю до вступления в силу поправки в декрет об использовании в зельях шкур, копыт, гривы и слез тестрала. Доработанное зелье обладало более стойким действием, варилось быстрее, а превращение было менее болезненным, и эффект длился почти сутки, но самым главным его преимуществом было то, что оно копировало не только внешность человека, но и его магическую ауру, а значит ни одно придуманное ныне заклинание распознавания не могло обнаружить под ним скрытую личность. Но, к сожалению, ему так и не удалось получить патент из-за этих дурацких слез тестрала, которые абсолютно нечем было заменить. Зелье так и осталось висеть в стадии клинических испытаний — сварить образцы для тестирования было нельзя, а изъять его из списка означало просто подарить рецепт, пока засекреченный, какому-нибудь проходимцу, так как рецепты всех зелий, отклонённых от испытаний, попадали в открытый доступ. Теперь Драко работал над тем, чтобы заменить ингредиенты на законные, а вопрос об этом варианте снадобья оставался открытым. Без одной минуты десять, в последний раз осмотрев себя в зеркало, Драко трясущимися руками вскрыл второй конверт, переданный Забини и, сжав в руке лист с именным приглашением с координатами трансгрессии, крутанулся вокруг своей оси. __ Июль уже перевалил за середину, когда в Малфой мэнор впервые появился этот человек. Он представился профессором Спэлвиком и, после краткой беседы с Драко, уединился вместе с Люциусом в его спальне, откуда отец, ослабленный болезнью, уже несколько дней не выходил. Что там происходило, парень не знал, но, когда Спэлвик вышел спустя несколько часов, его улыбке позавидовал бы даже Чеширский кот. — Что это значит? — без предисловий обратился Драко к отцу, едва за гостем закрылась дверь, — Кто этот человек? Нарцисса, сидевшая в изголовье кровати, подняла на сына ясный взгляд: — Это тот целитель, Драко. Блондин замер, вытянувшись, словно струна. Несколько секунд он молчал, а когда заговорил, голос невольно дрогнул: — Что он… Что он сказал? Он перевёл взгляд на закашлявшегося отца, а когда снова взглянул на мать, с изумлением увидел, что её глаза блестят. — У него есть зелье. Экспериментальное. Оно пока не прошло испытаний, но можно попробовать. В худшем случае ничего не изменится. В лучшем… — Не стоит обольщаться раньше времени, Нарцисса. Шанс, что оно поможет слишком мал, — начал было Люциус, но Драко его перебил, кажется, впервые в жизни. — Что в лучшем? — Он будет жить. На следующий день, в понедельник, примчавшись на работу ещё до начала рабочего дня, Драко ворвался в кабинет Поттера и швырнул на стол изумленному аврору бутылку лучшего коньяка из подвалов мэнора. -- Направленная трансгрессия перенесла его к приветливо распахнутым воротам поместья Поттера. Мужчина горько усмехнулся — надо же, выбирали дом вместе, а теперь ему, Драко, и не вспомнить как сюда попасть. Он медленно прошел через густой сад, усаженный тисами, вспоминая истерический смех далекого от травологии Гарри, когда он узнал название этих деревьев. Поляна перед огромным старинным домом была празднично украшена, в дальнем её конце стояла высокая, увитая цветами магическая арка — через неё должны были пройти молодожены после венчания для подтверждения связи. Длинные столы, приготовленные для фуршета, но пока пустые, сверкали белоснежными скатертями, в высоких изящных вазах стояли благоухающие камелии. Надо же, а у грязнокровки есть вкус. Народу собралось не много, как и обещали — Уизли всех возрастов, Грейнджеры, коллеги и друзья Поттера из аврората. Кивая и пожимая руки всем, кто кидал на него взгляд, Драко подошёл к столу и замер, не зная что делать дальше, когда позади него раздался знакомый голос: — Блез! Наконец-то. Как всегда пунктуален? Мы только тебя и ждём. Ты один? Сердце Драко пропустило один удар. Обернувшись, мужчина увидел Гарри, стоявшего в метре от него — впервые так близко за этот чертов год. Поттер выглядел великолепно — в простой тёмной мантии, прямоугольных стильных очках, его волосы были красиво причёсаны, а глаза смеялись. Жадно окидывая взглядом его фигуру, Драко, кажется, забыл как дышать, а когда вспомнил, произнес, молясь Мерлину, чтобы голос не дрожал: — Гарри. Извини, если опоздал. Панси… Сам понимаешь, она на последнем месяце, а путешествие через портал может вызвать преждевременные роды. А она не горит желанием рожать во Франции, так что… — он развёл руками, как бы показывая, что ни при чем. Гарри слушал его, наклонив голову вбок. Драко сглотнул и невольно отвёл взгляд. __ От Поттера пахло перегаром и маггловскими сигаретами. Не самое приятное сочетание, но Драко было плевать — по крайней мере в данный момент. Они уже выпили подаренную Малфоем бутылку коньяка и зашли в дом на площади Гриммо за ещё одной, а в итоге… В итоге Драко оказался прижатым к стенке прямо посреди длинного коридора. Кажется, он даже экстренно протрезвел, почувствовав, как Гарри, часто дыша, запускает пальцы в его волосы. — Поттер, что ты… Не успел он опомниться, как мужчина наклонился и впился в его губы. Поцелуй был не глубоким, словно аврор ждал сопротивления, но Драко, почувствовав вдруг невероятную слабость в коленях, только замер, широко распахнув глаза. Это было настолько же приятно, насколько неожиданно. Губы у Поттера были мягкими, но властными, а поцелуй — невероятно нежным, но настойчивым. Спустя бесконечные секунды он, наконец, заметил, что Малфой не отвечает, и отстранился. В шальных зелёных глазах промелькнула искра сознания, Гарри с ужасом отпрянул. — О Господи. Господи. Господи, Драко, прости, я… Я не знаю что на меня нашло. Он отступил на шаг, но тут же вернулся в исходное положение, едва успев подхватить покачнувшегося от неожиданности блондина. Драко растерянно коснулся пальцами своих губ и поднял взгляд на Поттера. Тот смотрел на него с непередаваемой смесью тревоги, тоски и… Ожидания. — Нет, серьёзно, если ты сейчас врежешь мне и уйдёшь, я пойму… — начал было Гарри, но тут Драко подался вперёд и зажмурился, впервые в жизни целуя другого мужчину. Они целовались долго, не останавливаясь, словно оторваться друг от друга означало перестать дышать. На ощупь добравшись до гостиной, Гарри повалил блондина на старый потертый диван. Драко вздрогнул, когда холодные пальцы коснулись его живота, пробираясь под рубашку и глухо застонал, почувствовав, как кровь приливает к паху. Таких ощущений он не испытывал прежде ни с одной девчонкой, и даже мысль о том, что он целуется именно с Поттером не смогла заставить его остановиться. Мантии и рубашки полетели на пол, и Драко растерял остатки самообладания, когда мускулистый горячий торс аврора прижался к его животу. -- Арка едва заметно засветилась, объявляя о начале церемонии и приглашая гостей занять свои места. Подождав, пока большинство волшебников рассядутся в плетёные кресла, Драко нашёл своё, в дальнем ряду и совсем не элегантно плюхнулся в него, чувствуя, как трясутся колени. Он, конечно, понимал, что соскучился по Гарри, но чтоб настолько… Трёхминутный разговор с мужчиной словно опустошил его — вести дружескую беседу с Поттером, стоящим так близко, что можно было почувствовать аромат его парфюма, таким родным, красивым, и не иметь возможности прикоснуться, пропустить сквозь пальцы гладкие длинные волосы — все это было сродни настоящему испытанию. Под сводом арки стоял пастор Ласкоу, перед ним, спиной к гостям, расположился Поттер вместе со своим свидетелем — Уизли, конечно. Они перешёптывались с громкими смешками, но как Драко ни старался, не смог услышать, о чем они говорят. Он огляделся по сторонам: весь передний ряд занимали рыжеволосые Уизли, на их фоне выделялась только темная макушка рядом с Джинни — видимо, тот самый Дин Томас. Когда мужчина повернул голову, обращаясь к своей спутнице, Драко, наконец, вспомнил его. На втором ряду сидели родственники Грейнджер, Драко не смог побороть в себе желание презрительно усмехнуться, увидев в руках у пожилого маггла явно не волшебную фотокамеру. Третий и четвёртый ряды делили между собой коллеги и друзья Гарри — человек двадцать в общей сумме, большинство из которых Малфой видел впервые в жизни. В воздухе зазвенела красивая мелодия — казалось, она исходила из ниоткуда и отовсюду одновременно. Гарри обернулся, ласково улыбаясь кому-то за их спинами, и гости один за другим начали поворачиваться в своих креслах. __ — Поттер, что из моих слов тебе не понятно? Повторю ещё раз — иди к черту! — Нет. Драко задохнулся от возмущения, когда Гарри прошёл мимо него в гостиную мэнора и, швырнув чемоданы в угол, уселся на кожаный диван. — Никуда я отсюда не уйду. Я не для того столько времени тебя хотел, чтобы сдаться только из-за твоего сволочного характера. — Ага, я помню, с самого шестого курса хотел, конечно, верю, — скептически скрестил руки на груди блондин, становясь напротив нежданного гостя, — И какого дьявола ты приволок сюда эти баулы? — Я решил, что раз ты такой мудак, а бросать я тебя все равно не собираюсь, то лучше действовать от противного. Я буду жить с тобой. Малфой задохнулся от возмущения: — А меня спросить не забыл?! Может быть, я не хочу с тобой жить. — А чего ты тогда хочешь? — флегматично спросил шатен, глядя на висящий на стене портрет. — Чтоб ты свалил из моего дома куда подальше, и чем быстрее, тем лучше. — Нет, не на этот раз. Мы уже год с тобой живём от ссоры к ссоре. Мне, знаешь ли, уже не пятнадцать лет, хочу какой-то стабильности. Надоело, что ты срываешься на мне из-за каждой мелочи, а я, как верный конь, скачу за тобой в ожидании примирения. Может, если мы будем жить в твоём доме вместе, тебе не удастся уйти, хлопнув дверью? -- Из поместья вышла Грейнджер. В первую секунду Драко её даже не узнал — в длинном белоснежном облегающем платье и фате с густой вуалью она выглядела фантастически. По рядам пронесся восхищенный вздох, Малфой прикрыл глаза и присоединился к общим овациям. Черт с ней, Мерлин ей судья, все равно не видать ей Поттера как своих огромных оттопыренных ушей. __ — Я тебя люблю. Рука с чайной ложкой, неторопливо помешивающая крепкий кофе, замерла. Драко резко вскинул голову и посмотрел на любовника. — Что? — Я тебя люблю. Правда. — Не говори так. — Мы вместе почти два года, десять месяцев из которых живем вместе. Тебе не кажется, что пора бы это сказать? — Может, нам ещё и пожениться? Пригласить всех друзей, родственников, Уизли твоих позвать? Гарри устало закатил глаза. — Во-первых, они не мои. А во-вторых, почему бы и нет? Мы давно вместе, нам хорошо друг с другом, мы словно мысли друг друга читаем! Почему бы нам не объединить наши рода? Я чистокровный волшебник, у меня неплохое состояние и престижная работа, не говоря уже об Ордене Мерлина первой степени. Думаешь, твои родители будут против? — Думаю, что даже думать об этом не хочу. — Зачем ты так? Ты же понимаешь, что все не может оставаться на месте вечно — мы движемся, наши отношения, они движутся. Признай, этап «да это просто потрахушки с симпатичным парнем» уже давно позади. Мы пара, более того, уже год живем вместе. Не знаю, как ты, а я уже давно готов сказать — я люблю тебя, Драко Малфой. -- — Дамы и господа, волшебники и волшебницы, магглы и полулюди! Мы собрались здесь сегодня, в этот солнечный летний день, чтобы связать узами брака этих двух молодых людей, прошедших, как говорится, per aspera ad astra. Они познакомились много лет назад, будучи ещё маленькими невинными детьми, а теперь стоят здесь, как мужчина и женщина, готовые признаться в своей любви перед Богом. Драко закатил глаза. Мерлин всемогущий, а отец прав, пастор Ласкоу и правда дерьмовый проповедник. Но остальным, похоже нравилось. Миссис Уизли на пару с миссис Грейнджер промокали глаза салфетками. Глядя на их счастливые лица Драко невольно испытал стыд от того, что собирался сделать. __ — Может, сотрём ему память? — Ты что, сдурел? Да ладно тебе, Рон никому не расскажет, — Гарри стушевался под полным сарказма взглядом любовника и добавил, — Наверное. — Блядь, неужели его в детстве не учили, что нужно стучаться когда приходишь в гости? — Ну он же не ожидал что я буду дома… Не один. Да что ты так переживаешь? Три года как-никак. Удивлён, что мы раньше не спалились. Нам давным давно пора было сделать уже этот каминг аут. — Каминг аут? — истерично воскликнул Малфой, — Каминг аут?! Да в гробу я его видал, как и твоего рыжего дружка. Я только-только начал восстанавливать свою репутацию, а тут такой скандал. Так и вижу заголовки газет: «Герой Магической Британии в отношениях с сыном Пожирателя смерти». — Знаешь что, если не хочешь «гробить свою репутацию» отношениями со мной — я могу уйти, — очень тихо сказал Гарри после паузы. Драко, мрачно посмотрев на него, молча вышел из комнаты. -- — Согласны ли Вы, Гермиона Джин Грейнджер, взять в мужья Гарольда Джеймса Поттера? — Да, — голос девушки, звонкий, словно колокольчик, пролетел над толпой. — Согласны ли Вы, Гарольд Джеймс Поттер, взять в жены Гермиону Джин Грейнджер? — Да, — улыбнулся Гарри, но Драко все равно уловил его секундное колебание перед ответом. — Прошу вас обменяться кольцами. Драко затаил дыхание, глядя, как грязнокровка надевает простое золотое колечко, протянутое ей Ласкоу на маленькой розовой подушке, на безымянный палец Поттера. Со стороны гостей раздались неуверенные хлопки, но быстро смолкли — церемония ещё не закончилась. — А теперь прошу вас, мистер и миссис Поттер, пройти через арку согласия. Если ритуал был проведён верно, по взаимному согласию, вы выйдете из неё мужем и женой перед Господом и Министерством магии. Малфой почувствовал, как подступающая паника бьется в висках головной болью. Больше всего ему сейчас хотелось вскочить и убежать куда-нибудь подальше, но он усилием воли заставил себя не шевелясь смотреть, как Гарри, взяв Гермиону за руку, делает шаг вперёд и… Словно натыкается на невидимую стену. Нахмурившись, Поттер снова шагнул в арку, но снова отступил назад. Он растерянно оглянулся на недоумевающую Гермиону, пастора, окинул быстрым взглядом гостей и, наконец, опустил взгляд на своё обручальное кольцо. Под его взглядом золотой ободок начал преображаться, и через секунду на месте тонкого колечка, которое они с Гермионой выбрали вместе месяц назад, оказался рельефный перстень белого золота. Расширив глаза, Гарри сорвал его с руки и прочитал выгравированные на внутренней части ободка инициалы: «Д. М». __ — Поттер, мне уже надоели эти разговоры ни о чем. Какой смысл обсуждать это раз в неделю, чтобы в итоге прийти к тому же самому результату? — Я просто хочу быть с тобой вместе, не скрываясь, что в этом плохого? — Ну почему ты такой упрямый? Тебе недостаточно, что знают Уизли, Грейнджер, Блез, мои родители? По-моему, круг «осведомлённых» и так уже слишком велик, что тебя вечно тянет его расширить? — Ты меня стесняешься. — Нет. — Я же вижу, что да. — Слушай, Поттер. Ты просто не представляешь как я устал от этих твоих идей. У тебя толпа поклонниц — и поклонников. Почему бы тебе не найти себе какую-нибудь фанатеющую дуру и не выносить мозг ей, раз уж ты без этого не можешь прожить и недели? Прости, но у меня вот эти твои закидоны аля «а почему бы нам не рассказать всему миру, что мы геи и трахаем друг друга» уже в печёнках сидят. — Закидоны… Чтож, я понял. Приятно оставаться, Малфой. Гарри молча развернулся и вышел, громко хлопнув на прощание дверью. Драко со злости запустил ему вслед серебряным подсвечником и сжал пальцами виски. -- Гарри непонимающе уставился на гостей. Его взгляд перескакивал с лица на лицо, пока, наконец, не остановился на смуглом лице Забини. Драко оцепенел, видя, как в зеленых глазах разгорается опасный огонёк. — Фините Инкантатум, — тихо, но очень громко в этой звенящей тишине, произнёс Поттер достав из кармана палочку и направив её на мужчину. Раздались изумленные восклицания, когда на месте Блеза оказался сидящий, скрестив руки на груди, Драко Малфой. Гермиона, переведя взгляд со своего кольца на перстень Гарри, тихо охнула, закрыв рот рукой. Ну надо же — грязнокровка, а такая догадливая. Драко сидел, не шелохнувшись, отрешённо разглядывая траву под ногами. Его ход был сделан, теперь дело за Поттером. В наступившей тишине он отчетливо слышал шорох сминающейся под тяжестью шагов аврора травы. Гарри схватил его за запястье и, с силой сжав пальцы, сдёрнул блондина со стула как тряпичную куклу. — Ты охренел? В зеленых глазах плескалась такая неприкрытая ярость, что Драко стало по настоящему страшно, но он лишь насмешливо вздёрнул подбородок, глядя бывшему любовнику в лицо. — Что ты тут устроил? — Ты хотел огласки? Вот тебе твой каминг аут, мистер Поттер. Вернее, мистер Малфой — отныне, присно и во веки веков. — Черт тебя раздери, придурок, я не верю, — прошипел Гарри не хуже змеи, волоча за собой Драко через проход к арке. Тот и не думал вырываться, ослепительно улыбаясь шокированным гостям и молясь, чтобы ноги не подкосились от страха. Промчавшись мимо ошарашенной Грейнджер, Поттер на секунду замер, но тут же сделал шаг в арку. Драко вошёл под её своды вслед за мужчиной, и тут же магические цветы, оплетающие деревянные колонны, вспыхнули алым пламенем. Магический брак был заключён. — У тебя будет пять минут, чтобы объяснить мне какого Мерлина ты сотворил. Не придумаешь ничего умного — зааважу. Нет разницы быть разведённым или вдовцом — а я хоть пар выпущу. Спустя десять минут они оказались вдвоём в Поттеровском кабинете в поместье. Гости в срочном порядке были разосланы по домам, Гермиона, видимо, уединилась где-то в доме. Драко сидел в кожанном кресле, куда его швырнул новоиспеченный супруг, потирая запястья, Поттер же навис над ним, поставив руки на подлокотники кресла, отрезая путь к отступлению. — Как грозно. Лучше ты объясни мне, какого черта пропал на целый год и устроил весь этот спектакль на пару со своей подружкой. — Спектакль? По твоему, свадьба — это спектакль? — Естественно. Уж только мне не рассказывай о внезапной смене своей ориентации и безграничной любви к Грейнджер, ладно? — А ты не думал своим крохотным пропитым мозгом, что, возможно, я её действительно люблю? Драко хрипло рассмеялся ему в лицо. — Любишь? Ну конечно. Знаю я что ты любишь. — Нихрена ты не знаешь, Драко, — вдруг спокойно произнес Гарри, пристально глядя ему в глаза, — Ни-хре-на. Он так неожиданно отступил назад, что Малфой покачнулся в кресле. Выпрямившись, он с осторожностью начал разглядывать Поттера. За тот год, что они не виделись, аврор сильно изменился — отрастил волосы, сменил очки, да и в целом выглядел куда лучше чем прежде — сказывались постоянные тренировки на службе. Где-то в груди у блондина неприятно кольнуло. — Я не знаю, что значит этот твой жест, Малфой. И знать не хочу, если честно — просто давай разойдёмся по хорошему. — Нет. — Что значит нет? — Нет значит нет. Я никуда не уйду отсюда. — Отлично, тогда располагайся, я распоряжусь, чтобы повестку в суд на развод тебе прислали сюда, — Поттер раздраженно отвернулся, намереваясь выйти из комнаты, но Драко проворно схватил его за руку. — Я не хочу разводиться с тобой. — Ну конечно, — саркастично засмеялся Гарри, высвобождая запястье, — Когда нужно было, ты не хотел выходить замуж. А теперь не хочешь разводиться. — Поттер, ты же сам хотел открыться, чем ты опять недоволен? Гарри опешил. — Погоди, ты что, серьёзно? Я могу понять, что ты хотел сорвать мою свадьбу, потому что был зол, и все подобное… Но тебе не кажется, что шутка затягивается? — тон у мужчины был таким, словно он разговаривает с тяжело больным человеком, — Ты красиво отомстил, теперь пора мирно развестись и жить дальше. — Я не буду разводиться с тобой, — упрямо ответил блондин. Гарри устало потёр лицо руками. — Ты понимаешь, что год прошёл? Между нами все кончено, понимаешь? У тебя есть невеста, у меня есть Гермиона. — Да ладно, я прекрасно понимаю, что ты все это сделал, чтобы позлить меня. Гарри расхохотался, заставив бывшего любовника испуганно вздрогнуть. — Позлить? Тебя? Я целый год потратил на то, пытаясь забыть тебя, чтобы теперь вернуться и злить? Господи, да ты реально чокнулся. Ладно, делай что хочешь. Заявление на развод я напишу сам, — он открыл дверь кабинета и сделал шаг в коридор. — Я люблю тебя, Гарри, — тихо, не громче шепота, раздалось из-за его спины. Аврор замер. Оглянувшись, он без улыбки посмотрел в серые глаза человека, за которого год назад был готов без раздумий отдать свою жизнь и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.