Founder Effect Chronicles: My Blue Lotus

Лотосы — цветы слов и забытья. Э.М.Ремарк Что в этом плохого? Любовь должна возникнуть из похоти. Если ты избегаешь похоти, ты будешь избегать и самой возможности любви. Любовь — это не похоть, это правда; но любовь не лишена похоти — это тоже правда. Любовь выше похоти, да, но если ты совершенно разрушишь похоть, то разрушишь саму возможность того, чтобы из грязи возник цветок. Любовь — это лотос, похоть — грязь, из которой вырастает лотос. Бхагаван Шри Раджниш

— Т'Сони... — настороженно произнес Хэмминг, выходя из-за спины Шепарда и при этом чуть прихрамывая. — Я, черт возьми, напросился с Шепардом не для того, чтобы вы тут игрались в кровную месть и эту игрушку под названием "друг моего врага"! — Кенни! — глаза Лиары расширились, а Хэмминг вздохнул свободнее, будто только что узнал, что казнь отменена, и он прощен. — Ты ведь должен быть сейчас на своей станции! Почему ты с Шепардом?! — Нет времени объяснять! — Хэмминг под удивленным взглядом как Шепарда, так и Миранды подошел к вышедшей из-за стола Лиаре и обнял ее, затем сжал крепче и поцеловал. Все удивились, но каждый по-своему. Миранда просто ощутила неприязнь и непонимание происходящего, но ее удивление не знало границ, потому как она задавалась вопросом, мучающим каждую женщину, которая рассталась с мужчиной и видит его с другой — была измена или нет. Шепард решил выразить эмоции более спокойно, вполне четко пробормотав, что между ними искры сразу сверкать начали, просто это заметил только Джокер, а сам Шепард даже и не верил. Никсерис просто начала ловить челюсть, хотя одна азари когда-то убеждала Хэмминга в том, что азари обычно сдерживаются. Видимо, сейчас был не тот случай. — Ты уверен? — четко спросила азари Хэмминга после поцелуя, а ее тон совершенно не соответствовал произошедшему между ними только что. — Точно? — Да, коллега, — кивнул Хэмминг. — Более чем. — Коллега? — приподнял брови Шепард. — У них что, ролевые игры? — обратился он к Миранде, которая уже нащупывала ПП на поясе, поняв, что что-то не так, хотя вроде бы ничего не предвещало беды. Синхронная атака от Хэмминга и Лиары пришлась по туловищу азари, заставив ее постоянный кинетический щит рухнуть, а саму — пошатнуться. Но секретарша успела зажечься биотикой. Шепард был бы рад поучаствовать — да вот незадача, Т'Сони и Хэмминг опять начали действовать синхронно — Лиара подняла секретаршу к потолку, а Хэмминг, уже достав пистолет, расстрелял не способную сопротивляться азари. — Можно было допросить, — укоризненно проговорил Хэмминг, с теплой нежностью смотря на Т'Сони. — Связка, которую мы отрабатывали давным-давно. Было трудно не закончить, — небрежно бросила Лиара, всё ещё держа холодное выражение лица, и наконец открыто улыбнулась. — Обязательно было целовать? — Я хотел позлить свою бывшую, — прямо сказал Хэмминг, усмехаясь. — Но если я поцелую тебя в следующий раз — знай, что это стало нормой. — Я дам тебе в лоб в следующий раз, — позволила себе смешок Лиара. — Уже забыл наше прощание? — Не бурчи, — Хэмминг подошел ближе и прикоснулся ладонью к щеке азари. Она не прильнула или выказала удовольствие — она выжидала. — Ты что, совсем не спишь за своей работой? — его голос стал обеспокоенным, а пальцы пробежались по головному отростку Лиары, теперь уже заставив ее искать этих прикосновений дальше. — Я тебя прекрасно понимаю, но эти мешки под глазами... И ты такая худая... Стоит пригласить тебя в кафе, я думаю. Шепард, мы долго на Иллиуме будем? Хотя... Что-то мне подсказывает, что здесь мне больше помогут, чем на твоем корабле. Лиара, ты в курсе, что моя станция взорвана, и единственное что я смог оттуда увезти — это базу Дельты и субъект "Феникс"? — они секунды три посмотрели друг другу в глаза. — Нет, не делай такой взгляд, только не это! Хуже, чем тогда! Лиара не выдержала и засмеялась опять. Им обоим вспомнился тот вечер. * * * — И вот она мне сказала, что я просто... я просто... — Хэмминг допил новерийский ром в своем стакане и повернул лицо к Лиаре снова. — Эх, Лиара, ты меня одна, черт возьми, можешь слушать... Лиара? — Да, Кенни, — шмыгнула носом девушка. — Но ты ведь тоже слушаешь меня, как будто твои проблемы — это мои... тьфу-ты! Мои проблемы это твои, я хотела сказать! — Но получилось эпично, я чуть не подавился закуской! — хекнул Хэмминг и подсел поближе к азари, которую уже начало кренить в дрему. — Знаешь, — жарко прошептал туда, где по идее должно располагаться ухо азари, Хэмминг, — а ведь у меня есть для тебя... живой. — Кто живой? Шепард? — встрепенулась Лиара. — Ты об этом мне уже сказал! Мы ведь по этому поводу говорим. Они его вероятно сумеют... — Не-не, не тот живой, по фигу на Шепарда, этот круче! — Хэмминг толкнул азари в плечо и посмотрел немного уже расклеившейся от упоминания Шепарда и в то же время заинтересованной азари в глаза. — Живой протеанин-проти. Леди, между прочим. — Что?! — азари не поверила своему слуховому аппарату, потому повернулась всем корпусом к не менее пьяному, чем она, человеку, и притянула его к своему лицу почти за шкирку. — Ты сейчас не... — И не посмел бы соврать, милая моя Лиара, — взгляд Хэмминга блуждал по ее лицу недостаточно расфокусировано, чтобы невозможно было понять, что в нем появилась уже знакомая муть страсти. — Субъект "Феникс", запомни. И... Можно я тебя поцелую? — Ты пьян. — Ты тоже. — Ты же знаешь, что я тебя не... — Нет, любишь, я чувствую, — помотал головой Хэмминг. — Не так, как ты относилась к Шепарду, но к нему у тебя целый букет эмоций. Подумай, ты бы сделала то же самое для меня, что ты сделала для Шепарда? — Я не... — Лиара странно задумалась и все-таки выдала. — Да. Определенно да. — Ответ удовлетворительный, — приблизил свое лицо Хэмминг к ее и мягко коснулся ее губ своими. — Но я все-таки думаю, что я предала его тем самым, — прошептала она в те губы, что ее только что целовали с неприкрытой нежностью. — Что бы думал ты? — Если бы я узнал, что девушка целенаправленно искала мой хладный труп, чтобы похоронить, но в итоге это привело к тому, что на нее ополчился сильнейший информационный Брокер всей чертовой Галактики и к моему воскрешению из мертвых почти целиком? Ты не могла его отпустить. — Да, я не могла дать ему уйти... Я... — Но я не могу или... или даже не хочу называть то, что ты к нему чувствовала или чувствуешь любовью, Лиара, — прошептал Хэмминг, вновь целуя азари, но на сей раз немного глубже. — Я не смог бы бросить друга, с которым многое пережил. Да, вы, азари, долго отходите, а у тебя еще и Бенезия была... Тем более, он... — Он был бы первым у меня, если бы ответил на чувства, — ладонь Лиары легла на место над сердцем Лейфа, которое стучало как проклятое только лишь из-за их близости и нетрезвости одновременно. — А Бенезия... Я помню, как ты заплакал, когда обнимал меня там. — Я виноват в ее смерти, Ли. — Нет, виноват был Сарен. А Шепард никогда бы не сказал, что он виновен, — Лиара закрыла глаза и на ее ресницах появились слезы, заставившие сердце в груди Хэмминга сжаться и сбиться с ритма на пару ударов. — Он всегда считал себя правым. Даже когда убивал Царицу, он думал, что прав... — Мы были в ауте, признай, — Хэмминг грустно усмехнулся. — Мне показалось, что он думал, что ты бредишь от смерти матери, а я чертов придурок, который поддакивает подружке, в которую влюблен. — А ты был... влюблен? — по-детски вгляделась в лицо Лиара, хотя Хэмминг отворачивал взгляд. — Я думала, тебе просто интересно со мной, ведь ты не чувствовался при "объятии", как тот кто... — Я хорошо себя контролирую, — Хэмминг опять приблизил свое лицо к Лиаре и спросил. — Но ты права, я интересовался тобой как... коллегой. Даже просто как представительницей азари. Как девушкой — в последнюю очередь, когда хоть на мгновение сходила эйфория от наших с тобой разговоров или тренировок, и я останавливал взгляд на твоей фигуре, а не слушал тебя. Ты ведь необыкновенная, ты знаешь это? Причем во всем, Ли... Азари потемнела и сама потянулась поцеловать Хэмминга, запустив пальцы той руки, что не была над солнечным сплетением Лейфа, в его белые волосы, которые в свете бара, где напивались друзья, были подобны седым. Он ответил ей со странной робостью, будто не веря, хотя его руки уже обвили талию азари и прижали ее ближе к себе. Они целовались так впервые, чувствуя странную целостность и ощущая всполохи эмоций друг друга, но Хэмминг сумел совладать с собой и оторвался от Лиары, чтобы прежде все-таки уточнить. — Мы это сделаем прямо здесь, в "Вечности"? Мне кажется, той азари-бармену совершенно точно не нравится, что в ее баре случится что-то подобное тому, что крутится в моей голове. И судя по тому, что крутится в моей голове, нам точно понадобится постель или хотя бы крепкий стол. А здесь эти столы... — Помолчи, — Лиара заткнула своего, как оказалось, не просто друга поцелуем, которым он наконец сумел по достоинству насладиться, ведь они развернулись так, что, открыв глаза, Хэмминг видел оценивающий взгляд той самой азари-бармена. — Мы сейчас ко мне домой... — Аэрокар твой где хоть, — Хэмминг, отступивший от Лиары на пол шага, но держащий ее за талию, мельком посмотрел на бармена, когда Лиара решала вопрос их транспортировки. — Хотя погоди, дай расплачусь... И возьму себе рома наутро, не думаю, что у тебя есть новерийский. — Хорошо, Кенни, — азари вновь притянула к себе его и слишком смело для себя, какой она была всего год назад, поцеловала. — Я буду ждать тебя у выхода. — Здравствуйте, — подошел Хэмминг к барной стойке. — Можно пожалуйста Новерийский Ром? И будьте добры, объясните взгляды на меня и Лиару? — Серьезно? — матриарх Этита, а это была именно она, спросила его и продолжила. — И кто ты такой? — Лейф Хэмминг, — Кеннет усмехнулся, увидев реакцию на его фамилию. — Берегу Лиару с того момента, как повзрослел достаточно, чтобы убийства собственными руками не шокировали окружающих. Я не думал, что у нас с ней дойдет до такой близости, но она слишком дорога мне, и ей слишком плохо сейчас и вообще, в последнее время, чтобы я пускал это на самотек. — У вас с ней серьезно? — не меняя тона повторила Этита. — Если нет... — Все зависит от нее, — Хэмминг перегнулся через стойку и выдохнул, — дорогой тесть. — Твой ром, — рыкнула дочь крогана и матриарх по совместительству. — Об этом — молчи, если не хочешь, чтобы "Затмение" тебя... — Следите за поставками наркоты, мать, — хмыкнул Хэмминг. — Из Терминуса через годик может побежать гадкий песочек. Все, кто попробует, проблемы обнаружит с контролем себя, хотя биотика будет нехилой. Вероятный поставщик — волус-клан, если судить по моим анализам. Если попробует азари — крышу намертво снесет, а ведь азари потом не успокоишь — биотику сорвет вместе с крышей. — Откуда информация? — Сеть Цербера взломал, когда пробрался на один объект, потому что хотел успокоить вашу дочь. Думаете, что мы тут отмечали? — Я запомню тебя. — Я был тогда с ними, — негромко проговорил Лейф, заметив промелькнувшую в глазах Этиты боль. Что бы азари ни говорили о том, как они относятся к смерти, все тлен, когда видишь эту боль. — Бенезия не виновата. Я не сумел ей никак помочь справиться с давлением той штуки... Она заставляет делать людей страшные вещи, кажется, что это не ты — так сказала Бенезия. Она помнила о том, что вы ей говорили о Лиаре всю свою жизнь. "Крылышко", так ведь? — Я... — Этита растерялась, наверное, впервые за многое время, потому как выглядела она явно не в своей тарелке. — Бенезия любила меня, так ведь? — Я не знаю, — Лейф покачал головой. — Она умерла отнюдь не героем для всех, но вы должны знать, я так считаю. Она, черт возьми, спасла миллионы жизней там, на Цитадели, своим поступком! Она смогла побороть индоктринацию, а это вообще невозможно, если что! Я... Я предоставлю вам данные. Вы, как я понимаю, имеете прямую связь с вашим правительством. Но я прошу, оцените данные и не давайте их тем, кто гарантированно в них не поверит. — Не учи крогана бодаться, — напутствовала Хэмминга Этита, хлопнув по плечу и показав на Лиару, уже в нетерпении мнущуюся возле входа в бар. — Удачи тебе с ней. — Спасибо, папа, — хихикнул Хэмминг и рванул по направлению к Лиаре. "Папа" смачно выругался и покачал головой. — Люди все придурки, но... Но этот... Просто мастер. Заплатить забыл, а ром взял. * * * Поцелуй. Еще один. Попытка распаковать обтягивающее тонкую фигуру Лиары платье. Не получилось. А вот майка с Хэмминга снята, как до этого была снята неизменная его на "гражданке" рубашка. Милитари-стиль не слишком шел Лейфу, хотя он и сам не очень любил быть цивилом, потому носил вещи дизайном постарше, хотя для инопланетян они были скорее в новинку. — Как эта штука, — Лейф провел по спине Лиары и поцеловал азари, — та, что на тебе, черт возьми, снимается? Просвети недоумка, а? ТСони легко засмеялась и притянула его к себе. — Давай дойдем до кровати! — Я не против, но распакуйся, я хочу тебя ис... — поцелуй, — сле, — еще один, уже в ответ — довать, фух! Лиара, мне кажется, или в постели мне стоит ждать страсти, достаточной для всего отеля "Лазурь"? — Ты там был? — немного обеспокоенно взглянула в лицо Хэмминга азари. — Просто если да, то знай, у меня совершенно нет опыта! Сейчас я вряд ли способна на стеснение, но... — В нашем алкоголе слишком мало крови, — Лейф начал обследовать губами шею хотя бы на сегодняшний вечер и ночь СВОЕЙ И ТОЛЬКО СВОЕЙ азари. Хэмминг вполне понимал, что сейчас у них какая-то переходная фаза, и все решится после "объятий вечности". Единственное, что четко отображалось в мозгу Лейфа, не считая хмельного тумана — завалить чертову азари своими эмоциями и не дать ей заглянуть в свое прошлое даже случайно. Доверие, конечно, круто, но не в первую же ночь! — Нет, не был и не собираюсь. Я вообще не любитель борделей... Хотя прекрасно знаю, что такое лазурь... Сними платье! — Хочешь... Мою лазурь? — опять очень мило потемнела азари и притянула Хэмминга к себе одной рукой, держа его взгляд своими ясными и сияющими глазами, а другой, кажется, расстегивая платье каким-то мистическим образом. — Я... Хэмминг перебил ее, начав целовать, и попытался найти застежку еще и у лифчика, но уж это-то точно было везде одинаково, как он думал. Хотя, собственно, зря, что привело к тому, что Лейф опустился на колени, прежде заставив азари сесть на пол, и заполз под ее ноги, закинув их себе на плечи. Осталось лишь раскрыть цветок. — Ты прекрасна, — проговорил сквозь тяжелое дыхание Хэмминг, смотря на азари снизу-вверх восхищенным взглядом. — Я не могу больше... — Ты... Кенни... — Мой лотос... — его губы прикоснулись к самому сокровенному на теле юной азари и прошептали после первого ответа этого тела на мягкое и будоражащее движение. — Мой Синий Лотос...