Волк

– Просто скажите мне, как вы допустили такое? – Питер размахивает руками, возмущаясь, – Всё под контролем, да, конечно. Я понимаю, Лайф – он парень – для него этого не особо важно, а ты! Куда ты смотрела? Неужели ты не понимаешь, что это груз на всю жизнь? Нет, я не дам тебе погубить свою жизнь, завтра мы едем в больницу делать аборт. – Это еще не точно! Почему ты не спрашиваешь меня? Знаешь, если моё мнение для тебя ничего не значит, хотя для мамы оно значило бы многое, на твоё мнение мне тоже будет плевать! – Марлин начинает дышать чаще, чувствуя, как всё в её груди сжимается от боли и осознания того, что она одна. – Мама бы поняла меня, она всегда меня понимает, в отличие от тебя. – Ты не хуже своей матери! Такая же безответственная и глупая, а ещё ты никогда не думаешь о последствиях. – Не надо сваливать всё на маму, – отчётливо проговаривает девушка, ударяя кулаком по столу. Марлин разворачивается, быстро скрываясь в дверях. Она бежит к своей комнате. А он не понимает, никогда не понимал. Упав на кровать, девушка прижимает к себе подушку, отдаваясь слезам и эмоциям. Она не чувствует поддержки ни с одной стороны, кто бы на ней не находился: отец, парень, родители парня, – все словно восстали против неё и того, кто находится в ней. Это не правильно и никогда не было правильным. Марлин в которой раз убеждается, какой ужасный из её отца психолог, но она не понимает того, что он такой же человек, как и она, и у него полно переживаний. Два человека, являющихся опорой друг для друга, рушат совместную баррикаду, которая всё это время помогала им держаться.

***

Третий день Марлин не выходит из свой комнаты, позволяя находиться рядом с собой лишь Гарри. Отсутствие вестей со стороны Лайфа заставляет девушку чувствовать себя потерянной и брошенной всеми, кроме младшего брата, который не проронил ни слова о беременности. Несколько слабых ударов в дверь, и в комнате появляется женщина. Она осторожно проходит к кровати, присаживаясь рядом с телом девушки, лицо которой повёрнуто к стене. Длинные пальцы медленно зарываются в тёмных волосах, отчего Марлин резко оборачивается, замечая рядом с собой того, кого ждала больше всех. Девушка не раздумывая кидается в объятия Виктории, а та с радостью отвечает ей. – Как ты здесь, малышка? – спрашивает женщина, улыбаясь, – Я приехала к тебе. – Ужасно, – тихо шепчет Марлин, прекращая обнимать Викторию, она медленно отстраняется, – я беременна, мой парень считает, что это убьёт меня, и поэтому ненавидит ребёнка, а отец восстал против меня и малыша, ещё сказал, что я такая же глупая, как мама. Я не разговаривала с ним уже три дня, а с Лайфом и больше. Все те, в ком я видела опору, ушли, оставив меня. – Дорогая, я понимаю тебя и понимаю Лайфа, Питера. Ты должна осознать, что ребёнок это большая ответственность, которая падает абсолютно на всех в твоём окружении. Питер любит тебя, детка, он просто не понимает, что ему делать сейчас, не хочет испортить твою жизнь или лишить тебя её. Лайф тоже любит тебя и он боится, что ребёнок от него убьёт тебя, ведь без тебя не будет существовать и всего мира для него. Они все слишком сильно любят тебя, хотят защитить и сохранить твою жизнь, чего бы им это не стоило. Поговори с Лайфом, как только соберёшься с мыслями, ведь вы те, кто породил жизнь, и вы должны вместе решать вопросы, касающиеся её, – Марлин, опустив голову, кивает, осознавая всю правильность и разумность слов своей тётушки. Она чувствует вину перед Лайфом, выбора и возможности высказать своё мнение которому не дала, и отцом. – А теперь приведи себя в порядок и спускайся вниз, там нас всех ждёт серьёзный разговор о дальнейшей судьбе зарождающейся в тебе жизни, – Виктория слегка наклоняется, оставляя на лбу девушки поцелуй.

***

Гостиная на первом этаже заполнена людьми, собравшимися на семейный совет. Марлин медленно спускается, отсчитывая ступеньки до момента, когда ей придётся встретиться глазами со всеми членами теперь уже большой семьи. На секунду девушка усмехается, удивляясь, как Питер решился собрать в своём доме несколько волков и хранительниц природы. Полнейший хаос: громкие разговоры, споры, редкий смех малышей, – среди всего этого, запустив руки в волосы, сидит Лайф. Его взгляд стеклянный, а сам он слишком бледный для здорового и сильного парня. Гарри, заметив спустившуюся Марлин, тут же подлетает к ней, беря под руку. Он слабо улыбается, показывая свою поддержку. – Думаю, нам пора начать, – Аделаида поднимается с дивана, и все в один момент замолкают, устремляя свой взгляд на неё. – Все уже знают о сложившейся ситуации, а точнее, о беременности Марлин. Мы собрались здесь сегодня не для того, чтобы осуждать теперь уже взрослых людей, не для того, чтобы приказывать им, а для того, чтобы помочь определиться с дальнейшей судьбой, а также сказать некоторые наставления, – Гарри крепче сжимает вспотевшую ладонь девушки, успокаивая. – С давних времён, когда по нашей земле уже бродили большие стаи, в одной из них появился на свет белый волк. Никто не предал этому особого значения, лишь цвет его шерсти заставил их задуматься, но когда за первые годы своей жизни он ни разу не издал воя, стая стала принижать его. Изначально волчонок был замкнут, не отличался особыми способностями и был ограничен в навыках и познаниях. Через некоторое время, примерно после двух лет после рождения, белый волк неожиданно издал свой первый вой, когда жуткие боли охватили его тело. Это продолжалось до становления его настоящим волком, до становления его вожаком. Он был избран самим правителем, возмутив тем самым стаю. Одна негодующая женщина, желавшая, чтобы место вожака принадлежало её самцу, навела на волка проклятье, сказав, что не будет ни у него, ни у его потомков счастливой жизни в кругу своей семьи, и каждый из них пройдёт через то, через что прошёл этот волк. Через поколения на свет появлялись белые волки, и судьба каждого из них тот же час повторялась. Не было у них ни счастья, ни семьи, лишь горе о потерянной любимой. И сколько бы раз волки не пытались строить семью, они надеялись на то, что проклятье обойдёт их стороной, но крупно ошибались, потому что судьба не прекращала повторяться. Каждый белый волк был обречён на потерю любимой, совсем не важно, каким образом, будь то естественная смерть или вынужденная. Я думаю, многие из вас знают легенду о Белом Волке и жене его Таиссе, верной хранительнице города нашего. И много легенд таких по свету ходит – о защитнице стаи Герде, которая спасла своего вожака, отдавшись смерти вместо него, о Марго, родившей белому волку несчастное потомство из трёх волков, убивших мать их и вскоре отца. – Ситуация повторяется вновь, – Свеа шагает вперёд, останавливая мать своего мужа, которая, казалось, могла ведать о легендах целую вечность, – мы видим белого волка, судьба которого вполне предсказуема. Марлин, избранница, мне не хочется говорить этого, но тебя ждёт смерть. – Мы можем исправить это? Вколоть сыворотку, провести какой-нибудь обряд, избавиться от плода, в конце концов? – мужчина нервно постукивает по своему колену, с надеждой смотря на Аделаиду. – Плод от белого волка силён в утробе матери, но слаб по своему рождению. Он развивается быстро, забирая всё, что ему нужно для роста и поддержания жизни. Простое зелье здесь не поможет, оно только укрепит волчонка, если это вообще волчонок. Если же мы решим убить его, то вместе с ним уйдёт и возможность Марлин когда-либо иметь детей. – Возможно ли сделать так, чтобы сохранилась жизнь и Марлин, и ребёнка?.. – Виктория поднимает голову, не скрывая слезящихся глаз. Она познала несчастье потери ребёнка, потери себя. – Шансов крайне мало, – парень поднимается с места, озаряя Марлин мимолётным взглядом, – большая вероятность того, что смерть неизбежна, в нашем случае умрёт кто-то один. Я выбираю смерть того, что живёт внутри Марлин, – челюсть Лайфа напрягается, а кулаки сжимаются с такой силой, что вены на руках вот-вот лопнут от большего напряжения.