Безумные

      В тишине зашторенной комнаты закатные лучи через щёлочку причудливо танцевали на оконной раме, окрасив подоконник малиновой каймой. Бледные пальцы нервно простучали по прозрачному стеклу, затем ладонь сжалась в кулак. Другая рука крепко ухватилась за магический посох. Стукнув им по паркетному полу, эльф пронаблюдал, как последние искринки Силы в кристалле потухли. Пройдя вдоль стены, он остановился у высокого шкафа с сетью узоров, напоминающих цепочку гор. Чародей махнул ладонью, отчего узоры разбежались в стороны, а дверцы с тихим щелчком распахнулись. Посох встал на своё место и стал пропитываться магией, слегка потрескивая с таким звуком, словно лёд опустили в горячую воду и он разломился пополам.       Эльф расстегнул пуговицы на своей рубашке, распахивая её и открывая подтянутый торс. Вздохи его были глубокими, сбивчивыми, а тело не чувствовало ничего, кроме усталости. В голове засело желание до одури напиться. Дрожащей рукой маг поднял глиняный кувшин с узким горлышком и склонил его над хрустальным бокалом с золотыми узорами, которые овивали ножку фужера, словно ветви дерева. По стенкам тут же заискрилось вино, настолько кровавое, что эльф невольно вздрогнул. Несколько красных капель стали стекать по фужеру, обволакивая тыльную сторону ладони. Отставив чистейший хрусталь с пряным напитком на стол, эльф поднёс руку ко рту и аккуратно слизал винные капли холодным языком. – Восхитительное зрелище.       Ладонь чародея устало опустилась. Он зажмурил свои льдистые, почти бесцветные глаза, поворачиваясь в сторону тёмного угла, из которого донёсся приглушённый, но такой горячий шёпот. – Я бы предпочёл личную аудиенцию с королём завтра утром, а не ночью, когда безмерно устал, – промолвил эльф, неосознанно отступая назад. – Я мог бы помочь, – хищно скалясь, из тени вынырнул Эредин Бреакк Глас. – Нет, не нужно приближаться ко мне, – заявление чародея не терпело компромиссов.       Эредин на секунду остановился, дёрнув плечом. Его взгляд жадно пожирал распахнутую рубашку и грудь, поднимающуюся от нервного дыхания. – Здесь приказы отдаю я, – усмехнувшись, король продолжил делать медленные шаги в сторону чародея. – Мне не терпелось лично переговорить именно сейчас, Карантир. – Неужели король настолько полон эгоизма, что не дает своим рабам даже ночи, чтобы отдохнуть после нескольких дней выполнения его же приказов?       Эредин почувствовал на себе гневный взгляд льдистых глаз, но не остановился. Теперь двух эльфов разделял только стол. – Ты не раб, – спокойно произнёс Ястреб, облокачиваясь о поверхность тёмного дуба ладонями.       Карантир сощурился, отчего казался ещё злее. Его пальцы сжали хрусталь, вино снова расплескалось наружу, обагряя бледную кожу руки и контрастно на ней выделяясь. – Как же… – Карантир подавил смешок, поднося бокал к губам.       Пряный напиток обжог горло, забирая вместе с собой весь гнев. А Эредин всё стоял и наблюдал, как его навигатор большими глотками допивает вино, оставляя бокал пустым, но тут же заполняет его заново, чтобы снова выпить. Королю нравилось замечать, как ещё совсем молодое тело быстро хмелеет, зрачки глаз расширяются. Нравилось слышать, как сердце бьётся чаще, а дыхание становится более неровным и сбивчивым.       Медленно обогнув стол, Эредин остановился возле Карантира, осторожно касаясь своей рукой хрупкого хрусталя, что крутился в дрожащих руках чародея. Забрав фужер, король стальной хваткой вцепился в подбородок навигатора, резко поднимая его лицо, чтобы встретиться с ним глазами. В растопленном льде блестел голубой огонёк, еле заметный, ещё только разгорающийся.       Карантир недовольно отвернулся, избегая пальцев короля. Но Эредин тут же прижал чародея к себе, заключая в цепкое кольцо из рук. Чёрные волосы взметнулись от резкого движения и опали на лицо Эредина, облепили острые скулы и тонкие губы. Карантир, тихо вздохнув, словно успокаивая себя, посмотрел в зелёные глаза короля и сразу же разомлел. Может, вино так быстро ударило в голову, а, может, отсутствие плотских наслаждений, но он непослушными пальцами стал расстегивать многочисленные пуговицы на тёмных одеждах Эредина, аккуратно снимая их и оставляя валяться под ногами. – А говорил не приближаться к тебе, – Эредин выдохнул горячий шёпот в ухо Карантира, прежде чем выпустил язык и провёл его кончиком по мочке острого уха. – Тебе же нравится. – Совсем не нравится, – буркнул чародей, довольно закрывая глаза от наслаждения и продолжая расстёгивать рубашку короля.       Эредин стал покрывать пылкими поцелуями шею мага, руками поглаживая его спину. Ладони начали опускаться ниже, остановились на упругих ягодицах и переместились обратно на талию. – Нравится, – достаточно твёрдо заявил король, опуская руку к ремню Карантира.       Ладонь Эредина упала на напряжённый бугор в штанах чародея. Тяжёлое дыхание Карантира сменилось стоном невероятного наслаждения. Его пальцы, наконец, справились со всеми пуговицами чёрной рубашки, стянули мягкую ткань с плеч, оголяя короля.       Эредин нетерпеливо толкнул навигатора в сторону, отчего тот упёрся в стену спиной, ударившись плечом о шкаф. Дверцы с громким жалобным скрипом распахнулись, посох, вибрируя, словно недовольно брюзжа, вывалился, стукнувшись своим кристаллом о пол. Карантир обеспокоенно покосился в сторону своего магического оружия, но его волнение тут же сошло на нет, потому что Эредин стал прижиматься своим горячим телом к его собственному.       Король стал покрывать грудь Карантира ещё более пылкими поцелуями, страстно покусывая выпирающие горошины сосков. Чародей довольно выдыхал, слегка постанывал, запуская пальцы в чёрные, немного жёсткие волосы Эредина, натягивая их и сжимая в кулаке. Эредин стал опускаться ниже, проведя языком влажную дорожку до пупка. Остановившись у края приспущенных штанов, он сильнее впился в кожу, оставляя бардовые пятна от своих зубов. Его ладонь скользит в штанах, поглаживая стеснённый орган сквозь ткань белья. С губ Карантира снова срывается стон удовольствия, оказавшийся громче предыдущих. Эхо его голоса стало разлетаться по комнате, намереваясь просочиться сквозь запертую дверь и прогуляться по всему дворцу. В ответ на стон удовольствия своего хозяина посох засветился ярким синем пламенем, всполохи которого мгновенно перекрыли весь остальной свет в помещении. На тело Карантира стали падать синеватые блики, делая тьму на нём контрастнее, понуждая её скрывать возбуждающую наготу от глаз короля.       Эредин отстранился на мгновение, чтобы полюбоваться красотой молодого тела под голубыми огнями. Сейчас навигатор казался слишком бледным, будто в действительности покрыт инеем. Кусочком идеально ровного льда, который хочется растопить и испить. Синее пламя, играющее на его коже, вырисовывало извилистые запятые, обводило самые интимные участки, словно подсказывало, в каких именно местах следует ласкать мага.       Губы Эредина стали влажными от слюны, а рот приобрёл необыкновенную пылкость. Он сжал член Карантира ладонью у основания, прошёлся языком по всей длине, останавливаясь на головке, изливающейся прозрачной смазкой. Кончик его языка проскользнул в разрез на головке, отчего Карантир приглушённо застонал, сильно оттягивая пряди чёрных волос Эредина, которые до этого просто сильно сжимал в кулаке.       Возбуждение мешало нормально думать, слишком быстро гоняя кровь по организму. Свободная рука Эредина опустилась между собственных ног, освобождая налитый кровью член.       Карантир был готов сползти по стене на пол. Он сильнее вцепился в волосы короля, путаясь в них пальцами. Неосознанно потянул голову Эредина ещё ближе к своему паху, погружая свой член глубже в его горячий рот. На щёки чародея высыпал жаркий румянец, стоны стали на порядок громче и уже отчётливо разносились по длинному коридору за дверью.       По мышцам пробежал ток, а перед глазами заплясали огненные всполохи. Дыхание вырывалось сипло. Ещё сильнее надавив на голову Эредина, Карантир зарычал, чувствуя подступающую разрядку. Эредин стал активнее работать языком, по его подбородку стекали слюни и выступившая смазка. Почувствовав, что Карантир содрогается от наступающего оргазма, король расслабил горло, впуская член мага глубже. Горячие струи спермы стали биться в глубине глотки.       Ноги Карантира тряслись, он уже, и правда, стал съезжать по стене, но Эредин, отерев мокрый рот ладонью, развернул навигатора лицом к стене и провёл рукой между его ягодиц, заставляя заново задрожать. Казалось, что сил у Карантира не хватит даже на стоны. Он лишь шумно гонял воздух, закатывая глаза от удовольствия. Эредин стянул с расслабленных плеч мага прилипшую к коже рубашку. Коснулся губами ямочки между лопаток, собирая языком солоноватые капли пота. По коже Карантира тут же побежали мурашки, он довольно выгнулся, прислоняясь лбом к стене.       Эредин провёл членом между ягодиц мага, оставляя огромное количество смазки. Его движения были аккуратным, любовными и почти нежными. Но терпения Эредину никогда не хватало, поэтому он даже не стал обращать внимания на то, что брюки Карантира болтаются где-то в районе колен. Сильно вцепившись в бока навигатора пальцами, непременно оставив на бледной коже синяки, Эредин вошёл в Карантира, громко застонав, утопив в своём голосе лёгкие постанывания Карантира.       Карантир и не думает сопротивляться, его мышцы расслабленны, он безоговорочно позволял грубо иметь себя. Эредин сильно толкался бёдрами, с каждым разом всё больше вжимая тело навигатора в стену. От каждого толчка Карантир сильнее стонал, а от звука его голоса посох сильнее пылал синим пламенем. Голубые огни красиво ложились на его спину, очерчивали мышцы. Эредин провёл ладонью по спине Карантира, губами впился в плечо.       Эредин наслаждался бархатной бледной кожей, вдыхал её запах, целовал, ласкал языком и оставлял глубокие укусы, которые сразу наливались кровью. В ответ на это Карантир ещё сильнее выгибался, громче стонал. Эредин провёл рукой по животу Карантира, ладонь поднялась до груди и вцепилась в шею, властно требуя повернуться. Карантир обернулся и встретил пылкий поцелуй. Губы пробрала жуткая боль – Эредин сильно прикусил нежную кожу своими зубами. Во рту почувствовался вкус металла и вина.       Король знал наизусть каждый изгиб тела навигатора. А Карантир знал, как заставить Эредина сбросить свою королевскую маску, забыть о своей гордости и злости ко всему миру. Чародей откинул голову назад, прислоняясь макушкой к пылающей груди Эредина. Его волосы прилипли к вспотевшей коже короля, защекотали и добавили ещё больше пленительных ощущений. Эредин опустил голову, оставляя на шее мага лёгкий поцелуй. Тот в ответ шумно вздохнул, начал хрипеть.       Карантир сильно устал и всё-таки немного съехал по стене. Эредин раздвинул его ноги шире, стал входить глубже и быстрее. Он зашипел, расцарапал спину Карантира ногтями и дёрнулся в последний раз, входя во всю длину. Член окутал сильный жар, мышцы Карантира сжали его, обхватив и доставив уйму изумительного удовольствия. С пошлым хлюпом Эредин вышел из Карантира. Сперма полилась по дрожащим бёдрам навигатора. Он осел на колени, продолжая упираться в стену лбом. Эредин опустился рядом, небрежно откинув волосы с лица.       Карантир вяло пересел, облокотившись спиной о стену. Его голова успокоительно легла на плечо Эредина, а лицо оказалось закрытым чёрными прядями. Король довольно положил подбородок на макушку мага и вдохнул аромат его волос, расслабленно закрыв глаза.       А синее пламя от кристалла в посохе ещё больше запылало. Но оно уже не освещало комнату, как свеча. Оно создавало интимные потёмки, соблазнительные тёмно-синие тени, играющие на обнажённых телах.