Любимое сокровище

До завтрака - Минхек. После обеда - Ю-Квон. Перед репетицией - ДжеХе. Время от времени- Кен. Каждую ночь - ПиО. Они отдаются лидеру без малейших отказов, стонут, извиваются под ним, кончают только тогда, когда он того захочет, удовлетворяют любые его заморочки, умоляют трахать их быстрее, брать жестче, целовать не останавливаясь. Зико установил правила: хочешь партию побольше - изволь подставиться под член. Вскрикивай, прогибай спину, трясись от вожделения, будь добр, притворись дешевой шлюхой. Зико не просит, не намекает. Его покладистые безделушки сами закрывают за собой дверь на глухой щелк. Ведут себя, по-уличному, развязно. Кто - ради удовольствия, кто - из-за появившихся, случайных, чувств. Но Зико надо, когда мало эмоций и необязательное «спасибо» в конце. Без тормозов, без ожиданий, без романтики. С Тэилем иначе. Чихо из кожи вон лезет, чтобы тривиально случайно не прикоснуться чрезмерно грубо или не в меру настойчиво к своему желанному сокровищу, не затащить его в подсобку и не изнасиловать, смакуя каждой бесовской секундой этой, по-идиотски, сладкой и разбивающей его жизнь, связи. Но он не станет обжигать его кожу поцелуями, не будет сходить с ума, когда старший робко отведет глаза и раскраснеется, поджав тонкие пальцы к губам, не услышит его звучных стонов под собой и не сможет почувствовать как болезненно узко и горячо внутри любимого хена. Чихо до черта уверен, что не подходит главному вокалисту: он взбалмошен, его мечты непостоянны и несерьезны, настроение не устойчиво, а слова не имеют правдивых подтверждений. Пересекающихся стезей нет, ведь Тэиль по-детски наивен, застенчив - никогда не говорит того, о чем думает, о чем мечтает, чего хочет. Неподдельный и хороший. Хороший настолько, что Зико иногда хочется вырвать у старшего сердце, чтобы тот стал бесчувственной, охолодевшей мразью и пользовался Чихо, как куклой, но это желание испаряется так же быстро, как и появлялось - хен приходится по вкусу лидеру таким, каков есть. В другого Тэиля Зико бы не влюбился - так, что сносит крышу; так, что перехватывает дыхание, когда слышишь, как старший мелодично смеется; так, что ежеминутно думаешь о том, как будешь касаться его губ - своими, грубыми и обветренными; притягивать к себе за измятую футболку; холодными пальцами изучать его тело; в экстазе шептать непристойные слова на ухо; провоцировать хена на рваные и неуверенные поцелуи, от каких Чихо терял бы рассудок; и доводить старшего до безумства. Хотя, разве так нужно обращаться с самым дорогим, что есть у него в этой жизни... Уж лучше Зико будет лишь только наблюдать, находиться на расстоянии и хмелеть от одного лишь вида Тэиля, ведь именно так относятся к своим драгоценностям, единственным и незаменимым. Чихо не будет просить. Даже ему не хочется, чтобы его сокровище разбивалось. Разобьется Тэиль - разобьется Зико.