Да как так?!

      Я пришёл в себя от того, что кто-то тряс меня за плечо. Немного пожмурившись, я приоткрыл глаза. Поначалу всё было расплывчатым, и я не сразу понял, кто меня трогает, поэтому испугавшись, я пнул этого человека, не контролируя свои силы. Он, немного пошатнувшись, отошёл на безопасное от меня расстояние. А я, из-за резкости своих действий, умудрился слететь с того, на чём сидел, плюхнувшись на асфальт. Сфокусировав своё зрение, я смог чётко разглядеть господина Вамми, а повернув голову назад, я понял, что упал со скамьи и приметил картонный пакет с надписью на английском.       Я ещё жив. Это хорошая новость, но… Как я тут вообще оказался?       Поднявшись на ноги, я тут же схватился за свою голову. Она буквально каждой своей клеткой отдавала отчёт о небольшом сотрясении.       Как эта девчонка посмела меня ударить об стену снова?! Я невероятно зол!       — Мне позвонила юная леди с вашего телефона и примерно описала, где вы находитесь.       Она лазила в моих карманах… Неприятно…       — Прежде чем вас привести в чувство, я спросил у того господина, кто, когда и как сюда вас принёс, — пока Ватари говорил, я снял свою обувь и сел обратно на скамейку в свою обычную позу. — Мне рассказали, что девушка несла вас на своей спине и аккуратно сюда положила…       Я потянул руки к пакету и взял его кончиками своих пальцев. Повернув его другой стороной, я прочитал на ней извинения.       Она меня победила и за это извинилась? Странное поведение для киры, если она им, конечно, является.       — Потом она проверила вашу температуру.       Я резко повернул к нему голову, как только он договорил эту фразу. В голове кольнуло, как иголкой (а в сердце странно ёкнуло?..). Она ко мне ещё и прикасалась!       Ватари сел рядом со мной и обратил свой взор куда-то в небо.       — И вы ей проиграли?       — Я ещё не проиграл, — упрямо ответил я. Ей у меня никогда не выиграть, — она застала меня врасплох своей реакцией. Как и в институте, но завтра… нет, даже сегодня! Мы должны её поймать! — Я, отложив пакет, прикусил ноготь своего большого пальца, начиная его нервно грызть. — Она первая начала, бросив мне вызов…       — А мне она сказала, что вы первые полезли в драку, и она не виновата в том, что случилось.       — …       Передав пакет в руки Ватари, я попросил его посмотреть, что там находится. Он выполнил мою просьбу, и мне было представлено два вида сахарной ваты, которую скорее всего купили у того человека, что сейчас стоит за тележкой со специальным оборудованием.       — Я спросил, куда она направилась после этого, но…       — Деньги предлагал?       — Как он сказал, цитирую: «Девушка очень сильно просила не говорить, куда она пошла, иначе этому молодому человеку будет неинтересно её искать», — он еле заметно улыбнулся.       — Поехали в дом, где она сейчас проживает. Она наверняка отправилась обратно, «выкурив» тебя оттуда…       Мерзавка, воспользовалась моим телефоном, чтобы позвонить Ватари и решила таким образом вернуться в укрытие. Но надолго ли ты там сможешь остаться?

***

      Я бежала, рассекая воздух, надеясь опередить Ватари и Рюдзаки. Надеюсь, с этим детективом всё в порядке, и он не получит вдобавок ко всему ещё и солнечный удар.       Я повернула за угол, и мне оставалось всего лишь перебежать улицу и забраться на второй этаж по стоковой трубе. Не сильно надёжный способ, но это лучше, чем парадный или чёрный вход. Лестница наверх всё равно остаётся у всех на виду!       Сократив расстояние между мной и трубой, я с опаской повисла на ней, проверяя таким способом, выдержит она меня или нет. А то ещё оторвётся как в некоторых фильмах, и я сразу привлеку внимание абсолютно всех, кто находится в заведении…       Убедившись в её устойчивости, я стала так же не делая резких движений, «ползти» по трубе вверх. Добравшись до заветного балкона, я потянулась до балконных железных перил. Ухватившись за них, я медленно отпустила трубу и полностью повисла на перилах. Подтянувшись, я села на них, как кошка, и спрыгнула на пол, забыв об осторожности именно в этот момент.       Скрипнув от досады зубами, я зажмурила глаза на долю секунды, пытаясь услышать посторонние шорохи. Убедившись, что на этаж никто не поднимается, я подошла к двери и тихо опустила ручку двери вниз. Я отворила дверь, проходя внутрь на цыпочках. Остановившись в середине зала и пригнувшись, я вытянула шею, смотря в коридор. Поняв, что на этаже всё ещё никого нет, юркнула в комнату, которую с недавнего времени стала считать своей. Наивная…       Найдя довольно большую сумку и бросив её на середину комнаты, я стала скидывать вещи первой необходимости: нижнее бельё, пару футболок, свитер, две пары штанов, босоножки, одно платье, пару париков разного размера. Думаю, лучше переоденусь в Хину и отправлюсь на работу. Мне через час уже надо быть на съёмке, а там я уже и к Мисе попрошусь, а если не получится, пойду в отель. Денег, думаю, хватит на самый дешёвый номер… наверное.       Ещё я кинула туда пару ручек, тетради, которые купила для конспектов, наушники, что на мне болтались, кеды, и ещё умудрилась запихать свой портфель с прочими документами, телефонами и бумажником. Когда сборы сумки были закончены, я наскоро скинула с себя нынешнюю одежду и стала натягивать платье, попутно ругая его узость. Также сменила линзы на зелёные, после быстро надев на себя парик и пригладив растрёпанные волосы.       Засунув снятые мною вещи в большую сумку, я наскоро закрыла молнию и плюхнулась на кровать, надевая чулки.       За всё то время, что я находилась дома, моё сердце не могло утихомириться и билось так, словно меня скоро должны отправить на расстрел. Послышался скрип дверной ручки, и я буквально застыла в позе, когда одна нога к верху, а юбка задрана так, что было видно моё нижнее бельё.       Всё… Меня нашли…       Я громко сглотнула подступавший ком в горле, но он возвращался вновь. В голове была полная каша из криков своего здравого смысла и инстинкта самосохранения, но тело оставалось неподвижным, будто его облили быстросохнущим бетоном.       К моему не то счастью, не то разочарованию, в комнату вошла госпожа Миято. Я виновато опустила голову, скрывая свой взгляд.       Я подставила её. Теперь ей будет очень тяжело из-за меня. Если она меня простит, я буду на седьмом небе от счастья. Краем глаза я увидела её выражение лица, которое говорило, что следователи уже здесь и довольно долго.       Меня слегка потряхивало от неловкого молчания. Дотянув последний чулок, я, всё так же не поднимая головы, уставилась в пол еле сдерживая слёзы.       — Я…я… Вы будете правы, если меня сейчас передадите полиции, — она молча прикрыла дверь и придавила её, облокотившись спиной. — Или если позволите мне уйти, то говорите всё, что потребуется: что я угрожала вам, убила кого-нибудь на глазах. Делайте всё, что посчитаете нужным… Мне очень жаль, что всё так вышло, я…я… Простите меня, — я всё-таки расплакалась.       Прикрыв своё лицо руками, я стала снова вытирать свои глаза, а лицо стало потихоньку нагреваться, из-за чего мои щёки стали красными. Женщина всё ещё молчала, и это молчание на меня давило и душило изнутри. Снова скрипнула дверь.       Она решила меня сдать? Это единственно правильное решение…       Украдкой взглянув на неё, далее я недоумённо посмотрела в её сторону, потому что она вовсе не собиралась уходить. Госпожа Миято лишь настороженно выглянула из моей комнаты и снова закрыла дверь, щёлкнув замком.       После, подошла ко мне и присела на корточки, посмотрев мне в лицо.       — Успокойся, я не собираюсь тебя им отдавать. Несмотря на то, что мы с тобой знакомы всего лишь три месяца, для меня ты стала дочерью… Я вырастила троих великолепных мужчин, но я всегда мечтала о маленькой девочке… К сожалению, высшие силы мне её не подарили… — она говорила, мягко и нежно поглаживая по голове. — И хоть на три месяца, но я получила то, о чём мечтала, спасибо.       Она, прикрыв свои глаза, успокаивающе улыбнулась.       — Вот, держи, — она протянула мне коробочку с изображением мобильного телефона. — Я хотела подарить его Хиро, моему старшему сыну, но он ему уже ни к чему. Раз в неделю сообщай о своих делах. Там также контакт телефона и электронной почты, — когда я взяла её подарок в руки, она обняла меня за шею и покачивала меня из стороны в сторону, всё так же гладя меня по голове и таким образом успокаивая. — Не время плакать. Мне пора, я поднялась под предлогом сделать коллекционный чай, — сказала она, выпуская меня из своих объятий.       Я кивнула, всё так же опустив голову.       — Будь осторожнее, когда будешь спускаться, — она только хотела подняться, как я тут же снова обхватила её руками.       — Я для вас стала дочерью, но вы мне напомнили, что такое мать. Спасибо, — прошептала я ей. — Я никогда не забуду вашей доброты, — она ещё раз меня обняла и мы постояли так ещё немного.       Прощаться было очень тяжело, не говоря о том, чтобы уходить. Они сделали для меня слишком много, а я из-за невнимательности привела в их дом беду.       Поправив своё платье и накинув на себя эту огромную сумку, я вылезла из дома тем же путём, что и залезала. Оказавшись внизу, я обула припасённые мною босоножки.       Добежав «по-девичьи» до ближайшей остановки, я запрыгнула в нужный мне автобус и направилась на работу. Достав свой телефон и убедившись, что не опаздываю, я, расслабившись, села на свободное место, после чего уставилась в окно и сразу же отвернулась обратно. Мимо автобуса, по противоположной полосе дороги, проехал чёрный лимузин по типу Mercedes-Benz 1937 года.

***

      Как только я прибыл на место, моему взору представилось небольшое семейное кафе, высотой в два этажа. Скорее всего, на втором проживает хозяйка и её сын, и, предположительно, подозреваемая. Ватари, выйдя из машины, открыл мне дверь, и я выбрался из салона автомобиля. Засунув руки в карманы, я осмотрел здание с верху вниз и направился ко входу. На двери кафе висела табличка, уведомляющая посетителей об обеденном перерыве по моей просьбе: чтобы не поднимать шумиху, рабочему персоналу можно было сразу же уезжать домой. В общем, у них внеплановый выходной. Когда я открыл дверь, в уши ударил звон оповестительного колокольчика, и моя голова снова стала побаливать. Следом зашла моя правая рука. Обведя заведение взглядом, я нашёл господина Айзаву, господина Укиту и Мацуду. Они сидели за четырёхместным столиком у окна, кого-то ожидая.       Я сел на свободное место, сняв предварительно свои кроссовки. Мы сидели в полном молчании, пока не послышался стук чьих-то спускающихся каблуков. В зал вошла хозяйка. Перед приездом я прочитал её краткое досье:       Имя: Миято Аи, дата рождения: 31 августа 1959 года. Обучалась на менеджера, работает директором своего же кафе. Вдова. Мать троих сыновей: среднего убили за неуплату долгов, старшего убил кира, потому что тот отомстил за среднего брата, убив тех, кто был причастен к его смерти. Единственный оставшийся в живых сын — Миято Рензо, поступил в университет Тоуоу на гос. служащего, а вместе с ним подавала документы некая Хенеко Хилл, которая на самом деле не имеет никакого досье и даже имени.       По слухам, собранными Ватари, история складывается так:       Убитая горем женщина, потерявшая двух детей, решает пригласить к себе студента по обмену из Америки, называющую себя Хенеко, у которой судьба тоже сложилась не лучшим образом. Якобы пожар уничтожил все документы, подтверждающие её личность и существование.       Женщина поставила перед нами поднос с ароматным чаем и небольшим угощением в виде печенья, похожими на зверюшек.       — Добрый день, молодой человек. Зачем пожаловали?       Они явно находятся в сговоре. Но зачем это матери, потерявшей сына от рук киры?       Или же она выступает «за» идеологию киры?       Я поднёс свой большой палец к губам и стал нервно грызть ноготь, устремив свой взгляд на женщину.       По ней не скажешь, что она из болтливых. Видимо, разговор будет долгим.       — Как вы понимаете, мы из полиции, — детективы все без исключения достали свои фальшивые значки и предоставили их хозяйке.       — А вы кем будете?       — Пожалуйста, называйте меня Рюдзаки, — сказал я, не отрываясь от своего занятия.       — Хорошо, Рюдзаки. А вы, как я помню, Ватари? — она посмотрела на моего спутника и тот коротко кивнул.       — Ну, и что же нужно от меня детективам?       Я достал из кармана портрет, сделанный около трёх месяцев назад, тот самый, что показывали в вечерних новостях.       — Вы знаете эту девушку?       — В первый раз вижу… — отведя взгляд произнесла она.       Я прищурился. Она лжет.        — А вот эту? — из другого кармана я достал нынешнюю фотографию Хенеко.       — Тоже…       — На вашем месте, я бы сотрудничал со следствием, госпожа Миято. Вы же наверняка знаете, что эта девушка подозревается в массовых убийствах преступников. И в ваших же интересах её не прикрывать, — мой голос прозвучал бесстрастно и сухо. — Чтобы было понятно, на обоих изображениях одна и та же девушка, только лишь поменяла некоторые параметры своей внешности, — продолжил я свою речь. Женщина явно нервничала, но виду старалась не подавать. — Скажите честно, вам угрожают?       — Нет, мне не угрожают, — на этот раз ответ был более менее правдивым. — Единственный, кто мне тут угрожает это вы!       — Отнюдь. Просто по закону, вы обязаны сотрудничать со следствием, — я перестал грызть ноготь и полез за печеньем. Взяв в руки по одному, я везде откусил головы, а потом уже отправил в рот оставшееся. — Или же, вас могут арестовать за соучастие.       Женщина изогнула свою бровь и приняла оборонительную позицию, положив руки на бёдра.       — Во-первых, вы не имеете право заявляться сюда без ордера на обыск и тому подобное! Во-вторых, официально расследование, касающееся дела киры, было закрыто! В-третьих, где ваши документы следователя? — она ткнула в меня пальцем, после недовольно скрестила руки на груди. — Вы единственный, кто представился без удостоверения…       Женщина сощурила свои глаза и недоверчиво на меня смотрела.       Она неплохо осведомлена по делу. Похоже, девушка убедила её в своей невиновности, но как? И стоит ли это доказательство веры?       — Я не работаю на полицию. Я работаю на L! — это должно ввести её в ступор и, может быть, теперь она будет с нами сотрудничать?       Но её следующей реакции никто не ожидал, так как обычно все, услышав имя L, сразу же как по струнке ходят.       — Вы работаете на L? Правда?       — Да, именно.       Она с хладнокровным лицом указала на дверь:       — Дверь там. Выметайтесь!       Все с удивлением посмотрели на неё, а тем временем женщина набирала обороты, явно собираясь обрушить на нас свой накопившийся за всё время гнев.       — Вы знаете, до какого её состояния довёл L?! Я нашла её всю заплаканную, трясущуюся даже не от холода, а от страха! Вы знаете, что когда я её привела домой, она не могла нормально спать, закрывалась в комнате, вскакивала всякий раз из-за незнакомых ей шорохов и спрашивала разрешение даже в туалет! Это каким же скотом надо быть, чтобы так бедного ребёнка напугать и каким низким мужчиной, чтобы поднять на девушку руку?!       — Эм… ну… — Мацуда хотел встрять и перевести разговор в нужное для нас русло, но тут же получил.       — Молчать! Я ещё не всё сказала! — в помещении воцарилась идеальная тишина. — Именно поэтому, знаете, пусть куда идёт ваш L?       Они украдкой смотрели на меня и с испугом на разъярённую женщину, которая не знала, что L — это я. Все боялись даже предположить, куда же она меня хотела послать.       — Обратно, откуда вылез! Весь народ о нём ничего не знал и на тебе, он появился! Ваш L не является лицом государства и не имеет права мне тут угрожать решёткой! Пошли все вон из моего кафе, пока я не вызвала полицию и не накатала жалобу в местную прокуратуру!       — Но мы и так из полиции…       — ВОН! И если я узнаю, что вы допрашивали моего сына, или более того угрожали ему, я умру, но вашего L из-под земли достану!!! И тогда пусть пеняет на себя!       Мы послушно вышли из заведения, неожиданно для меня, с пустыми руками.       Разговора не вышло…       Вывод: не у всех я являюсь авторитетом…       Я забрался обратно в машину.       А она умеет искать себе союзников и более того, ставить их на свою сторону.       Ну, ничего. Я ещё доберусь до тебя, кира.       Проще всего тебя будет схватить у здания института и отправить на пытки. Но если ты и вправду не кира, то возможно как-то связана с ним. И лучше будет, если я позволю тебе общаться со вторым подозреваемым — Ягами Лайтом. И когда кто-нибудь из вас совершит ошибку, то я сразу вычислю, кто есть кто! Главное — позволить тебе подойти к нам ближе, а если ты являешься убийцей, то не упустишь возможности вступить с нами в «дружеский контакт» и попытаться от меня избавиться.       Это опасно, не говоря уже о том, что это может стоить мне головы, но если не рискну, то не доберусь до истины.

***

      В агентстве кипела своя маленькая жизнь. Я сидела в гримёрке, после очередной фотосъёмки для молодёжного журнала. Мои коллеги сновали то туда, то сюда, бурно обсуждая последние новости и слухи светского мира.       Когда я пришла с огромной сумкой, все очень сильно удивились. Пришлось соврать, что хозяйке срочно пришлось освободить комнату раньше обговорённого с нею срока, за что она мне вернула определённую сумму денег.       Повстречав Мису, я ей сразу рассказала о своём положении и она с радостью согласилась приютить меня, пока я не найду новое жильё. На что я ответила искренними объятьями. Она действительно хорошая и милая девушка, жаль, я не такая…       Только и делаю, что всем неприятности доставляю… Надеюсь с госпожой Миято и её сыном всё хорошо.       Я подпёрла голову рукой и задумчиво смотрела в своё отражение.       — Эй, Хина! От тебя все мухи дохнут и молоко киснет… — сказала мне внезапно подсевшая рядом Миса, надув свои пухлые губки. — Тебя что-то тревожит?       Она обеспокоено посмотрела на меня, ожидая моих откровений.       Увы, но я не хочу тебя втягивать в мои проблемы, по крайней мере, пока не придёт твоё время…       — Ай, пустяки! — я махнула рукой и успокаивающе улыбнулась ей в ответ. — Лучше расскажи, что там у Ханы с Ёширо. — Попыталась я сразу перевести тему, и Амане словно переключилась с одного режима на другой. Так я ещё узнала пару сплетен и немного попыталась объяснить Мисе, кто из них на самом деле не прав и почему.       Обсуждать за спиной, конечно, плохо и мерзко, но что поделать… Когда ты находишься в таком обществе, иногда и не заметишь, что ты в него втянулся и стал таким же. Да и выбора, в принципе, у меня не было. Учитывая, что Амане бывает иногда довольно назойливой, то если бы не умный отвод темы, я бы ещё и злиться стала и ненароком сделала бы ей больно…       Вот что-что, а такого мне пока не надо.       — Ой, ой, ой! — радостно вскрикнула она. — Я вспомнила, какую замечательную новость хотела тебе рассказать! И не только тебе, — она задорно улыбнулась и выставила указательный палец вверх. — Девочки!       Все находившиеся в данный момент модели из интереса повернули к ней головы, замолчав.       — Представляете! Кира наказал грабителя, который убил мою семью! — радостно сообщила она, а у меня кольнуло в сердце. Вот и началось, создание киры номер 2…       — Ну и правильно!       — Ага, поздравляю!       И ещё много одобрительных кивков и высказываний по этой теме. Хотя, я ещё обнаружила пару сомневающихся взглядов в толпе девушек и когда они посмотрели на меня, я пожала плечами, мол, без таких людей никак.       — А ты что думаешь Хина? Правда, кира хороший? — Миса прямо-таки светилась от счастья, и я даже не знала, как лучше: либо сказать ей правду, либо соврать…       Как же всё это сложно… И врать не хочу и обидеть тоже…       — Ну-у… Как бы сказать…       Я даже не успела сформировать и высказать ей свою точку зрения, как она продолжила:       — Я думаю, что кира добрый и хороший человек! Я бы хотела с ним встретиться и поговорить. Ещё поблагодарить за то, что отомстил за меня!       — Миса…       Но Амане, кажется, забыла, что вообще задала мне этот вопрос и решила сделать дискуссию куда крупнее.       — Девчонки! А что вы думаете о кире? Каким вы его представляете?       Ну всё, началось в колхозе утро… Этому конца и края не будет видно!       Как только прозвучали вопросы, заинтересованные в этом девушки сразу же подсели к Амане поближе, ну, а я под шумок выбралась из этого бабского сборища и подсела к тем, кто в данном обсуждении не хотел участвовать.       Наше небольшое трио расположилось на диване, иногда ненароком переглядываясь друг с другом. Я же сидела посередине, скрестив руки и откинув голову назад.       — Ну, думаю, нам не стоит заморачиваться над этим вопросом… — подала голос девушка, сидевшая на другом углу дивана, сложив ногу на ногу и облокотившись на ручку дивана.       — Да, как же так? Люди умирают! А они радуются… Нельзя так… Хина, а ты что думаешь?       — Честно, мне над этим думать не хочется, но как показал исторический опыт, то у этого дурака ничего не выйдет…       Они обе на меня уставились с интересом.       — Ну-у-у… Давайте вспомним какое-нибудь историческое движение. Например, нацистская Германия. Её идеология заключалась в том, что у них «голубая кровь» (скажем так), а у других нет, значит, они не достойны жить и должны умереть. Итог всего этого: СССР разрушил все планы о мировом господстве. * Также, были всяческие эксперименты по поводу создания рая на земле. Одним из них является эксперимент под названием «Вселенная-25»** проводящийся на мышах… — я кратко пересказала, с чего всё началось и чем всё кончилось.       Они жадно ловили каждое моё слово и с удивлением на меня смотрели.       — Да и советую почитать Достоевского «Преступление и наказание». Любого человека, если не другие люди накажут, то жизнь уж точно изрядно потрепает.       — А как думаете, расследование ведётся?       — Так его же вроде закрыли из-за инцидента с агентами ФБР.       — Ну-у, официально уже явно ничего не скажут, — снова встряла я в разговор. — Полиция может и не расследует это дело, но кто сказал, что L — это полиция?       — Думаешь, детектив его поймает?       — Кто знает, возможно, он уже вошёл в контакт с кирой. И теперь они воюют, зная друг друга в лицо? — на последней фразе я шутливо рассмеялась, пытаясь придать своим словам не такой уж и серьёзный тон, но, как говорится, в каждой шутке имеется доля правды.       Потом мы решили отойти от этой темы. Её и так обсуждают на каждом углу, да и если нас услышит другое собрание девушек, то будет стычка, где большинство задавит меньшинство. По себе знаю…       Да и вообще… Из-за того, что сегодня произошло, мне не хочется думать об L и Ягами. Несмотря на то, что я им жить не мешаю, они всё равно продолжают ухудшать мою жизнь. Самое худшее то, что в мои добрые намерения и пофигистическую политику партий в сторону и того и другого персонажа, никто не поверит. И чего это Жека хотел с этим кирой встретиться? Я вот, его увидела: павлин как павлин, да вот жопа одинаково куриная… Уж пусть извинят меня и его фанаты заодно: моего мнения не поменять…       Всё, чего я хочу — это просто попасть домой, но за три месяца меня не посетило ни одной гениальной идеи как это можно сделать. Хотя, это может быть кома? Ну, знаете, такое бывает, когда человек сильно перенапрягается и теряет сознание. А потом случайно впадает в кому. Читала как-то чью-то работу, где как раз такая ситуация была… Только тот человек жил своей обычно жизнью и видел каждый день странного мужчину, который за ним следил, а когда тот вышел из комы, то он понял, что этот мужчина был его лечащим врачом. Только вот проблема, такого мужчину или женщину я не замечала. Уже настораживает. И по-моему, он прожил в своём сознании несколько месяцев, а в коме то ли неделю, то ли две…       Бред… Я сошла с ума. Я потёрла свой лоб и слегка вздохнула.       Три месяца, три… Я даже не знаю, потеряли ли меня или время для меня остановилось? Я не знаю, как папа, ребята, одноклассники…       Я снова хочу сходить с ними в рейд, посмотреть на ночной город, на звёзды…       Спрашивается, а что мне мешает это сделать здесь?       Атмосфера что ли не та, как-то неуютно… Как бы это объяснить… Это не моё место, и я не его обитатель, оно мне чуждо. Да и я была по большей части занята своей безопасностью… Нет, пустые отговорки!       Кира, не время нюни снова распускать, надо срочно искать выход!       — Хина! — из задумчивости меня вывел мой менеджер. — Ещё пару кадров и вы с Мисой можете быть свободны!       — Здорово! — Миса радостно завизжала и вскинула руки вверх. Потом резко подпрыгнув, она через пару широких шагов оказалось возле дивана. — Давай, Хина, постараемся и пойдём домой! О! Может, по дороге мы купим себе что-нибудь сладкое? Но низкокалорийное! — схватившись за моё запястье двумя руками, она потянула меня в сторону, где проходили съёмки и мне ничего не оставалось, как последовать за ней.       После окончания рабочих дел мы с Мисой были просто не в состоянии заходить ещё и в магазин. Поэтому мы решили перебиться чаем, после чего сразу же легли спать. Она мне расстелила запасной футон в зале, и я ещё с тридцать минут не могла уснуть.       Я смотрела в потолок и думала: стоит ли завтра заявляться на пары? Там меня может поджидать следственная группа L, сам детектив и Ягами в придачу.       Кто знает, что у этого детектива в голове? Меня сразу же передёрнуло от мысли, что я встречу детектива вновь, и моё сердце взволнованно кольнуло.       Нет, я должна завтра прийти! Волков бояться — в лес не ходить, а если я проявлю слабость, они меня сожрут и не подавятся. Да! Завтра я приду, и держитесь, мальчики, потому что я не привыкла бояться! Главное, сделать моську кирпичом и пройти мимо: «Я не знаю вас, вы не знаете меня». Да, да! Так и сделаю!