Сделка со зверем

      Влажный ночной воздух холодил оголённые плечи. Сердце готово было выпрыгнуть из груди, а ногам было больно бежать по твёрдому асфальту. Одна мысль засела в голове: "она пришла за мной". Ужас и гнев вскружили голову и подстёгивали Моринт, пока та неслась к кораблю.       Тень преследователя становилась всё ближе, не желая ни на секунду оступиться или дать передохнуть, и Моринт чувствовала себя дичью, загнанной лютым хищником. Свернув на последний прямой проулок, отделявший её от спасительного судна, азари натолкнулась на дрона-уборщика и, перелетев его, упала на гравий. Она в кровь содрала колени, но жгучая боль приглушилась адреналином. Навстречу вышла другая азари, называвшая себя:       — Гилира!       Она не шелохнулась. Она казалась мрачной из-за бившего ей в спину яркого света фонаря. И было не ясно, как вообще ей удалось так удачно оказаться в нужном месте и в нужное время.       — Она пришла за мной! — закричала Моринт. — Прошу, помоги мне!       Гилира снова промолчала, а стук каблуков где-то неподалёку снова привёл Моринт в ужас. Цокоту вторило её готовое выпрыгнуть сердце.       — Что ты хочешь от меня? — спросила наконец Гилира. — Хочешь убить юстициара? Или помочь тебе скрыться?       — Что угодно! — вновь завопила Моринт, поднявшись. — Обещаю, я найду, чем тебе отплатить.       Гилира никак не отреагировала. Ход её мыслей бесполезно угадывать. Она спокойно обошла собеседницу, встав у той за спиной.       — В таком случае, тебе стоит бежать ещё быстрее.       Сзади послышался шум, будто от компрессора, и появилась яркая вспышка синевы. Не глядя страху в глаза, Моринт сорвалась и побежала дальше, надеясь, что успеет до отлёта. Гилира же статуей вросла в асфальт, положив руку на пояс.       Юстициар тем временем без остановки мчалась следом. Увидя впереди другую азари, она не стала тратить время и активировала биотику, стремясь сбить препятствие со своего пути. Но к её большому удивлению, мощный удар перехватила сильная рука с не менее мощной биотикой. Самара рванула в сторону, но безуспешно. Соперница держала крепко, и тогда пришлось ударить ногой, но та не шелохнулась, будто сделана была из стали.       — Уйди с дороги, — прорычала юстициар. — Ты не знаешь, что делаешь.       — Мне казалось, я мешаю тебе, — спокойно ответила Гилира, не выпуская запястья Самары. — Вполне очевидно.       Самара начинала терять терпение. Она взмыла в воздух, но хватка не ослабла, и Гилира камнем повисла на юстициаре, заставляя тратить гораздо больше сил. Самара попыталась снова ударить каблуком, но соперница тоже изменила поле, взмыв на один с ней уровень и недобро улыбнулась.       — Ты же не собираешься лететь так до порта? Даже тебе прыти не хватит.       Самара ударила биотикой, и в этот раз должна была сильно повредить оппоненту. На Гилире не было брони, и прямое попадание в живот не всякий барьер смог бы выдержать. Но, к удивлению Самары, характерного сопротивления искусственного поля массы не возникло. Может, азари была не так уж сильна, и ей не хватило сил на барьер. Но юстициар ощутила мягкую и податливую плоть, понимая, что пробила сопернице живот. Медленная и мучительная смерть ждёт врага, если оставить рану так. Самара начала читать молитву, собираясь добить пострадавшую и избавить от мук, когда вдруг сама получила сильный удар по голове. Она рухнула на асфальт, а раненная Гилира мягко опустилась в биотической левитации. Самара готова была поклясться, что ощутила в руке горячую кровь, но одежда на Гилире была цела и ничуть не запятнана алым.       — Кто ты и почему помогаешь Моринт? — потребовала Самара, оправившись от удара и встав на ноги. — Разве ты не знаешь, что мешать юстициару запрещено?       Соперница спокойно стояла, и Самара поняла, что та просто не даёт ей сдвинуться с места. Добивать не спешила. Значит, можно было договориться. Юстициар в ожидании уставилась на азари, решив, что та является очередной жертвой коварных чар её дочери.       — Я помогаю только себе, — сообщила Гилира. — Что до вашего кодекса, так он не запрещает вам мешать. Лишь предупреждает, что в этом случае вы можете применить силу. Мне стало интересно, так ли хороши юстициары в бою. Признаюсь честно, ты меня разочаровала.       — Я жалела тебя, глупое создание, — сказала Самара, готовя новый заряд. — Монстр, которого ты защищаешь, бросил тебя мне, чтобы спасти свою шкуру. Она не знает благодарности, и если не я, то она сама убьёт тебя в погоне за тёмными желаниями.       Гилира расхохоталась и ловко увернулась от внезапного, как казалось Самаре, удара.       — Меня не интересует слияние с ардат-якши. Я здесь из любопытства. И, думаю, ты тоже понимаешь, что не сможешь меня убить. Не сегодня и не сейчас. Но мы можем заключить сделку. Разумеется, если тебе есть, что мне предложить.       Юстициар внимательно осмотрела соперницу с ног до головы. Азари-полукровка с алыми отметинами на лице и яркими сиреневыми глазами. Молодая и хрупкая на вид, но невероятно сильная на деле. Моринт нравились такие. Именно их она убивала с особым удовольствием. Но все они становились ей преданны, все влюблялись и боготворили. А эта особа торговалась. Будто вся ситуация казалась ей пустяком.       — Я сохраню тебе жизнь, если ты скажешь, куда отправилась Моринт. И не доложу Ордену о твоём неповиновении.       Гилира снова усмехнулась.       — Так не пойдёт, юстициар. Две выгоды для тебя, и ни одной – для меня. Твоя дочь может похвастаться куда большей щедростью. Видимо, пошла совсем не в тебя.       — Кто ты? — потребовала Самара, доставая пистолет.       Послышался далёкий шум двигателей, и порыв воздуха, принесённый из дока, разметал сухую листву. Одинокий фрегат взмыл в небо над городом, давая понять, что Моринт спаслась. В этот раз. Заметив это, Гилира прыгнула на невероятную высоту, зацепилась за балкон жилого здания и скрылась где-то в темноте. Самара тщетно пыталась застрелить беглянку, но ни разу не попала, а ринувшись к докам, поняла, что уже ни за что не разглядит ни сигнатуры, ни тип корабля.       

***

      Шепард открыла глаза. Она не помнила, как засыпала, и не видела снов, но на краю сознания уже начинала пересматривать события прошлого дня. Она резко повернула голову и убедилась, что ей ничего не показалось. Алекс всё ещё дремал рядом. Всё ещё без капюшона. Заражённый должен был вскоре почувствовать её пробуждение, и момент, когда его можно было увидеть спящим, длился недолго. Он снизил температуру тела до минимума, и казалось, совсем не дышал, но всё было в порядке. Насколько это возможно для необычной формы жизни.       Они убили Посредника. А точнее – Алекс убил Посредника. И теперь оставались Жнецы и Цербер. Список дел уменьшался, и задачи уже не казались такими уж самоубийственными. Шепард глянула на часы и к своему удивлению обнаружила, что проспала весь отбой без пробуждения, панических атак и сонного паралича. Она так вымоталась, что, должно быть, даже вторжение Жнецов её бы не разбудило.       Никуда не хотелось вставать. Хотелось и дальше лежать и забыть обо всех насущных проблемах. Но вскоре они уже должны были прибыть на Иллиум. Или, по крайней мере, таков был изначальный план. Если бы ночная смена столкнулась с внештатными ситуациями, капитана разбудили бы в первую очередь. В подтверждение из динамиков послышался голос СУЗИ:       — Коммандер, — Алекс распахнул глаза, но остался лежать, прислушиваясь. — Через сорок минут стыковка с доком. Десантной команде приготовиться.       Шепард с неохотой откинула одеяло, подрагивая от прокравшегося в ноги холода. Она потянулась, собираясь с мыслями. Нужно успеть принять душ и привести себя в божеский вид. Капитан поднялась с кровати. Она боялась оглянуться, уверенная в том, что если встретится сейчас взглядом с Алексом, то однозначно не выйдет из каюты. И в то же время, после вчерашних событий совсем не хотелось с ним расставаться, поэтому она спросила:       — Ты идёшь?       Она сняла бельё и двинулась в душевую, не уверенная, последует ли он. Но когда её рука прикоснулась к двери, Алекс уже стоял рядом, как и всегда, абсолютно бесшумно подкравшись сзади. Он вошёл прямо так, в фальшивой одежде, но всё ещё без капюшона. Пожалуй, так было даже лучше, потому как капитан попросту не удержала бы своё природное любопытство. Она включила воду и начала рассказывать:       — Для начала стоит помочь Миранде. Её информатор будет ждать в баре. А на обратном пути поищем юстициара и убийцу.       Коммандер предусмотрительно включила воду погорячее. Не только, чтобы согреться самой, но и чтобы Алексу было комфортнее. Она не знала, насколько быстро после сна разгоняется его метаболизм, но определённо холодная вода была бы неприятна. Его волосы намокли, и он спокойно слушал, что говорила Шепард. Душ – прекрасное место, чтобы что-то обсудить, потому как шум воды даже сенсорам СУЗИ не позволил бы расслышать, о чём они говорили. Капитан умылась, всё ещё стараясь не поднимать на Алекса взгляд. Заражённый чувствовал её смущение и отчасти понимал причину. Они оба преступили запреты, и раскрыли свои уязвимости. А Шепард не привыкла быть уязвимой. К тому же, у неё было здоровое либидо, и лишь вопрос времени, когда она сможет пересилить свои страхи и зайти ещё дальше.       — Пойдёшь со мной на миссию? — спросила она в конце, и в интонации читались просящие нотки. Капитан настолько часто отказывала себе в своих желаниях, что зачастую боялась получить от других "нет". Выросшая сиротой, она привыкла помогать ближним, а любые попытки сделать приятно себе вызывали у неё чувство вины. С этим придётся работать. Раз уж её не проняли речи психотерапевтов, то поможет только напоминание о доверии. Последнее никуда не делось, а лишь вышло на новый уровень. Уже хорошо, что коммандер прекратила выпивать. Доселе это был единственный её способ унять внутренние переживания.       — Мне придётся сменить облик, — сообщил наконец Алекс. — И, возможно, поглотить биотика перед встречей с юстициаром.       — Если повезёт, то нам и драться не придётся. Это центр района. Едва ли там будет неприятель.       — Нам ещё ни разу так не везло, — усмехнулся он. — И юстициар не должна раньше времени понять, кто я.       Шепард смыла шампунь с волос и наконец подняла на него взгляд.       — Считаешь, она откажется сотрудничать?       — Юстициары – древний Орден, который защищает азари от несправедливости и чудовищ. В понимании их кодекса, Саванаарен – ещё более отрицательный персонаж, чем ардат-якши. Если она что-то заподозрит, то её кредо потребует убить меня любой ценой.       Шепард шумно вздохнула, и невольно коснулась его куртки. Она сразу поняла свою ошибку, но не отступила, держа руки у него на плечах.       — Иногда мне кажется, что ты рассорился с половиной галактики, — грустно улыбнулась капитан, уже более смело всматриваясь в его лицо.       — Это нормально, учитывая то, сколько я прожил. Духом Множества лиц меня прозвали за возможность изменять облик. А юстициары просто не выносят генетическую девиацию.       Шепард смотрела ему в глаза, раздумывая над сказанным. Она пыталась представить его прошлые сражения с десантницами азари, расширенные от ужаса зрачки тессиек и благоговейный лепет, слетавший с их уст. Алекс умел быть страшным, даже потусторонним, когда хотел. И не каждый ум оказывается достаточно скептическим, чтобы не поверить в жуткие сказки.       — Может, стоит сказать ей заранее?       — Абсолютно точно – нет, — мотнул головой Алекс. — Она впадёт в праведный гнев и начнёт крушить черепа. Если убедить её принести клятву верности, кодекс запретит нападать на тебя и твоих союзников, пока длится сотрудничество. А во время миссии едва ли она посчитает своей целью никому неизвестного инженера Альянса, которым я и притворюсь.       Шепард взяла его руки в свои. Осторожно, боясь, что он не даст этого сделать. Алекс улыбнулся. Им точно потребуется ещё много проверок на доверие, чтобы капитан наконец осознала происходящее. Он не мог её винить, памятуя то, как поступил с ней Кайден.       — Ну, ничего. Я заслоню тебя своей биотикой, если злые азари решат напасть.       — Я не настолько беспомощен, Шепард. Мне не впервой противостоять юстициарам и биотикам в целом. Если честно, то Посредник представлял куда большую опасность.       Шепард опустила взгляд к его рукам. Даже в воде они казались очень горячими. Захотелось вызвать видения Шифра, ощутить и прожить фрагмент жизни Алекса ещё хоть один раз. Шепард понимала, что были в его жизни вещи, которые он хотел бы от неё утаить, но она давно приняла это. Как часть его самого. Она знала, что у него иное восприятие мира, и каждый поступок продиктован определёнными стремлениями, которые коммандер могла понять. Может, в самом начале их знакомства она и сомневалась, но теперь ни одна душа не смогла бы настроить её против Мёрсера.       Она и сама не совершенна, и в её жизни хватало поступков, которых нужно стыдиться. И, если уж на то пошло, то Алекс тоже знал о них и принимал, как есть. Ему было, с чем сравнивать.       — Хотела сказать, что ты можешь называть меня по имени, если хочешь, — улыбнулась капитан. Алекс вторил усмешкой:       — Шепард – твоё имя. Оно тебе больше подходит, и ты его не так ненавидишь, как то, чем тебя нарекли в приюте.       Это было правдой. И, возвращаясь к предыдущей цепочке размышлений, Шепард жалела, что не могла подсмотреть подобный факт о самом заражённом. Возможно, когда-нибудь она научится контролировать Шифр и удивит Мёрсера аналогичным по значимости знанием о нём самом. Но пока что приходилось довольствоваться его прямыми ответами. Это был важный шаг. Алекс тяжело решался на откровения, а потому стоило ценить каждое.       Они вышли из душа, и если Шепард принялась вытираться, то Алекс просто впитал лишнюю влагу с поверхности тела. Часть жидкости почти моментально испарилась, не выдерживая его повышенной температуры. Шепард тем временем оделась и подготовила броню. Она одолжила Алексу генератор щита и "Палач", чтобы при смене облика у него было, чем обороняться. Заражённый превратился в молодого паренька азиатской внешности в лёгкой экипировке.       Они спустились в столовую, где коммандер перекусила энергетическим батончиком и выпила чашку кофе перед отбытием. Остальные члены отряда сидели здесь же. Гаррус уплетал какую-то декстро-кашу, а Миранда, сложив ногу на ногу, делала вид, что читает датапад. На деле, она пыталась скрыть волнение и недовольство тем, что Алекс отправляется с ними. Шепард же напротив, к своей затее была настроена положительно. Она надеялась, что сможет научить Лоусон работать с заражённым в команде, и напряжение между сопартийцами ослабнет. Если Алекс прав, то Миранду можно склонить на свою сторону. Во всяком случае, оперативница производила впечатление рассудительной личности, и требовался небольшой стимул, чтобы пелена пропаганды спала у неё с глаз.       Когда Джокер и СУЗИ сообщили о приземлении, десант побросал пайки и двинулся к шлюзу.

***

      — Если бы не кодекс, я убила бы вас обоих за такой обман! — яростно сообщила Самара. Они были уже на "Нормандии", и Алекс вернул себе привычный вид, нарочито сделав это на глазах у юстициара. Шепард понимала, что если не сейчас, то позднее правда однозначно всплывёт наружу, и лучше разделаться с этим сразу.       — Никто не врал тебе, Самара, — попыталась спокойно начать капитан, выставив руки в примирительном жесте. Она чувствовала, как искрится статика на поверхности кожи азари, и готовилась вступить в бой, если до этого дойдёт.       — Ты не спрашивала, какие спутники сопровождают меня на задании. И я не лгала о своих намерениях. Я собираюсь остановить Коллекционеров и Жнецов, которым они служат. Это возможно только работая сообща.       Самара нервно заходила по комнате. Всё ещё держа идеальную осанку и скрестив руки за спиной, юстициар не сводила взгляда с Алекса, и в силу необычной окантовки её радужки глаза казались пронзительными и будто неживыми. Она отличалась красотой, как и многие азари. Но что-то в её выражении лица и поведении создавало барьер недоступности. Самара посвятила остаток своей жизни долгу, в котором не было места ни дружбе, ни любви. Несмотря на благородные черты, юстициар отталкивала от себя окружающих.       — Это существо не умеет работать сообща. Он лишь обещает исполнение желаний в обмен на удовлетворение своих хищнических инстинктов. Многие мои соплеменницы пали от его рук, и я не могу закрыть глаза на его преступления.       Алекс просто стоял. Он снова ничего не показывал на лице и даже не следил за движениями азари. Он знал, что ей под силу остановить его регенерацию, повредив нервную систему. Так юстициары расправлялись с кроганами и ворча. Но Алекс не любил, когда ему угрожали, и Шепард опасалась, что конфликт начнёт разгораться. Заражённый вдруг перехватил инициативу:       — А что если я скажу, что знаю, где твоя дочь?       На миг Самара замерла. Синее свечение зарядов на её теле погасло, и она в нерешительности замерла у стены, стараясь не смотреть ни на одного из собеседников. Будто в поисках противоречий с кодексом, она взвешивала полученную информацию, но отвечать не спешила.       — Я могу навести на её след, — продолжил Алекс. — А взамен, когда мы покончим с миссией Шепард, разойдёмся в разные стороны.       Заражённый говорил тихо и медленно, чтобы дать Самаре время обдумать его слова.       — Хорошая сделка, учитывая то, как долго ты ищешь Моринт. И как часто она ускользает прямо перед твоим приходом.       — Между нами не может быть никаких сделок, Саванаарен, — холодно воскликнула азари.       — Ты присягнула Шепард. Заключи сделку с ней. Как посредник, она проследит, чтобы все условия были соблюдены.       Коммандер решила, что не сработало, когда Самара недовольно отвернулась. Но после некоторого молчания юстициар выдохнула, возвращая себе спокойствие, и снова взглянула на капитана:       — Вы вызываете у меня уважение, коммандер, и я доверюсь вашему слову. Если многоликий зверь нарушит обещание, я уничтожу его, как велит мне кодекс.       Алекс недобро улыбнулся, будто пытаясь дразнить Самару, но та совладала с собой и добавила:       — Если же мы схватим Моринт, то по завершении миссии я готова отпустить его под ваш надзор.       

***

      Бывают интерьеры, излучающие тепло и уют. Если правильно подобраны цвета, освещение и декор, в такой квартире захочется оставаться подольше. Мягкость линий, спокойные тона и удобная мебель. В месте, где жила Моринт царила абсолютно противоположная атмосфера. Мрачный, холодный свет и острые углы с вычурной посудой. Здесь впору снимать фильм про резню бензопилой. Но, говорят, ардат-якши не способны понять восприятие окружающих. Они не умеют сопереживать или вообще испытывать хоть какие-то эмоции. Неспособность к слиянию лишает их эмоционального спектра, и такие азари едва ли испытывают дискомфорт среди полной ножей и орудий пыток комнаты.       Моринт кокетливой походкой прошлась до жёсткой софы и, опустившись на сиденье, пригласила Шепард сесть рядом. Коммандер была одета в платье, и сразу бросалось в глаза, как оно ей непривычно. Как и высокие каблуки. Капитан "Нормандии" редко выходила в свет, и бары посещала только те, где разрешали свободный дресс-код. Открытые плечи её казались почти квадратными, а обтягивающий фасон выделял её крепкие сухие мышцы. Обувь делала её выше, отчего только придавала угловатости. Подбирать наряды она не очень умела. Коммандер внимательно оглядела квартиру, изучая безвкусные экспонаты, которые отчего-то нравились ардат-якши. А может, Моринт только делала вид, что у неё безделушки вызывали восторг. Притворялась, прямо как Алекс. Только если заражённый видел чужие мысли и эмоции, то Моринт была полностью лишена этого опыта и даже тот краткий миг смерти партнёра, который она улавливала, давал азари только жалкую крупицу понимания. Отчасти её можно было пожалеть.       Шепард села на небольшом расстоянии от Моринт, и та с энтузиазмом пододвинулась ближе. Азари положила руку на голое плечо капитана и ощутила дрожь под пальцами. Она с упоением развернула Шепард к себе лицом и активировала биотические способности, пытаясь ввести жертву в транс. Но Шепард не поддалась, продолжая незамутнённым взглядом смотреть на азари. Моринт не сдалась, начав слияние и предвкушая новый экстаз, но внезапно вскрикнула от боли и отстранилась, закрыв уши ладонями.       — Рысь полезла в нору за зайцем, а наткнулась на медведя. Я бы сказал, что это тебя чему-то научит, но, боюсь, всё кончено, дорогая, — сообщила Шепард, охваченная роем чёрных щупалец. Через мгновение на её месте возник незнакомец в капюшоне, а в квартиру ворвались ещё двое. Моринт не успела оправиться от новых ни на что не похожих видений. Самара выверенным ударом сломала ей шею, и история ардат-якши подошла к концу.       Юстициар ничего не сказала. Она отвернулась и вышла вон, даже не попытавшись прикрыть полные ужаса глаза дочери. Алекс всё ещё сидел на софе, а настоящая Шепард какое-то время неуверенно смотрела на труп. В конце концов, она отыскала кусок брезента и прикрыла погибшую, отправляя Арии просьбу прислать коронера. После капитан опустилась рядом с Алексом в неловком молчании.       Он не позволил использовать её в качестве наживки и вызвался пойти сам. Прежде она даже не задумывалась, способен ли он принимать её облик. Но если Шифр передавал воспоминания и чувства, то наверняка и внешние характеристики. А, может, спустя тысячи поглощений, Алекс научился подражать голосам и внешности. Уточнять не хотелось. Шепард опустила голову ему на плечо, и они просидели так до приезда уборщиков.