Я вернулась

…Раньше не было ни времени, Ни земли, ни пыли — ничего. Забыли все…

Я закрываю глаза и пою. Не хочу видеть их лица, я и так знаю, что они все обо мне думают. Мне безразлично их мнение. Всех. Важен только Он.

…Было небылью, да стало былью, И река остыла и вода застыла в ничто…

Зачем я зову его? Это же верная смерть всего княжества! Нет, ему не нужны все эти люди, ему нужна только я, хоть он в этом и не признаётся.

…Забирай, забирай Приходи, прилетай На века отдана Дева юная.

Песня заканчивается, но в небе пусто. Неужели он не прилетит? Медленно опуская руки, но всё ещё смотрю в небо. Арман не мог не прилететь, может, что-то случилось? Где же ты? Буквально чувствую, что все взгляды прикованы ко мне. Осуждающие, злые, испуганные. Боюсь посмотреть на них. Они не понимают! Никто, даже Яра, даже отец… Проходит минута, затем другая. Кажется, что я стою здесь уже вечность. Смотрю на Игоря: — Заберите её, — он злится, ещё бы! Мне всё равно, пусть вытаскивают, лишь бы не глядели так страшно. Что я сделала плохого? Разве любить — грех? Несколько человек садятся на лодку и плывут ко мне. Ну уж нет! Арман прилетит, я знаю. Он просто задержался, не более. Они не увезут меня отсюда! Я оглядываюсь в поисках пути отступления, но вокруг только гладь воды. Что ж? Раз больше выхода нет… Я подпрыгиваю ныряю в воду. Сразу становится нестерпимо холодно, всё это количество тяжеленных бус тянет меня ко дну. Пытаюсь выплыть на поверхность, но ничего не выходит. Нужно было учиться плавать, пока я была на острове с Арманом. «Увижу его снова — обязательно попрошу меня научить», — подумала я и отключилась. Когда я очнулась, за окном уже было темно. Я лежала в своей постели, заботливо укрытая одеялом. В комнате никого больше не было, даже служанок. Я встала и подошла к окну. С моей башни открывался вид на всё озеро. Я частенько сидела у окна, любуясь этой красотой. Но сейчас как-то не до этого. Нужно найти Армана во что бы то ни стало. С ним точно что-то случилось, и я должна ему помочь. Я открываю дверь и выхожу из комнаты. На мне всё то же свадебное платье, оно мне уже противно, но нет времени переодеваться. Иду по коридорам и не встречаю никого. Так странно! Обычно здесь полно прислуги, помощников отца или просто людей со двора. Сейчас все будто исчезли. Выхожу во двор, там тоже пусто. Иду к пристани, возле берега стоит лодка. То что нужно! Я быстро доберусь, если буду грести не переставая. Я оттаскиваю лодку от берега и запрыгиваю в неё. Теперь я в море. Оглядываюсь по сторонам и замечаю какое-то движение на пристани. Игорь! Он и ещё несколько человек спускают на воду другую лодку. Они решили меня преследовать что ли? Вдруг до меня доходит: с моей помощью они решили найти Армана и убить дракона! Вот почему никого не было, когда я проснулась, вот почему никто не охранял лодку. Они правда решили, что я их не замечу? Или думали, что я всё равно повезу за собой «хвост»?! Никогда не предам Армана. Я разворачиваю лодку, и теперь плыву в другом направлении. Буквально чувствую, как отдаляюсь от острова и от Армана. А возможно ему нужна моя помощь именно сейчас! Злюсь на себя, что вообще уплыла тогда, злюсь на него, что оттолкнул меня, не давая всё объяснить, но больше всего злюсь на Игоря, за его план. Чёртов драконоборец! Вдруг мне приходит в голову: «Что, если я так и не смогу найти остров?» Любящее сердце, да, знаю, но что, если Арман ранен, или … мёртв? Нет, не хочу об этом думать. Я обязана найти его. Он не прилетел, когда я пела драконью песню не потому, что не хотел. Что-то не так, и я во всём разберусь. Оборачиваюсь и смотрю на лодку Игоря. Теперь её почти не видно из-за густого тумана. Даже не заметила, когда он появился. Значит, мы рядом с островом. Гребу сильнее, мне нужно оторваться от преследования. Руки ужасно болят, но я стараюсь не думать об этом. Арман сейчас один на острове, и ему, возможно, гораздо больнее. Через пару минут лодку Игоря становится совсем не видно, и я поворачиваю прямо к острову. Хоть бы моей любви хватило, чтобы добраться до Армана! Только теперь понимаю, как сильно хочу его увидеть живым и невредимым, а потом треснуть хорошенько за то, что не прилетел, когда я звала. Я задумалась и не заметила, когда лодка причалила у берега. Я всё-таки добралась! Стоит, наверное, после этого верить в настоящую любовь? Спрыгиваю на берег и иду вглубь острова. — Арман! — кричу, но никто не откликается. Вдруг из-за прибрежных камней мне навстречу кидается грязно-серый шерстяной комок и, грозно урча, начинает ласкаться у моих ног. — Привет, это ты! Где Арман? — комок задумчиво на меня смотрит, а затем зубами хватается за подол моего платья и тянет за собой. — Отведёшь меня к нему? Пойдём тогда. Я послушно следую за зверьком, точно зная, что он ведёт меня к Арману. Мы то поднимаемся по скалам, то спускаемся в ущелья, затем снова поднимаемся, и так очень долго. Болят не только руки, но и ноги, но я упрямо лезу вслед за моим проводником. Наконец, мы выходим к скалам в самой середине острова. Арман говорил, что это его предок — дракон. Огромная разинутая пасть, торчащие из неё клыки, — всё это меня жутко пугает, но я упрямо лезу, цепляясь платьем за колючие кусты. И вот я вижу его. Огромный, чёрный, как ночь, дракон, распластавшись, лежит на камнях. Такой грозный и страшный, сейчас он выглядит беззащитно. Его глаза закрыты, и я боюсь, что он не дышит. Медленно приближаюсь к нему. Арман не причинит мне вреда, я знаю, но сейчас он — дракон. Подхожу к нему и опускаюсь рядом на колени. Он дышит, громко сопя носом, поэтому сомнений в том, что Арман жив, не остаётся. Но как мне ему помочь? Я аккуратно кладу руку ему на голову и легко глажу. Чешуя, которой покрыто всё его тело, жёсткая на ощупь и очень горячая. Как маленькие чёрные угольки из печки. Так странно касаться дракона… Почему я не могу даже руку пожать Арману, чтобы он не воспламенился, а дракону хоть бы что? Вдруг он резко вздыхает и открывает глаза. Яркие, огненно-оранжевые, они приковывают мой взгляд. Я будто смотрю в огонь и готова вечность так просидеть. — Арман? — я смотрю на него, пытаясь понять, узнаёт ли он меня. Он лежит, по-прежнему не двигаясь, и не мигая смотрит на меня. Моя рука всё ещё на его голове, и я нерешительно глажу его горячую чешую. Это Арман. Он не убьёт меня, не причинит вреда. — Всё хорошо, — говорю я, убеждая в этом, скорее, саму себя, — я здесь. Арман ещё секунду смотрит на меня, а затем медленно закрывает глаза. Его чешуя, и без того горячая, становится совсем огненной, и я отдёргиваю руку. Поднимаюсь с колен и смотрю на него: — Ты не умрёшь. Не можешь умереть, — из глаз начинают катиться слёзы, — Я вернулась, Арман! И не смей умирать! Дракон всё так же лежит без движения, но его тело, где-то в груди, начинает накаляться. Как если бы Арман превращался в дракона, только сейчас всё наоборот. Он с трудом поднимается на ноги, а затем его тело начинает светиться оранжевым. Зажмуриваюсь, а когда открываю глаза, вижу перед собой Армана. Он стоит, покачиваясь, но уже вполне в сознании. Подбегаю к нему и замираю. Так хочется обнять, прижаться щекой и ощутить его тепло, увериться полностью, что Арман живой. Но если он снова превратится в дракона? Пускай. Я подбегаю к нему и крепко обнимаю. Он еле стоит на ногах, а точнее висит на мне. Я сама еле удерживаюсь, чтобы не упасть, но объятий не разрываю. Арман такой тёплый, что я просто стою и греюсь. Через пару секунд недоумения, он тоже нерешительно обхватывает меня руками за талию. Сразу чувствую, как его грудь начинает нагреваться. Отстраняюсь и вижу ползущие к рукам огненные нитки. Если я что-нибудь не сделаю прямо сейчас, он просто превратится в дракона. - Мира, я могу тебя ранить, тебе нужно уходить, — его голос звучит хрипло и очень тихо, я еле разбираю слова. — Я никуда не уйду. — Ты не понимаешь? Дракон убьёт тебя, он на всё спосо…- я поднимаюсь на цыпочки и целую его. Как умею. Просто приникаю к его губам своими. Пытаюсь передать поцелуем всё, что не могу сказать. Как сильно я не хочу уходить, почему вдруг перестала бояться дракона, зачем вернулась на остров. Огонь в его груди постепенно затихает, и я отстраняюсь. — Я люблю тебя, — просто говорю я, — и я никуда от тебя больше не уйду, ясно? Он кивает. Я беру его за руку, и мы идём в пещеру, которая за эти несколько дней, проведённые на острове, стала моим домом. Об Игоре я больше не думаю. Он никогда не найдёт сюда дорогу. Любящее сердце его здесь не ждёт, так что нам не о чём волноваться. Зверёк скачет возле моих ног, и я беру его на руки. Имя ему, что ли, придумать? ..