Просто секс (периодически будет пополняться)

      Дом на улице Гриммо, 12. Старшие члены ордена Феникса были на работе, кто-то на официальной, кто-то не очень. Мальчишки в лице почти всех Уизли и Гарри были в магазинчике Фреда и Джорджа. Гермионе казалось, что она осталась одна, и она решила пойти почитать в зал. Найдя подходящую книгу, девушка с ногами залезла в кресло и стала листать пожелтевшие от времени странички, кутая пледом торчащие из-под юбки ноги. В какой-то момент Гермионе показалось, что она слышит приглушенную мелодию. Она тряхнула головой, но наваждение не прошло, и ей пришло в голову найти источник звука. Тот нашелся довольно быстро. За одной из полок оказалась дверь, а за ней — небольшая комната, где сидела вечно холодная Флёр Делакур и играла на рояле. Гермиона смотрела на нее и поражалась: всегда такая собранная и наиграно любезная, девушка выглядела расслабленной и спокойной. Ей даже казалось, что кожа француженки едва заметно светится. — Не знала, — тихо сказала Гермиона, чтобы не напугать девушку, — что здесь есть рояль. — А он здесь есть, — с улыбкой ответила француженка, оторвавшись от игры. Она посмотрела на Гермиону и похлопала по скамье, на которой сидела. — Я слышала, что ты тоже играешь. — Да, — немного смутившись, ответила гриффиндорка, — но уже очень давно этого не делала. — Давай, начни, а я уже подстроюсь.       Гермиона стала наигрывать мелодию, которую выучила чуть ли не самой первой. Мелодия лилась задорная, и Флер быстро поймала ритм. Они играли, улыбались. — Как я давно не играла… — мечтательно сказала Гермиона, гладя старые белые клавиши. — Знаешь что, — глаза француженки заблестели странны огоньком, — садись на рояль. — Что? — Вот, — девушка закрыла крышку инструмента и помогла девушке на него залезть. — Ложись, расслабься и закрой глаза.       Грейнджер не сразу прониклась этой идеей, но прикосновения француженки странно на нее действовали, и она уже с радостью лежала на рояле, а одна нога слегка касалась альтовых клавиш. Флер начала играть медленную, но безумно приятную мелодию. Гермиона улыбалась, под закрытыми веками танцевали вальс огоньки, а тело расслаблялось от вибраций старого инструмента. И вот, расслабленная магией рояля, Гермиона почувствовала, как по ее ногам кто-то водит руками, как кто-то невидимый гладит щеку, как медленно шерстяная юбка задирается наверх. Обескураженная, она открыла глаза, и увидела над собой лицо Флер. Висящая над ее головой лампа превращала ее лицо в лик ангела. Этот ангел склонился к ней и прошептал:«Не бойся.».       Флер поцеловала Гермиону. Совсем еще юная и во всех смыслах невинная девушка не знала, как реагировать на такое действие со стороны француженки. Она понимала, что это не правильно, но это было так приятно. И снова такой успокаивающий шепот: «закрой глаза». И Грейнджер подчинилась. С закрытыми глазами ощущения становились ярче и от рук, задирающих ее юбку, по телу разбегалась дрожь, еще сильнее, чем от звуков рояля, который ни на мгновение не прекращал наигрывать нежную мелодию. Робкие поцелую стали настойчивей, и Гермиона даже открыла глаза, когда язык Флер прокрался в ее рот. Она издала непонятный звук — француженка прекратила свой поцелуй. — Тебе не нравится? — Нет, мне… просто… — сердце девушки обрывисто билось, — я никогда прежде не… — Не бойся, — будто заклятие снова повторила Флер, — я аккуратно.       И она вновь поцеловала робкую девушку, а нежные руки стали задирать её кофту и футболку. Гриффиндорка не сопротивлялась, и даже пыталась помочь этому дивному ангелу себя раздеть. В очередной раз, когда Флер прорывалась сквозь губы девушки в ее рот, Гермиона попыталась ответить и лизнула язык француженки. Та лизнула в ответ. И тут началась эта странная, но такая приятная игра. Намучив губы Гермионы, она стала целовать ее шею, постепенно спускаясь ниже, к слегка угловатой подростковой груди в хлопковом лифчике. Гермиона уже не открывала глаза и медленно тонула в звуках музыки и прикосновениях Флер. А француженка уже стянула с девушки лифчик и водила холодными пальцами вокруг стоящих сосков невинной девушки. Шаловливый язык вдавил один из сосков в грудь девушки, а второй — крутила все такая же холодная рука. Гермиона стала едва слышно постанывать. Периодически Флер отрывалась от груди девушки и начинала ее целовать, добиваясь от той проявления какой-то инициативы. И вот, в один из поцелуев Гермиона прижалась к Флер и стала нервно ее целовать. Делакур улыбнулась, и одна ее рука незаметно спустилась гриффиндорке между ног и слегка сжала. Стон стал заметней, и Гермиона неосознанно укусила Флер за губу. — Девочка кусается? Как мило, а теперь лежи и не дергайся, хорошо?       Не дождавшись ответа, Флер вновь впилась поцелуем в распухшие губы раскрасневшейся девушки и стала водить пальцами по уже влажным трусикам Гермионы. Та же старалась не двигаться, но так или иначе извивалась под руками опытной француженки. Комната наполнилась протяжным стоном: Флер запустила свои музыкальные пальцы под трусики партнерши. Они нажимали на набухшую плоть со своим странным ритмом, заставляя стоны вторить не прекращающейся музыке. Палец нырнул во влагалище и остановился, упершись в девственную плеву. — Так ты невинна, — с легкой усмешкой констатировала француженка. — Да… — дрожащим голосом ответила девушка. — Хочешь ей остаться? — Я не… я не знаю, — собрав себя в кучу, ответила Гермиона. — Тогда давай отставим все так.       Флер поцеловала девушку и слезла с рояля. Грейнджер тоже попыталась встать, но Делакур широко развела ее ноги и подтянула дрожащее тело к себе. Попытка приподняться на руках и посмотреть, что собралась делать Флер, была пресечена громким набором нот под коленкой француженки, властной рукой, которая надавила на плечи гриффиндорки, и поцелуем, пытающимся возразить происходящему. Ко всему прочему Флер завязала глаза нервничающей девственницы неизвестным ей заклятьем. Смирившись со своей судьбой, Грейнджер расслабилась и поудобней улеглась на холодном дереве рояля.       Флер уже начала стягивать трусики с Гермионы, как заметила краем глаза движение. За дверью стоял Билл Уизли и ошарашено наблюдал за происходящим. Девушка не испугалась, даже на оборот, поманила парня к себе, и одними губами произнесла:«закрой дверь, только тихо». Билл ухмыльнулся, закрыл дверь и заколдовал, так, на всякий случай. По оттопыренным штанам девушка понимала, что наблюдал за ними Билл относительно давно. Когда парень подошел, девушка показала ему на промежность Гермионы и вопросительно выгнула бровь. Тот покачал головой. Она посмотрела на него, словно говоря:«ну как знаешь», и повернулась к нему спиной, склоняясь над разведенными ногами ничего не подозревающей Гермионы. Она подула на нее и, склонившись ниже, провела языком от самого низа ее половых губок выше, пока не обхватила губами набухший клитор и не стала его посасывать. Гермиона застонала и выгнулась навстречу новым ощущениям.       Биллу уже надоело быть сторонним наблюдателем, и он решил подыграть Флер. Парень встал рядом с ней и присоединился к ее игре языком по уже хорошо натянутым «нервам» заметно стонущей девушки. Они вырисовывали замысловатые узоры по набухшей и пульсирующей плоти, сталкивались языками. И, когда Гермиона была уже почти на грани первого в своей жизни оргазма, Билл подключил руки и стал массировать и так уже ноющий клитор. Протяжный стон — и Гермиона обмякает на лакированном дереве, а Флер и Билл с задором на это смотрят. И вот их взгляды пересеклись. Долго не церемонясь, Билл усадил Флер на не прекращающие играть клавиши, стащил с нее брюки и порвал её трусики, пока Делакур возилась с ремнем его брюках.       Остатки белья слетели, Билл спустил штаны и сходу, без лишних мыслей, вошел во Флер на полную длину. Комната вновь наполнилась протяжным стоном. Сразу после этого Уизли стал быстро и грубо двигаться, а Флер громко застонала и стала царапать его спину. Их каждое движение сопровождалось фальшивыми аккордами, которые играли разгоряченные тела.       Когда заколдованный рояль прекратил играть, в комнате уже никого не было. Гермиона спала в своей комнате, и ей снился приятный сон, как ее ласкают сотни рук и сотни языков. А Флер и Билл сидели на кухне, говорили о классической музыке и о том, что у них не плохо получается играть вместе, и надо бы повторить.