Просто секс (периодически будет пополняться)

      Флёр бежала по таким чужим и холодным коридорам Дурмстранга, оборачиваясь чуть ли не каждые пол минуты. Свет факелов рисовал на стенах странные тени, камень под руками неприятно царапал кожу, а стены поглощали все звуки, не давая понять, гонится ли за ней кто-то. Запыхавшаяся француженка завернула за очередной безликий поворот и прижалась к стене, пытаясь унять вылетающее из груди сердце. Стук постепенно затихал, а Делакур пыталась услышать хоть что-то в звенящей тишине. — Остолбеней, — злой шепот прошелестел над ее ухом, и она так и застыла.       Сильные руки закинули обмякшую девушку на плечо и понесли в неизвестном направлении. Всем, что видела Флёр, были пол и спина в форменном сером свитере. С ужасом представляя, что ее ждет, Делакур почувствовала, как её кинули на жесткий диван, а секундой позже над ней навис суровый болгарин со сведенными на переносице бровями. Виктор Крам был взбешен. — Ты считаешь это смешным?       Флер все еще была под заклятием и не могла ничего сказать, а только вращать глазами, пытаясь понять, где она. — Можешь не искать помощи, у ловца сборной Болгарии, который не знает, что делать с девушкой в постели, есть определенные преимущества. Например, личные апартаменты с очень хорошей звукоизоляцией. А теперь, — Крам снял с себя ремень, перевернул девушку на живот и завязал им руки француженки, закрепив запястья и локти между собой, — я тебе наглядно покажу, насколько я не знаю, что нужно делать с девушкой в постели, — прошептал Виктор Делакур на ухо, от чего та покрылась мурашками.       Крам встал с диванчика и вытащил из рукава свою палочку. Пару замысловатых движений — и Флер почувствовала, как диван под ней превращается в массажный стол с кучей ремешков. Поочередно ее ноги, колени и шея были прикреплены к не очень удобной кушетке. Виктор снял заклинание оцепенения, и Флер попыталась вырваться. — Бесполезно, не ты первая, — он присел на корточки перед кушеткой и посмотрел француженке в глаза, — не ты последняя, кто не сможет освободиться. На чем я остановился? Ах да…       Легкий поцелуй в губы со странным привкусом — и Виктор исчез из поля зрения Делакур, но ошейник не давал девушке осмотреться. Осознание, где находится ее палач, пришло тогда, когда нежно-голубое платье с треском разорвалось у нее на спине и двумя половинками сползло по бледной коже. Кушетка тихо скрипнула под весом еще одного человека. В комнате повисла тишина. Стоило Краму прикоснуться к Флер, как та дернулась, но парень лишь усмехнулся и начал водить пальцами по голой спине, пока не уперся в бюстгальтер. — Это лишнее, — и он исчез, а девушка громко вздохнула. Пальцы продолжили свое движение по пояснице, а потом вдоль линии трусиков. — А их мы оставим.       Теплая ладонь Виктора легла на ягодицу Делакур и стала медленно оглаживать, усыпляя бдительность. Хлесткий удар и вскрик француженки разорвали тишину. Новые поглаживания по месту удара. Еще удар и вскрик. Снова поглаживания и следующий за ними удар и крик. Поглаживания, удар, крик. Поглаживания, удар, крик, удар, крик, удар, удар, удар. Тихие всхлипывания. — Ну, не плачь, — Крам медленно поцеловал места ударов, — все пройдет.       Он навис над девушкой и поцеловал ее в плечо. Перенеся вес на одну руку, другой парень начал гладить грудь Флёр и крутить в пальцах соски. — Неужели тебе понравилось? — с ехидным удивлением спросил Крам. — Нет, — сухо ответила Флер, пытаясь уйти от его поцелуев, которые перешли на лопатки. — Ты уверена? — рука Виктора плавно съехала с груди и исчезла за мелким кружевом трусиков. — Да ты врунишка, Делакур, тут так тепло и мокро, что смело можно спутать с тропическим лесом. Знаешь, я даже не знаю, что нужно делать в такой ситуации… Может так? — пальцы надавили на клитор, вызвав полу-вздох — полу-стон девушки. — Или может так? — они сдавили половые губы. — А может так? — сразу два оказались внутри девушки и уперлись в стенки влагалища. — Хотя, может быть, нужно так? — Крам плотно прижал руку промежности Флер и начал тереть клитор, попутно входя и выходя из нее пальцами. Делакур дернулась в попытке глубже насадиться на пальцы и почувствовала упирающийся в нее стояк.       Комната тонула в стонах девушки и пошлом хлюпанье пальцев внутри нее. Флер чувствовала, что еще чуть-чуть и она кончит, когда пальцы, поцелуи и тепло от тела болгарина исчезло. Девушка взвыла от разочарования. — Что-то не так? — спросил Крам. — Прости, я просто не знаю, что нужно делать с девушками. — Развяжи, и я покажу, — прошипела Делакур. — Так не интересно. Давай я попробую еще раз, может получится?       Флер злилась на болгарина и пропустила момент, когда ее трусики просто исчезли. Она вся сжалась, когда теплый воздух обдал то место, где секунды назад были пальцы Крама. Томительные секунды ожидания — и горячий язык облизывает ее губки, слегка покусывает, опускается ниже и играет с набухшим клитором, обхватывает его губами, возвращается назад ко входу в «тропический лес» и врывается в него языком. Флер тихо стонет, пытаясь сдержать рвущиеся наружу крики. — Нет, я хочу тебя слышать, — едва слышно сказал Крам — и комната наполнилась криками наслаждения.       Флер не понимала, чем ее трахает Виктор: чем-то слишком длинным для пальцев, и тонким для члена, но теперь крики чередовались в громким «только не останавливайся». И вот, когда девушка почти достигла до точки блаженства, Крам снова остановился. — Сволочь! Ненавижу! Чтоб ты… — оскорбления в сторону болгарского ловца прервались двойным стоном. — Сволочь? — спросил Виктор, с громким хлюпом резко входя во влагалище француженки. — Ненавидишь? — и снова пошлый хлюп и не менее пошлый стон. — Что бы я — что? — Виктор ускоряется, а короткие стоны превращаются в один долгий и громкий. Крам наращивает темп и уже практически насилует сорвавшую голос девушку. Флер из последних сил кричит и бурно кончает, сжимаясь вокруг члена болгарина, а тот только сильнее вдалбливается в нежное тело с синяками в форме его пальцев. Несколько толчков — и Крам выходит из обмякшей девушки и кончает на ее спину. Несколько глубоких вдохов-выдохов — и Виктор спрыгивает с кушетки и вытирает остатками нежно-голубого платья свой член. — Еще одна фраза похожего содержания, Делакур, и я познакомлю твои рот и задницу с моим членом, усекла? — Да… — выдохнула Флер… размышляя, какой слух пустить о нём в следующий раз.