Моя маленькая девочка

      Был конец сентября. Восемнадцатилетний юноша сидел на подоконнике своего дома на площади Гриммо и рассматривал колдографию. Он очень изменился после победы над Волан-де-Мортом: он больше не был тем наивным мальчиком, слепо верящим в добро и Дамблдора, он стал увереннее в себе, умнее и целеустремленнее. Изменения коснулись не только его характера, но и внешности: Гарри стал еще выше, раздался в плечах, черные волосы были все в том же беспорядке, но сейчас это придавало ему какого-то аристократического шарма; его зеленые глаза больше не прятались за круглыми стеклами очков и отливали глубоким изумрудным оттенком. В его руках находилась недавно сделанная колдография его единственной лучшей подруги – Гермионы Грейнджер. Почему единственной? Потому что, когда Рон бросил их с Гермионой во время охоты за хоркруксами, Гарри потерял к нему доверие и решил проследить за ним. Рон пришел в Нору. Там были только Молли и почему-то Джинни. В тот день Гарри потерял не только лучшего друга в лице Рона, но и любимую девушку – Джинни. Еще полгода назад Гарри считал Молли своей второй матерью, но, после того, что он услышал, об этом и подумать было смешно. Flashback       — Ронни, мальчик мой, ты же совсем исхудал! — кудахтала полная рыжая женщина. — Почему ты раньше не пришел? Давно ведь мог попросить многоразовый порт-ключ до Норы, поел бы вкусно, отогрелся!       — Мам, сама же понимаешь, стоит только отлучиться, как Поттер бросается на поиски, а Грейнджер все так же относится ко мне "только как к другу". Но знаешь, всё-таки мы чистокровные волшебники, а она нет, поэтому, когда наступит такой момент, что Поттер не сможет её защитить, появлюсь я, и она пойдет по первому мановению пальца, - со злостью закончил рыжий предатель.       — Ты только тише, Фред и Джордж сегодня ночуют дома. А они искренне любят Гарри. Билл и Чарли тоже. Что-то случилось, Ронни?       — Даже мои братья любят его больше, чем меня, хотя со мной их связывает кровное родство! А так, ничего особенного: мы просто поссорились, а Гермиона решила остаться с Поттером. Я её звал с собой, а она сказала мне: "Рон, как ты можешь? Мы же друзья! Я не могу так!" и так далее.       — Что, Ронни, не смог притащить свою Грейнджер? — Гарри, услышав этот голос, почувствовал, как больно кольнуло в душе: ведь он верил Джинни, она ему даже нравилась, но о любви говорить было рано, а теперь — невозможно. - Хотя, думаю, если бы она согласилась, то вряд ли бы долго прожила, не так ли, Ронни? Ты бы воспользовался ею, наконец, а потом либо "Обливиэйт" и выкинуть где-нибудь на дороге, либо просто убить. То ли дело у меня, — Джинни мечтательно вздохнула, — война закончится, мы с Гарри поженимся, а потом он случайно скоропостижно скончается, оставив мне все состояние. И я смогу вернуться к Майклу: он такой душка!       Дальше Гарри слушать не мог, он переместился в первое пришедшее в голову место — на детскую площадку в Литтл-Уингинге. The end of Flashback       Да, так оказалось, что Молли и Джинни хотели использовать Гарри для пополнения своего кошелька, а Рон — Гермиону для... кхм... удовлетворения своих мерзких потребностей. А что сам Поттер? А ничего! Стерва-Джинни бы стала его женой, засранец-Рон остался бы лучшим другом, а Молли в качестве тёщи и просто дорогого человека. Всё бы так и случилось, если бы Гарри не услышал чудесного плана Трио-Уизли. В тот день умер маленький мальчик Гарри и появился молодой умный юноша — Гарри Поттер.       В палатку он вернулся только через четыре часа. Гермиона спала на старенькой кушетке. Её волосы разметались по подушке, а тонкие руки выглядывали из-под одеяла. Тогда Гарри понял, как на самом деле ему важна эта девушка. Но не только как друг, а именно как девушка. Ведь это именно она всегда была с ним рядом, поддерживала его и успокаивала; с этой девушкой Гарри никогда не ссорился. Она понимала его с полуслова. И вот тогда в его голове начал формироваться план. Но ему нужны были союзники. И он знал, какие два человека идеально бы подошли на эту роль.