Моя маленькая девочка

      Гарри вышел из камина в Министерстве, доступ к которому ему специально открыл Главный Аврор. Кабинет был пуст. Поттер немедленно вынул пробку из пробирки и выпил несколько глотков Оборотного зелья. Тело сковали те неприятные ощущения, с которыми Гарри познакомился еще на втором курсе в Хогвартсе. Живот скрутило, а мышцы по всему телу будто обожгло огнем.       Через секунд двадцать все закончилось, и парень подошел к небольшому зеркалу, висящему на стене около двери. В зеркале отражался высокий мужчина лет пятидесяти, его черные волосы уже серебрились сединой, а густая борода закрывала половину лица (сразу представился какой-то представитель кавказских народов, но я имела в виду брутального мужчину европейской наружности — прим. автора).       На письменном столе Поттер обнаружил пустую фляжку, а под ней записку.

«Перелей в флягу Оборотку: пригодится еще. Вдруг мы задержимся? В этом облике говори как можно грубее. Тебя зовут Реджинальд Рейнс.» Дж.М.

      Гарри предпочел последовать этому совету и после выполненных действий вышел в коридор, направившись к кабинету Главного Аврора, путь к которому знал очень хорошо.

***

      Дверь кабинета открылась, и на пороге показался крепкий мужчина.       — Наконец-то, мистер Митчел, что же это вы так долго? — ядовито спросила Молли, уставшая сидеть на неудобном стуле. — И не стыдно вам заставлять даму ждать? Где же ваши манеры? Вы представитель родовитого чистокровного семейства, а воспитания как у маггла какого!       — Потише на поворотах, мисс — я вам все-таки не давал права говорить. А вы, вообще-то, сейчас находитесь в Аврорате, так что, будьте добры, соблюдайте правила!       — О как! Интересно, Джонатан, ты придумал! Я теперь миссис, если ты не знал! — сладко пропела она.       Митчел на это заявление только усмехнулся. Было бы глупо даже предположить, что он не знал об участи этой девушки, когда она расторгла помолвку с ним и ушла к какому-то нищему Уизли! Но вот что интересно, позже оказалось, что магическую помолвку, которую заключили Митчел и Прюэтт, можно разорвать только, если либо жених, либо невеста умрет, однако об этом Джонатан узнал, когда Молли вышла замуж за Артура (он бы мог заявиться в дом и забрать свою невесту по всем магическим законам, но решил, что работа для него сейчас занимает приоритетное положение — прим. автора). Но у Джонатана было и еще кое-какое знание, которого не было у Молли.       — Вообще, по моим данным, ты все-таки мисс. Твой «муж» оформил развод без тебя! И по законам магии он имел на это право, потому что он мужчина, и он главный в семье. Несмотря на все твои попытки доказать обратное, эти законы установились еще в первобытном обществе, а во времена Средневековья были официально записаны, признаны и считались кодексом семьи. Больше эти устои не менялись, так что все твои действия и игры со властью были бесполезны. Однако, мы отвлеклись. Ты хотела что-то рассказать, раз пришла в этот кабинет, ко мне?       — Да, хотела, — женщина опустила глаза, и Джонатан на миг подумал, что это его милая, красивая мисс Прюэтт, которая была его невестой, та девушка, что должна была стать матерью его детей. Но стоило ему моргнуть, как наваждение прошло, и он увидел жирную, потную тетку в халате из занавесок. Нет, не этого он хотел. «Надо будет после опроса поговорить с Гарри и немного изменить судьбу Молли», — подумал Аврор и прикрыл глаза, ожидая, когда женщина хоть что-нибудь скажет.       — Я… — но договорить она не смогла: в кабинет вошел высокий мужчина суровой внешности.       — Митчел, скажи мне, что заставило тебя вырвать меня из сладких объятий моей ночной красотки? Твой патронус испортил мне все утро! — гаркнул мужчина низким басом. Гарри — а это был именно он — сделал вид, что только сейчас заметил посетительницу, которую, честно говоря, просто невозможно было не заметить.       — Ого! — парень приготовился вылить на женщину весь поток своего сарказма, но увидев предостерегающий взгляд Джонатана, решил немного повременить с этим. — Вот это… кхм… габариты… — все-таки не удержался он от небольшой шпильки в адрес Молли.       Она сделала вид, что не услышала, но обидчиво поджала губы.       — И зачем здесь… этот образец генной мутации? Я думал, что ты умный человек и не будешь отвлекать старого аврора от дел в его же отпуск…       — Прости, Реджинальд, но это действительно важно. Эта особа утверждает, что во всем виноват Гарри Поттер, не так ли, мисс Прюэтт? — Джонатан словно намеренно выделил ее девичью фамилию.       — Верно, мистер Митчел, не тяните время, я еще очень бы хотела успеть вернуться в место проживания до заката, а с такими темпами, я чувствую, это мне вряд ли удастся! — Гарри чуть рот не открыл от такой речи: Молли говорила спокойно и размеренно, будто она здесь была королевой, несмотря на отвратительный вид, она показывала свое воспитание, данное отцом — главой чистокровного рода, ну, и множеством нянюшек. Поттер даже почувствовал какое-то уважение к ней, но лишь на миг.       — Тогда говорите быстрее, мисс, и я вернусь к своему отпуску, а вы на помойку, или где вы сейчас живете? — он намеренно злил Молли, чтобы ее можно было приложить каким-нибудь заклинанием для успокоения.       И женщина, проглотив оскорбление, стала рассказывать, начиная с того момента, как она получила посылку с алкоголем… Flashback       Молли стояла у окна и разглядывала коробку, которую ей принесла неизвестная сова. Осмотр на предмет проклятий ничего не дал, и женщина немного успокоилась. Она открыла посылку и вытащила со дна красивую старинную бутылку эльфийского вина четыреста семидесяти шестилетней выдержки, — очень редкого, между прочим! — однако, это и насторожило миссис Уизли. Никто в здравом уме не пришлет ей такого подарка! Никто из тех, кто поддерживал Дамблдора не владел такими средствами, чтобы спокойно подарить бутылку этого вина ей, Молли Уизли! Но женщина не успела даже ничего сделать, когда из пробки появился небольшой камушек, и впился в руку волшебницы… Артефакт доверия был слишком сильным и проявил функции артефакта, подавляющего волю…       После Молли помнила только обрывки информации (возможно, Обливиэйт Гарри подействовал слишком сильно — прим. автора), но ей и этого хватало. А некоторые мысли оформляются в довольно четкие осознанные умозаключения.       … Обнаруживается полная потеря магических способностей…       … Чарли сжег всю её одежду…       … Перси выгнал из дома, поселив туда свою невесту — Пенелопу Кристалл…       … Артур провел бракоразводный процесс, и нашел себе новую «невесту» — Дафну Гринграсс…       … Ронни увольняют с работы…       … Ронни выгоняют из дома…       … Ронни теряет деньги, власть и физическую красоту…       … Джинни живёт где-то в Хогвартсе, но после окончания школы ей будет некуда идти…       … Я осталась совсем одна!       Кто в этом виноват? Кому это нужно? Кто мог подстроить нам такую подлость? — задавала себе вопросы Молли. И на каждый вопрос находился один и тот же ответ:       «Гарри Поттер!» The end of flashback       — Мисс Прюэтт? Мисс Прюэтт! Очнись же, Молли! — послышался встревоженный знакомый голос.       Женщина открыла глаза и встретила взволнованный взгляд Джонатана. Однако искры тревоги моментально затухли, когда Митчел получил локтем в бок от стоящего рядом зрелого аврора, подозрительно глядящего на главного Аврора.       — Кхм… Вот, значит, как… — в задумчивости сказал Гарри в теле Реджинальда. Он почесал затылок, взъерошив черные с проседью волосы.       Он заметил взгляды, бросаемые Митчелом на тушку Молли, и он помнил историю, рассказанную Джонатаном. Гарри понимал, что Аврор не простит ему, если он что-то сделает с рыжей.       — На этом всё, мисс? — спросил Гарри чисто для приличия.       — Да, мистер… кхм… простите, не знаю, как ваша фамилия… — растерянно улыбнувшись, сказала Молли.       Этому жесту Гарри очень удивился. Он так часто в последнее время наблюдал такую улыбку у Гермионы, что просто не мог представить ее у кого-то, кроме нее, но нет, вот же, точно такая же улыбка на устах Молли Уиз… то есть Молли Прюэтт.       — Реджинальд Рейнс, к вашим услугам, — Гарри почему-то захотелось представиться вежливо, хотя до этого, он собирался вылить на нее гору сарказма.       — Редж, пойдем выйдем на минуту, — неожиданно сказал Джонатан.       Гарри молча вышел за дверь, вслед за ним прошел Митчел.       — Говори сразу, что надо, Джонатан, я видел, что у тебя есть какая-то определенная мысль еще тогда, когда только я зашел в кабинет.       — Мда, есть у меня одна идейка, но я очень надеюсь на твою помощь. Давай не будем стирать ей память и отправлять куда-то там непонятно куда, а сделаем гораздо проще. Будет легче, если она все время будет на виду, не так ли? А мне, собственно, ведь не сложно приглядеть за ней… — издалека начал он.       — Джонатан, давай к делу! — Поттер видел, что время действия Оборотного зелья заканчивалось, а в коридоре Министерства Магии, где периодически ходят волшебники, очень сложно было принять новую дозу (так сказала будто это о наркотиках… — прим. автора).       — Я знаю, что у Поттеров в сейфе есть одна книжка, которая была изъята из сейфов моего рода, так вот, в этой самой книжке есть то, что мне нужно. От тебя потребуется только оставить Молли мне, чтобы я провел брачный ритуал. Я хочу, чтобы она принадлежала мне, но ты должен снять свое проклятье, а магическую силу ей можно вернуть, но не в таком размере, а только для элементарных заклинаний. А по своей книге я верну ей облик, который был у неё, когда ей было двадцать лет. Мой род славился своими брачными ритуалами и тем, что в нем было очень много метаморфов, и эти способности изучались, записывались, над ними проводились опыты, и на основе этих экспериментов было написано несколько глав этой самой книги. Ну, как тебе такая идея? — спросил он, но не дав сказать Гарри и слова, сразу же добавил, — Я буду держать ее под контролем, она не сможет ничего делать, просто будет сидеть дома и выполнять свои обязанности. И отрабатывать то, что накопилось за время, пока был приостановлен контракт на помолвку.       Гарри посмотрел прямо в глаза Митчелу и сразу все понял: он понял, что здесь замешана не только месть, но и нечто другое. Поттер улыбнулся, кивнул, но взял с Аврора обещание.       — Хорошо, я согласен, но ты будешь рассказывать о каждом её промахе, я должен быть в курсе, ну, а также я все-таки сотру ей воспоминания, которые могут навести на меня хоть какие-то подозрения. Я тоже хочу счастливой жизни, семью, детей — нормальную жизнь, не связанную с войной, интригами и государственными проблемами. Я хочу жить. И ты хочешь жить. И если тебе для этого нужна она, — Гарри кивнул в сторону двери кабинета, — то я не против.