Родственные души

Я до сих пор вспоминаю тебя, Сириус. Слышишь? Не могу забыть, как бы не хотел. Единственный, кто понимал меня, был ты. Я никогда тебя не забуду. Я помню в тебе всё. Твой бархатный голос, который успокаивал меня вечерами, помню твои большие теплые ладони. Такие нежные. Твои глаза, выражающие заботу и уверенность. Я лишился всего этого. Я лишился тебя. Но то, что у меня было я оставлю в своём сердце навсегда. Вот она лежит рядом, у меня на коленях. Спит. Мы оба устали. Война, смерть, сражения. Волан-Де-Морт наступает, а мы не справляемся и смертей всё больше. Это невыносимо и я схожу с ума. Встретимся ли мы когда-нибудь? Я помню… На пятом курсе я часто тебя навещал, а ты рассказывал мне о родителях. О маме и папе. О вашей дружбе, о том, как вы все издевались над Снейпом. Теперь я понимаю, почему он ненавидел моего отца, тебя и Люпина. На самом деле вы все были хорошие, просто, как и многие, шалудивыми подростками с взыгравшимися гормонами. Твой голос всегда действовал на меня одинаково. Успокаивал. Какая бы сложная ситуация не сложилась, как бы больно мне не было. Ты всегда умел подобрать нужные слова, обнять так крепко, что в лёгких не оставалось воздуха и успокоить. Это были трепетные моменты в моей жизни. Почти семья, смеялся тогда я. Теперь понимаю, что не было «почти», была семья. Я любил тебя… Да, именно любил. Поначалу это было страшно и не понятно. Любить собственного крёстного. Больше конечно пугало, что я влюбился в мужчину. Я думал так и должно быть, питать тёплые чувства к родному человеку, но когда эти тёплые превратились в страстные, я потерялся. Одно из воспоминаний, одно из тысячи, но самое яркое и запоминающееся. Живое и такое горячее, пульсирует в мозгу, заставляет сердце колотиться чаще. Вспоминаю, как будто это было лишь вчера. Увы. Я сидел в своей комнате, специально отведённой для меня. Сидел на кровати и смотрел в окно. Небо плакало. Я бы сам расплакался, но вроде, как не положено. Я уже неделю себя терзаю мыслью о том, что хочу… Тебя. Да и никого другого. Твои волосы, руки, губы, шею, всего… Я понимаю, что так не должно быть, что это абсолютно не правильно, что это аморально и… Но я ничего не могу поделать. Ты снишься мне в самых эротических снах. Ты там такой страстный, что я просыпаюсь с такой внушительной эрекцией, приходится вставать по среди ночи и дрочить. Я видел тебя в душе. Твоё тело, оно бесподобно. Я бы никогда не подумал, что ты так сексуален. Длинные ноги, сильные руки, рельефная грудь и плоский живот. Тебе бы я думаю не пошёл рельеф на животе, как у какого-нибудь качка. Ты прекрасен во всём. Я стараюсь быть похожим на тебя, но ничего не выходит. Слишком мы далеки друг от друга. Сидя на кровати, я сжался, стараюсь стать меньше, зарывшись руками в волосы. Сильно сжимаю, почти вырывая. Не обратил внимания на шаги. Не услышал даже. Не услышал, как ты вошёл в мою комнату и сел позади. Я заметил только тогда, когда ты обнял меня. Только тогда, когда почувствовал твоё тепло, твой запах. - Гарри, - ты как всегда нежен – что случилось? Тебя что-то беспокоит? - Нет, ничего. Правда, всё в порядке, Сириус, - как можно более спокойно говорю я, но выходит паршиво, голос дрожит, каждый мускул напряжён от такой опасной близости с тобой. - Я же чувствую, что что-то не так? Почему ты не хочешь говорить? – ты спрашиваешь, не понимая, на что меня толкаешь, а ещё при разговоре ты всегда смотришь мне в лицо, вот и сейчас, ты резко опрокинул меня на кровать, что бы видеть мои глаза. - Я… - а слова застряли в горле, щёки покраснели, а глаза, я уверен, что блестят. - Расскажи мне, - ты навис надо мной, Боже, как ты близко, я даже чувствую твоё дыхание на своем лице. Я стараюсь собраться, сфокусироваться на чём-то, но меня всё время отвлекают твои глаза и губы. Твои руки лежат у меня на груди и инстинктивно поглаживают её. Только от этого я готов кончить. Я закусил губу, что бы не выдать своих желаний, отвел взгляд, что бы ты не прочёл в нём ту отвратительную страсть, что я питаю к тебе. А ты всё так же сидишь, только вот руки замерли. Потом ладонь переместилась на шею, щеку, провела к губам. Я непроизвольно приоткрыл губы, а по ним провел твой палец. Твои ладони пахнут карамелью. Ты ел конфеты? Интересно, твои губы такие же сладкие. Я не заметил, как мой взгляд оказался на твоих губах, кстати, они в сантиметре от моих. Я тяжело дышу, а щеки такие алые, что даже думать об этом так смешно! Я не удержался. Я старался, честно, но не смог. Я вцепился тебе в губы, как сумасшедший. Они сладкие, я так и думал. Твои руки, боже они такие сильные. Ты обнимаешь меня за спину, притягивая сильнее, и я не понимаю, что происходит, ведь ты мне отвечаешь. Хотя может это мой очередной сон? Даже если так, пусть он закончится, как всегда. Пусть я проснусь у тебя на груди. Я судорожно срываю кофту с тебя, за ней футболку и вот я чувствую твою кожу. Множественные шрамы, провожу по каждому. Ты тяжело дышишь, чувствую, как пытаешься контролировать себя, но зачем? Ты отстранился, я помню твои глаза в тот момент. Тёмные, охваченные паникой и страстью. Твои руки срывают с меня домашнюю кофту. Ты смотришь. Смотришь так, как ни на кого не смотрел. Я худой, бледный, осунувшийся из-за отсутствия сна. Ты целуешь. Целуешь подбородок, шею, ключицы, грудь. Язык обводит бусинку соска, а после пальцы занятно играют с ними. Поцелуи уходят ниже. Эрекция уже давно ощутима и ты улыбаешься своим мыслям. Стягиваешь домашние штаны, вместе с нижним бельём и я чувствую твоё дыхание на истекающем смазкой члене. Обхватываешь рукой член и отодвигаешь крайнюю плоть. На головке выступают капли. Вновь на твоём усталом лице заметна мягкая улыбка. Облизываешь губы и берёшь в рот. Никогда этого не забуду, это было чувственно. Так хорошо мне ни с кем не было. Чжоу отдыхает! Твой жаркий рот вытворяет невообразимые вещи, а острый кончик языка лишь добавляет азарта. - Ах… - всё-таки недолго я выдерживаю и кончаю тебе прямо в рот. Ты не отстраняешься, а глотаешь всё без остатка. Я знаю, что хочу. И знаю, что ты тоже хочешь и я готов. Готов сделать для тебя всё, что ты попросишь, как бы глупо это не звучало. Я готов отдаться и я отдамся, нет сомнений. Страха нет. - Если мы не остановимся, это может зайти очень далеко, - хриплым голосом говоришь ты, а в глазах плещется желание. - Нет! Сириус не поступай так со мной! – всхлипываю я и резко сажусь, притягивая тебя ближе к себе. Мы так и сидим, прижавшись, друг к другу. Твои большие теплые ладони гладят мои не послушные волосы. И это успокаивает. Я чувствую себя рядом с тобой. Действительно чувствую. Родственная душа, проносится какой-то отголосок. Я первый отстраняюсь. Мы смотрим в глаза друг другу и в этом столько интимного. Только мы вдвоём. Звучит эгоистично, но мне больше никто не нужен кроме тебя. - Сириус… Я всегда хочу быть с тобой, - это вырвалось не произвольно, позже я испугался сказанного, но ты лишь усмехнулся и притянул меня для очередного поцелуя. Он был такой жаркий, языки сплетались в один. Мы стонали. Громко, не боясь быть услышанными. Мои руки сами полезли к твоим джинсам, сами расстегнули ремень и ширинку. Но ты вдруг остановил меня. Мой озадаченный взгляд привел тебя в замешательство. - Я сам, - рассеянно сказал ты и потрепал меня по волосам. Ты быстро освободился от не нужной одежды и залез ко мне на кровать, укрыв нас одеялом. Твои руки были везде. Ты умел столько, что мне учиться и учиться. Задумываясь над тем, сколько у тебя было мужчин и женщин, мне становится тошно. Ты это видишь. - Что-то не так? Тебе неприятно? – тут же спрашиваешь ты, останавливая все свои ласки. - Нет. Всё хорошо, продолжай, - отвечаю я и сильно краснею от своих слов. - Что тебя беспокоит? – ты всегда такой, не успокоишься, пока не добьешься ответа на свой вопрос. - Ты наверно был очень популярен среди мужчин и женщин? – не удерживаюсь я, пряча глаза под длинной чёлкой. - Тебя сейчас это беспокоит? – ты искренне удивлен – Сейчас это не имеет значения, есть только ты и только я. – ты знаешь, что нужно сказать, и я успокаиваюсь. Мы продолжаем. Твой язык очерчивает круг на шее, спускается и ведёт прямую линию к впадинке между ключицами. Сладкий стон. Оказывается, стонал я. Я вновь краснею, ведь с мужчиной у меня впервые. Ты вновь замечаешь всё, что я так отчаянно пытаюсь скрыть. - Не зажимайся, я всё сделаю как надо, - тихо шепчешь ты в область соска. Верю. Просто не могу не верить. Ты всё делаешь нежно с заботой в каждом прикосновении. Облизав один сосок, ты перемещаешься на другой, а пальцы теребят влажный, на котором только что был твой язык. Я призывно прогибаюсь, но ты продолжаешь томные ласки. Рука спускается ниже и обхватывает вновь вставший член. Я закусываю губу, что бы хоть как-то сдержаться. Но это глупо, тем более у меня всё равно не получается. Ты мне дрочишь, а я хочу больше. Ты видимо понял это. Отстранившись от меня, ты жестом говоришь мне лечь на живот. Я покорно выполняю твою немую просьбу. Ты где-то сзади, я знаю. Ты с чем-то возишься, над чем-то думаешь и даже что-то говоришь, но я плохо соображаю. - Гарри? – не в первый раз зовешь меня. - А? Что? – опомнившись, переспрашиваю я. - Я спрашиваю, у тебя есть, какой-нибудь крем? – ты нетерпеливо повторяешь. - Да, да вроде бы в тумбочке, я достану, - но ты останавливаешь меня, встав сам. Ты его всё-таки нашёл. Мне его Гермиона дала, она говорила, что в нем какие-то свойства, но я не запомнил. Ты выдавил себе наверно пол тюбика на руку. Я встал в позу поудобнее, как собака и прогнулся в спине. Ты тихо зарычал от нетерпения. Я попытался расслабиться. Тут же почувствовал. Как два твоих пальца с трудом проходят всё глубже и глубже. Но я не хочу причинить тебе дискомфорт, поэтому отпускаю себя, полностью отдавшись тебе. Наконец когда ты спокойно можешь вводить два пальца, добавляешь третий. Это неприятно, но я так сильно разработан, что они спокойно хозяйничают внутри. Я опускаю голову на кровать, взгляд тут же упирается на твои ноги и стоящий колом член. - Ты готов? – тихо спрашиваешь ты. - Давай уже, - стараюсь как можно спокойнее произнести эти слова. Ты извлекаешь пальцы и вновь выдавливаешь на руку крем. На этот раз ты размазываешь его толстым слоем по члену. От головки до самого основания, белая вязкая субстанция попадает тебе на чёрные волосы и они слипаются. Проводишь пальцем по сжатой дырочке, смазывая остатки крема. Наконец я тебя почувствовал. Я знаю, что ты встретил сопротивление, прости я этого не хотел. Ты медленно вошёл до основания и замер. Я слышал твоё глубокое дыхание за спиной, слышал, как тяжело тебе даётся держать себя в руках. Я знаю, но прости. Когда я наконец кивнул в знак продолжения, ты начал медленно двигаться внутри, постоянно задевая мою простату. Я выгибался, насаживался сам на твой член, а ты шумно дышал, скрывая стоны. Вскоре ты не выдержал. Ох, как я рад был этому. Ты и представить себе не можешь! Ты начал резко двигаться, вгонять в меня член по самые яйца. Я стонал. Громко и отчаянно. Наверно уже весь дом переполошился. Но сейчас меня не эти мысли занимали. Ты тоже стонал. Так же громко, как и я. Ты стал двигаться с невероятно скоростью, мне оставалось лишь ловить ртом воздух. Он сейчас казался таким горячим, что обжигал мои лёгкие. Ты резко дернулся, очень резко, что было немного больно. Ты кончил. Мои стенки сжались вокруг твоего члена ещё раз, вбирая твоё семя. Ты наклонился на меня и пару раз провёл по моему члену своей рукой. Я излился тебе в ладонь, забрызгав простынь. Наверно никто не расстроится. - Гарри… - всё что ты смог сказать мне. - Сириус, я хочу, что бы ты был со мной всегда, - я всё-таки сказал, что меня так долго терзало. - Конечно, Гарри, конечно, - ты сказал это твёрдо, зная, что так и будет и погрузился в сон. Я не знал, что так не будет. Все наши встречи заканчивались одинаково жарко, жарче, ещё жарче! А потом, тогда, в Министерстве магии… Тебя убила твоя кузина. Я был готов убить её, правда готов, но я не смог. Ведь это бы не вернуло бы тебя к жизни. Я помню тот миг. Ты покинул этот мир с улыбкой. Но я знал, уже тогда знал, что мы ещё встретимся, ведь родственные души никогда не бывают порознь.