Дневник

Сегодняшним вечером юная заклинательница духов вновь возвращалась с очередного задания. Придя домой, Люси Хартфилия сразу же принялась за свой дневник, который она старалась вести помимо того, чтобы писать письма маме каждый день. Сюда она записывала все свои мысли за последнее время. И вот, взяв ручку, девушка начала писать нечто очень похожее на все страницы ее дружка-дневника. Но сегодняшняя запись отличалась тремя такими нужными словами... Написав это, волшебница пошла принимать свою любимую горячую ванну, как обычно, оставив всю писанину на столе. "Знаешь, иногда я ловлю себя на мысли, что мы просто не могли стать друзьями. Я - слабая, в сравнении с тобой, заклинательница духов, ты - невероятно сильный огненный убийца драконов. Быть честной, не хотела бы иметь тебя в своём списке противников, потому что ради друзей, то бишь всей гильдии, ты готов сделать потрясающие вещи. Но только в этом и есть вся загвоздка. По крайней мере, для меня. Ты в упор не видишь моих чувств к тебе. Ты всех называешь лучшими друзьями и даже семьёй. Я в этом ничего плохого не вижу, но меня угнетает то, что я для тебя как все. В тот день, когда ты, можно сказать, спас меня и мы познакомились, я и подумать не могла, что все мои типичные мысли о принце на белом коне когда-то испарятся, а их место в моем мозге займет безбашенный, чудной, вечно готовый ринуться в бой и безумно любящий своих друзей убийца драконов. Многие говорят, что ты похож на ребёнка в свои года. Но я не считаю это плохим. Что такого ужасного в том, чтобы придерживаться своих постоянных принципов и желаний? Знаешь, все говорят, что ты никогда не найдешь своего отца - Игнила, потому что не верят тебе, что раньше великие и могучие драконы заполоняли каждый гектар наших земель, а потом вдруг исчезли. Знаешь, я верю тебе. А этот твой дурацкий шарф, который ты никогда не снимаешь, потому что это единственная вещь, которая осталась от Игнила, ну, кроме твоих воспоминаний, конечно. Пускай ты и выглядишь нелепо, но это всё составляет тебя. Составляет то, что мне в тебе нравится. Нет, то, без чего я жить не могу, то, что я так сильно люблю. Я помню, как на заданиях притворялась, что мне холодно, только ради того, чтобы побольше быть в твоих вечно теплых объятиях. Да, ты всегда меня грел, когда я дрожала. Тебе это не составляет труда, ведь твоя жизнь - огонь. Ты волшебник, а не обычный человек. Ты всегда был моей слабостью. И я, к сожалению ничего не могу с этим поделать. Когда ты подходишь слишком близко ко мне, у меня захватывает дыхание, а потом ты обыденно говоришь "Странная ты, Люси". Когда я вытворяю тебя из своего дома, я этого не хочу. Ох, если б ты знал, что я на самом деле не злюсь, когда прихожу домой и вижу тебя, ошивающимся рядом с моим холодильником... А уж тем более не злюсь, когда просыпаясь утром в своей кровати, я лежу вовсе не одна. Да, я ору, что ты извращенец, и что я против этого, но на самом деле я просто боюсь признать сама себе, что ты мне далеко не безразличен. Потому что такими утрами я невольно любуюсь твоим приоткрытым ртом, смешным посапыванием, да даже подёргиванием твоих прекрасных глаз. Знал бы ты, что я уже давно использую твою именитую фразу "Я аж воспылал", но как же я боюсь сказать её при тебе. А когда ты улыбаешься, я тоже не могу сдержать улыбку. Ты наверное заметил, но мы связаны чувствами. Если тебе грустно, мне просто не может быть весело. Если мне грустно, то ты из кожи вон лезешь, чтобы сделать меня весёлой, но когда предпримешь все попытки, ты просто садишься рядом со мной, слегка приобнимаешь и грустишь на пару со мной. В гильдии поговаривают, что ты влюблён в меня. Брехня, это обычная привязанность. Ведь мы же с тобой в одной команде. Да, не буду скрывать, что замечала, что я для тебя больше, чем остальные, но всё же. Ты такой странный человек, ты знаешь? Ты не придлежишь ни одному городу, ни одному человеку. Ты принадлежишь собственному сердцу, невероятному упорству и огроменной мечте. Ты всегда защищаешь меня на заданиях, помогаешь оправиться от ран, мстишь злым колдунам, которые едва ли касаются меня пальцем. Ты собственник, и я, чёрт возьми, хочу быть твоей собственностью. Я люблю тебя, хотя ты такой глупый дурак." Когда хвостатая фея вышла из ванной, а все ее достоинства прикрывало лишь белоснежное полотенце, она даже не смутилась, ведь для их дружбы это было так обыденно. Но что-то в убийце драконов было не так, он был слишком настороженным и серьёзным. Да чтобы он? Да и был таким? Да это определённо сон! - Люси, - медленно начал говорить он. - Может быть нам стоит поговорить? Его тон был строгим, поэтому Хартфилия напряглась и сжала кулаки. - П-прямо сейчас? - заикаясь произнесла она. - Да, - всё ещё не поднимая головы сказал он. - Х-хор-рошо, - ноги стали словно нитки, поэтому барышня еле-еле доплелась до кресла, в то время, как он сидел на её кровати. - Люси, ты же знаешь, что мы с Хэппи всегда читаем твою писанину, потому что уже не для кого не секрет, что ты писатель? - девушка напряглась. - Что ты хочешь этим сказать? - недоверчиво протянула заклинательница. - Почему, Люси? Почему сегодня ты написала только один листок? И закончила на самом интересном месте? Ты даже вроде и имен не называла в этом рассказе! Да что с тобой! Ты теряешь писательские навыки, Люська. И ещё, как по мне, так сильно человека никто любить не может, ты переборщила, - привычно скрестив руки на груди сказал он. Вы явно бы ошиблись, сказав, что Люси хотела заплакать. Она сейчас больше хотела засмеяться, то ли от счастья, то ли от... Вот куда ей такой дурачина? - Знаешь... А это ведь про мои чувства... - покраснев, прошептала волшебница. Ей вдруг стало грустно, что он не понял этого. Там же всё так очевидно! - Ну, я понял только последние строчки, если честно. И к кому же ты испытываешь эти чувства? Ах, сто процентов к Грею, мне пойти набить морду этому ледышке за то, что он не замечает тебя? Да, наверное, так и сделаю, я аж воспылал, - проговорил парень. Девушку насторожил тон. Он был... взбешен? - Стой! - Так это не Грей? - он закатил глаза. - Неужели, Лексус? Или может быть Гажил? Всем врежу! Не замечать Люськины чувства - верх тупости! - Знаешь, Нацу, тогда ты тупой, - прохихикала Хартфилия. - А? Я не понял. - Прости, что в своём дневнике после "Я люблю тебя", я не дописала "Нацу Драгнил", - возмущенно проговорила она. - Я же не знала, что ты полезешь читать его, - хмыкнула она. - Повтори-ка? - Что именно? - Ну, все это в одном предложении, - задумался драгонслеер. - Я люблю тебя, Нацу Драгнил. Доволен? А теперь можешь идти. - Зачем мне уходить, если я ещё не дописал "А я люблю тебя, Люси Хартфилия" в твоём дневнике? - удивленно изогнув бровь, сказал он. Сердце пропустило удар. Казалось, что по всей Магнолии не было такого урагана чувств, какой сейчас был у девушки. На глазах выступили слёзы счастья. Всё произошло так ... быстро? Но это сейчас неважно, ведь этот вечер, да и всю свою жизнь, Люси Хартфилия проведёт под верным огненным крылом Нацу Драгнила.