Нет дыма без...

Любимая Ло, Прошло только два дня, но у меня такое чувство, что ты ушла века назад. Динозавры могли появиться на земле, размножиться, вымереть и стать окаменелостями, и этот срок все равно был бы меньшим по сравнению со временем твоего отсутствия. Я обнаружила, что больше всего скучаю по разным мелочам. По тому, как ты касаешься моей руки, когда входишь в комнату, где я читаю, как ты насвистываешь себе под нос, когда думаешь, что никто не слышит, по твоим шагам на лестнице. Я и не замечала, что все эти вещи стали необходимостью, пока ты не уехала. Скажу только, что я надеюсь, ты наслаждаешься, любовь моя. Хотя я уверена, что ты – бдительная лагерная наставница, не давай девочкам выматывать тебя слишком сильно. Позволь им развлекаться. И возвращайся ко мне поскорее. Люблю вечно, Mo Внезапно Миранда выпрямилась и подняла голову с моего плеча. - Зоопарк? – она нахмурилась и попыталась встать вертикально. – Что мы здесь делаем? – ее ошеломленный взгляд остановился на паре женщин, раскачивающихся на танцполе, чьи губы были заняты напряженным исследованием друг друга. Зеленые глаза распахнулись очень широко: – Где я, черт побери? - Почти угадала, – ответила я ей на ухо. – Это Глубокий Омут. Именно в этот момент ди-джей объявил, что караоке-машина включена и готова к работе. Огни стали ярче. Я застонала. Нам нужно выбраться отсюда как можно скорее. - Что? Это не холл Марриотта? – Миранда неуклюже развернулась вокруг своей оси, хихикнула, потеряла равновесие и снова упала на меня. Она схватила меня за предплечья, и глаза ее стали еще шире, при взгляде на меня. - Э-то бар, – повторила я, тщательно выговаривая слова. Хотя не думаю, что я могла бы сказать еще что-то, когда она была так близко и выглядела так восхитительно. Миранда кивнула, но веки ее снова начали опускаться. Я легонько тряхнула женщину. - Полегче. Как насчет того, чтобы оставаться в сознании еще некоторое время? По крайней мере, пока не доберемся до моего автомобиля. – Я повернулась к Ните: – Думаю, мне нужно отвезти ее домой. Нита только хихикнула. - Не-а, – пробормотала Миранда. – Не ради выгоды, а только для удовольствия. - Эм, конечно, – я покосилась на Ниту, которая, вскинув брови, смотрела на меня. На метровой высоты помосте, который здесь любили называть сценой, тощая молодая блондинка в топике и шортах принялась портить своим пением песню Мадонны «Схожу с ума по тебе». Я схватила Миранду за руку и потащила к выходу. - Эй! – хором возмутились Нита и Миранда. - Мне нравится эта песня, – пожаловалась Нита, все же помогая мне тащить с трудом стоящую на ногах женщину к краю танцпола. Девочка подобралась к третьему припеву, когда ди-джей прервал ее, объявив, что нуждается в чем-то новом. Люди одобрительно завопили. Оригинальная песня продолжилась, свет снова стал тусклым. - О, круто, – воскликнула Нита, потом посмотрела на меня через плечо. – Что? Я не стану извиняться. Это – ретро. Сейчас можно это любить. Миранда начала двигаться под музыку. Поскольку она делала это, практически повиснув у меня на шее, я тоже начала двигаться – только чтобы удержать равновесие. - П-тнцуй с-мной, лан? – нечленораздельно произнесла Миранда около моего уха. Мне потребовалась пара секунд, чтобы осознать ее просьбу, а затем мои колени, и до этого не слишком хорошо меня державшие, практически превратились в желе. Миранда уронила голову обратно на меня и прижалась немного ближе. Ее дыхание согревало мою рубашку, и, кажется, я слышала, как она подпевает. Я бросила отчаянный взгляд на Ниту, но та только усмехнулась и показала мне большие пальцы. Вознеся молитву о том, чтобы она не вспомнила об этом утром, я обняла Миранду за талию и сделала то, о чем она просила. Мы танцевали. Я не хотела наслаждаться этим. Я знала, что должна волноваться и чувствовать свою вину, но просто не могла этого делать. Было слишком приятно выполнять ее просьбу. Сердце начало стучать быстрее. Уверена, Миранда могла это слышать. Ее голова лежала прямо там. Ее близость, мягкость ее волос, легкие прикосновения ее ног к моим во время танца, юная округлость ее лица и соблазнительные искорки в зеленых глазах – все это угрожало смести плотину моего самоконтроля. Миранда подняла голову и посмотрела на меня, наши лица были в сантиметрах друг от друга. Она заглянула мне в глаза и чуть приоткрыла рот. Части меня, о существовании которых я успела позабыть, ярко вернулись к жизни. - Такая красивая, – мечтательно произнесла Миранда, подняв руку к моему лицу. Пару секунд рука висела в воздухе, а потом безжизненно упала. Затем женщина уронила голову на грудь и сама свалилась мне в руки практически мертвым грузом. Я едва успела ее подхватить, отступив на шаг назад, чтобы удержаться на ногах, но тут Нита пришла мне на помощь. - Оууу, – проныла она, удерживая Миранду. – Знаешь, это просто ужасно. Вы двое действительно хорошо смотрелись вместе. - Нита, я тебя умоляю. Помоги мне вытащить ее отсюда прежде, чем я ее уроню. Каким-то чудом мы сумели добраться до парковки. Миранда что-то напевала себе под нос и смеялась. Она то теряла сознание, то вновь приходила в себя, окончательно покинув нас только возле моего автомобиля. Я прислонила ее к Мустангу, и Нита сумела удержать ее на месте, пока я искала в кармане ключи и открывала машину. У Мустанга довольно маленький просвет, что в данном случае оказалось очень удобным. Как только я открыла пассажирскую дверь, Миранда буквально упала внутрь. Мы удостоверились, что все ее конечности находятся в машине, после чего я захлопнула дверь и уселась на водительское сиденье. Я опустила окно. - Спасибо, Нита. Я позвоню тебе на следующей неделе. Нита фыркнула (и почему мои друзья постоянно делают это?). - Хорошоооо... Я буду просто ждать у телефона. Скривившись, я завела машину и помахала Ните на прощание. Женщина продолжала смотреть на нас будто какой-то добрый персонаж из «Улицы Сезам». Она похлопала Мустанг по крыше, когда машина тронулась с места. - Не делайте ничего, что не стала бы делать я, –подмигнула она. - Угу. Нита, насчет такта, давай как-нибудь поработаем над этим, хорошо? Она только улыбнулась и самодовольно кивнула. Я порулила в сторону трассы. Узкие дороги, по которым мы возвращались, были бархатно-черными в ночи. Темное полотно сливалось на горизонте с темными же силуэтами деревьев. По обеим сторонам дороги спали коробки тусклых зданий. Фары создавали небольшой яркий туннель, разрезающий мрак перед автомобилем. С этим приходится мириться, когда живешь в глубинке. Никогда не попадешь куда-то быстро. Раньше меня это не беспокоило. Мне нравится жить вдали от изделий человеческих рук. Но сегодня дом казался слишком далеким. Атмосфера внутри авто внезапно стала чересчур приватной. Даже радио, как нарочно, лишь увеличивало степень расслабленности. Я покосилась на Миранду. Огни приборной панели освещали ее бледным желтым светом. Она выглядела неземной и чрезвычайно милой, но милой такого типа, какой можно видеть в кино, рекламе или на обложке журнала. Я с неловкостью осознавала ее близость – нас разделяли только рычаг ручника и мои сомнения. Голова Миранды опиралась на ее плечо, как будто она скатилась бы без этой опоры. Ее губы, приоткрытые в таинственной, дразнящей улыбке, казались такими мягкими. Я думала, что она спит, но когда я попыталась подвинуть ее голову в более удобное положение, она вдруг сама подняла глаза и впилась в меня взглядом. - Ты думаешь, я не знаю, но я знаю. Я знаю, что ты сделала. Я дернулась от неожиданности, ударила по газам и съехала на обочину. Не без труда мне удалось вернуть взбрыкнувший автомобиль на дорогу, только потом я смогла посмотреть на нее. Я пыталась удерживать спокойное выражение лица, хотя сердце мое бежало быстрее машины. Как она догадалась? Я нахожусь в своем автомобиле на пустынной проселочной дороге наедине с убийцей-головорубом. Как я могла быть настолько глупа? Я буквально увидела, как родственники спустя шесть месяцев опознают то, что осталось от моего тела, а мой бедный Мустанг покоится на дне какого-нибудь озера. - Э, не понимаю, о чем ты, – не самый невинный ответ, но больше мне ничего в голову не пришло. Миранда наклонилась и положила руку мне на колено. Я чуть снова не съехала с дороги. - Ты отлично флиртуешь. Это ничего. Я знаю, что тебе нравятся женщины типа маленьких пикси. Но сделай это еще раз – и я тебя убью. До последней секунды я думала, что она говорит о Ните. Сбитая с толку, я снова посмотрела на нее, надеясь на какое-то объяснение. Но, увидев, насколько она пьяна, поняла, что на самом деле она говорит не со мной или даже не обо мне. И когда она продолжила говорить все более нечленораздельно и все более заплетающимся голосом, мое предположение было подтверждено, а любопытство опасно задето. - Я никогда не могу заполучить тебя полностью только для себя, – пробормотала Миранда. Потом она наклонилась вперед, чтобы заглянуть мне в лицо из-под полуопущенных век, и произнесла намекающе, когда ее рука скользнула по моей ноге для опоры: – Ну, почти никогда. Если она продолжит в том же духе, мне придется затормозить для нашей же безопасности. Я взяла себя в руки и неохотно убрала ее ладонь со своей ноги. - Знаешь, – начала я, пытаясь заполнить тяжелую тишину хоть какими-то словами, – самое замечательное в этой ситуации то, что завтра ты, скорее всего, не вспомнишь ничего из этого. А я просто притворюсь, что тоже ничего не помню, ладно? Иначе ситуация станет слишком странной. Не то чтобы отношения между нами уже не были странными. Я имею в виду, что у меня от тебя мурашки, но, с другой стороны, я ни в чем не уверена. Ты натуралка и, вероятнее всего, смертельно опасна... Не лучший вариант. Не то чтобы я могла что-то сделать с тем, что... Черт, даже я удивлена, что я так прямо говорю об этом. Ты понимаешь, о чем я говорю? Я прикусила язык прежде, чем выболтала все на свете, и посмотрела на Миранду. Она все еще находилась в том воображаемом счастливом мире. Ничего из сказанного мною она не осознавала. - Так ты собираешься отшить меня старым добрым «не сегодня, у меня голова болит»? – хихикнула она, продолжая свой монолог. Потом Миранда погладила меня по волосам. – Мы займемся этим. Дай мне только затащить тебя домой. Я понятия не имела, как бороться с этим. Как вообще можно участвовать в воображаемой односторонней беседе с пьяной женщиной? Есть какой-то соответствующий этикет? Я не знала, что делать, и чувствовала себя виноватой из-за того, что наслаждалась этими инсинуациями, хотя они и были сказаны не для меня. Я увеличила скорость до ста километров в час, чтобы поскорее закончить этот ставший сплошной пыткой день, доставить Миранду домой и самой забраться в кровать. Но тут дьявольская идея, то самое трусливое желание, которое заставило меня расспрашивать четырехлетку, взяло верх: - Так... Кто же я? Скажи, как меня зовут? Я покосилась на Миранду, ожидая ответа. Она скривилась и махнула на меня рукой. - Ты знаешь, глупыш. Не начинай это со мной. Я кивнула и кинула на дорогу быстрый взгляд, прежде чем снова посмотреть на нее. - Ага, но куда – домой? Где ты живешь? - Пффф... – вот и весь ответ. – Почему ты всегда позволяешь мне так много пить? Знаешь же, что я делаю это только когда нервничаю, и я говорю тебе не делать, а ты все равно продолжаешь и делаешь это, и затем я оказываюсь в подобной ситуации и сейчас даже не могу чувствовать пальцы ног. - Точно. Держу пари, что не можешь. Но кто я? Некто, кого ты знаешь несколько лет? Возможно, твой любящий муж? Мои слова вызвали приступ лающего смеха. - Любящий... возможно... Миранда неловко завертелась на сиденье, чуть не сдвинув рычаг на первую скорость. В результате она встала на колени на своем месте и, перегнувшись через коробку переключения передач, замерла в сантиметрах от моего лица. Я чувствовала запах бурбона в ее дыхании, аромат ее духов и сигаретный дым, осевший на ее волосах. Ее зеленые глаза сверкнули, прежде чем взгляд снова стал невыразительным. - Прекрасно. Мы не должны ждать. Хочешь начать сейчас? Прошли годы с тех пор, как мы последний раз занимались этим.