Связанные

- У вас аура чёрная, - бредя по второй Звезде смерти на встречу с императором в компании Вейдера-отца, говорит Люси, "смотря" куда-то прямо. Янтарные глаза главкома поражённо посмотрели на светловолосую девушку в наручниках, идущую рядом с ним. - А вот с этого места подробнее, - тихий, но мощный голос, от которого по коже бегут мурашки, но только не у Люси. Она бесстрастно оборачивается на звук голоса отца, и впервые Лорд по-настоящему смотрит в глаза дочери. И только теперь замечает, что они не похожи на его. Не ярко-синие, как море, а бледно-синие, словно море потихоньку застилал туман. Густой такой туман. От столь простого сравнения почему-то больно сжалось сердце. - Для начала, отец, я расскажу тебе правду. Когда мне было девять, мы с друзьями на Татуине попали в аварию. Ребята отделались лёгкими травмами и перепугом, а я потеряла зрение. Обычное зрение. Но спустя несколько месяцев я стала замечать, что предметы вокруг меня стали светиться самыми разными цветами. Я спросила у тёти Беру, что это могло быть, и тогда она рассказала мне о Силе и аурах. И теперь, когда прошло столько времени, я поняла, что я не столько потеряла, сколько нашла. С помощью Силы, с помощью аур окружающих людей и предметов, я добилась Равновесия. Неужели ты не чувствуешь? - вновь продолжая движение, спросила Люси, даже не оглядываясь на отца. Она шла так уверенно, что никто и не подумал бы о том, что с девушкой что-то не в порядке.А Вейдер всё смотрел на светловолосую джедайку и не мог оторвать взгляд. Сколько в ней Силы, раз даже не имея зрения так блестяще летает? Так великолепно сражается? Да, он чувствует в ней свои гены, свою кровь, но почему она СИЛЬНЕЕ его? Почему ему всё равно хочется быть рядом, не как отец или советчик, но более близким? Но не время пока думать об этом. - Будь готова к тому, что Император силён. Справится с ним будет очень тяжело. Особенно для тебя в твоём состоянии. Я попробую навести тебя, но... - говорил Вейдер, удивляя этими словами даже себя, чего там про Люси говорить. Но ведь это ЕГО дочь и дочь женщины, которую он сильно любил. И он не мог позволить её убить.