Завтра я лечу на Джакку

Сухо жужжит застежка летного комбинезона, и ярко-оранжевая ткань падает к тонким девичьим лодыжкам. - Твоя очередь, - мягко говорит девушка, склоняя набок светлую голову. По Дэмерон (тот самый, которого считают лучшим пилотом Сопротивления) усмехается в ответ своей полуобнаженной визави, спешит расстегнуть свою форму и позволить ткани свалиться на пол бесформенным комом. - Шлем оставить? – спрашивает летчик, но девушка почти не дает ему закончить. Она рвется вперед, одним легким шагом преодолевая расстояние между ними, и срывая защитный убор с головы Дэмерона, осыпает лицо пилота градом поцелуев. - Я скучала, - шепчет она изредка, позволяя сильным рукам Дэмерона подхватить ее и прижать спиной к холодному металлу икс-винга. По слышал эту фразу уже (сколько?) не менее сотни раз, но каждый из них – маленький кинжал в его суровое бунтарское сердце. Чтобы стереть пепловое послевкусие, которым вдруг окрасились поцелуи маленькой блондинки-пилотессы, Дэмерон усиливает свой напор, словно пытается продавить броню истребителя напрочь. Поцелуи Дейдры для него – способ забыть обо всем происходящем. С ней легко послать мир, объятый войной, в пасть к Сарлаку, к Хатту под хвост. Дейдра Молл помогает По Дэмерону, а он помогает ей. Ему нравится ее алчность, которая отзывается в каждом прикосновении, и что пахнет она дизельным топливом вперемешку с цветочным шампунем. Что нравится Дейдре в нем самом, По не имеет понятия. Однако в душе пилота давно поселились подозрения, что девушкой движут абсолютно те же чувства и желания. Впрочем, Дэмерону действительно плевать на ее мотивы. Лишь бы она продолжала выскальзывать из летного комбинезона по первому слову По, лишь бы их короткие и безумные свидания продолжались. Мысли раскатываются по черепной коробке, потому что думать Дэмерону мешает контраст горячего девичьего тела и почти ледяной обшивки икс-винга. Длинные ноги Дейдры крепко сжимают его торс, пока По двигается между ее бедер, пытаясь растянуть удовольствие и не сорваться на по-животному бешеный темп. Но с каждым новым прикосновением девичьих губ к его губам, с каждым сдавленным полустоном-полухрипом, Дэмерону все сложнее и сложнее контролировать себя. Дейдра – доза чего-то запретного, расширяющего сознание до безграничности. С ней По невероятно, а после нее часто наступает абстинентный синдром. Правда, до ломки еще далеко, и пока Дейдра в руках Дэмерона, пока она продолжает дарить ему жадные, короткие поцелуи, грубые до скрежета зубов. Безумие – вот истинное имя тому чувству, что сжирает пилота изнутри, заставляя его скинуть последние оковы самоконтроля и разума. После Дейдра даже не жалуется на сбитую до синяков спину. Она только устраивается поудобнее, прислоняясь к стенке ангара. Дэмерон кладет голову на девичьи колени, разглядывает склоненное к нему лицо. - Завтра я лечу на Джакку, - говорит По, пока Дейдра разглаживает пальцами его волосы. – Генерал Органа… - Меня не волнует генерал Органа сейчас, По, - девушка перебивает пилота, прижимая ладонь к его губам. Дэмерон успевает перехватить ее руку и уложить на свою грудь. – И тем более меня не волнуют все планеты этой галактики вместе взятые. - Ты потрясающе идеологична, дорогая. А как же верность Сопротивлению и обещание отдать жизнь за… - Сейчас я не сопротивленец, - на губах Молл бродит задумчивая улыбка. Она бесцеремонно спихивает Дэмерона со своих коленей и стремительно меняет положение. Теперь бесстыжая Дейдра восседает на удивленном По, прижимая его руки к холодному полу. - Как насчет второго раунда? На удачу? – шепчет она прежде, чем склониться к Дэмерону и не дать ему ответить, закрыв рот поцелуем. По не нужно выражать свое согласие словами, ведь он может сделать это действиями. Ему действительно по душе новая доза наркотической Дейдры Молл. Ведь завтра он полетит на Джакку. И все боги обитаемой галактики не предскажут, когда они снова встретятся.