Игра на вылет

Писалось под Skillet — Salvatoin. Можно сказать, она и является саундтреком к этой части.

All alone lost in this abyss Crawling in the dark Nothing to wet my longing lips And I wonder where you are Are you far? Will you come to my rescue? Am I left to die? But I can't give up on you

Skillet — Salvation

Балтимор, 24 декабря, 16:00       Больница имени Джона Хопкинса последние дни пустовала. Впереди рождественские и новогодние праздники, поэтому тех, кто уже более-менее поправился, родные забрали домой, чтобы вместе после долгой разлуки справить надвигающиеся праздники. И лишь тяжелобольные оставались праздновать Рождество и Новый год в больнице. Благо, условия были комфортабельными и медперсонал отличным.       — Эх, наконец-то смогу увидеть своих родителей и сестрёнку после долгой разлуки! — сказала молодая девушка лет 20, складывая вещи в сумку и разговаривая со своей соседкой по палате. — Знаешь, я так соскучилась по ним за это время! Поскорее хочу их увидеть! — воодушевлённо сказала она, собирая короткие рыжие до плеч волосы в маленький хвостик. — А ты когда поедешь домой?       — Тоже сегодня, но чуть позже, — ответила та.       — Слушай, а у тебя вообще кто-нибудь есть? Извини, конечно, если задела своим вопросом, просто с тех пор, как тебя перевели в обычное отделение, тебя никто не навещал.       Её соседка замялась с ответом. А что она ответит? Что её родители вот уже как 15 лет мертвы, а человек, которого считала чуть ли не самым близким после потери отца и матери, предал её? Конечно, был один, но она не знала, помнит ли он о ней. Ведь с того момента, как она очнулась, прошло уже четыре дня, а он так и не появлялся, не навещал её…       — Нет. Я одна, — наконец ответила девушка. — Мои родители погибли, а больше у меня никого и нет.       — О Боже, извини, мне так жаль. Может быть, с нами тогда справишь праздники? Вместе веселей, — предложила та. — Мои очень обрадуются тебе!       — Спасибо, конечно, но одна справлю. Я уже привыкла к одиночеству, — на слегка бледном лице соседки появилась немного грустная улыбка.       — Ну ладно, как знаешь. Не буду навязываться. Я пойду, мне уже пора. С наступающими тебя праздниками, Дэйна!       — Спасибо. И тебя с наступающими, Майли.       Майли попрощалась со своей соседкой, с которой уже успела хорошо сдружиться за эти два дня, и покинула палату.       После её ухода Дэйна устало опустилась на больничную койку и тяжело вздохнула. Вот уже четыре дня она свободно дышит, а не с помощью всяких там приборов. После того, как она пришла в себя, то ещё два дня пролежала в отделении реанимации, и только когда врачи убедились, что её жизни больше ничего не угрожает, бывшую наёмницу перевели в обычное отделение. Тогда-то она и познакомилась здесь с Майли, и со многими другими, кто уже успел уехать сегодня утром. Она одна осталась в этой палате.       «Забавно, — думала Келли, вспоминая события двухмесячной давности, — а ведь этот урод убил моих родителей, а я едва не погибла от рук его шавки. Но всё-таки я жива… И что в итоге у меня осталось? Ничего! Я абсолютно одна!»       Действительно. Как бы паршиво это ни звучало, но девушка теперь одна. Родителей нет, никого ещё кого-либо из родственников у неё тоже нет и вообще не было. И, похоже, она теперь никому не нужна. Она лишилась высокооплачиваемой, но ужасно рискованной работы. Сердце болезненно сжалось, когда Келли вспомнила о Джейке. Он ведь так и не навещал её. Неужели после всего того, что между ними было, он просто забыл про неё? Похоже, что так. От одной только мысли об этом девушке с её состоянием, которое при любом нервном срыве бежало вниз по наклонной, становилось ещё хуже. Все те три далёких, очень далёких дня, что она провела с полицейским, ей было хорошо с ним, пусть хоть один раз они и поссорились; она вновь осознала, что любит его. А теперь она одна… Хотя, как одна? Почти одна.

Been out under who I am? Who I want to be? Held you tightly in my hands Why are we unraveling? Was it me? Will you come to my rescue? Or did I push too far When I turned my back on you?

      — Мисс Келли, к Вам пришли! — в палату к девушке заглянул её лечащий врач — мисс Аманда Тэтчер. — Вы его впустите?       — Ну, да, — обескураженно ответила она, удивившись, что к ней кого-то занесло.       — Молодой человек, заходите! — крикнула доктор и удалилась.       Дэйна так и осталась сидеть на кушетке в ожидании незваного гостя. Вот дверь отворилась и… «Джейк?!» — если бы она не сидела на больничной койке, то непременно упала бы в обморок. На глазах невольно выступили слёзы. Вот он, прямо тут, перед ней. И растерянным взглядом, чуть наклонив голову набок, смотрит на неё, не говоря ни слова. Видимо, не узнал её. Чёрные волосы, некогда поражавшие своей красотой, собраны в нелепый хвостик, кожа была слегка бледной, голубые глаза потеряли свой прежний блеск, девушка несильно, но похудела. Но всё же это была она, Дэйна. Та, которую Джейк любил больше всего на свете и с самого того момента, как ему сообщили, что она очнулась, хотел её увидеть. Келли от такого пристального взгляда смущённо опустила глаза в пол, стараясь не заплакать.       — Дэйна, — тихо сказал Моррисон и, преодолев расстояние в три метра между ними, сел на койку рядом с ней и крепко её обнял, прижимая к себе. — А я уже боялся, что потеряю тебя.       — А я уже думала, что ты не придёшь ко мне, — прошептала она, ещё сильнее прижимаясь к нему.       — Шутишь, что ли? Я бы никогда тебя не бросил… Пришёл бы раньше, если бы не это проклятое собрание.       — Главное, что ты пришёл, — перебила его девушка и прикрыла глаза. Она чувствовала себя в полной безопасности, ей было хорошо и уютно рядом с Джейком.       — Как ты себя чувствуешь? — после непродолжительного молчания спросил он, нежно пригладив волосы на макушке возлюбленной.       — Уже хорошо. Правда, — со счастливой улыбкой прошептала она.       Снова повисло молчание. Парень так много задумал сказать девушке, а сейчас, когда он наконец-то увидел её после столь длительной разлуки, то просто забыл все слова, крутившиеся в мыслях до этого момента.       — Дэйна, — снова обратился к ней Джейк.       — Да? — она подняла на него взгляд.       — Ты будешь моей женой? Правда, кольца ещё нет, но оно будет, — улыбаясь, спросил он, и с надеждой в глазах глядя на неё. Келли не поверила услышанному. Слёзы вновь появились на глазах. Она и подумать не могла, чтобы Моррисон сказал ей эти прекрасные слова!       — Джейк, — на этот раз девушка обратилась к нему и смущённо опустила взгляд.       — Что? — полицейский вмиг нахмурился, со страхом ожидая её дальнейших слов. Неужели она откажется?       — А я беременна… От тебя, — чуть запинаясь, сказала она, покраснев до кончиков ушей и ожидая его реакции.       Моррисон молчал, вопросительно и обескураженно глядя на возлюбленную.       — И… какой срок? — наконец выдавил он из себя, проморгавшись.       — Два месяца, — тихо сказала она и удручённо опустила голову.       — Боже мой, Дэйна! — внезапно воскликнул Джейк и снова притянул девушку к себе. — Зайчонок, я чувствую себя самым счастливым человеком на свете!       — Так ты… согласен?       — Ну конечно! Об этом не может быть и речи! — радостно сказал он, поцеловав её в макушку.       — Дэйна, так ты выйдешь за меня? — чуть отстранившись от Келли, полицейский вновь задал свой вопрос, на который так и не услышал ответа.       — Джейк, — она улыбнулась и взглянула на него. Казалось, что к глазам вернулся привычный блеск, — я жду от тебя ребёнка. Как думаешь, я согласна?       — Нет? — серьёзно ответил он, нахмурившись.       — Идиот! — чуть прикрикнула она на него и обиженно ткнула в плечо.       — Зайка, я же шучу, — Моррисон снова обнял возлюбленную. — Так, значит, «да»?       — Ну, конечно, — повторила она и прижалась к нему, счастливо улыбаясь.       — Я люблю тебя.       — И я тебя.       — А когда ты планировала выписываться? — спросил Джейк.       — Да вот сегодня, — с привычной улыбкой ответила Дэйна.       — Тогда, может быть, пойдём уже отсюда?       — Давай. Я только вещи до конца соберу, и идём.       — Сиди, я сам соберу.       Дэйна, побурчав немного, всё же согласилась на предложение Джейка и осталась сидеть на больничной койке, в то время как он принялся собирать её оставшиеся вещи в сумку. На губах у полицейского играла счастливая улыбка. У него есть любимая работа, возлюбленная жива, она согласна выйти за него замуж, у них скоро будет ребёнок. Нужно ли ему ещё что-либо для счастья? Нет.       Он и так счастлив.