Холодный мир

На следующий день Штирлиц, выйдя из ресторана, подсел на скамейку, где расположился Бонд, делая вид, что с интересом читает "Таймс". Звезда секретной службы Её Величества имел слегка невыспавшийся вид: по ночам он восстанавливал конструктивные рабочие отношения с Ассунтой. - Как ваш пациент, профессор? - поинтересовался агент. - Айсманн утверждает, что Первый даёт добро. Более того - настаивает на личной встрече. - Вот как? - 007 обратился в слух. - Наконец-то он предстанет во плоти и во славе. Где это произойдёт? - Через три дня Первый будет в Париже. Точного адреса Айсманн не сказал, утверждает, что меня подберут прямо на Лионском вокзале. И предупредил, чтобы вы не пытались за мной присматривать - наши друзья из "Спектра" тоже будут следить. Если что-то вызовет их подозрения, с Первым некому будет встречаться. - Как можно, Штирлиц, мы же с вами джентльмены, - не моргнув глазом, соврал 007. - По странному совпадению, меня как раз вызывают в Лондон. - Но на этом наше партнёрство против "Спектра" не заканчивается, - продолжил Исаев. - У вас есть какой-то гарантированный канал связи? Вы ведёте слишком кочевой образ жизни, мистер Бонд, вас непросто найти. - Обращайтесь в компанию "Юниверсал Экспортс", отдел жалоб и рекламаций, - Джеймс протянул Максиму Максимовичу визитку с изображением земного шара, адресом и телефоном. - Этот телефон совершенно точно никем не прослушивается. - Уверены? - Мы бы давно перевербовали такого гения... В Лондон засобирался не только Бонд. Туда же отправилась и телеграмма, которую втайне от него и Ассунты передал Паскуале: "Лондон, Коулфилд-Гарденс, 13 мистеру Гордону ЛОНСДЕЙЛУ Дорогой Гордон! Дела дяди Фреда идут как по маслу. Сделка с итальянцами состоялась, его новый партнер предлагает даже принять меня в долю. Предлагаю поучаствовать и вам. Для этого нужно прибыть завтра в Помпеи, к Дому трагического поэта, и захватить с собой вступительный взнос наличными. Необычно, конечно, но на других условиях эти мафиози отказываются работать с нами. ЮСТАС". Экскурсантов всех наций, посещающих Помпеи, водят отнюдь не только любоваться скабрезными настенными рисунками в останки лупанария. Большой популярностью у помпейских гидов пользуется особняк, именуемый Домом трагического поэта. Что такого он написал - уже никому не важно, публику интересует лишь мозаика: своеобразная табличка "БЕРЕГИСЬ СОБАКИ". При её виде турист умиляется чрезвычайно: надо же, у великих римлян всё было точь-в-точь, как у нас в Спрингфилде или Рёкклингаузене! "Или в Малаховке", - подумал Гордон Лонсдейл, английский промышленник, миллионер, лауреат Всемирной выставки в Брюсселе и... полковник Комитета государственной безопасности СССР. С виду бесцельно прогуливаясь по Форуму, он также неотвратимо приближался к приюту злой мозаичной собаки. У виллы трагического поэта Лонсдейлу пришлось немного подождать, пока не уйдёт группа шведов, которым проныра-экскурсовод вдохновенно врал о развратно-вакхическом прошлом дома. Наконец скандинавы выдвинулись в направлении гладиаторских казарм, и на развалинах остался лишь величественно седой человек в светлом летнем костюме и с легким красным чемоданчиком в руке. Увидев этот знак, Гордон выступил вперёд. - Слоны идут на север, - заметил он по-русски. - Слоны идут в баню, а кабинет Исаева этажом ниже, - ответил Штирлиц опять же на языке Пушкина. - Рад вас снова видеть, Конон Трофимович. - Я тоже, Максим Максимович, - сказал действующий полковник КГБ полковнику МГБ в отставке. - Однако как офицер офицеру вам скажу - ваша внезапная прогулка с англичанами взбудоражила Центр и весь европейский отдел. Первое время я склонен был верить скорее сообщениям из Москвы о вашей измене, чем вам с Паскуале. Принимая внимание ваши сложные отношения с органами... - Я уже обсуждал это на днях, - покачал головой Исаев. - Больше не собираюсь. - Надо полагать, с Бондом? - рентгеновским взглядом посмотрел на него Лонсдейл. - Все-таки будьте поаккуратнее с 007. Мне доводилось несколько раз с ним пересекаться... - Надо полагать, за зелёным столом, - не без ехидства развил тему Максим Максимович. - В том числе. При мне он дважды снимал банк на грани проигрыша с дряннейшими картами, - отдал Бонду воинские почести Конон Трофимович. - Интересно, какое вы нашли ему применение? - Он заменяет мне руки и ноги, - улыбнулся Штирлиц. - В конце концов, Исаев у нас старенький, за фашистами ему бегать сложно... К тому же Бонд - мастер устраивать тарарам, на который все отвлекаются, а мне только это и нужно. Я - как карманник, который ждет салюта, чтобы спокойно обрабатывать ротозеев. - Самокритично, - заметил Лонсдейл. - Как ваши совместные успехи с Ми-6? - По их данным, организация, о которой я в Москве все важные уши прожужжал, действительно существует. Британцам она известна под названием "Спектр". Что особенно интересно - их предводитель проявил к моей персоне живой интерес. Начал вербовать, даже настаивает на личной встрече в Париже. - Романтик, - хмыкнул Гордон. - Когда вам назначено рандеву? - Меня ожидают завтра, адрес уточнять по понятным причинам не стали. Они зашли в Антиквариум - печальное собрание гипсовых отливок последних помпеянцев. - Кстати о Японии: в Хиросиме ведь некому было делать отливки. И не с чего, - вспомнил ни к селу ни к городу Лонсдейл. - В Комитете сейчас идёт дискуссия на тему, что делать со "Спектром": убрать эту фигуру с доски или наоборот, попытаться взять под контроль. Второе выглядит соблазнительно, но чутьё подсказывает, что придётся выбрать первый вариант. - Боюсь, что да. Когда мы с вами и покойным Кочевым только начинали эту операцию, казалось, что перед нами обычный заговор реваншистов "оси", возможно, под прикрытием западных разведок. Но теперь выяснилось, что мы имеем дело с принципиально новым противником, который всех этих Дорнброков кушает на завтрак, а Айсманнам вычитает из жалованья. Вы не находите, что "Спектр" - нечто большее, чем обычный посредник, "биржа военно-промышленных секретов", которой Центр долго считал организацию? - Если это так, Максим Максимович, - задумчиво, со мхатовскими паузами ответил Конон Трофимович, - тогда мы должны действовать по принципу времён Гражданской: "бей без всяких". Но всё же непросто поверить, что маклерская контора-переросток затевает атомную войну. Пусть и не своими руками. - Эту информацию, Конон Трофимович, Центр получит, как говорится, в следующей серии, - продолжил Штирлиц. - Периодичность выхода - десять дней. - Срок может оказаться слишком долгим, - покачал головой Лонсдейл. - Если "Спектр" готовит ракетный удар, при их уровне конспирации он может быть нанесён быстро и внезапно. - Но не для наблюдателя изнутри, - внес уточнение Исаев и посмотрел на часы: - Мне пора - при условии, что я хочу успеть на поезд в Париж. Гордон Лонсдейл, миллионер, плейбой, филантроп и просто полковник госбезопасности, молча пожал Максиму Максимовичу руку. Хотя "красный май" и был давно разогнан, а восставшие рабочие, договорясь с генералом де Голлем, разошлись по домам, напряженность во французском воздухе никуда не делась, только сгущаясь при приближении к Парижу. Максим Максимович ощущал это по разным признакам: спор о майских событиях в вагоне-ресторане, едва не перешедший в драку; не замазанные ещё грозные "граффити" в предместьях; да и полицейских в смешных банкоподобных кепи в зале ожидания дежурило порядочно. На Лионском вокзале Исаев не сразу высмотрел в толпе возвращающихся из отпуска парижан обещанную Айсманном табличку "Интеллигенция и третья мировая война". Она находилась в руках интересной темноволосой дамы в коричневом пальто и крупных тёмных очках, чем-то похожей на испанку. - Месье Штирлиц? - обратилась к нему мадемуазель тоном жандарма, чрезвычайно заинтригованного чужими документами. - Так точно, - по-военному ответил разведчик. "Если они отрекомендовали меня девчонке под этим именем, значит, в руководстве "Спектра" есть кто-то, кто знал Штирлица в Берлине, - подумал Максим Максимович. - А то и в Москве..." - Машина ждёт вас, месье, - отчеканила мадемуазель. - Следуйте за мной. - Месье Штирлиц направился за своей Ариадной наружу, на бульвар Дидро, где они сели в заботливо припаркованный чёрный "рено". За рулём сидел мужчина южно-гангстерской наружности: в западных детективах такие обычно играют негодяев. Исаев заметил, что на заднем сиденье заготовлено ружьё, которое дама в очках сразу же водрузила себе на колени. - Не беспокойтесь, оно заряжено, - обнадёжила Штирлица провожатая. Максим Максимович быстро понял, что водитель без особой системы петляет по бульварам и набережным, дабы запутать непосвящённого пассажира. Наконец "рено" пересёк Сену близ Эйфелевой башни и, углубившись в кварталы за Домом инвалидов, остановился на улице стандартной "османовской" застройки прошлого столетия. - Вам сюда, месье, - показала дама дулом ружья на малоприметную дверь с прозаичной вывеской: "Независимая ассоциация беженцев и перемещённых лиц". Всесильный Первый выбрал для своей парижской резиденции обычную съемную контору. Агентесса довела Штирлица до входа в "Юридический отдел", после чего вежливо откланялась. Вход оказался не заперт... - Вы постарели, но не изменились, Штирлиц, - с места в карьер приветствовал его Первый. Он же Эрнст Ставро Блофельд. Майор абвера со времён их последней встречи заматерел, облысел и несколько прибавил в весе, да ещё и обзавёлся ангорским котом с вечно недовольной мордой и громким мурлыканьем. - А почему именно Штирлиц? У меня много имён, даже в документах русских я ненастоящий... - Я знал вас под этим именем, полковник, - ответил Блофельд, расчёсывая усатому любимцу шерстяные бока. - Как видите, вы мне пригодились. Но перейдём к делу: у нас всё-таки не роман "Двадцать лет спустя". Что подвигло вас бежать от КГБ в Берлине, я не знаю, но догадаться легко. Меня больше волнуют ваши отношения с британцами. - Тут всё проще, чем вы думаете, Блофельд... - Не надо имён, Штирлиц. Здесь я "Первый" - и только. - Лучше быть Первым в деревне, чем вторым в Риме, - развил тему Исаев. - Агент 007 повел себя несколько не по-джентльменски, с места в карьер дав мне понять, что я на крючке. Один неверный шаг - и накачанного снотворным Штирлица подбросят к советскому посольству для отправки диппочтой на родину. А климат Сибири не для моих старых костей. - Вы сделали правильный выбор, штандартенфюрер, - подыграл Блофельд. - В нашей организации фатальная ошибка ведет к тому, что виновник покидает этот мир быстро и безболезненно. Никаких лесных бараков с антисанитарными условиями. - В моем положении это уже не так страшно. - Пойдём дальше, Штирлиц. Мои люди собрали обширное досье, посвящённое вашей деятельности в Рейхе. Вы проявили себя как большой специалист по двойной игре. Именно такую работу "Спектр" может предложить вам. - Перед тем, как сделать первый ход, интеллигентные люди изучают правила, - намекнул Максим Максимович. - Продолжайте делиться информацией с мистером Бондом, как и было оговорено. Он причинил слишком большой материальный и моральный ущерб организации, и я хотел бы решить его проблему лично. Если он с вашей помощью доберётся до меня, то сильно облегчит мне задачу. - Вы слишком рискуете, Блофельд, - резонно заметил Штирлиц. - Мы, как вы заметили, серьёзная организация. А 007, как правило, работает в одиночку, иногда - с девкой, но она не в счёт. Итак, если вы поможете мне рассчитаться с Бондом, то можете быть уверены, что вам не придётся клянчить пенсию у эмигрантских организаций. "Спектр" оформит на ваше имя доходные земельные угодья и акции горнорудных предприятий где-нибудь в уютных субтропиках. В Аргентине, Чили или Австралии. Когда мы перейдём к реализации нашего проекта, там будет безопасно. - Что же это за проект, который так угрожает Северному полушарию? Растопите полюс? - с сардонической интонацией спросил Максим Максимович. - Вас его последствия не коснутся - этого достаточно, - отрезал Первый. - Пойдём дальше. Вы, кажется, до войны работали в Японии, Штирлиц? - Приходилось посещать Токио по линии СД, Блофельд. - Я в курсе, - продолжил ценитель котиков. - Взаимодействие с вами было поручено Хиро Танаке, который теперь возглавил нынешнюю полулегальную японскую разведку. Первым делом по прибытии в Токио восстановите контакт с Танакой, он же "Тигр". Этот господин может стать отличным каналом для нашего вброса Ми-6. Даже если Джеймс Бонд не поверит вам - поверит официальной информации от Тигра. - Идеальная ловушка, - усмехнулся Штирлиц. - Всё, по сути, уже придумано. Вам остаётся лишь замаскировать силки, и счастливый заяц ринется в них сам. На этом вы свободны, - прервал разговор Блофельд. - Билет до Токио, адрес гостиницы и пароли получите у знакомой вам дамы через две двери. - Надеюсь, мы ещё встретимся, - попрощался Исаев, надевая шляпу. Входя в искомый кабинет, он краем глаза заметил знакомую одноглазую фигуру. "Айсманн идёт по коридору", подумал Штирлиц... - Похоже, мы совершили ошибку, Айсманн, - сказал Блофельд агенту, почёсывая холёную морду урчащего питомца. - Мы рассчитывали на вас прежде всего как на ликвидатора, но как вербовщик вы пока проявляете себя не менее успешно. - Я всего лишь достаточно хорошо знаю Штирлица, Первый, - ответил штурмбаннфюрер, вытирая носовым платком лысину. - Боюсь, как бы мы, узнав его получше, не выяснили, что его лучше было застрелить сразу... - смазал впечатление шеф "Спектра" и встал, аккуратно сняв с колен толстого кота. - Теперь перейдём к вам. Если верить последним сообщениям прессы из Западной Германии, власти решили взяться за вас всерьёз. И вам лучше исчезнуть из Европы до того, как здесь будет сновать агент Интерпола с вашей фотографией. - Куда вы предполагаете меня перевести, Первый? - поинтересовался Айсманн. - Вы будете моим сопровождающим в некоей деловой поездке. Айсманн, вы посещали Японию? - Я был в Гонконге, Макао, Джакарте, в Японии - нет. - "Спектр" предоставляет вам такую возможность, - сказал Блофельд. - Заодно будете присматривать за вашими старыми друзьями 007 и Штирлицем сразу. У вас час на сборы. "Надеюсь, расчёсывать кошку меня не заставят..." - подумал суровый штурмбанфюрер. - "А с вами, Штирлиц, мы ещё посчитаемся".