Дождь в сочельник

В преддверии Рождественских праздников похолодало. С Северо-Запада дул холодный ветер, лез под легкую ветровку и пронизывал до костей, извращенно наслаждаясь почти непобедимой силой. Аллен поежился, прижав локти ближе к ребрам и судорожно сжав в карманах кулаки. Даже для зимы сегодня в Нагато было слишком холодно. Да и пройтись по побережью по пути домой оказалось плохой идеей, учитывая, что прогноз погоды сулил ночной шторм. Лави, как умный человек, сразу слился и пошел домой… Аллен вздохнул и снова вздрогнул от очередного порыва ветра. Лучше бы пошел с Лави, все равно живут в соседних домах, но возвращаться уже поздно. Полпути пройдено, да и вид на остров Оми все такой же красивый, как и летом, вопреки любой непогоде. Его второй год в старшей школе уже прошел середину и медленно двигался в том направлении, где люди меняются кардинально и больше не возвращаются в беззаботный возраст, когда даже штормовое предупреждение не пугает. Собственно, Уолкеру и было совершенно наплевать, что его ждет следующим апрелем: выбор университета, выпускные экзамены, ностальгия по проведенным вместе годам — все это казалось наступит в далеком будущем. Лет эдак через десять. Это Линали постоянно рассуждает об этом, почему-то вслух, и с какой-то грустью в голосе, постоянно причитая, что не хочет расставаться со всеми, Аллену же казалось, что ничего не изменится. Он и Лави уж точно не пойдут учиться дальше, а Ли-младшую уже завербовал в свои ученики ее брат, заведующий рыбным магазином на побережье острова Оми. Аллен иногда заходил к ней в гости только ради того, чтобы подняться на второй этаж над магазином и полюбоваться на Нагато с другого ракурса. Парень остановился, подошел к ограде на краю дороги и чуть прищурился, пытаясь найти на другом берегу тот самый магазин. Он слегка улыбнулся, погрузившись в воспоминания, и почти перестал обращать внимания на воющий ветер. Линали была первой, с кем он подружился, когда переехал сюда после смерти родителей. Она оказалась лучшим человеком, которого Аллен мог встретить в тот момент. Но на свою голову он встретил еще и худшего, причем в тот же день, и к сожалению, раньше, чем познакомился с Ли-младшей. Та опоздала буквально на пару минут. Но об этом Аллен вспоминать не очень любил. По правде, он предпочел бы вообще не вспоминать ни имени этого человека, ни лица, ни голоса, ни-че-го! Хватило и того, что тот заклеймил его панком из-за седых волос, а когда узнал, что Аллен поседел за одну ночь, когда из-за пожара стал сиротой, этот козел даже не потрудился извиниться! Более того, он грубиян, постоянно всех бьет, сквернословит без повода и злиться тоже без повода, и хорошо, что он уехал! И пусть не возвращается! Аллен почти незаметно топнул ногой, вытащил из карманов руки и схватился за железную ограду, но тут же отпустил ее — та была слишком холодной. Он нахмурился и вздохнул, мысленно ругая себя за то, что снова вспоминает о самом неприятном. Но почему-то мысли об этом человеке не давали ему покоя еще с тех пор, когда он узнал, что в детстве тот пережил нечто похожее. — О, Мелкий. Решил с обрыва скинуться? Удачи. Аллен частенько слышал от Лави, что мысли материальны, но не верил в это. До данного момента. Медленно повернув голову на знакомый голос, Уолкер убедился в своих домыслах и как-то скривил лицо то ли в презрении, то ли в отчаянии. Да. Это был он, знаменитый на весь Нагато Канда Юу. Правда, знаменитый в плохом смысле слова. Вызывал искренний восторг он разве что у парикмахеров и то только из-за длинных волос. Канда выпустился в прошлом году после невыносимо долгого года, в течение которого Аллен учился с ним в одной старшей школе. Хорошо, конечно, что он не оказался его ровесником, потому что трех лет Уолкер бы точно не выдержал, но то, что этот индюк с конским хвостом приходился ему семпаем иногда невероятно раздражало. — Ты? — медленно и брезгливо пробормотал Аллен. — Ты что тут забыл? Ты же уехал учиться в Токио. — Тч. Как уехал, так и приехал, — увидев выражение недоумения на лице Мелкого, Юу продолжил, — каникулы у меня, тупое бобовое. — БаКанда, похоже в Токио такой быстрый темп жизни, что ты за полгода успел забыть мое имя… — Похоже, в Нагато такой медленный темп жизни, — перебил его Канда, — что ты за полтора года так и не понял, что к семпаям надо обращаться с уважением, — и стукнул Уолкера кулаком по голове. — Кстати, за полгода ты совсем не вырос, мои соболезнования. — Пять сантиметров! — запротестовал Аллен, но его семпай проигнорировал этот выпад, направившись вперед. - Эй, ты! Ты меня слышишь?! — Тч, и «повезло» же мне встретить тебя, как только я вышел из автобуса… — пробубнил Юу еле слышно и ускорил шаг. Но Аллен не отставал. — Так и прошел бы мимо, я все равно тебя не видел, — обиженно пробубнил он в ответ. — Я что похож на невежливого идиота? Аллен остановился и уже ухмыльнулся в предвкушении своего ответа, но Канда перебил его: — Заткнулся. — Но раз ты спросил, я должен ответить… — Я сказал заткнулся. — Если анализировать твое поведение, то можно прийти к выводу… Юу схватил Уолкера за воротник ветровки, поднял над собой и прошел два шага в сторону ограды, за которой четыре метра обрыва и холодное море. — Чё ты там мямлишь? — Да ты не просто невежливый, ты чокнутый на всю голову! — очень храбро завопил Аллен. Канда молча вытянул руку, почти не удерживая Мелкого. — Давай, отпускай меня! Я все равно не откажусь от своих слов! Юу недобро усмехнулся, и тут Аллен притих, затылком чуя, что этого говорить не стоило. Канда нагнулся над оградой, пару секунд рассматривал бьющиеся о скалы волны, после чего отошел и отпустил Мелкого. Тот уже думал, что это будет худший сочельник, но упал на тротуар. — Повезло тебе, что там внизу скалы острые, а то реально бы скинул, — оповестил Канда, опустившись рядом и достал из кармана сигареты и зажигалку. Он закурил. — Курить вредно, — объявил Уолкер, выхватил изо рта Юу сигарету и потушил ее о каменный тротуар рядом с собой. Тот цыкнул, но ничего не ответил, достал другую сигарету и снова закурил. — Курить вредно, — Аллен снова повторил совершенные действия. Канда напрягся, но снова промолчал. Достал третью сигарету и опять закурил. — Курить вредно, — объявил Аллен в третий раз и попытался выхватить сигарету у Юу, но тот так сильно зажал ее в зубах, что сделать это было невозможно. Однако целеустремленному Уолкеру все ни по чем. — Мелкий, я тебя сегодня точно прибью! — набросился на него семпай. — Отдай обратно! — Неа, — равнодушно ответил Уолкер и бросил сигарету в море. — Курение вредит здоровью, а еще часто оказывается причиной пожаров и аварий. — Я не в доме и не за рулем, а на здоровье мне плевать, так что хватит меня доставать. Канда достал четвертую сигарету, и на некоторое время установилось молчание. Но ветер и бьющиеся о скалы волны были слишком громкими, чтобы это можно было назвать тишиной. Аллен встал. — Я замерз, — объявил он. — Идем, скоро дождь начнется. — Тч, с каких пор ты мной командуешь? — скептически вопросил Юу. — С тех пор, как остатки твоего разума улетели в далекое плаванье и не вернулись, БаКанда, — Канда пнул его ногой в коленку, заставив чуть отшатнуться. — БаКанда-семпай, — процедил Аллен, не сдержался, рассмеявшись, и тут же поспешил убежать вперед, пока Юу не решил покончить с ним раз и навсегда. Но Канда за ним не последовал. Пришлось возвращаться. — Ты чего сидишь?! — возмутился Уолкер. — Я же говорю, скоро дождь начнется! — Спасибо за информацию, метеоцентр, — безразлично ответил Юу. Аллен минуту отчаянно потопался на месте, после чего попытался заставить Канду встать, но тот не поддавался и всячески контратаковал отсутствием мотивации. Аллен схватил его за ногу и потянул в свою сторону, но в итоге Канда только распластался по тротуару немощным трупиком. К этому времени он уже докурил и действительно собирался встать, но действия Уолкера помешали его планам. К тому же, его настойчивость уже порядком поднадоела. — Мелкий, отпусти уже мою ногу, или давно ею по лицу не получал? — вещал с земли Канда. — Но ты же не хочешь верить моим словам, так что посмотри на небо и убедись сам, что дождь собирается. — Да понял я, — отмахнулся Юу и, убедившись, что располагает обеими своими ногами, встал с тротуара. В этот момент действительно начался дождь. - Тч. Мелкий, ты что, в экстрасенсы записался? — хмуро спросил Юу, натягивая на голову капюшон. — Просто надо чаще прогноз погоды смотреть, БаКанда, они не всегда ошибаются, — ответил Аллен, но половину фразы Канда не услышал — повалил такой ливень, что даже увидеть что-либо впереди себя было невозможно. Они добежали до ближайшего по пути магазина и укрылись там от дождя. Это было бессмысленно, потому что к тому времени оба промокли до нитки. В магазине было пустынно. Даже кассир убежал на обед, а покупателей из-за погоды, естественно, не было. — Канда, зачем ты приехал? — неожиданно спросил Аллен, когда они проходили мимо витрины с молочными продуктами. — Тч, я что не могу приехать домой на праздники? — Но ведь… — «Но ведь у тебя здесь никого нет», — продолжил Юу. — А это и необязательно. — Хм, неужели за полгода в университете ты так ни с кем и не подружился? — ухмыльнулся Уолкер. — Хотя, это неудивительно, с твоим-то характером… — Тч, Мелкий, хватит все перевирать! — Мое имя Аллен! — прокричал на весь магазин Аллен. — Мы не настолько близки, чтобы я называл тебя по имени, — отмахнулся Юу и продолжил идти по магазину. — Ну хоть по фамилии! — умоляюще прокричал ему вслед Уолкер. — Все еще недостаточно близки, — еле слышно ответил Канда. Они провели в магазине более получаса, но дождь так и не кончился. На счастье Канды, продавец оказался знакомым Аллена и одолжил им зонтик. Так, постоянно ссорясь и возмущаясь, что под одним зонтиком не помещаются, они медленно, но верно дошли до дома Канды. — Ну все, надеюсь, больше не увидимся, — попрощался Юу. Аллен вовремя схватил его под локоть. — А ну стоять, — процедил он. — То есть я весь промок из-за тебя, достал нам зонтик, сделал огромный крюк, чтобы доставить тебя домой, а ты даже не пригласишь меня погреться?! — Тч, тебе отсюда два квартала, небось не помрешь, — ответил Канда и уже собирался уходить. — Канда, сволочь! Да ты худший семпай из тех, кто у меня был, есть и будет! Юу какое-то время смотрел на него с подозрением, но не вычислив в словах и действиях Мелкого никаких тайных умыслов, вздохнул и махнул рукой, зовя его за собой. В доме было темно и, как оказалось позже, пыльно. Так как полгода здесь не ступала нога человека, его заброшенность совершенно не удивляла. Оставив Мелкого в гостиной, Канда тут же ушел в ванную, за что Аллен обязательно бы сделал ему еще пару замечаний, но не успел. Оставшись в одиночестве, Уолкер побродил по дому и через какое-то время нашел на книжной полке выпускной альбом, сделанный прошлой весной. Кроме общей фотографии класса, там оказалось много фотографий с Линали и Лави, что неудивительно, потому что они были единственными, кто более или менее общался с Кандой, несколько фотографий с девочками, очевидно, тайными поклонницами, которые так и не смогли признаться, на свое счастье, но одна фотография в самом конце альбома удивила Аллена. Все фотографии были подписаны аккуратным почерком. «Линали и Кролик», «Миранда-сенсей и я», «Кролик снова упал с лестницы, заслуженно», под последней было написано: «Мой глупый кохай». Аллен долго ее рассматривал, а потом тихо рассмеялся. Кажется, Канда сфотографировал его исподтишка, а это действительно забавляло. К этому времени Юу вышел из ванной, и, когда он появился в дверном проеме, Аллен самодовольно промолвил: — Не знал, что ты в сталкеры записался, — и с абсолютно самодовольным выражением лица показал ему страницу в альбоме. — Тч, — Канда выхватил альбом из рук и положил на место, после чего ушел куда-то из гостиной. — Ты мог меня просто попросить, я бы не отказал тебе, — стараясь не рассмеяться, чуть громче продолжил Аллен, — сем-пай. Канда стремительно вернулся, сходу набросил на него полотенце и сменную одежду и уж очень хмуро пробубнил: — Марш в ванную. — Какой ты заботливый, — с ухмылкой ответил Аллен, вставая с дивана, на котором сидел до этого. Когда Уолкер вышел из ванной, теплый, сухой и чистый, он увидел весьма странную картину: Канду, пытающегося нарядить елку. Стараясь не рассмеяться, Аллен прошел к дивану, сел, продолжая сушить волосы полотенцем и прямо начал чувствовать, как к нему из-за спины подбирается новогоднее настроение. Только чашки горячего какао не хватает. — Я там какао сделал, — как будто читая его мысли, заговорил Юу, указав в сторону кухни. — О, спасибо! — обрадовался Аллен и через минуту вернулся с ярко-желтой чашкой в руках. Он отпил немного и довольно прищурился. Тем временем мучения Канды продолжались. Надо сказать, что выглядело все это ужасно, чем Мелкий не забыл воспользоваться. — Помню, ты говорил, что ненавидишь Рождество. Теперь я понимаю почему. — Тч, Шпендель, лучше помоги, чем издеваться! — огрызнулся Юу, тем временем пытаясь распутать провода гирлянды. Аллен еще какое-то время эгоистично сидел на диванчике и пил какао, но когда понял, что ситуация со временем только ухудшается, поднял задницу с насиженного места. Издалека проблемы Канды казались никчемными, но уже через две минуты, когда они оба, полностью запутавшись в проводах, упали на пол, при чем вместе с елкой, Аллен понял, как он ошибался. — Тч, помощник от Бога, — прокомментировал Юу, пытаясь встать. Он отодвинул в сторону елку и принялся за гирлянду, обмотанную вокруг коленей. Аллен достал из-под спины несколько новогодних игрушек и продолжил лежать, уставившись в потолок, потом без причины начал смеяться. С точки зрения Канды это выглядело глупо. Но все-таки через час мучений дело было сделано: дом украшен, виновники — без сил. Полутемная комната теперь переливалась мигающими огоньками гирлянды, а в углу уютно стояла украшенная елка. Аллен сидел на диване, любуясь результатом своего труда и, кажется, не собирался уходить, что владельца дома немного раздражало. Но судя по погоде за окном, дождь не собирался останавливаться до самого утра. — Ты домой не собираешься, Мелкий? — поинтересовался Юу, присев рядом. — Нет, — почти не задумываясь, ответил Аллен. — Я позвонил Учителю, но его нет дома, так что и мне нет смысла сегодня туда идти. — Тч, мне-то какая разница? Я тебя в гости с ночевкой не звал. — Но ты же не выгонишь меня на улицу в такой шторм? — с надеждой в голосе проговорил Аллен. — Нет. Выпру, пинком под зад. — Да ладно тебе, БаКанда! Тебе здесь одному будет одиноко! Канда долго молчал, вглядываясь в лицо Уолкера, которое сейчас напоминало ему неиссякаемый оптимизм Кролика. Эта ассоциация за полсекунды приводила в бешенство, но далекий разум подсказывал Юу, что в словах Мелкого есть доля правды. Тем не менее, признавать это он не хотел. Он встал с дивана, схватил Уолкера, перевалил через плечо и направился в сторону прихожей. Опустил его там на ноги, всем видом заявляя: «Проваливай!». Однако Аллен скрестил руки на груди и с места двигаться на собирался. — Тч, Мелкий, я ведь и без зонтика, и без обуви могу тебя на улицу выкинуть, мне не сложно. Аллен скептически хмыкнул, отвернувшись в сторону, и явно не собираясь ничего делать. Канда вновь на протяжении долгого времени внимательно смотрел на него, после чего протянул руку и взъерошил седые волосы, что заставило Уолкера пораженно взглянуть на семпая. Канда всегда был грубым, но никогда — таким. Он провел рукой по волосам, потом по щеке и спустился к шее, приблизился, опасно прошептав: — Я сказал, уходи. — Нет, — стараясь сохранить твердость голоса ответил Аллен, хотя ему хотелось немедленно сбежать отсюда. Юу опустил голову, лбом уперевшись в плечо Мелкого, и приобнял его, притянув к себе. Тот чуть покраснел, смутившись, но все равно не сдвинулся с места. Простояв так несколько секунд, Канда выпрямился, непробиваемым взглядом уставившись на Уолкера, после чего взял и поцеловал его. Аллен вцепился рукой в свитер семпая, сам не зная с какой целью: то ли оттолкнуть, то ли сильнее прижать к себе. — Проваливай, Мелкий, — прошептал Канда ему на ухо, после чего укусил за мочку. — Аллен меня зовут, — почти так же тихо ответил тот. Канда отвлекся от его уха и прямо посмотрел на Мелкого. — Ты идиот? Аллен покраснел от такого зрительного контакта и долго не осознавал сути вопроса, пока наконец не воскликнул: — Сам идиот! — и притянул к себе Юу, поцеловав. В итоге никуда он не ушел. Через полчаса все так же валялся на диване, рассматривая мерцающую елку. Одно отличие: Канда был подружелюбнее. — БаКанда, а что бы ты хотел со мной сделать? — прозвучал неожиданный вопрос. — Промыть рот с мылом, чтобы ты научился уважительно к старшим обращаться. — Ты тоже ко мне неуважительно обращаешься! И вообще, я не об этом, — запротестовал Аллен. Канда задумался. — Раздеть догола, обмотать этой гирляндой, а потом включить ее. — Ты что, извращенец? — как-то разочарованно проговорил Аллен. — Нет, садист, — тут же ответил Юу, — уж очень хочется посмотреть, как ты из нее будешь выпутываться. — Эй! А я между прочим старался тут, помогал тебе, а ты издеваться удумал! Мелкий затих, неожиданно заметив, что Канда смеется. Уолкер еле заметно улыбнулся и лег полубоком на ручку дивана, почти незаметно проведя по волосам Юу, сидящего на полу у дивана. Таким Канду Аллен видел впервые.