your heart is glowing (and i'm crashing into you)

13 Февраля, 2015 — Найл, я не хочу идти на тренировку, — скулит Гарри, вероятно в сотый раз за день. И в сотый раз за день Найл просто закатывает глаза на это. — Лиам сказал тебе, что ничего раздавать не надо, так что ты идёшь со мной. — Но Найл, — протестует Гарри, когда он пытается тащить его дальше. Блондин поворачивается, чтобы стрельнуть в него испепеляющим взглядом, и Гарри просто сдаётся. — Луи знает. — Луи знает что? — Что я его тайный поклонник. — Откуда ему знать? Я думал ты сказал, что он, черт возьми, забыл все? Гарри вздыхает, отдергивая руку подальше от Найла и теребит рукава своего джемпера, просто чтобы дать рукам что-то делать. — Он видел меня раздающим кексы вчера, и я не знаю, я думаю, что он просто собрал все это вместе. Я не могу встретиться с ним сейчас. Найл издает нетерпеливый звук, взглянув на свой телефон, чтобы, наверное, проверить время. — Гарри, давай, я уверен, что не все так плохо. Давай просто пойдём на тренировку, ладно? — Нет, — упрямо качает головой Гарри. — Ты можешь посмотреть на своего парня сам, я уверен, что я даже не нужен тебе там. Он звучит горько, но он ничего не может поделать. Он всегда твёрдо верил в любовь, так что это не справедливо, что люди вокруг него счастливы и влюблены, а он просто отступил, чтобы лицезреть это все с разбитым сердцем. В любом случае, что он делает не правильно? Все эти годы у него не было ничего кроме позитива, но затем он получает чертово разбитое сердце. И самое страшное, что он был уверен, что Луи чувствует то же самое. Но опять же, почему Луи не нравится такой как Гарри? Луи — звезда, капитан футбольной команды и президент клуба драмы, любимый и почитаемый и спортсменами, и театральными ботаниками, и вообще всеми. Тем временем, Гарри — это просто Гарри, джемпер- и носящий-жилетки ботаник со слишком-большими очками и со склонностью растягивать речь. Он только сумел избавиться от этих тупых волос-прилизанных-слишком-большим-количеством-геля стиля несколько месяцев назад, также, так что нет никакой возможности, что Луи когда-то заинтересуется им больше, чем другом. Он, наверное, просто ошибался, принимая дружелюбие за флирт. Он идиот, если думал, что имел какой-то шанс. — Гарри, — говорит Найл, вытягивая Гарри из его убогих мыслей, — если ты не пойдёшь со мной, я потащу твой тощий зад на поле сам. Мне правда плевать, что ты крупнее меня, я, черт возьми, сделаю это. — Почему для тебя так важно, чтобы я, так или иначе, пришёл посмотреть тренировку команды? — горячо спрашивает Гарри, скрестив руки на груди. — Я не пошёл с тобой вчера, и ты прекрасно посмотрел на них сам. — Да, но, — на секунду Найл колеблется, прежде чем он придает решительный вид своему лицу. — В команде опробывают те новые упражнения, и видимо они на самом деле замечательные, так что ты бы не хотел пропустить это. Гарри бросает взгляд на лицо Найла и говорит, наверное, впервые за всю свою жизнь. — Дерьмо. Найл стонет и хватает Гарри за запястье, — Просто, блять, пойдём со мной, Гарри. Наконец Гарри поддается. Он выпускает побежденный вздох и позволяет Найлу тащить его в сторону поля, сердце чувствуется тяжёлым в груди. Он хмурится всю дорогу до туда, но Найл выглядит счастливо и бодро, как никогда, почти подпрыгивает. Гарри не уверен, что его друг- он просто знает, что он задумал что-то. Он на самом деле не смотрел где они идут, не отрывая глаз от земли и доверяя Найлу вести его и не давая врезаться в предметы или людей. Он удивился, когда вместо твёрдого грунта, что ведёт к трибунам, они вдруг ступили на траву. Гарри смотрит вверх. Они идут по полю, и Гарри моргает, смотря вокруг растерянно. Игроков нигде не видно и трибуны пусты, и Гарри очень очень смущен, потому что не должна ли команда готовиться делать упражнения? Найл останавливается только после того, как они оказываются в центре поля, отпуская запястье Гарри. Гарри открывает рот, чтобы спросить, что они здесь делают, когда Найл вдруг складывает руки рупором вокруг рта и кричит: — ОН ЗДЕСЬ!!! ОПЕРАЦИЯ НАЧИНАЕТСЯ!!! Гарри подпрыгивает от неожиданности, часто моргая, а затем Найл дважды поглаживает его по щеке перед тем как убежать и оставить стоять его посреди поля, как потерянного щенка, который был предоставлен самому себе. Вдруг из динамиков, окружающих поле, начинает играть музыка, какая-то дрянная песня о любви, которую Гарри слышал прежде несколько раз по радио, и он моргает, и ещё больше смущается. Внезапно кто-то хлопает его по плечу и он оборачивается, сталкиваясь лицом к лицу с одним из футболистов — Джошем, Гарри думает, так его зовут. Джош улыбается ему, прежде чем передать цилиндрический контейнер, сделанный из, он думает, что это глина, ведь выглядит как то, что делают студенты, ходящие в художественную мастерскую. Он покрашен в ярко-красный, украшенный маленькими розовыми сердечками, и он содержит кучу сладких сердец на палочках больше похожих на подарки, которые Гарри раздавал в этот понедельник. Гарри нерешительно берет его, а затем Джош уходит прочь, не сказав ни слова. Гарри смотрит ему в след несколько секунд, прежде чем посмотреть вниз, на сахарные сердца, и у него перехватывает дыхание, когда он  видит послания, написанные на них: это ты, это ты, это ты, на всех до единого. Что-то вроде надежды начинает клокотать в его груди. Ещё один хлопок по плечу. Гарри оборачивается и видит ещё одного игрока из команды, Сэнди, который держит коробку в форме сердца, где, скорее всего, шоколад. Он вручает её, подмигивая перед тем, как убегает прочь, а Гарри остаётся стоять там с надеждой и все большим и большим нарастающим в его груди ожиданием, заставляющим его сердце забиться сильнее. Он был более готов к третьему касанию к плечу. Он оборачивается и ахает, когда видит большой букет цветов, что ещё один из игроков, Эд, отдаёт ему. Цветы красивые, яркие и красочные и очень искусно составлены, ароматные и у Гарри уже приятно кружится голова. Он едва может удержать все подарки, он слишком ошеломлен тем, что он думает-на что он надеется- это происходит. Музыка резко выключается, а затем чей-то голос звучит сквозь треск динамиков: — Гарри Эдвард Стайлс! Гарри оглядывается, пытаясь найти источник — пытаясь найти Луи, потому что этот голос он узнает где угодно. Он обнаруживает старшего мальчика, стоящего у скамейки, держащего в руках микрофон, и Боже, он на самом деле собирается сделать это прямо здесь и прямо сейчас. Сказки случаются в реальной жизни. Вера в любовь Гарри восстановлена. — На днях ты спросил меня кто, как я думал, был моим тайным поклонником, — начинает Луи, и хотя Гарри не совсем чётко видит его лицо и выражение на таком расстоянии, он все ещё слышит искренность в голосе старшего мальчика, — и я сказал тебе, что я понятия не имел, что было лучше, потому что я уже любил кого-то другого и у меня не хватило смелости сказать тому кто оставил мне эти подарки, что я не был заинтересован. Гарри не уверен, как он все ещё стоит на данный момент, если он будет честным. Он просто хочет уступить его дрожащим коленям и лечь на траву в окружении всех подарков, которые он держит в руках. Но большая часть его хочет видеть это в полной мере, хочет быть в состоянии услышать то, что скажет Луи и все это запомнить, чтобы, когда он будет снова вспоминать этот момент, он сможет сделать это в полном объёме, со всеми яркими деталями. — Вчера я ничего не получил от моего тайного поклонника, даже записки, — продолжает Луи, все еще говоря в микрофон, подключенный к динамикам. Боже, каждый может слышать его. Любой желающий мог пройти мимо стадиона и просто услышать и узнать, что делает Луи. То, что Луи делает для Гарри. — Я сказал себе, что это хорошо, поскольку, как я уже говорил, мне нравится кто-то другой. Но я был все еще немного разочарован, и я был так счастлив, потому что я не видел тебя во время тренировки и я просто помахал тебе не глядя на трибуны и просто… просто зная, что ты находишься там, наблюдая. Мне было грустно, честно говоря. Гарри представляет Луи, который бегает по полю и забивает гол, инстинктивно смотря на трибуны, чтобы проверить, смотрит ли Гарри на него, находя только пустые места. Гарри чувствует себя немного виноватым, но у него были свои причины не появляться, так что вина, на самом деле, не так сильна. Ладно, у него было разбито сердце. Луи продолжает: — Так что я подошёл к тебе и я мог сразу же сказать, что тебя что-то беспокоит, потому что ты не улыбнулся мне той особой улыбкой, той, которая заставляет твои глаза светиться и ямочки появляться на щеках. Я не был уверен, что это было то, что я сделал в первую очередь, и я хотел порадовать тебя, а потом ты предложил мне, черт, кексы и вдруг что-то щелкнуло и- Боже, Гарри, я чертов идиот. — Он смеётся, и Гарри чувствует себя так, будто он летает в облаках и никогда не вернётся, но только если Луи хочет полететь туда с ним. — Это ты, ладно? Это всегда был ты. Ты мне нравишься, Гарри. И вот оно. Гарри не уверен, как он ещё дышит. Луи роняет микрофон и спускается с трибун, и Гарри замечает его других товарищей, стоящих в несколько рядов в прямую линию. Они держат плакаты и все вместе читают ГАРРИ, ТЫ БУДЕШЬ МОИМ ВАЛЕНТИНОМ? и Гарри должен смеяться, потому что конечно, да, да, да. Всегда да. Он стоит там с бешено колотящимся сердцем, держа в руках все, что он дарил Луи, умноженное в десять раз, и он не-ожидает-так терпеливо, как старший парень приближается к нему со слегка глуповатой улыбкой. Вдруг Луи оказывается достаточно близко, Гарри не думает о своих действиях, когда он просто нежно складывает подарки вниз на слегка влажную траву, вытирает ладони о брюки, и бросается на старшего мальчика. Луи легко ловит его, оборачивая руки вокруг его талии и звонко смеётся ему в ухо, высоко и светло и прекрасно. — Да, да, да, миллион раз да, — Гарри слышит своей лепет, но он не может остановить себя, потому что это то, чего он ждал. — Я не могу поверить, что ты сделал все это! — Я не могу поверить, что ты просто говоришь мне, — отвечает Луи, немного отстраняясь, чтобы он мог посмотреть на Гарри. — Я думал, что был очевидным в том, что я люблю тебя! — Ты сказал, что любишь кого-то другого, — защищается Гарри, надувая губы, но его сердце все еще колотится в груди от такого счастья. — Да, я- ты, — говорит Луи. Гарри краснеет, опустив голову, но Луи заставляет его посмотреть наверх, поднимая пальцами подбородок. — Это ты, — повторяет Луи, глядя прямо в глаза Гарри. Голубой в них выглядит так совершенно искренне, что это чудо, что колени Гарри не выдают его прямо там и тогда. — Я не знал, что ты оставляешь мне все эти подарки до вчерашнего дня. Если бы я с самого начала знал, что ты мой тайный поклонник, я бы попросил тебя быть со мной раньше. Щеки Гарри становятся ещё горячее. Он опускает голову и кусает губу, потому что Луи любит его, Луи хочет быть его Валентином, Луи хочет встречаться с ним, Луи любит его Луи любит его Луи любит его. — Это не моя вина, что ты такой медленный, — он умудряется как-то сказать это, ухмыляясь возмущенному крику Луи. — Ну извини, не все такие умные, как ты! — Луи тыкает его в живот, заставляя извиваться. — Всё равно. Now kiss me, you fool*, — Гарри обнаруживает, что говорит чуть дыша, а затем Луи подаётся вперед и, сбив набок очки, соединяет их губы вместе. Гарри может слышать команду, болеющую за них откуда-то сзади, и если он прислушается, он может отличить громкий крик Найла и более приглушенный смех Зейна. Он, вероятно, будет бесконечно дразнить позже, и его, и Луи, но сейчас Гарри действительно не может заставить себя заботиться ни о чем, кроме рук Луи, плотно обернутых вокруг него и ощущения губ Луи на своих. И так же, как в тех сказках, поцелуй чувствуется волшебно. Единственное отличие заключается в том, что сказки заканчиваются поцелуем, а у Гарри она только начинается. ___________________ * я не могла испортить эту милую фразу, но она переводится как 'а сейчас поцелуй меня, дурак'