...
25 декабря 2015 г., 14:43
День стремительно приближался к концу. Тени становились длиннее, погружая мир в загадочное время ночи.
Щелкнув замком, высокий молодой человек открыл дверь и вошел в коридор. Захлопнув дверь, включил свет. И замер. Коридор выглядел иначе, чем когда он уходил на занятия. Туфли и пальто сожителя были раскиданы по полу, в дверном проеме в зал виднелся рукав его пиджака.
— Витя? — позвал Артем, шагнув к залу, не разуваясь. Сердце от волнения заходилось, в горле образовался скользкий ком страха.
Артем уже полгода жил вместе со своим любовником Виктором и никогда за ним не замечал неряшливости, наоборот, он был очень педантичным. Причины для этого у мужчины имелись веские, впрочем, молодой человек не был против чистоплотности своего любовника.
Пройдя по залу и заметив снесенные на пол бумаги с журнального столика, Артем прошел к закрытой двери спальни.
— Витя? — снова позвал он, открывая дверь.
Окинув встревоженным взглядом спальню, где шторы ходили ходуном от врывавшегося в открытое окно ветра, посмотрел на рассыпанные по полу книги со стола, расческу и флакон одеколона.
Не заостряя на этом внимание, молодой человек посмотрел на черноволосого мужчину, сидящего на постели. Витя сгорбился, уткнувшись локтем одной руки в колено, зарылся пальцами в коротких волосах, едва посеребренных сединой. Во второй руке Виктор держал смятый лист бумаги. Подойдя к нему, Артем присел на корточки и протянул руку, коснувшись щеки любимого человека.
— Что случилось? — спросил он, обеспокоенно глядя на Витю.
Вопрос молодого человека словно стал неким сигналом.
Подняв взгляд на парня и сквозь широко расставленные пальцы, Виктор буквально опалил Артема безумием, сверкнувшим в карих глазах.
Резко выпрямившись в спине, мужчина захохотал, неестественно громко и совсем отчаянно. Откинувшись спиной на постель, продолжал смеяться, но уже тише, так как снова прикрыл рукой лицо.
— Да что случилось?! — испуганно воскликнул Артем, вырывая из руки мужчины бумажный лист. Переведя на него взгляд, попытался прочесть то, что там было написано.
— ДНК-тест на отцовство, — прочел он вслух, дальше слова буквально застряли у него в горле.
Артем знал, что у Вити был сын. Но он уже более десяти лет считался без вести пропавшим. Мужчина тяжело переживал пропажу ребенка, который исчез пятнадцать лет назад. Ни маньяки, ни убийцы не были причастны к его исчезновению, и он надеялся, что когда-нибудь найдет сына. Но шли годы, а ничего не менялось, время словно застыло в тягостном ожидании. Супруга вскоре потребовала развода, не в силах смотреть на страдающего мужа и усиливать свои мучения. И Витя остался совсем один, утопая в своем горе. Но полтора года назад он случайно встретил Артема, общительного, красивого и жизнелюбивого парня, только пришедшего из армии. Первым на контакт пошел Артем, которому всегда нравились мужчины постарше. Приняв ухаживания мальца, Виктор перехватил инициативу в свои руки и полгода назад предложил жить вместе. Им было хорошо вдвоем. Каждый день наполнялся невероятно нежной романтикой, теплом и уютом, сменяясь страстными ночами.
Иногда им говорили, что они очень похожи, как братья. Это не сильно смущало влюбленных, не так, как замечания окружающих, что они словно сын и отец. Возможно ли, что именно из-за подобных слов Виктор и сделал тест?
Артем и Виктор — родные отец и сын!
— Вот как, — только и смог выговорить парень. На большее его просто не хватило, он даже не пытался осознать весь смысл прочитанного, по голове словно ударили чем-то тяжелым, мысли спутались.
Но теперь стало понятно, почему мужчина так резко изменился и охладел к любовнику в последнее время. Он просто ожидал результаты теста. Но что теперь, когда все стало известно?
— Представляешь, — так же резко сев и наклонившись к Артему, прорычал Витя, глядя на сына-любовника безумным взором. — Я год трахал собственного сына?! Да я хуже извращенца или насильника!
— Не надо так, — болезненно скривился Артем. — Ты не знал.
— Конечно, не знал, но мог догадаться. Черт! — вскочив на ноги, мужчина подошел к окну, но не в силах успокоиться, начал мерить шагами комнату. Он не верил, все было словно ужасным сном.
Совратить собственного сына.
— Если это правда, — глядя на бумагу, прошептал Артем, — то что ты собираешь делать? Может, не стоило делать эту экспертизу? Я знаю, что ты очень переживал за сына, но теперь... Разве оно стоило того?
— Заткнись! — воскликнул Витя, ударяя кулаком по стене, отчего картина, висящая на ней, задрожала, но падения избежала. — Я уже ничего не знаю и не понимаю. Я думал, что люблю тебя по-настоящему, я был счастлив рядом с тобой, но...
— Зачем же тогда ты сделал тест? — шепотом спросил Артем, все так же сидя на корточках и глядя на бумагу.
— Хотел убедиться, я же не думал, что ты окажешься... Черт! — и снова удар кулаком по стене. Картина все же упала, но на это никто не обратил внимания, только молодой человек вздрогнул от неожиданности.
— Я пока вернусь домой, — поднявшись с пола, проговорил Артем, понимая, что сейчас не может смотреть на Витю, да и тот, скорее всего, тоже.
Они оба совершенно не знали, что им делать с полученной информацией.
Обернувшись к двери, молодой человек смял в руке лист, и прежде чем сделать шаг, почувствовал на своем предплечье цепкую хватку Виктора. Повернув к нему голову, прикрыв лицо растрепанными волосами, коротко посмотрел на него.
— Скажи, что с тобой случилось? Где ты был все это время? Ты знал, знал, что я твой отец? — вопросы один за другим посыпались, но от них только сильнее заболела голова.
Вырвав руку и прижав ее к груди, Артем поднял голову и воскликнул:
— Не помню я ничего! До семи лет меня словно не существовало. Знаю только то, что мне тетка рассказывала.
— Это она похитила тебя, — осенило Витю.
— Нет, — мотнул головой Артем. — Она рассказывала, что нашла меня на обочине скоростной трассы, машина сбила. Видимо, из-за аварии у меня и появилась амнезия. Но Лена не виновата, она просто нашла меня. А вот как я туда попал — не знаю, — сбавив тон, проговорил Артем, продолжая смотреть зелеными материнскими глазами в карие глаза, как оказалось, своего отца. Однако у него не имелось воспоминаний о своем детстве. Совсем никаких. И это причиняло боль. Если раньше Артему было все равно, он смирился, то теперь... С отчаянием он закричал, чувствуя, как глаза обжигают слезы: — Я ничего не помню, я не помню тебя!
От последних слов молодого человека Виктору будто под дых дали. Воздуха резко стало недостаточно, закашлявшись, он отвернулся.
Артем пару минут смотрел на его спину и осознавал, что его-то чувства искренние, он все так же сильно любит Витю. Он верил, что его чувства настоящие, но если это так, то получалось, что он любил своего отца, и эта любовь не нормальна, она не имеет право существовать. Он не помнит своего детства, не помнит отца, ничего. Потому не проще ли ему принять свои чувства к Виктору?!
— Я лучше пойду, нам нужно все обдумать. Это слишком неожиданно, — проговорил Артем, вновь развернувшись к двери.
— Нет, я не могу позволить тебе снова исчезнуть! — подскочив к молодому человеку, воскликнул Витя, хватая за руку.
— У тебя есть номер моего телефона. Я никуда не денусь, — вырвав руку, проговорил Артем. — Как только будешь готов поговорить, просто набери.
Не говоря более ни слова, он покинул квартиру. И лишь когда захлопнул дверь в квартиру, где полгода был невероятно счастлив, позволил себе на мгновение прижаться спиной к двери, прикрыв рукой лицо. Слезы готовы были вот-вот сорваться по щекам. Но дернув себя за волосы, парень выпрямился и поспешил прочь.
Он был уверен, что его чувства сильны к Виктору, но и не догадывался, что теперь делать, как дальше жить...
***
Время нещадно. Никогда не знаешь, что оно преподнесет тебе. Еще совсем недавно Артем был счастлив, у него был любимый человек, и его чувства были взаимны. А теперь? Теперь у него не было ничего! Ни прошлого, ни настоящего. Те немногие дни счастья рассыпались и теперь приносили лишь боль. Не Артему, а его возлюбленному. Молодой человек понимал, что для Виктора принять то, что было между ними нелегко, и даже более того, практически невозможно. Он трепетно хранил в себе воспоминания о пропавшем сыне, надеялся снова встретить его... И вот встретил. Что теперь? Прошло две недели, прежде чем Виктор смог снова посмотреть в глаза бывшего возлюбленного. А бывшего ли?! Они договорились встретиться в кафе, не в том, в котором часто обедали, которое им нравилось. Нет, в том месте хранились слишком болезненные воспоминания: о них, о их любви, которой не должно было быть. — Долго ждешь? — спросил Артем, подойдя к столу и привлекая внимание погруженного в свои мысли мужчины. Витя исхудал за прошедшие дни, под глазами залегли черные тени. Впрочем, Артем выглядел немногим лучше. Присев и тряхнув головой, откидывая с лица волосы, молодой человек твердо посмотрел на человека, которого должен называть отцом, но хотел звать по имени, не скрывая своих чувств. Он все еще любил его, не как родителя. — Не знаю, — глухо отозвался Витя, кинув на бывшего любовника короткий взгляд. Нет, смотреть на Артема было выше его сил. — Говори уже, не тяни, — поторопил его парень, понимая, что они уже не способны находиться в обществе друг друга. Для Вити слишком рано, шок еще не прошел окончательно. Да и вряд ли когда-нибудь пройдет. — Я хочу забыть о том, как мы познакомились, и что было после этого, — проговорил Витя, зная, что тянуть бесполезно и лучше быстрее со всем покончить. Артем предполагал подобный исход, но боль в сердце все же была сильнее, чем он ожидал. — Ты говорил, что любишь меня, — не сдержав обиды, напомнил Артем, кинув на мужчину испытывающий взгляд. — Агхр, — уткнувшись лицом в ладонь руки, простонал Витя. — Я не знал тогда, что ты мой сын. Боль, вина и осознание невозможности ничего вернуть отчетливо слышались в его голосе. — Единственное, что я могу предложить, это попытаться стать настоящей семьей, как и должно быть, отец и сын, не более, — отняв руку от лица и уставившись в окно, проговорил Виктор. — Но даже чтобы между нами были такие отношения, мне нужно время. Я все еще слишком отчетливо помню, как... как к-касался тебя. — То есть ты утверждаешь, что те твои слова любви были вызваны не настоящими твоими чувствами, а лишь тем, что ты подсознательно чувствовал родную кровь во мне? Вот только спутал отцовскую любовь со страстью?! — зло сверкнув глазами, уточнил Артем со стальными нотками в голосе. Виктор не нашел сил ответить. Он уже ничего не понимал и не знал, как ему быть дальше. Сны о проведенных ночах с Артемом превратились из приятных в кошмарные, он не мог ни есть, ни спать. С каждым днем в нем все сильнее укреплялось желание покончить со всем этим одним махом... — Ясно, — поднимаясь, проговорил Артем. И он ушел, а мужчина не попытался его остановить, хоть сердце и раздирало от боли.***
Время неумолимо. Кто-то утверждает, что время лечит, но на самом же деле лишь маскирует чувства, пытаясь унять бурю в душе, дав иллюзию. Но залечить чьи-то душевные раны ничто не способно. Этим днем Артем впервые связался с мужчиной за прошедшие полгода. Ничего особенного, просто предупредил, что вечером придет к нему домой, заберет кое-что и вернет ключ. Больше оттягивать и на что-то надеяться было бесполезно и глупо. Виктор никогда не сможет принять Артема, как бы ни мечтал об этом почти шестнадцать лет. Ничего между ними уже не может быть, после того, что уже случилось. Отец и сын. Да, любили друг друга, были счастливы... Но все рухнуло в тот момент когда Виктор решил на всякий случай сделать ДНК-тест. Артем злился иногда на него за это. Ведь не сделай Витя чертову экспертизу, они все еще были бы вместе, были бы счастливы. Войдя в квартиру, где хранилось столько прекрасных воспоминаний, Артем быстро прошелся по комнатам, не в силах сейчас находиться здесь. Собрав все свои вещи, покидав в спортивную сумку, на миг задержался в ванной комнате, где на стиральной машине лежала мятая рубашка Виктора. Зеленые глаза наполнили слезы. Не в силах остановить себя, Артем схватил рубашку и прижал к лицу, вдыхая такой родной и любимый аромат Вити. — Нгхр, — ноги подкосились, сдержать болезненный стон не получилось. Зажав рукой рот, Артем прижал к груди рубашку и начал тихонько раскачиваться вперед-назад. Вот только никакие действия не помогали заглушить боль. Как же невыносимо без любимого. Сколько молодой человек так просидел, он не знал. Но, все же взяв себя в руки, вернул рубашку на место и шагнул к входной двери. Выйдя в коридор, замер, заметив на пороге Виктора. Мужчина был явно пьян: взгляд мутный, одежда растрепана, и его заметно качало. Но от выпитого ли? Увидев сына, Витя болезненно усмехнулся и, не отрывая от него взгляда, прислонился спиной к закрытой двери. Артем, поборов желание подойти и обнять его, приблизился, собираясь обуться и покинуть квартиру. Навсегда. — Я забрал то, что хотел. Больше не побеспокою тебя. Никогда, обещаю, — сипло проговорил Артем, попытка скрыть нахлынувшие чувства не удалась. — Нгхр, — простонал Виктор, продолжая смотреть на сына. Лицо мужчины исказилось от боли, он словно собирался заплакать. Может, стоило? Глаза — зеркало души. И сейчас Витя видел в зеленых глазах надежду, страх и любовь. Артем же видел боль и попытки Виктора сделать как должно, как будет правильно, даже если это сделает его несчастным. Стоит ли мужчине вновь потерять сына? Но если он отпустит его сейчас, Артем уже никогда не вернется. Никогда. Не в силах более выносить в груди этого щемящего чувства, Витя протянул руку и зарылся пальцами в прохладе черных волос на затылке парня. Сжав волосы Артема в кулак, притянул молодого человека к себе, впиваясь губами в его рот. До боли, с отчаянием и жадностью исследуя уже знакомую глубину, что способна зажечь в нем страсть в мгновение. Артем не сопротивлялся, наоборот, пытался удержать себя, чтобы не обнять, чтобы не позволить себе большего, не дать надежде вернуться. Разорвав поцелуй и сжав волосы Артема в кулак, сильнее натянув их, Виктор второй рукой схватился за толстовку на груди парня, уткнувшись лбом в его подбородок, с отчаянием выкрикнул: — Я не могу без тебя!.. Хоть ты и мой сын... Люблю... Артем с тем же несчастным выражением лица обнял его, уткнувшись носом в волосы мужчины, пахнущие морским бризом. Душа наполнилась возродившейся надеждой. Даже если потом будет больно, им все равно, пока сильны их чувства, пока они нужны друг другу — они будут вместе.
